Определённость

      Если быть до конца честным с собой, Текно прятался. Совсем немного. Чуть-чуть.       Не то что бы он раньше не убивал людей, не то что бы Туббо был его другом или братом, но он не мог перестать чувствовать себя виноватым. Первым инстинктом Текно в подобных случившейся ситуациях всегда было «сначала стрелять, задавать вопросы потом», а не «задавать вопросы, разбираться в ситуации, тем временем делая из себя прекрасную мишень». Текно большую часть своей жизни провёл в битвах, конечно, у него сформировался такой образ мышления. Конечно же!       И всё же…       Забавно, но во снах его преследовал не столько испуганный взгляд Туббо, сколько полный отвращения и недоверия взор Томми. Его брат никогда не смотрел на Текно так.       Видимо, для всего бывает первый раз.       Туббо почти сразу простил его, что неудивительно. Конечно, первое время мальчик шугался Текно, но со временем всё снова вернулось в обычную для них двоих динамику. Чего нельзя сказать о Томми.       Текно не мог не подумать о Филе. Отец был бы не доволен, если бы знал, что творит Вилбур. Он вряд ли был бы доволен и поступком Текно, но он бы понял, хотя обоим бы досталось за то, что происходит с Томми, ведь когда трое покидали мир Фила, они обещали, что в случае чего всегда будут приходить на помощь друг другу, будут держаться вместе, будут поддерживать друг друга. В итоге Вилбур втянул своего брата в войну, которую сам же не смог выдержать даже психологически, а Текно… Он никогда не был хорош в эмоциях и общении с людьми. Текно всегда удивлялся, как ему удавалось не разругаться в пух прах со своей семьёй просто из-за недопонимания.       Для всего бывает первый раз. Для всего бывает и последний.       Нет, Томми простит его. Когда-нибудь. Они же семья.       Сколько бы Текно не повторял себе эти слова, один лишь вид подростка, пытавшегося не смотреть на него или всегда стоять рядом с Туббо, делал больно. И Текно не знал, что ему делать. Что сказать, чтобы Томми перестал воспринимать его как угрозу? Поэтому взвесив все за и против, он решил ненадолго свести на минимум время, проводимое в Погтопии, чтобы дать подростку отойти.       И, конечно же, стоило ему отвести взгляд от брата, он попал в беду.       Текно не мог не подумать, что на эмоциях Томми сделал что-то глупое, такое уже случалось раньше. Но когда он увидел подростковую фигуру в слегка крупноватом плаще, Текно не мог не усомниться в своём поспешном выводе. Руки и лицо Томми были усыпаны многочисленные царапинами. На щеке виднелся чуть более глубокий порез с неровными краями.       Вряд ли от холодного оружия.       Томми выглядел уставшим, слегка нервным. Слегка до тех пор, пока Туббо не выкрикнул его имя и подросток не заметил три пары глаз, внимательно следящих за ним. Томми тут же застыл на месте. В его глазах очень быстро пронеслись страх и паника, которые быстро сменились решительностью.       – Туббо, – слегка вопросительно сказал Томми.       Его взгляд пробежался по другу, видимо, чтобы убедиться, что с Туббо всё в порядке. Завершив свой мини осмотр, Томми обратил взгляд на Текно, но тут же отвел его в сторону третьего присутствующего.       – Дрим, какими судьбами? – и взгляд, и голос подростка сквозили холодом. Видимо, он всё ещё злился на то, что тот предоставил Вилбуру взрывчатку.       – Я бы задал этот вопрос тебе, – спокойным голосом ответил Дрим.       Текно тут же обернулся в сторону парня. Конечно, с маской трудно было сказать, что конкретно сейчас испытывает Дрим, но Текно хватало и языка тела (всё-таки та дуэль прошла недаром). Дрим был напряжен, но он не выглядел так, будто сейчас ринется в битву. Вряд ли он считал Томми опасностью, скорее был обеспокоен за подростка.       – Ну, я тут живу, – снова слегка вопросительным тоном ответил Томми.       Блондин явно хотел сказать что-то ещё, но его перебил Туббо.       – Где ты был? Ты обещал, что вернёшься через день!       – А, так вот к чему это собрание, – Томми наконец-то сдвинулся с места и прошёл мимо троих. – Прости, Туббо, слегка задержался. Почему-то не мог вернуться обратно в мир, – бросил он, уходя вглубь Погтопии.       Остальным не оставалось ничего, кроме как следовать за ним.       – В каком смысле «не мог вернуться»? – задал возникший у всех вопрос Туббо.       – В смысле я собирался вернуться в мир, но телепорт не сработал, – начал Томми, потянувшись в сундук с картошкой. – Я попробовал ещё раз, – подросток закинул картошку в печку, – безуспешно. Потом я попробовал ещё раз сто, пока внезапно я не оказался прямо на краю обрыва туманной горы, откуда я тут же свалился вниз, чем я совершенно не горжусь, – взгляд Томми зацепился за уже готовую картошку, которую он тут же принялся есть. – Боже, какой же я голодный! Да, падение, точно. Как я и говорил, я слишком крут, поэтому я умудрился не разбиться, однако, – он указал на свои руки и лицо, – слегка поцарапался. Ну, и придя в себя, стал искать путь в Погтопию.       Звучало логично. Слишком логично. Так, будто Томми заранее приготовил эту историю. Помимо этого он не смотрел в глаза никому из троих и всё время пытался стоять спиной или боком к ним. Даже если верить этому рассказу, остаются вопросы. Почему мир не позволил Томми телепортироваться? Почему он появился в совершенно рандомном месте? Почему Дрим не смог телепортироваться к нему, когда Томми уже был здесь?       Эти же вопросы крутились и в голове Дрима, Текно был в этом уверен. Но парень молча наблюдал за тем, как подросток быстро поглощает еду, пока не пытаясь поднять ни одну из этих проблем.       – У тебя точно только царапины? – обеспокоенно спросил Туббо, сделав шаг в сторону Томми. – Там было достаточно высоко. Может быть, снимешь плащ, мы посмотрим?       Второй раз в глазах Томми отразилась паника, которая быстро была подавлена, но осталась замеченной Текно. Что-то явно было не так.       – Разве если бы я не был в порядке, я бы не хромал или что-то вроде того? – всё же ответил Томми. – Всё хорошо, Туббо. Просто дай мне немного отдохнуть. Эта телепортация отняла очень много сил.       Да, Томми выглядел уставшим, здесь он не соврал. Скорее он выглядел так, будто уже уснул бы стоя, если бы не был таким голодным. Видимо, и Дрим это заметил.       – Что ж, тогда я рад, что ты нашёлся целым и относительно невредимым. Я попробую узнать, что не так с телепортом, но у меня могут возникнуть ещё вопросы, поэтому могу снова навестить Погтопию в ближайшее время. Не против?       – Как будто у меня есть выбор, – пробурчал себе под нос Томми.       Очевидно, Дриму было достаточно такого согласия, поскольку он лишь кивнул Туббо и Текно головой на прощание и растворился в воздухе.       Текно не был уверен, заметил ли Туббо, что с Томми что-то было не так или он просто беспокоился обо всей ситуации в целом, но мальчик так или иначе переживал за друга и тут же принёс ему пирог Ники, уговаривая блондина рассказать о путешествии. Томми лишь добродушно закатил глаза, будто не ожидал ничего другого от своего друга, и стал вкратце рассказывать всё то, что происходило до его попытки телепортации. Вот только, когда Туббо спросил, действительно ли он не мог целых два дня вернуться в их мир, Томми кивнул, после чего стал покусывать ноготь на указательном пальце руки.       Текно давно не видел этого жеста в исполнении своего брата, но он помнил очень хорошо, что тот означал, ведь он видел своими глазами, как рос Томми. Какими бы ужасными не были его социальные навыки, он знал своих братьев. Томми что-то скрывал. Что-то очень важное, что он не станет рассказывать даже самым близким людям до тех пор, пока его не поставят в тупик и другого выхода из него уже не будет.       И Текно мог бы надавить на своего брата, приведя в аргумент только эту привычку. Мог бы, и раньше этого, возможно, даже бы хватило, чтобы расколоть Томми, но не сейчас, когда подросток всё ещё чувствует себя так, будто Текно предал его. Сейчас это приведёт только к очередному скандалу.       Текно тихо вышел из комнаты, вздохнул и открыл коммуникатор.       Вилбур, если ты сейчас же не притащишь сюда своё тело и то, что ещё осталось от твоего разума, я сам найду тебя, и, поверь мне, тебе это не понравится. Перестань играть во взрослого и будь им в кои-то веки!