— Трахни меня, Лавэнэ...

Шум и бешеный грохот музыки. Какие-то новомодные биты вырывались из огромных колонок, снося звуковыми волнами стоящих рядом людей. Ритмы вдалбливались в голову и начинало казаться, что их воспроизводит твой собственный мозг. Неоновые розовые огни бегали по лицам, мгновенно ослепляя и тут же уводя лучи в тень. Чёрные силуэты людей на танцполе сливались с общей картиной. Кица не был фанатом подобных заведений, да и такая музыка мало его интересовала. Зато интересовал Дэм, прямо сейчас сидящий рядом, за барной стойкой, и допивающий стакан виски со льдом. Лавэнэ уже давно разглядывал своего спутника, прикидывая, насколько он пьян. Четыре стакана. В целом, немного, но Келлерман уже выглядел так, будто бухал неделю. Его расфокусированный мутный взгляд ясно сообщал, что парень «готов». Впрочем, что взять с непьющего спортсмена, которому всего восемнадцать? Яркое сияние от экрана телефона осветило лицо белобрысого. Его пальцы быстро набирали нужный номер.  — Алло. Можно такси заказать? К бару, чем быстрее, тем лучше. Спасибо. Через десять минут машина прибыла. За это время Дэмон успел выпросить ещё один стакан, утверждая, что он трезв, как стеклышко. Кица тактично согласился, не став спорить. Они вместе, шатаясь, вышли из бара. Музыка стихла, но по-прежнему оставалось неприятное ощущение приглушенности звуков, будто в уши напихали ваты. Блондин продолжал что-то бормотать, пока Лавэнэ усаживал его в машину, блеснувшую чёрным боком в свете розовой вывески.  — Адрес 91V. По улице Герде.  — Мы… Куда? — Келлерман спросил чуть громче, и белобрысый начал его тихонько успокаивать, убеждая, что они скоро попадут домой. Ага. Только домой к самому Кице. Водитель дал по газам, фарами вырывая у тьмы ночного города дорогу. За большими прозрачными окнами быстро менялись пейзажи, а точки фонарей сливались в единые белые полоски, давящие на глаза. Лавэнэ смотрел на временами освещаемое ими лицо Дэма, которого уже чуть не укачало. Автомобиль круто повернул, разворачиваясь около дома беловолосого, и остановился. Крякнул ручник, Кица быстро отдал деньги, не забыв чаевые, и аккуратно вывел своего напившегося приятеля из салона. Дверь негромко хлопнула, и они остались одни на пороге, пока хозяин искал ключи от коттеджа.  — Лавэнэ… Мать твою… — Келлерман зашатался, сильнее прижимаясь к груди белобрысого. — Трахни меня, Лавэнэ… Тот замер, удивлённо взглянув на блондина. Лицо последнего скрывалось в тени, и угадать выражение было невозможно. «Мда, кажется, перестарался… Ладно, чёрт с ним, мне же лучше.»  — Только если ты этого хочешь, дорогой, — вслух ответил Кица, разобравшись с ключами и открывая дверь.  — Я сказал… трахни меня… Возьми прямо сейчас. Я, блять, хочу твой член в своей заднице. «Определённо перестарался».  — Оу, малыш, как грубо…  — Какой ещё, блять, малыш?.. Я хочу грубо… Сегодня я самая похотливая сучка из тех, что тебе попадались. «Ладно, возможно, мне нравится такой Дэм…» Келлерман поднял голову, пьяно сверкая голубыми глазами. Они уже зашли в прихожую, когда парень впился губами в рот беловолосого, но по своей неопытности лишь неуклюже пытался всосать чужие губы в себя. С уголков его рта стекала слюна. Кица быстро перехватил инициативу в свои руки, вдавливая Дэма в стенку коридора. После затянувшегося первого поцелуя сразу последовал второй, более глубокий, быстрый и смазанный. Болезненный укус в шею, несколько засосов. Руки Лавэнэ легли на бёдра парня, одновременно его колено уперлось в чужой пах.  — Ну что ж, сегодня тебе придётся очень хорошо поработать ротиком, если хочешь мой член… — Беловолосый хмыкнул, облизывая губы. Сам напросился. Теперь кошка хочет поиграть со своей мышкой. — Нравится шибари? Хотя, тебе, такой податливой шлюхе, слова не давали. Блондин сдавленно вздохнул на слове «шлюха», как бы впитывая воздух, в котором витало это пошлое, грязное прозвище. Казалось, если повторить его ещё несколько раз, Келлерман кончит. Они едва дошли до спальни, где Кица буквально из ниоткуда достал красные верёвки. В любом случае, Дэмон не заметил.  — Раздевайся, — кратко приказал Лавэнэ, откидывая волосы назад. — Быстрее. Зачем такой бляди как ты столько одежды? Блондин, едва услышав веление парня, начал неловко, дергано в попытках ускориться срывать с себя кофту и брюки. Белобрысый, ухмыляясь, ожидал, пока тот закончит. Сегодня будет шоу. Давненько он так не развлекался. Когда Келлерман полностью разделся, он встал перед парнем, раскрасневшийся, растрепанный, еле соображающий, что происходит.  — Прелестно. Кожу на груди перетянули плотные верёвки, быстрыми руками Кицы завязывающиеся в узлы на спине и плечах. Красные путы стянули запястья и щиколотки, прошлись по бедрам и ягодицам, обогнули торс. Лавэнэ действовал ловко и умело, не переставая облизывать подсохшие губы. Дэм уже сидел на полу, покорившись. Связывание было завершено. Но «шоу» только начиналось.  — Небольшой инструктаж… Ты не имеешь права открывать свой блядский ротик если не сосешь или не отвечаешь на мой вопрос. Отвечая, в конце обязательно «господин» или «повелитель». Стоп-слова у нас нет. — Кица мило улыбнулся и обошёл вокруг парня, садясь на корточки за его спиной. — Понятно? Блондин громко и сдавленно ахнул, так как сзади в него вошло что-то большое и округлое. Медленно, но он догадался, что это анальная пробка.  — Я не слышу ответа, — железно сказал белобрысый, вгоняя пробку глубже. Келлерман рвано вдохнул, ёрзая.  — Да, господин…  — Отлично. В воздухе внезапно со свистом взлетела плеть, упав длинными хвостами на спину парня. Тот вздрогнул, дернувшись всем телом, но вскоре привыкнув. Быстрые, лёгкие удары, рассекающие кожу. Несколько приходятся на грудь, руки, ягодицы, после каждого шлепка слышится «ах» и тяжёлое дыхание. Дэму нравилось. Он прикрывал глаза, полностью отдаваясь Лавэнэ. Больше всего неудобств приносила треклятая пробка, плотно зажатая между уже изрядно побитыми полушариями. Ну и собственный стояк, давно ноющий от нетерпения, но всё не получающий разрядки. Наконец, беловолосому наскучило махать плетью. Он поднял Келлермана с пола, заваливая того на кровать и сам ложась следом.  — Покажи всё, на что способен. Этой ночью я хочу получить максимум от твоей развратной туши. Блондин, всё ещё связанный, прикусил губу, глядя на член Кицы. Верёвки мешали сесть удобнее, руки оставались намертво связанными за спиной. Однако он всё же неаккуратно, проминая под весом своего тела матрас, устроился между ног усмехающегося Лавэнэ, всем телом наклоняясь к его паху, отставив зад. Неудобная поза отдалась болью в пояснице. Налитая кровью головка вошла в рот. Алкоголь туманил голову, Дэм с трудом отсасывал, кое-как, удивительно только то, что он до сих пор не откусил член беловолосого.  — Господи… С такими навыками тебя ни в один бордель работать не возьмут. Так и останешься бесплатной шалавой. Я даже не близок к концу. Келлерман молча взял глубже, теперь головка упиралась в нёбо, он ласкал ствол губами, поглаживал языком надутые вены. У Кицы вырвался сдерживаемый стон. Его рука зарылась в волосы парня, инстинктивно сильнее вжимая чужую голову в свой пах. Несколько раз он толкнулся вперёд, чувствуя, как блондин сделал движение горлом, подавляя рвотный рефлекс. Быстрые и рваные вздохи, когда горячая сперма мгновенно заполнила рот связанного. Он послушно принял всё, быстро глотая. Лавэнэ поднял красное, немного испачканное лицо Дэмона, резким движением большого пальца убирая с него беловатые капли и целуя, оттягивая губы парня на себя, кусая их до крови.  — Ммм… Назови меня грязным, прошу… — прошептал ему в рот Келлерман, закрывая глаза.  — Я вроде запретил тебе говорить, тупая блядь, — зашипел белобрысый, разрывая поцелуй и прикусывая мочку уха парня. Тот простонал, морщась от боли и возбуждения одновременно. — Как тебе идея покататься на моём хуе? Ты же этого хотел с самого начала. Такая похотливая, покорная сучка.  — Д-да, господин!.. Кица притянул разгоряченное, потное тело парня к себе, быстро вынимая пробку. Затем встал, усмехаясь.  — Жди здесь. Хочу сначала найти гандон, не очень хочется подцепить от тебя какую-нибудь дрянь. Он легко нашёл упаковку квадратных пакетиков и отсоединил один, тут же разрывая его. Затем ловким движением пальцев раскатал презерватив вдоль члена, уже возвращаясь к блондину. Лёг на кровать, приподнял Дэма, помогая ему сесть. Тот захныкал, начиная тереться об стояк и заставляя Лавэнэ дышать прерывистее. Парень сделал движение тазом, толкаясь внутрь Келлермана, который сам насаживался на член, постанывая. — Быстрее, господин... Прошу... Я х-хочу... — Посмотри на себя, ты такая шлюха сегодня. Кто бы мог подумать, что тот самый Дэмонтаниэль, отличник, спортсмен, комсомолец и просто красавчик будет умолять меня трахнуть его? В ответ тот лишь откинул голову назад, открывая шею для поцелуев. По желанию Кицы они поменяли позу. Парень развязал блондину ноги, пошло разводя их в стороны и проходясь пальцами по внутренней стороне бёдер, затем звонко ударив по округлым ягодицам. Дэмон стонал как порно-звезда, приводя белобрысого в восторг. За этот вечер оба кончили по несколько раз, уже сбиваясь со счёта и едва успевая восстанавливать дыхание.

***

Келлерман проснулся, с трудом разлепляя тяжёлые веки. Голова невыносимо болела… И не только она. Парень поднялся с кровати, быстро поняв, что он полностью голый и не у себя дома. Рядом спал Кица. «Что, блять, я вчера творил…» Резкий подъем с постели отдался болью в пояснице и заднице. Дэм на подгинающихся ногах нашёл в доме Лавэнэ душ, сразу закрываясь там. На руках и голенях виднелись следы от веревок. Тело было осыпано прямоугольными следами от ударов. Вся шея, ключицы, соски хранили на себе яркие засосы и укусы. Губы опухли и покрылись коричневатой корочкой. На бедре блондин заметил подсохшие капельки спермы. Парень издал глухой стон досады и злости, он почувствовал себя действительно всего лишь грязной шлюхой. Включилась горячая вода, и Келлерман залез в кабинку. Все раны тут же начали саднить и ныть, тело ломило. Тяжёлая голова с трудом соображала. «Чёртов Лавэнэ… Чем ты меня, блять, напоил». Дэм стоял под душем, стараясь смыть с себя боль. Однако когда вода попала в сильно растянутую и тоже опухшую промежность, блондин зашипел. В дверь вежливо постучали.  — Даже не думай, блять, уйди отсюда! — заорал парень, тут же пожалев об этом, потому что голову сдавил спазм.  — Оу, Дэмик, я, может, и рад бы был, но во-первых я всего лишь принёс твою одежду, а во-вторых, это мой дом. — ответили за стеной.  — Оставь на пороге, — буркнул Келлерман, выключая воду. Через десять минут он, одетый, вышел из ванной. На кухне его поджидал Кица.  — Славная была ночка, что скажешь?  — Что вчера было?.. — пробормотал блондин, уже сильно сомневающийся, что хочет знать ответ.  — Ну, ты очень сильно хотел мой член. Я, конечно, не мог тебе отказать, Дэмик, — мило улыбнулся Лавэнэ. — Или, может, правильнее — моя похотливая сучка? В постели тебе это безумно нравилось. Келлерман моргнул, глубоко выдыхая. Он бесцветным взглядом смотрел на стенку.  — Что такое? Уже жалеешь? Или снова возбудился?  — Иди нахуй, блять.  — Грубо, — покачал головой Кица. — А вчера ты звал меня господином.  — Я сказал, иди нахуй, — срывающимся голосом повторил блондин.  — Да ладно тебе. Чего переживаешь? Залететь у тебя не получится. Разве что Черныш может обидеться… — Белобрысый говорил легкомысленно, раздражая этим парня. — Но обещаю, ему я скажу, что мы просто трахались. Никакой любви.  — Не надо говорить… — вздрогнув, пробормотал Дэмон.  — А, он, по-твоему, не спросит? Твои засосы на шее только слепой не увидит. Или ты скажешь, что неудачно упал с лестницы? Впрочем, вы хорошая пара — что один, что другой в синяках и ссадинах.  — Да захлопнись ты уже, блять, — разозлился блондин, вставая и тут же кривя лицо от боли. Лавэнэ одними глазами усмехнулся. — Я ухожу. Всего зла тебе. Кица галантно проводил Келлермана до выхода. Тот, не попрощавшись, вышел, сразу же закуривая сигарету. «Ну и агрессивные девственники сейчас пошли…»