Футанари и беглая зайка Александра

Алкоголь ударил в голову и затмил чистый разум. Ошибка-ли или нет.. Я уже не понимаю... Но мне хочется ее касаться. Хочется увидеть какая она, когда ею овладевают; как она стонет и как посмотрит на меня. Надавила большим пальцем на ее пухлую нижнюю губу. Всматриваюсь в лицо. В это незнакомое лицо, скрывающее о себе правду. Моя маска по жизни всегда выглядит беспечно, так как будто я не при делах происходящего, но при этом не возомнившая о своем безгрешии, держащая впечатление стойкости и спокойствия духа. Но сейчас я чувствую, как она размокает и сползает. В груди кольнуло, когда в ее образе я увидела свое прошлое, свою былую беспечность и наивность. Крепче прижала к постели и впилась в поцелуе как энергетический вампир. Но чего-то не хватает... Точно, искренних, как их называют еще платонических чувств.. Все что происходит можно назвать надуманной иллюзией. Кто-то называет это любовью, а я это назову танцем пустоты. Наши сердца опустошены: в них нет общих воспоминаний, нет проведенных дней, пережитых невзгод, провалов и поддержек. И никто не знает наполнится-ли этот сосуд или останется пустым. Никто не знает на какой цвет попадет шарик колеса фортуны. Рты сливаются в поцелуе, а мои пальцы активно скользят по ее обнаженному цветку. Теплое местечко Александры сжималось, из него текла смазка, которую я размазывала по половым лепесткам и клитору. Держала ее модельные ноги широко раздвинутыми, от чего сокровенный бутон раскрывался без помощи пальцев. Я ощущаю как она расплывается подо мной, тает от жара моего тела. Я грубее впилась в уста этой сучечки. Зрачки ее расширились настолько, что сложно было рассмотреть их прекрасный цвет морского бриза. Ускоряю темп, а ее тело сходит с ума. Настолько чувствительная…ммм. Когда со всей мочи задергала кончиками пальцев по клитору с вжатиями, зайчишка, сама того не желая по вине стыда и скромности, застонала прерывисто тончайшим мелодичным голоском, с резким рывком сомкнув ножки и зажав мою руку между ими. Но ее скованность ее же не остановила. Мелькнула похоть, когда она снова подняла мордашку, высолопила язычок и пустила слюнку с краешков губ. Будто так и напрашивалась, чтобы ее глотку отымели до онемения. — Что такое, шлюшечка? ~ Нравится, да? Александра со смешком кивнула и вновь раскрылась. Оттолкнула меня назад и потянула блудные ручки к своей, припухшей от возбуждения, кисуле, раздвигая до момента, когда я увидела сжимающеюся маленькую дырочку. Инстинкты берут гору, от чего я с жадностью впиваюсь взглядом, теряя самообладание. Специально так делает. Дразнит меня, чтобы зверь вырвался поскорее. Бесит. — Когда хозяйка спрашивает, нужно отвечать безотказно… Сжала ее шею, после слышу тихое: — Защита не нужна…я приняла таблетки. Можешь кончить в меня.~ Будто петли с клетки сорвались и нахлынуло безумие страсти. Чем-то девчушка напоминает суккуба. По слухам они такие же откровенные и ненасытные, хотя сначала притворяются милыми малышками. Напоследок бури с меня сорвали лифчик. Но я не дала ей поблажек. Ловко перевернув ее на живот, засыпала поцелуями ее спину. Вжала голову Алексы в постель и подхватила под талию, тем самым заставляя стать на коленки. Сильно всплеснула по ягодицам до покраснения. Стояк упирался ей в ягодицы, которыми она уже во всю терлась о него. Недолго тебе осталось мучаться, ха. Нагибаюсь под кровать, достаю коробку. На морду суки одевается собачий намордник с цепью, за которую тут же дергаю на себя и заглядываю в блестящие очи. — Нравится? Псинка послушно стала на четвереньки, тем самым отвечая на вопрос «да». Гавкнула как могла и проскулила, облизнув губки. Не против унизиться? Неужели дешевка, готовая плесать под песню любого? Демон внутри меня ликовал по-черному. Недобрая ухмылка растянулась на моем лице. Погладила ее по шее, нащупывая маленький кадык. — Только посмотрите на нее. замерзшая изголодавшееся сука умоляет хозяина? — Гав! Шлепнулась ягодицами о пах. Не знаю как так быстро штаны и ботексы слетели с меня, но ощущения, как член вогнался, раздвигая узкие стенки, ярко запечатлелись в моей памяти. Жертва глухо вскрикнула, пуская горячие слезы. Капелька крови стекла и упала на белоснежную постель. Погладила ее по шелковистым вьющимся волосам, намотала локоны на руку и оттянула в сторону. Видимо ей и впрямь это нравится. Никаких сопротивлений и возражений не видать. то же у тебя на уме.. Игра? Если нет, то что? Жар ее нутра прошелся от члена по всему моему телу и я задвигалась. Хлюпанье смеси смазки и алой крови, шлепки ягодиц о пах, а мошонки о горящий клитор. Входила в нее по корень медленно, но с жесткостью и глубоко. После нескольких движений она извилась в моих руках и с писком достигла незабываемого оргазма, обмочившись прямо в постель. С рычанием влепила ей по заднице, что аж отпечаток ладони остался, сбросила намордник и бросила спиной на кровать прямо в то влажное пятно. — Кончила без разрешения…непослушная мразь. А она все улыбается и улыбается как дурочка не важно как я ее назову. Она кричала так громко, что было слышно на всю квартиру. Не знаю сколько, но больше двух раз излилась, пока я беспрерывно трахала ее и кусала за плечи, бывало, до крови, доводя ее до рыдания. Перепробовали несколько поз. И только тогда, когда я вжала зайку в большое зеркало, видя как встряхивается ее тело, насытила ее, кончив и заливая матку до упора. Ноги Саши подкосились. Придержала ее. Ко мне повернулись и обессиленно обняли. Жесткость и свирепость Илана сошла с пьедестала в отличии от неизменимой беззаботности и повиновения Александры. Свежий воздух промерзшей ночи впустился в комнату. Горячее тело после расслабляющей ванны опустилось на свежезастеленную постель.

Все что положено сделано. Уставшая Александра быстро окружилась пеленой сна, а я вышла на балкон с бутылкой вчерашнего недопитого сухого вина. В черных шертах и футболке дрожу, проникаясь наступающими приморозками.

Что происходит? Где я? Кто я?

В ответ мертвая тишина пустой улицы..