Слуга тьмы

Когда Софа допила из сосуда, который ей дала дракон, она лениво потянулась и прилегла на её ладонь, сонно вздохнув. — Мм… было вкусно, спасибо, я посплю немного, — сказала панда. — Обязательно, когда уйдёшь, — сказала Арья, накрыв Софочку второй ладонью. — Сейчас будет немного больно, потерпи несколько секунд. — Стой, что сейчас будет? — встрял я с лёгкой паникой. Но в следующую секунду глаза дракона засветились бледно-голубым, а со стороны вампира раздалось рычание. И крики боли. Она орала на каком-то другом языке, пока к ней тянулись потоки света. Затем был оглушительный рёв Арьи. После — ударная волна, заставившая меня отъехать назад пару метров. Меня ослепило не несколько секунд, после чего я услышал: — Я, владыка преисподней Арья, даю своё благословение тебе, вампир. И даю благословение сим смертным, дабы восстали они против армии отца. И пусть ничто вас не удержит, ибо проклятая кровь бессмертия потечёт в их жилах. Иди же, вампир. И сдержи обещание. Нас всех окутал золотой свет, после чего мы, спустя секунду, оказались в зале тренировок. Господи, это магия?! я тоже так хочу! Я увидел шатавшуюся Софу, которая жадно дышала, опираясь на стену. — Софочка, ты в порядке? — подскочил я к ней, приобняв. — Да… ну-ка, — она навела руку на одного из тренировочных врагов и пальнула в него огнём. Затем взвизгнула. — Фак, е! я носитель магии демона! — Это хорошо? — несмело спросила Гадюка. — Это прекрасно! теперь у нас есть шанс. Малюсенький, но он есть. — И что теперь? — сказал Жураль. Панда посмотрела на свои руки и улыбнулась. — Я сделаю вас бессмертными. Ближе к вечеру Софа кашеварила зелье на кухне, а пятёрка и я сидели и наблюдали. Вампир что-то шепнула, а затем махом вскрыла себе вены левой руки и кровь полилась в варево. — Ты чего делаешь! — вскрикнул я. — Всё нормально, дорогой, — она чмокнула мою щёку, регенерируя рану. — Это на всякий случай. — Так нам надо будет пить неизвестную отраву, в которую ты налила свою кровь? — с пренебрежением сказала Тигрица, слегка нахмурившись. — Смешавшись с зельем, моя кровь становится всего лишь ингредиентом, который не даст вам умереть от ран. — Но это кровь! — Уже нет. Хочешь попробовать? — Я… эм… ладно, — буркнула она последнее слово тихо. Софа протянула Тигрице половник и подула. Воительница сглотнула и выпила. Затем замерла на несколько секунд, таращась на панду. — Кисло? — спросила вампир. — Сахара захерачить? — Вязко… будто мёд, но вкус как у травы… — Мгм. Теперь иди сюда. Панда коснулась её лба и тихо что-то сказала. По обеим промчалась волна золотистого света. Затем глаза Тигрицы стали ярко-голубыми. Она уставилась на руки. — Как ощущения? — спросила Софа. — Странно. Я совсем ничего не чувствую. — А так? — вампир с размаху вогнала нож ей в грудь. — СОФА, НЕТ!!! — проорали я, Журавль, Гадюка, Богомол и Обезьяна. Вопреки панике, Тигрица невозмутимо вытащила нож и вытерла кровь. — Будто укололи иглой, — сказала она, смотря на рану. Софочка довольно улыбнулась. — Хех, могу, умею. — Ты знала, что я не умру? — Эм… да-да, конечно… эхех, н-не тыкать же мне тебя ножом без оснований, — натянуто улыбнулась вампирша. — Сооооооф. — Кто следующий? — обратилась она к нам. Так, видимо мне потом придётся спасать кого-то от Тигрицы. Споив зелье пятёрке, Софа добралась и до меня. После этого я ощутил холодок во всём теле, после чего наступило странное ощущение, будто я перестал помнить, что такое боль. Панда обняла меня, поглаживая бок. — Ты чувствуешь что-нибудь? — спросила она. — Холодок. — Нет, в смысле привязанность там, всё в этом роде. — Гм. Я задумался. Мне показалось, что я совсем не чувствую любви к ней, к папе, ко всему. И меня это напугало. Не зная, что сказать, я нервно сглотнул и собрался что-то мямлить, как она потянула меня к себе и ласково поцеловала в губы. По телу разнеслось тепло. Я обнял её, прижимая к себе мягкое пухленькое тельце, любовь к которому вспыхнула во мне с новой силой, едва оно отстранилось и его глаза посмотрели в мои. Софа погладила коготками мою щёку. — Ничего? — спросила она. — Я тебя люблю, — тихо сказал я в её мех, втягивая сладкий запах ладана. — И я тебя люблю, — улыбнулась она. — Идём спать, дорогой? — Идём, — я схватил её на руки и понёс в спальню, несмотря на попытки высвободиться и идти пешком. Следующий день начался с того, что на тренировке Софочка показывала, как ходить по стенам. Я бы не жаловался, если бы не падал постоянно, и если бы не отбил себе обе почки с печенью и желудком. Она смеялась с меня, поддразнивая и подзывая за собой. Спустя лет двести, я всё-таки смог пристроиться на потолке. Как я понял, тут довольно неплохо. Правда, я потом опять чуть не свалился и чуть не придавил Гадюку. И пока я оттачивал навык хождения по потолку и стенам, я заметил, что Софа задумчиво смотрит на улицу. Будто пытается что-то там разглядеть, вспоминая о чём-то в это же время. — Соф, всё хорошо? — спросил я, свесившись над ней. — Я вспомнила кое-что… про Молоха, — сказала она рассуждающим тоном. — И про армию. — Что же именно? — Я и Молох — были достаточно близки, поэтому я помню, как он командует армией. И ещё я помню, что он что-то говорил про захват мира и меня. — Гм. А как он хоть выглядит? Он вампирский бледный хмырь, как ты? — тут я спохватился и рухнул перед ней, сжавшись под оскорблённым взглядом. — Ой, т-то есть… ты не бледный хмырь! Я не так сказал! — Расист, — коротко сказала она, повернув голову обратно к улице. — И да, он тоже бледный и без шерсти. Такой облик ещё называют «человек», но это не суть важно. Я помню, что он твоего роста, сильный, и что у него очень большие клыки. Намного больше моих. Я поднялся, потирая голову, и пристроился рядом с пандочкой, упираясь в её бочок своим. — Я его сделаю. Я же воин дракона, я никого не боюсь. — Пф, — фыркнула она. — Молоха-то? ты его просто не знаешь. — И что? — Он жесток, силён и опасен. Скорее, это он тебя сделает. — Спасибо, любимая, ты умеешь дать веры в победу, — сказал я оскорблённо и с сарказмом. — Ты что, обиделся? — Нет, — буркнул я. — По, я только сказала правду. Извини, если я задела, но твоя излишняя самоуверенность сейчас точно не к месту. — Я ещё и слишком самоуверенный? — Ты… нет, ты… ну… ох, По, я просто не хочу, чтобы тебе досталось… — Соф, я воин дракона, я бессмертен, как мне может достаться? Что мне помешает дать по шее какому-то вампиру? — Этот вампир — генерал армии. Его бы не сделали таковым за красивые глаза. Неужели не понимаешь, что он опасен? Он может одной левой сравнять с землёй поселение! — Ты говоришь так, будто им восхищаешься. — Это неправда! Я просто помню, как он сделал это в аду. Он может сделать это снова, если ты не перестанешь самоуверенно себя вести. — Ах так?! а что ещё ты помнишь? Может вы вообще с ним женаты были, а ты это забыла?! Тут я понял, что зря это сказал. Софа посмотрела на меня широко распахнутыми глазами, полными обиды, оскорбления и злости. — Ой… Соф, я это… я н-не специально, это просто вырвалось, — замямлил я, мысленно себя матеря. Она молча отошла от меня и пошла к воротам. — Т-ты куда? Соф, ты обиделась? Прости меня пожалуйста, я не хотел так говорить! — говорил я, рванув за вампиром. Едва я коснулся её руки, как она взлетела в небо, молниеносно отвесив мне пощёчину, от которой голова мотнулась в сторону.