Досчитать до трех

Роза, подхватив подол голубого платья, бежала через поле, её длинные темные волосы развевались на ветру. Она была счастлива. Она была счастлива оказаться в месте, где родилась, бежать через то же поле, где бегала будучи ребенком, вдыхать свежий воздух и чувствовать тепло солнечных лучей на коже. Она ласкала белого коня, которого давно забыла. Роза оглядела равнину и увидела, что кто-то во всем черном сидит на пожелтевшей траве. Счастливая она поспешила к Деймону. И села рядом с ним. — Это моё любимое место, я не была здесь так давно... как ты узнал? — Слово вращается, — Деймон улыбнулся. Взгляд Розы, обращенный к нему, говорил, что она не понимает о чём он. Улыбка Деймона чуть померкла. — Ты рассказала Елене. Изумленная Роза улыбнулась. — Мне это снится? Деймон пожал плечами и снова улыбнулся. Она рассмеялась. Вместе с Деймоном они глубоко вдохнули и выдохнули. Роза закрыла глаза, чувствуя солнце на коже. — Солнце такое теплое, — сказала она. — Я скучаю по этому... — она открыла глаза и посмотрела на Деймона. — Я скучаю по тому, как была человеком. — Человечность не исчезает, когда ты перестаешь им быть, — ответил он. — У меня были друзья, у меня была семья, я что-то значила, — сказала она, отвернувшись. — У тебя всё ещё это есть, — ответил Деймон. — Нет, — Роза покачала головой, затем повернулась к Деймону. — Но у тебя есть. Теперь Деймон отвернулся от неё. — У тебя есть жизнь, хочешь ты это признать или нет... Я потратила пятьсот лет, просто существуя. — У тебя не было выбора, ты пряталась от Клауса. — Нет, выбор есть всегда, — она склонила голову. Они погрузились в тишину, пока Деймон не заговорил. — Знаешь, ты губишь наш прекрасный день своей странной болтовней. Роза улыбнулась, придвинулась ближе и обняла его. Ей нравилось чувствовать касание его шелковистых волос, и в этот момент ей в голову пришла идея. — Я собираюсь насладиться свежестью воздуха, ты со мной? — спросила она. Деймон кивнул в знак согласия. — Только недолго. Он раскрыл объятия, чтобы Роза могла быть ближе к нему. Она чувствовала себя прекрасно, чувствовала себя защищенной в его руках. Она чувствовала свободу, впервые за долгое время она действительно чувствовала себя свободной. Вдвоем они разглядывали живописную равнину. (не сон) Деймон держал в руках умирающую Розу, создавал иллюзию в её голове и был с ней в последний раз. Но он чувствовал пустоту и печаль, сильную печаль. Роза была единственным человеком, действительно понимавшим его. Единственным человеком, с которым он чувствовал себя свободным. Его взор становился затуманенным от слез. (во сне) — Спасибо, — сказала Роза. — За что? — Боль прошла, — объявила она. — Я рад, — ответил Деймон. Роза улыбнулась и спросила: — Я увижу их снова... мою семью? — Думаю, ты увидишь всех, кого хочешь увидеть, — Деймон посмотрел на неё. Она улыбнулась. — Было бы здорово, — затем она повернулась к нему. — Может быть, я увижу и Тревора? Деймон кивнул. — Я больше не боюсь, — радостно сказала Роза. Деймон улыбнулся ей. (не сон) Рука Деймона медленно скользит, он отпускает Розу. Он берет кол со стола, слезы грозят скатиться по щекам. Деймон не может сделать это сейчас, он не может убить Розу. Пытаясь, не позволить слезам прорваться, он возвращается в сон. (во сне) Роза улыбается и начинает медленно подниматься. Всё ещё улыбаясь, она говорит: — Давай наперегонки к деревьям. — Ты проиграешь, — ответил Деймон. Роза отрицательно покачала головой. — Я старше и быстрее. Удивление отразилось на лице Деймона, согласившись, он поднялся на ноги. — О, ты думаешь иначе, — Роза рассмеялась. — Я моделирую этот сон, я могу жульничать. Роза счастливо улыбнулась. — На счет три. (не сон) Деймон поднял кол над её грудью. Это убивало его, его убивала даже мысль об её убийстве. (во сне) Роза перевела взгляд от дерева к Деймону. — Раз... (не сон) Деймон борется со слезами, сжимает кол в руках, поднимая его выше и выше. (во сне) Глядя на Деймона, она продолжает считать: — Два... (не сон) Быстрым движением Деймон опустил кол вниз, позволяя одинокой слезе скатиться по щеке. Он не мог поверить, что сделал это. Он убил её. Вонзить кол оказалось труднее. Деймон боролся со слезами, грозящими вырваться, как река. Медленно Деймон опустил подбородок на макушку Розы и прошептал: — Три.