Роли

Наконец, подготовка оборудования была закончена, и мы приступили к съемкам. Все, кроме Вани, водителя и пары людей массовки отошли к режиссерским стульям. Ваня села в машину, и перед камерой появился помощник режиссера, хлопнул нумератором и обозначил дубль и сцену. Он вышел из кадра, включили дождь, и такси подъехало к воротам. Эллен вышла, немного огляделась и пошла к дверям. - Хорошо, снято, - сказала Аманда, - Эллен, теперь мы будем называть тебя Ваней. Ваня, когда ты выйдешь из такси, попробуй показать, будто ты в небольшой растерянности, и уже хочешь уйти, но все-таки собираешь волю в кулак и заходишь в ворота. - Да, поняла. Помощник режиссера, подъезд такси – все повторилось. Ваня вышла из такси и, как сказала Аманда, немного поколебалась, но потом, вздохнув, подошла к калитке и дернула на себя дверцу. - Отлично, снято! Так, переходим в переднюю. Все шумно пошли в парадную. Я понимала, что сейчас первый раз буду сниматься в этой роли, и немного нервничала. Элисон, которой стала Эмми, ободряюще похлопала меня по плечу и встала на середине лестницы. Операторы устанавливали камеру, освещение, а я с Дэвидом, вернее, Диего, поспешила в правую от входа комнату. - Нервничаешь? – он, вновь поправляя свой костюм, бросил на меня добродушный взгляд, - ничего, это нормально. Помню, как сам волновался перед съемками в фильме «Maddoggin'». А в итоге получил зрительских симпатий, - гордо прибавил он. - Ну, спасибо, - криво усмехнулась я. Может, он правда хотел поддержать меня, но сказал это с таким снисхождением, что напомнил Алана. Мы услышали щелканье нумератора и объявление помощника, а потому затихли. Диего тренировал эмоцию на лице, а я натянула на себя капюшон и украдкой рассматривала свое отражение в стеклянной дверце. Прошла пара-тройка дублей диалога Элисон и Вани. О том, что съемка продвигается, свидетельствовали звуки перетаскивания камеры. К нам подошел гример подправить макияж, и вскоре мы услышали, как хлопнул помощник. К сожалению, гример снял мой капюшон и поправил прическу, от чего я немного расстроилась, но тут же приняла холодное выражение лица и приготовилась к выходу. Внутри меня все сжалось, как бывает, когда очень чего-то ждешь, или же сильно радуешься. Передо мной зашевелился Диего и, наконец, вышел вперед. Я стояла за диваном, - меня туда поставил Джереми, - и, поспешив обойти мебель, вышла за ним. Диего уже поднимался по первым ступенькам со словами: - Ей здесь не рады. Аманда прервала съемку и сделала Элисон и Диего замечания об эмоциях, а потом поправила и Ваню. Мне она сказала, чтобы я вышла немного непринужденнее, ведь это мой дом. Я кивнула и отправилась обратно в примыкающую комнату. После еще трех дублей и нескольких фраз Эмми и Дэвида, мы, наконец, дошли до моего выступления. Я проводила взглядом Диего, который поднялся по лестнице и прошел на второй этаж, где его шаги затихли. - Я…Он прав я… Мне, наверное, лучше уйти. Я… - Ваня, заикаясь и оборачиваясь на дверь, попятилась назад. Я обернулась, взглянула её в глаза и сказала: - Не слушай его. Мы рады тебя видеть. - Снято, - Аманда подошла ко мне и пригладила растрепавшиеся волосы, - очень хорошо. Ваня, показывай через плечо пальцем и припусти немного рукава, - Аманда показала, как надо сделать, Эллен за ней повторила, - вот так, да. Фелиция, теперь ты. Говори с большим убеждением, она же твоя сестра. Возьми её за предплечье, потрепи по плечу, ободри её как-то. С этими словами режиссер уверенно взяла меня за плечо, чтобы я почувствовала, какую эмоцию мне надо вложить в этот жест. Я кивнула и ощутила прилив энергии. *** Да простит меня слушатель за то, что я пропущу все эти миллионы дублей. Мы, правда, снимали очень долго и муторно, а потому я не хочу и не смею утруждать твой слух. Расскажу тебе лишь о съемках ограбления банка – это точно заслуживает твоего внимания. *** - Хорошо поработали, - Аманда оглядела нашу уставшую группу и повернулась к детям, которые все это время сидели с круглыми глазами за режиссерскими местами, - ну что, готовы поработать? Сейчас мы пойдем снимать ваши геройства. Она повернулась к нам и посмотрела на Эйдана. Последние кадры, которые мы снимали, были с ним, потому он довольно сильно измотался, как и мы. Особенно потрудиться ему пришлось, когда он «вываливался» из временной дыры – он раз двадцать прыгал, скакал и чего только не делал, чтобы создать видимость падения. Увидев её взгляд, Эйдан обреченно опустил голову. Ему приходилось играть сразу в двух труппах: взрослой и детской. Я разглядывала детей, которые во время съемок сидели тихо-тихо. Нетрудно было догадаться, кто есть кто, только прическа и челка маленькой Вани меня удивила. А вот девочка, играющая маленькую Фелицию, мне понравилась. Она сидела с уверенным лицом и с интересом разглядывала людей вокруг, но, заметив мой взгляд, немного смутилась. Я ободряюще её улыбнулась и пошла за остальными. Мы долго и нудно помогали переносить реквизит, а потом нас увели смывать макияж и переодеваться. Когда я, наконец, вышла к банку, я увидела большое белое здание и гигантскую каменную площадь. Во мне проснулся ребенок, и появилось непреодолимое желание побегать вокруг банка. Пока я носилась, во двор вышли Эмми, Эллен и другие. Я остановилась и, задыхаясь, улыбнулась им. - Решила разогнать кровь? Да, после таких съемок я тоже не прочь побегать, - Эмми оглядела площадь и усмехнулась. Вдруг в банке раздались выстрелы, и мы все подскочили. Немного успокоившись, мы тихонько вошли с черного входа и подошли к Аманде. В этот момент операторы снимали то, как ученики академии врываются в банк. - Стоп, снято! – голос Аманды громовым эхом отозвался в зале, - Марта, будь увереннее и держи пистолет прямее, - она взглянула на беловолосую девочку и повернулась к ученикам, - а вы, дорогие мои, вбегайте энергичнее и собраннее! Вы сюда не на пикник бежите! Еще раз! Все разошлись по местам, помощник хлопнул нумератором и один из «грабителей» спросил: - Шеф, что делать? Послышался звон битого стекла, и дети ворвались в здание. - Хорошо, следующий кадр. Оператор переставлял камеру, пока все актеры боялись пошевелиться. Я бросила сочувственный взгляд на Эйдана, который сквозь маску делал упражнения для глаз и мышц лица. Наконец, все эти моменты были сняты и нас выгнали на площадь. Там стояли актеры-репортеры, Джереми и пара операторов, которые уже сняли свои сцены. На ступеньках установили камеру и крикнули «Мотор!». Дети, улыбаясь во все лицо, вышли из здания, и Харгривз, выйдя перед ними, под удивленные крики репортеров все объяснил.. Решили сделать еще пару дублей, чтобы потом выбрать лучший. *** - Хорошо поработали! – Аманда оглядела наши измученные тела и усмехнулась, - завтра мы будем снимать кадры из второй серии. После того, как снимем третью, будут приглашаться лишь некоторые актеры, так что не расстраивайтесь. Мы будем снимать сцены, в которых понадобится страховка. А потом вам выдадут сценарий еще трех серий и дадут неделю на его выучивание! Поняли меня? Все кивнули и снова закрыли глаза. Я была измучена больше морально, чем физически. Так вот, какого это – играть главную роль! Рядом со мной сидел Эйдан, все еще в школьной форме, и, кажется, боролся со сном. Я ткнула его локтем и тихо сказала: - Ты хорошо сегодня отыграл. Тяжело, наверное, играть сразу и ребенка, и взрослого. - Да, спасибо. Ты тоже молодцом. Да, работка не из легких, - он приподнял голову и вяло улыбнулся, - но я знал, на что иду, так что справлюсь. - Но тебе ведь уже 58, в это возрасте перенапрягаться вредно! – поддела я его и улыбнулась. - «58 – это мой ментальный возраст», - юноша ответил мне цитатой из сценария и прибавил, - на самом деле мне не больше 45. Аманда крикнула, что можно садиться в автобус, и мы вместе пошли к нему. - Что верно, то верно. 55 тебе явно не дашь. - В таком случае, тебе больше 40 и не дашь! Мы оба рассмеялись. В этот момент, откуда ни возьмись, появилась Карен и обвила мой локоть рукой. - Ах, как сегодня было интересно! Т/И, ты так хорошо отыграла! – Эйдан вежливо отошел в сторону, чтобы оставить нас наедине, а моя менеджер все продолжала тараторить, - как тебе, понравился актерский состав? А кто-то из парней? Правда, Роберт в этом костюмчике был хорош? А Эйдан? Я промычала что-то нечленораздельная, но этого Карен было вполне достаточно. Она продолжала болтать на протяжении всей дороги и не замолкла и тогда, когда мы вошли в автобус. Я хотела было сесть рядом с ребятами, но Карен удержала меня и указала на передние сиденья: - Там мы будем мешать друг другу, давай лучше сядем здесь. Я немного поколебалась, но все же уступила ей. *** Приехав домой, я едва собрала силы, чтобы написать родителям и Мелани, а потом рухнула в кровать и заснула. Это был один из моих самых тяжелых дней. А в ближайшем будущем виднелись не менее трудные времена…