я влюблён в твою надежду...

«я не хочу так жить… не хочу чувствовать. мне больно» эта мысль сопровождала нагито с самого начала его сознательной жизни. он не понимал почему вселенная дала ему такое лукавое счастье. этим счастьем была его удача, что являлась одновременно высшим проклятием и прекрасным небесным даром. он лишился собственных родителей, взамен получив деньги. его чуть не убили, но после благодаря своей удаче он обогатился. ему повезло поступить в академию, но он попал в смертельную игру. ему повезло встретить хаджимэ хинату, но… на этом нагито бы умолчал и отшутился, мол «я это придумал, вы что, не может быть такого». так почему же он не сказал этого? он лишь замялся и улыбнулся, так искренне, как только мог, ведь эта улыбка предназначена ему — хаджимэ. * * * — эм, хината — кун, не мог бы ты потратить своё драгоценное время на такой мусор, как я? — да, что-то случилось? — вроде нет, просто хотел поговорить, — сказал нагито. — поговорить? хорошо… — ответил хаджимэ. как бы хинате не резало уши от постоянного обращения нагито к себе «мусор», он не мог ничего с этим сделать. нагито так привык, ему так комфортно. — что ж, хината-кун, как ты себя чувствуешь? — относительно неплохо, но почему ты вдруг спрашиваешь об этом? — ох, эм, у меня нет оправданий на этот счёт. — нагито неловко посмеялся, отведя взгляд. хината сопроводил это действие напряжённым взглядом и, глубоко вздохнув, положил руку на плечо комаэды. — а? ты чего? — парень был явно удивлён, он не знал, что и думать. зачем такому прекрасному человеку, как хаджиме вдруг проявлять милосердие к мусору, вроде комаэды? — нагито, не стоит думать о чём-то плохом или катастрофическом. ты... хоть и мыслишь относительно позитивно, но твоё отношение к себе... слишком натянутое, я бы даже сказал, что оно ужасное. — мне... похоже, что мне не стоит говорить это? моё отношение к себе тебя напрягает? — нагито готов был поклясться, что видел на лице хинаты досаду и бессилие. -да… оно несомненно меня напрягает, я хочу, чтобы ты любил себя, ведь… ты прекрасен. улыбка на лице комаэды застыла, весь его внутренний мир был сжат до величины атома, хотелось поскорее сбежать, больше никогда не видеть хинату, больше никогда не доверять, больше никогда… но что бы он не думал, его тянуло к хаджиме больше, чем к кому-либо другому, нагито хочет, чтобы его... любили? он боится одиночества? конечно, но как такое не признаешь без ощущения безнадёжности. в тот день было тепло, в тот день сердце было открыто и светло.

***

«вам нужно убить друг друга, либо…» — восторженно и громко говорил монокума. дом развлечений. злополучное и столь ненавистное место. все были поражены новостью, которую монокума им так вежливо предоставил. всё-таки не нужно было доверять этой плюшевой игрушке… ничего хорошего от неё и не было никогда. паника, отчаяние. ночь. слышится приглушённый стук в дверь. хаджимэ чувствовал себя уже не очень хорошо, слабость сковывала тело, словно цепи. может подождать немного и этот «кто-то» уйдёт? снова стук. что ж, хорошо, хаджиме уже был готов ко всему в своей жизни. — нагито... ? что ты здесь забыл? — хотел посидеть с тобой… — и комаэда несомненно сказал правду, он действительно всегда её говорит. хотя сейчас… лучше бы он в принципе не решил сделать шаг навстречу любви, что так далека и непостежима для него, это что-то вроде игры, в которую ты очень хочешь поиграть, но у тебя либо не хватает памяти, либо устройство не тянет, либо. это «либо» на деле очень мешает жить беловолосому. сколько бы он не пытался его удача никогда не позволит ему существовать спокойно, зная, что если у него появятся друзья или кто-то ближе и родственнее, они не будут в безопасности. нагито боится, очень. боится, что опять потеряет всё то, что ему дорого. «ему повезло встретить хаджимэ хинату, но не повезло... " вот что его особо тревожит. — к-конечно, заходи. — хината-кун… ты когда-нибудь хотел умереть? — а…? нет конечно! по-крайней мере я не помню, чтобы ко мне вдруг приходили такие мысли в голову… но, эм, почему ты вдруг спросил об этом? — хм? ну, наверно потому что меня интересует ответ на данный вопрос, хаха… — тише… — хаджимэ аккуратно дотронулся до ладони комаэды и шёпотом, мягко начал напевать: «У каждого — свой тайный личный мир. есть в мире этом самый лучший миг. есть в мире этом самый страшный час, но это все неведомо для нас. и если умирает человек, с ним умирает первый его снег, и первый поцелуй, и первый бой… все это забирает он с собой.» — я верю в то, что всё будет в порядке. — глухо пробормотал хината. — х-хаджимэ… я. гх, я не смею сказать о таких вещах… — скажи. — как уверенно ты говоришь… могу ли я п-поцеловать тебя? холодно. ветер эхом отдаётся по комнате. темно и безмятежно. иногда доносится тиканье часов, где-то еле слышно болтают акане и сония. по телу хинаты прошлась мелкая дрожь, эмоции нахлынули резко, словно цунами, что топит всё что только видит, не взирая ни на что. он бережно положил свою ладонь на щёку нагито и нерешительно взглянул ему в глаза, будто говоря «всё будет хорошо». он медленно потянулся навстречу к беловолосому. хаджиме трепетно коснулся его губ, таких мягких и нежных. не чувствовался ни холод, что так отчаянно бил прямо в спину, ни голод, что не давал даже спокойно сидеть, — ведь ощущения, что сейчас они оба испытывали, были намного теплее камина в рождество или сытного ужина после прогулки. — х-хаджимэ... — отстранившись, прошептал беловолосый. — я… — не успев договорить нагито вновь прильнул к парню. беря некую инициативу, комаэда медленно провел ладонями по шее хинаты, поцеловал в ключицу, прижимаясь горячими губами, а после оставил поцелуй уже в основании шеи парня. — я не сдамся. я буду продолжать делать все, что в моих силах, чтобы помочь тебе. потому что… ты мне нравишься. я люблю тебя за то, что ты со мной разговариваешь, даже зная, какой я безнадежно-некомпетентный человек.

***

« жалкий резервник » « я и сам не знаю почему продолжаю заботиться о нём, я действительно не знаю почему…» « я так люблю… надежду, что дремлет глубоко в твоей душе » « прости…» в тот день хаджимэ было больно, в тот день он был сломан, чиаки и нагито… мертвы. надежда будет всегда его сопровождать, он клялся слёзно и он сдержал обещание. когда-то они вновь увидятся… и тогда хината крепко обнимет нагито и больше никогда не отпустит. комаэде обязательно повезёт, он верит в это. он любит, он скучает, он не отпустит… ни за что.