Лекарство от Ликантропии

      Я замер в белом свете фонаря, прислушиваясь к каждому подозрительному шороху. Хлопья снега беспорядочно валились с неба, колко врезаясь в кожу. Холодный воздух стал почему-то особенно тяжелым. Нечто начало сильно давить мне на грудную клетку, а вздохи отзывались невыносимой болью по всему телу. Чувство паники быстро охватило меня, ноги подкосились, и я обессилено упал на мокрый асфальт. Из горла вырвался раздирающий хрип с кашлем, кровь оставила отпечатки на тонком снежном покрове. Зажмурив глаза лишь на секунду, я почувствовал что вся боль начала нерасторопно отступать, а дыхание расслабляться. Поднявшись на ноги, я приоткрыл глаза. Это было странно, теперь снегопад был заметен не только в свете фонаря, но и по всей округе, темнота стала более серой и контрастной, это позволяло мне видеть дальше и больше. Уже знакомый запах дотянулся до моего носа. «По видимому, где-то пролилась кровь.», я ещё раз посмотрел на алые капли на снегу. Прожектор фонаря из леса засветил мне в лицо. Я поморщился, перед глазами зарябили пятна. Вдалеке захрустел снег и послышалось шуршания одежды наперебой частому дыханию. Из-за сосен на дорогу выскочила Шелли, ее рука была замотана бинтом и кровоточила. - Погоди! Стой, Уилл! - Не медля выкрикнула она. - Выслушай! Подумав, я приглашающе кивнул, хотя и не был уверен в безопасности этого разговора. - У-уилл, ты же видишь, видишь что с тобой.. происходит. - Она запиналась и захлебывалась от сильной отдышки после бега по лесу. - И Генри, он всё знает, на всё ответит! - Шелл, довольно. - Я старался сделать свой голос твёрдым и спокойным. - Генри сам не знает, что творит. Он столько понаделать может если к нему в руки попадет ещё и мой паразит. - Нет нет нет, Генри... - Её голос задрожал, а я попятился. - не дурак, он понимает и принимает риски. Я верю ему! - Веришь? Он же садист... то есть, он правда не беспристрастен, он получает удовольствие от боли других! - С ним жестоко обошлись... - Это не повод мучать других! - Довольно, Уилл. - Немного неуверенно, но строго отрезала Шелли. - Это последний шанс принять предложение о сотрудничестве. - Что?! - Т-ты же понимаешь, что и ты представляешь угрозу для общества пока не разобрался с этим паразитом? - Шелл, Генри и правда владеет информацией, но чего она может стоить? Скольких жизней может стоить этот паразит? Мои плечи поднимались на вдохе и нервно вздрагивали от чувства несправедливости да и ситуации в целом. - Тогда тебя нужно устранить, как... бешенную собаку... Я и вообразить не мог, что человек может быть на столько одержим чем-то или кем-то, что это буквально превращает его в монстра! Это же просто Шелли, та самая милая и тихая соседка, которая засмущалась тому, что я нарисовал её!.. Ха-ха! А теперь она стоит, и говорит о том, как уничтожит меня... - Знаешь что?! О-он это предусмотрел. - Девушка поспешно и неуклюже вытащила из кармана фонарь, направила луч света в воздух, то гася то зажигая его. В ту же секунду послышалось приглушенное клацанье железа и протяжный лай. - Он захотел, что бы ты стал жертвой своей же легенды... Шелли со всех ног бросилась в глубь леса, растворившись между стволами и сугробами. Лай с рыком позади меня лишь усиливался. Некий инстинкт во мне стал вопить: «Беги же!» Я поддался ему и скорее кинулся в чащу, в противоположную сторону от моего дома. «Ни в коем случае нельзя привести ИХ близко к жилому району.» Адреналин, хорошее ночное зрение и дополнительная скорость дали мне фору. Я спотыкался и скользил по снежным ухабам, умудряясь держать приличную дистанцию с животными но... Клац!!! Стальные челюсти оледенелого капкана сжали мою ногу. Странно, но я даже не почувствовал боль, только какую-то совсем новую для меня эмоцию-отчаяние, возмущение и ужас. Краем глаза я заметил выныривающих из рыхлых сугробов животных-псов. Озлобленных, громадных, с пеной у рта и горящими глазами. Лапы невероятно тяжело и резко врезались мне в спину, лицом повалив в ветки и снег. Зубы животных начали поочередно впиваться в меня и рвать на куски. Один из псов начал вгрызаться мне в ногу и чуть ли не вырывать ее. Боль была столь мучительной, что я начинал захлебываться криком. Из ран под продранной одежды полезли красноватые побеги-живая броня, но не успевали они окутать меня, как животные разгрызали и их. Не знаю сколько животных там было, около семи или восьми, верно? Некоторые из них, ухватившись за остатки одежды, смогли перевернуть меня на спину. Я мгновенно подставил руки перед глазами. Разряенный мастиф оперся мне на грудь лапами, изо всех сил сжимая челюстью плечо, пока две другие собаки впились в кисть и начали трепать, с каждым разом сдирая все больше кожи. Ногами я ещё пытался отбиться от оставшихся собак, но и то было абсолютно бесполезно. Из общей неразборчивой гаммы мук выделился резкий и невозможный «рывок» боли. Это произошло когда одно из животных потянуло кисть с такой силой, что конечность оторвалась, как если бы кусок оторвали от простой тряпичной куклы. Из-за четных попыток оболочки создать щит я даже не мог отключится и снова оказаться в том темном оазисе где нету боли или чувств вообще. Как только лицо оказалось полностью беззащитным собаки кинулись царапать и разрывать его когтями на части, я даже и не понял когда конкретно, но левый глаз утратил способность видеть. Один пёс начал свирепо вгрызаться прямо в горло. «Нет!!! Не позволю! Нельзя! Это не будет продолжаться и секундой дольше!»       Очнулся я в снегу, затопленном кровью, с разбросанным тряпьем, которым стала приличная часть моей одежды, и валяющими ошмётками собственной плоти. По окраинам этой злосчастной поляны валялись восемь собачьих тел. Первые пять минут я просто дышал, дышал и думал. Этот ужас для меня все ещё происходил, я не мог вытащить своё сознание из этого ада. Ада, где есть лишь боль, холод, и страх мучительной смерти. «Нужно... встать.» Я оперся сначала на локти, потом попытался подняться на руках, но... Не имея одной из конечностей я беспомощно свалился в снег. Отростки оболочки плотно обволокли рваную рану с торчащей из неё раздроблённой костью. На обеих руках была до жути изуродована кожа и виднелись кучи укусов. На ногах так же была уйма рваных ранений, кое-где даже виднелась кость. Что стало с шеей после нападения той собаки я так и не узнал-отростки уже плотно обволокли её. Прикоснувшись дрожащими расцарапанными пальцами я проследил куда тянется один из них. Ползя от раны по шее, извиваясь под углом нижней челюсти, он дорос до самого глаза, только вот... Там не было глаза. Открыть его не получалось просто физически, да и видеть им я, понятное дело, ничего не мог. Половина мира просто пропала. Мой потерянный взгляд случайно зацепился за непонятный объект залепленный бордовыми ошмётками, валяющийся в алом снегу. Уцелевшей кистью я боязливо дотронулся до этого объекта, затем поднёс перед собой за нечто отдаленно напоминающее корень... В ту же секунду как я пригляделся я выронил его, будто уколовшись или ошпарившись. Тошнота подступила к горлу, тогда я перевернулся на живот и уже не стал сдерживать ее. «Глаз!!! Э-это мой чертов глаз!!! Боже как же противно! И за что мать вашу мне это?! За что?!» Тяжело, измученно я наконец встал на ноги, еле удерживающие меня. Один шаг, второй, третий... Заново учится ходить пришлось с парой переломанных рёбер, глубокими ранами, больше проходящими на пробоины по всему телу, без кисти и без глаза. И почему-то... стало смешно... я буквально не мог сдержать смеха с улыбкой. Воспоминания начали восставать из пепла шока.

      Вспоминаю: в какой-то момент мне стало так плохо, когда эти собаки рвали меня на кусочки, что волна абсолютно нечеловеческой ярости взяла мое сознание в заложники и поставила лишь одно условие-прекрати быть жертвой, ты-хищник. Из самой груди у меня вырвалось щупальце с заостренными костями на конце. Двое псов, нависнувших надо мной были моментально нанизаны на него и отброшены куда-то в сторону. С леденящим душу хрустом костей мое тело поднялось на ноги. Оставшиеся шестеро животных не стали давать мне долгой форы, и почти сразу же пошли в наступление. Конечность без кисти механически выдвинулась в сторону к бегущей на меня овчарке. ХРУСТ Произошло что-то на подобии выстрела, и теперь этот нападающий висел передо мной на отростке, словно пуле вылетевшей из руки, и насквозь пролетевшей череп животного. Налетевших со спины двух псов лозы, вырвавшиеся прямо из лопаток, задушили, подняв высоко в воздух. Оставшиеся троя вдруг помедлили с атакой, и боязливо порыкивая, стали пятится, зачуяв в противнике угрозу совсем не их уровня. Из каждой моей ранки вылезло по несколько тонких отростков, они стали моим доспехом и создали абсолютно новое тело, точнее, его каркас, сильно перекликающийся с настоящим демогоргоном. Собаки пустились на утек, но существо которым я стал, в один рывок настигло их и нанизало на щупальца, россыпью возникшие по всей моей спине, их там было штук двадцать. Я контролировал и ощущал каждое, будто бы прожил этим существом уже не одну жизнь. Всё они были мертвы. Охота удалась на славу-объявила отступающая ярость, и от моего горла будто убрали лезвие. Уже не понимая что происходит я доковылял до центра места сражения и замертво рухнул в снег-разум сдался уже давно, а тело не выдержало только сейчас... А дальше...

Тем-но-та...

- Аха-х!!! Они же так старались, так старались! А я ЖИВ! Пар клубился изо рта, а заливистый хохот разнес зловещее эхо по всей округе. Как же я смеялся! - Ха! Жив!.. Хотя стой, а точно ли жив?.. - Воздуха в легких уж перестало хватать. - НЕТ!!! Я же просто ходячий мертвец! Ха-ха-ха!!! Я занёс перед лицом руку с оторванной конечностью, лозы из отростков уже соорудили каркас кисти, я даже мог слегка шевелить «пальцами». «Это даже не моя рука!..» Смех превратился в стон, затем в хрип, а потом и вовсе растворился, оставляя руины моего рассудка наедине с лесной тишью. Где-то недалеко от меня, сквозь деревья просматривался свет трёх рядов окон в высоту и столько же в ширину. «Господи, я знаю чей это дом!”       Снег все ещё хаотично танцевал в тёплом фонарном свете, пока я вслушивался в «шкрябающие» звуки за воротами большого и жуткого особняка. Пожалуй, он был чересчур классическим даже для заезженного дома с призраками из любого второсортного фильма ужасов. Хотя мне ли судить? Я, уже двумя глазами, осмотрел «новую» кисть. От прежней не отличить, правда ногти на ней ещё не успели «доплестись» до конца. Но и ждать я уже не мог. У меня возникла резчайшая потребность, острая надобность оказаться там. - Ла-адано... Хуже не станет-это факт. Гулкий стук пошел по периметру всей сплошной ограды. Шкрябание и возня стихли, я услышал проминающее снег шаги. Высокая калитка распахнулась с жалостливым скрипом. - Добрый вечер, чем я... - Тайлер... оторопел... - Господи, блять, Боже, что с тобой?! Взглядом полным ужаса он прочесал каждый сантиметр меня, пытаясь найти хоть одну ранку. - Я в порядке, поверь. - Ты весь в крови!.. То есть, прям ВЕСЬ!!! - Он нервно выдохнул воздух и демонстративно развел руками. - Мне сейчас очень нужна твоя помощь, прошу… Мне надо войти внутрь! - Ну… как скажешь. - Тайлер, спасибо огромное. Я постараюсь все объяснить. Блондин ещё немного помялся, но потом соглашаясь хмыкнул и повёл меня за собой через двор перед особняком. Дорожка из плитки по которой мы шли была полностью очищена от снега и льда, а на крыльцо дома опиралась широкая лопата. Видимо, я отдернул Тая от той самой чистки. Дом вблизи казался ещё более громадным и устрашающим, на его стенах цепко держалась засохшая лоза, изредка петляющая по старым карнизам. Парень подтолкнул входную дверь за ручку и впустил меня в тепло. Я кажется уже и забыл, что по мимо холода и боли существует что-то противоположное. Тут было светлее и куда уютнее чем снаружи особняка. - Та-ак... подожди тут. - Тайлер, сбросив всю верхнюю одежду, молнией взлетел вверх по лестнице. Тихим скрипом по потолку отдался его спешный бег. Я, так же сняв разодранное и пропитанное кровью подобие верхней одежды, вышел на середину, осматривая первый этаж. В просторном длинном холе было три двери и одна большая арка, выходящая в гостиную. Там в самой середине стоял длинный деревянный стол, ножки которого виднелись за кремовой скатертью, а в дальнем углу два одиноких кресла напротив погашенного камина. На стенах в коридоре и той же гостиной висели кучи картин разной степени старости. Было во взглядах людей на них что-то горделиво-надменное. Скорее так: они явно не рады тебя видеть, но не прогоняют из вежливости. - Уилл, поднимайся сюда! Я поспешил вверх за голосом Тайлера. Парень стоял в конце лестницы с охапкой одежды в руках. - Я тут нарыл своих старых вещей, вроде должны подойти. - Ох, ещё раз огромное спасибо, Тай. И прости что так много проблем приношу. - Это ерунда, правда. - Он устало но добро вздохнул, передавая мне одежду. - Главное объясни мне что произошло. Я сдержанно кивнул. - Ванная прямо в конце, я подожду тебя внизу. - Кратко объяснил он. - Разберёшься там? - Да да, не беспокойся.       Тёплая вода обрушилась мне на плечи, тут же подняв облако пара. Стекая с меня она окрашивалась в ярко-красный. Я уткнулся головой в стену, оказывается я и не чувствовал как было напряжённо все тело. «Да, паразит не даёт мне умереть, но боль я еще чувствую.» Я начал переплетать слова Генри с произошедшим недавно. «Это орудие атаки, а не обороны, как броня он помогает не так сильно нежели если с его помощью уничтожать врагов.»       Как же прекрасно быть не по уши в крови! Хотя, вряд ли это поймёт ещё кто-то. Одежда которую предоставил мне Тайлер оказалась действительно подходящей и не менее комфортной. Смыв разводы крови со всей плитки душа я со спокойной душой покинул ванную. «Легко, хорошо, чисто. Как мало оказывается нудно для чувства комфорта?» Сбежав вниз в гостиную я обнаружил, что Тайлер успел разжечь камин и заварить чай. Его блаженный ягодный запах уже разлетелся по всей гостиной. - Это выглядит.. весьма уютно. - Типо того. - Парень устроился на кресле со скрещёнными ногами. - И-и как же так вышло, что ты весь в кровищи оказался тут? - Тай, мне нужно…. ох… - Это всё очень серьезно, верно же? - Так и есть… Я выложил все. От той самой осени в Хоукинсе и до этого вечера. В моём положение лучше не недоговаривать. Тайлер был спокоен и холоден. Не перебивал, но иногда задавал вопросы. В доказательство я продемонстрировал ему пару возможностей моего маленького соседа по телу. - Ох, ладно... хорошо, я понимаю чего ты боишься, но как собираешься решать эту проблему? В моей голове уже появились наметки плана. - Сдам полиции. - Так просто?.. - К сожалению нет! Сначала я подумал просто привести копов в тот сарай в лесу, дорогу я смутно, но вспоминаю, но потом понял, что это подставит меня же, ведь я буду непосредственно причастен, а мама этого не переживет... - Должно быть ты прав... Знаешь, я раньше хорошо общался с Генри, то есть, помогал с подработкой, у нас были общие музыкальные увлечения, да и вообще он казался мне классным, это мы только с прошлого года "враждовать" начали, но и на то была причина. - Что ты имеешь в виду? - Это неприятная история, и я правда не хотел что бы это привело к тому, к чему привело. - Напряженно произнес он, начиная откровение. - Прошлым летом папа сотрудничал с отцом Генри, спонсировал его весьма удачную бизнес-идею, если коротко. Все шло прекрасно, но в какой-то момент поставки сырья стали приходить то отвратного качества, то задерживались на месяц или более, ему стали часто отказывать в рекламировании продукта, клиентура сильно упала. Приемный Отец Генри согласился полностью продать бренд моему практически за полцены. И в следующем же месяце все как по волшебству дело резко пошло в рост, заказы, поставки, желающие спонсировать или сотрудничать. Компания буквально вылетела из могилы, что естественно насторожило отца Генри. Он подал в суд на папу за мошенничество. Мы с Генри пытались не поднимать эту тему во время общения, но наша дружба уже успела охладеть. Дальше началось ужасно долгое разбирательство и детективы смогли найти некоторые бумаги , которые подтверждали причастие моего отца к оферте и множестве подозрительных взаимодействий с компаниями поставщиков, но суд не смотря на все доказательства объявил его невиновным. Генри с того момента начал избегать меня, но я не осуждал его. А тем временем его отец просто впал в настоящее отчаяние, стал нанимать всех возможных детективов, подавать кучи исков на повторный суд. Он стал полным банкротом, а из-за поигранного суда и скандальной истории его не желали видеть ни на одной приличной работе, а потом нашёл утешение в алкоголе и через пару месяцев, в конце этой весны, просто взял и пропал, как-будто и не было его... Генри попал назад в детский дом и ополчился не только против моего отца но и против всех с кем моя семья имеет дело... - Боже... - Это я в том числе к тому, что из-за отчима полиция уже имеет Генри ввиду как не самого порядочного человека... Он резко замолчал, потом вздохнул и запрокинул голову к потолку, прикрыв глаза. - Я так ненавижу себя из-за этого. Я не могу терпеть себя из-за того, что это все вообще произошло. За день до школы я никак не мог уснуть, я сидел и думал, как мне смотреть этому человеку в глаза... Может, если бы ты не появился я бы вообще... Он приподнял руку и холодно посмотрел на запястье с еле заметными тонкими шрамами. - Тайлер, ты чего?... - Нет нет, этим уже пару месяцев... Я больше таким не занимаюсь, правда. Я растерянно и изумленно уставился на Тайлера, в горле встал противный тяжёлый ком. Лишь одна мысль о том, что он мог сделать с собой что-то неисправимое заставило сердце пропускать по несколько ударов. - Это было очень глупо, но тогда это помогало. И... я очень рад, что сейчас жив. Повторюсь, я больше так не хочу делать... Уилл, ты чего?.. Я и не заметил, как из моих глаз потекли слёзы. - Я... Мне стало так страшно и противно от его слов, так некомфортно из-за ужасных мыслей, что контроль над телом был потерян. - Я боюсь за тебя. - Уилл... Ох, какой я дурак!.. - Он спрыгнул со своего кресла и присел на корточках, глядя на меня снизу. - Ну тише, я тебе клянусь, что завязал с порезами. Все эти мысли у меня в прошлом. Нет, я тебе верю, - Прошептал я, предварительно сделав пару глубоких вдохов. - просто даже фантазировать об этом очень... больно. - Да ладно тебе. - Тайлер бережно, успокаивая, погладил меня по плечу. Затем, он чуть отстранился и развёл руки в стороны, приглашая в объятия. Ни думая ни секунды я буквально упал в них и просидел так, кажется, целую вечность. Когда слёзы на глазах высохли я поднял голову на Тайлера. Свет пламени маячил в его зрачков. Я замер, и почти не дыша, бегал глазами по его лицу, будто впервые видя. Еле слышно трескали бревна в камине, а за окном продолжал валить снег. Парень улыбнулся уголком рта и шутливо прищурил на меня глаза, но с каждой секундой выражение его лица все больше выражало какую-то восхищенную, и в тоже время томную эмоцию. В комнате повисло легкое напряжения, сердце стало биться быстрее в ожидании того, что должно было произойти в следующие мгновение. Тайлер глядел на меня так внимательно, так сосредоточено, скользя по каждому миллиметру кожи, пока его лицо понемногу приближалось. Теплая рука бережно легла ко мне на щеку. Решительно, но мягко наши губы наконец соприкоснулись. Абсолютно космическое чувство подобной близости сводило с ума. Какие только страдания не стоили этого момента... Пара секунд, не больше, но всё тело вздрагивало и горело. Он отстранился на пару сантиметров, и улыбнувшись, шепнул: - Я люблю тебя. Так и не успев ему ответить я вновь оказался в тесных объятиях, покрываемый уже более долгим, глубоким поцелуем.       Как бы мне не хотелось проживать это всю вечность, нам пришлось отвлечься от чувств. Около часа мы вели разработку некого «плана», и в итоге продумали его до конца. На часах было уже 6:30, и по правилам, я должен был добраться до дома за 20-30 минут. Тай очень настоял на том, что бы проводить меня, да и я решил, что сейчас идти одному не слишком безопасно. Около моего дома мы и расстались. Быстро обнялись на прощание, и разошлись в разные стороны.       Финальный акт может и не решит судьбу всего города, но наши с Генри судьбы точно.