Несмотря ни на что

В этот раз ребята возвращались домой немного позже обычного. Они уже в выпускном классе, поэтому им приходится заниматься в библиотеке дополнительно. Не всем, конечно. Ведь пока Масахиро и Кенсуке смотрели жалобными глазами на ненавистные формулы по ядерной физике, Мицуру мучился над биологией и химией, а Цуёши тщетно пытался выдавить из своего серого вещества хоть какие-то минимальные познания в литературе, Хасекура вместе со старостой просто повторяли изученное, потому что всё схватывали буквально на лету и не нуждались в домашней зубрёжке. Парни были ужасно вымотаны и больше походили на оживших зомби, поэтому всё, что им сейчас хотелось сделать: дойти наконец до пристанища семьи Ошиба, рухнуть кто где в гостиной и дождаться великолепного приготовленного Сетагавой ужина. Ах, скорее бы! Школьники буквально ввалились в дом. Дело даже не в том, что их окончательно покинули силы, просто уставшие до невозможности студенты делали всё практически на автомате, поэтому не додумались зайти по очереди, а вломились все разом. И, как результат, упали. И вместо шестерых парней на полу оказалась куча из чьих-то ног, рук и – о, кажется, это чья-то голова торчит из-под чьих-то коленей – других частей тела. Лицо Кенсуке оказалось прямо напротив лица Масахиро. Оба непроизвольно дёрнулись в одну сторону и из-за этого случайно потёрлись носиками. Оба парня покраснели, а Сетагава поспешил отвернуться. Как ни странно, в их компании было четверо альф, бета и одна омега. Вы, наверное, подумали, что омегой является самый милый и маленький член этой разношерстной компании и по-совместительству младший хозяин этого дома? Вы не представляете, как сильно сейчас ошибаетесь! Омегой в дружной компании был самый сильный, – по мнению одноклассников – самый храбрый, – по мнению девочек омег из школы – похожий на бандита парень. Сетагава Масахиро был просто чудеснейшей омегой! Он стирал, убирал, умел хорошо шить и штопать одежду, готовил великолепную еду и просто очаровательно краснел, когда его касались беты или альфы. Так было и в этот раз. Куча тел издала умилительные мычания, когда увидела эту картину. Но не прошло и секунды, как прихожая погрузилась в зловещую ауру. Можно было физически почувствовать сгусток темной энерги. Жуть… Кенсуке поспешил встать и преградить путь уже успевшему подняться Асае: — Хасекура, не смотри так на Сетагаву! Он ничего плохого не сделал! – маленький бета молился, чтобы ревнивый альфа не прибил его второго лучшего друга за этот инцидент. — Правда? А, по-моему, вы были чересчур близко, как для простых друзей. Ты не согласен? Все в комнате сглотнули. Ребята знали, что альфе нравится бета и, чтобы не бесить в очередной раз Асаю, не прикасались к младшему Ошибе, но почему-то с Масахиро Кенсуке всё время сталкивались сами по себе. — Асая, не придумывай! Мы с Ошибой ничего не делали! Ты же сам понимаешь, что это просто глупая случайность. Омега, всё ещё красный, быстро отошел от уже поднявшейся компании и пошел на кухню. Хасекура, как ни странно, вновь сделал безразличное выражение лица и, наклонившись к бете, сказал ему: — Не хочу впредь смотреть на ваши нежности, поэтому надеюсь, что это не повторится. Когда альфа отдалился от компании, все дружно вздохнули. Ведь парни понимали, что такие случайности неизбежны, и они ещё не раз ощутят на коже мурашки от холодного взгляда злого Хасекуры. Ребята не понимали, почему младший Асая всё ещё не предложил Ошибе встречаться. Ведь если бы он объявил их парой – они уверены – приступы ревности бы резко сократились. Сам Кенсуке имел по этому поводу двойственные чувства. Он очень любил Хасекуру, но не знал, были ли это чувства романтические, или же он просто хотел чаще быть с другом, которого недавно обрёл после долгой разлуки. Не понимал и, если честно, не очень и хотел понимать. Слишком сложно все это. Парни сели за стол и принялись говорить о школьных делах, в то время как Масахиро колдовал над их ужином около плиты. Сетагава сегодня сильно вымотался, поэтому решил приготовить обычный набе на большую компанию. Вдруг омега почувствовал на своей голове большую и тёплую ладонь. Она могла принадлежать только одному человеку… — Какой чудесный аромат! Хотел бы я, чтобы моей женушкой был Масахиро. – шепот неожиданно обжёг ушную раковину омеги. …Коусуке-сан. Человек спасший его, его герой и защитник, тот, кто заставил поверить в чудо – невероятный человек. Вся компания весело поприветствовала учителя, не обратив внимания на сжатую в кулак ладонь. Вечер прошел в весёлой обстановке. Все угощались как всегда потрясающей готовкой омеги, шутили и обсуждали будущее после окончания школы. Просидев за разговорами, ребята не заметили, как за окном стемнело. Надо было возвращаться домой. Трём альфам было по пути до станции метро, а вот двум лучшим друзьям Кенсуке нужно было идти в другие стороны. Все ребята начали переживать: хоть Масахиро и выглядел достаточно сильным, все же был омегой, которой набрать мышечную массу не позволяет физиология; поэтому если что, отпор альфе или бете он явно дать не сможет. — Не волнуйтесь. Я могу отвезти Масахиро домой. – сказал самый старший альфа. И все уже вздохнули с облегчением, как вдруг… — Но, брат, твоя машина в ремонте, а если ты пойдешь провожать Сетагаву пешком, не успеешь проверить тесты! …Облом. И все опять в панике. Нельзя отпускать омегу одного домой ночью! Ни одна альфья совесть такого не простит. Помощь пришла оттуда, откуда, казалось, не придет ни за что: — Нам по пути, так что я доведу его, а потом пойду домой. – сказал Хасекура, не забыв перед этим саркастично закатить глаза. Все, включая Ошибу-сенсея, уставились на Асаю, как на восьмое чудо света. — Хасекура, только не дави на Сетагаву! Чтобы завтра он пришёл в школу целым и, как обычно, веселым! Хорошо?! – младший очень переживал, как бы друзья не поссорились и не разрушили и так хрупкие отношения. — Да-да… Сетагава пойдём уже. И под внимательные взгляды остальных они двинулись вперед. Парни шли молча. Они пришли к дому омеги неожиданно быстро, но даже не думали останавливаться, а прошли прямо к дому альфы. — Дома никого. Можешь остаться сегодня на ночь. – сказал тихо альфа и нежно улыбнулся омеге. — А-ага. – все, что смог выдавить из себя покрасневший блондин. Парни зашли в дом. Разувшись, хозяин дома пошел на кухню поставить чайник, а омега тем временем прошёл в гостиную и сел рядом с телевизором, выбирая фильм, который они будут смотреть. Думаю, мой дорогой читатель, вы сейчас в глубочайшем шоке и недоумении. И я могу вас понять, поэтому позвольте я вам объясню, что же всё-таки происходит. Все началось три года назад. Вы, наверное, помните историю появления давно пропавшего друга Кенсуке, верно? Так вот. Думаю, вам нужно знать и скрытую часть этой истории. Когда Хасекура Асая появился в доме Ошибы, произошло нечто большее, чем воссоединение старых друзей. Альфа нашёл своего омегу. Истинная пара наконец воссоединилась. Сначала Хасекура даже не понял, что вообще произошло. Как только он вошёл в дом старого друга, нос учуял невероятный аромат, а разум, кажется, опустел. Запах спелого персика заполнил лёгкие. Омега! Его омега! Его истинная и неповторимая любовь! Альфа сразу принялся искать обладателя самого приятного теперь запаха. Даже то, что он встретил лучшего друга спустя столько лет, потеряло сейчас значимость. Самое главное сейчас найти своего любимого! И вот обладатель чудесного запаха найден! У плиты, разговаривая со старшим братом Кенсуке и параллельно готовя ужин, стоял блондин. Хасекура не видел его лица, так как тот стоял спиной, но он был уверен, что это самый прекрасный омега на свете. Хасекура хотел скорее подойти, обнять и сказать о своих искренних чувствах, своём восхищении, о том, как рад наконец встретиться. Но только Асая сделал шаг вперёд, как будто почувствовав на спине пронзительный взгляд, омега обернулся, посмотрел своими невозможными пронзительными зелёными глазами и спрятался за учителем. Хасекура замер в растерянности. Старый друг поспешил объяснить действия парня в фартуке: — Хасекура, знакомься: это мой друг – Сетагава Масахиро. Он может и выглядит, как хулиган, но на самом деле – самая милая и стеснительная омега на свете! Поэтому не обижай его. – сказал бета с милой улыбкой. Но альфа не воспринимал реальность. Всё, что он делал сейчас – смотрел, как подрагивающие пальцы его пары схватили рукав пиджака другого альфы! Не может быть, чтобы он предпочел брата беты ему! Истинному альфе! Асая был в таком шоке и отчаянье, что не следил за своей речью, поэтому братья Ошиба, да и сам Масахиро решили, что альфе неприятен омега, из-за чего последний заметно сник. Конечно, Сетагава понял, кто перед ним! Но он же впервые такое испытывает. Конечно, он испугался! Но, видимо, нет смысла волноваться, раз даже еще ничего не сказав и не сделав, он стал противен альфе. «Наверное, это из-за моей бандитской внешности.» – подумав об этом, Масахиро совсем расстроился. Но не успели ребята поговорить, как в кухню вбежала взмыленная мама Ошибы и начала суетливо что-то готовить. У мамы братьев были важные гости в тот вечер, поэтому буквально через двадцать минут после «знакомства» школьники были вынуждены пойти домой. Проводив до порога ребят и, ещё раз извинившись, Кенсуке поспешил зайти в дом. Альфа и омега остались наедине. Они стояли пару минут в тишине, не решаясь сказать что-либо. Сетагава посмотрев на истинного и покраснев, поспешил поскорее уйти домой. Но едва он завернул за угол, как почувствовал стальную хватку на своей руке. — Сетагава-сан, мы… Можем поговорить, пожалуйста? – альфа попытался заглянуть омеге в глаза, но тот опустил голову так низко, что его челка закрыла пол-лица. — Д-да, конечно. – еле кивнул головой омега. Они прошли немного вперед и оказались на мосту. — Скажи, ты встречаешься с братом Кенсуке? – спросил альфа, немного нервно сжав прутья ограждения. — Что? – от удивления Масахиро даже поднял голову, вперившись в альфу ошарашенным взглядом. – Н-нет! Я-я бы никогда не стал с ним встречаться. О-он очень добр ко мне, он спас меня от моей ужасной жизни, и я очень его люблю, но как старшего брата. Я… Я всегда думал, что буду встречаться только со своим истинным альфой… – под конец речи лицо омеги пылало лиловым румянцем, а сам он еле шептал слова. Младший Асая облегченно выдохнул. Его омега сейчас ни с кем не встречается. Это он – дурак – выдумал то, чего нет. Ох, какое облегчение! — Значит, ты не против встречаться со мной? – спросил альфа, приблизив свое лицо к лицу омеги. — Э? А разве… Ты… Я тебе не противен? — С чего ты это взял? – от удивления повысив голос, спросил альфа. — Ну ты… Ты смотрел на меня так… Как будто я сделал тебе нечто ужасное… Альфа готов был пробить ладонью дыру в лице. Напугать своего омегу при первой встрече и заставить думать, что он тебе противен. Браво, Хасекура Асая! Звание идиота номер один у тебя в кармане! Искренне поздравляю! — Я… Я увидел, как ты держал за рукав другого альфу и взревновал. – с протяжным выдохом сказал альфа. Пара продолжила стоять и обдумывать слова своей второй половинки. Раз они не противны друг другу и ни с кем встречаются, значит могут быть вместе. От этой мысли радостные улыбки появились на их лицах. Они одновременно потянулись друг к другу. Альфа притянул омегу за талию, а тот в свою очередь обнял альфу за шею и уткнулся носиком в воротник рубашки. Оба были так счастливы! Счастливы, что нашли свою пару в столь раннем возрасте, что теперь не будут одиноки, что наконец-то встретили того, кто всегда будет на твоей стороне, выслушает и никогда не бросит. Идиллия. Если бы не одно «но». Масахиро попросил своего альфу никому не рассказывать о том, что они вместе: делать вид, что у них просто общий друг. Что они не ладят. Асая искренне не понимал причины. Омега вёл себя с ним очень честно и открыто, отзывался на ласки и отдавал свои чувства взамен, поэтому о неверности и нелюбви и думать не приходилось. Но что тогда? Так сильно стесняется, что даже говорить никому не хочет? Звучит неправдоподобно. И сколько бы не думал над этим, не мог найти ответ. Ой, я, наверное, слишком заболталась. Думаю, вы хотите вернуться к нашим героям в гостиную?! Что ж, тогда не буду мешать. «Комедия или романтика? В принципе, я не против комедии, но хотелось бы посмотреть что-нибудь трогательное. Хотя, альфа не очень любит такие вещи». Не успел омега как следует обмозговать мысль, как очутился на диване, на чужих коленях. — Долго выбираешь, я поставил кассету, которую вчера принесла сестра. – омега почувствовал легкий поцелуй в шею. Сетагава обнял подрагивающими руками Асаю за плечи и притянул для поцелуя. Парень удивился действиям обычно скромного омеги, но сразу взял инициативу в свои руки. Альфа сначала нежно мял верхнюю губу младшего, слегка покусывал нижнюю, а потом протолкнул свой язык в его ротик. Блондин всхлипнул и сильнее придвинул старшего к себе. Язык юноши нежно скользил по небу, ряду зубов и обхватывал язычок омеги – делал такие вещи, что парень просто выпадал из реальности. Масахиро разорвал поцелуй, пытаясь отдышаться, в то время как Хасекура смотрел на ниточку слюны, соединяющую их губы. — Ты обычно стесняешься подобного, малыш. Что-то случилось? – спросил альфа, поглаживая свою пару по волосам и мягко целуя макушку. — К-кура, я… Хотел… Я… Я люблю только тебя! Ты же знаешь это, да? – блондин был покрасневшим, грудь его тяжело вздымалась из-за недавнего поцелуя, и Хасекуре стоило больших усилий не наброситься на своего любимого. — Знаю, но я хочу, чтобы все знали об этом. Ненавижу притворяться. Это ужасно! Говорить такие вещи… Никогда в жизни ты не будешь противен мне! Ты самый прекрасный омега на свете, а я вынужден говорить весь этот бред… – протянул альфа, зарываясь носом в волосы омеги и вдыхая такой родной и любимый аромат персика. – Меня бесит, что брат Кенсуке прикасается к тебе, бесит, что другие альфы заглядываются на тебя! Почему ты запрещаешь мне рассказывать об этом? Я просто с ума схожу. – альфа крепче прижал к себе омегу, пытаясь подавить приступ злости и жгучей ревности. Омега тяжело вздохнул. Он так долго думал над этим, что сил уже нет. Ему надо выговориться кому-то. Нет. Не кому-то. Он должен сказать это своей истинной паре. Своему альфе. Своему любимому Куре. — На самом деле я очень хочу всем рассказать, какой ты хороший, как я тебя люблю, и как я счастлив с тобой... Но... Знаешь, когда-то Кенсуке признались в любви. И он отказал тому человеку. Он сказал: «Я не хочу, чтобы Сетагава чувствовал себя одиноким». Я понимаю, что сильной симпатии у него не было, да и, наверняка, были и другие причины, но... Что если Кенсуке, узнав, что мы встречаемся, будет чувствовать себя одиноко... Он – мой первый друг, и терять его доверие и подводить его... Я не могу... Альфа от удивления распахнул глаза. Значит вот, в чем причина! Масахиро любит его и счастлив быть с ним! Он просто боится ранить чувства друга! Боже, ну что за чудесный омега ему достался! Хасекура повернул к себе личико омеги и стал покрывать его лёгкими поцелуями. Пухлые щечки, веки, лобик – все это его сокровище. Самое главное и ценное в жизни. — К-кура, п-подожди... — Нет. Теперь, когда я знаю правду, знаю, что ты счастлив со мной... Не могу отпустить тебя... – прерываясь на очередной поцелуй, шептал альфа. Омеге было приятно, в груди рождалось тёплое чувство, которое почему-то резко выросло стократно. Стало до ужаса жарко. О, Боги! Течка! Альфа вдруг замер на секунду, позволяя омеге всмотреться в своё лицо: зрачки резко расширились, а крылья носа начали судорожно втягивать запах. Альфа посмотрел почерневшими глазами прямо в глаза омеги и облизнулся. Хлюп. Омега потекла. Потекла для своего альфы. Сетагава почувствовал, как капелька смазки течёт из заднего прохода. — К-кура, не здесь... Давай в кровать... —Хорошо, малыш. Альфа, взяв на руки омегу, поднялся на второй этаж, в свою комнату, где аккуратно положил свою ношу на кровать. Парень в смущении прикрыл лицо руками. Конечно, он стесняется! Это его первый раз! Он, разумеется, читал об этом, и сам хотел быть как можно ближе с альфой, но... Но, Господи, как же это смущает!!! Хасекура отодвинул ладони блондина от лица и мягко поцеловал краснеющую щечку: — Маса, я буду аккуратен. Поэтому, пожалуйста, не закрывайся от меня, малыш. Прикусив губу, Сетагава смог лишь кивнуть. Альфа наклонился к лицу омеги и вовлёк в нежный поцелуй. Просто прикосновение губ. Чтобы успокоить омегу. Обычный детский чмок, но он, как ни странно, подействовал. Омега немного расслабился и перестал бегать глазами по комнате. Это его альфа! Его Кура, который ни за что его не обидит! Хватит так трястись, Сетагава Масахиро! Омега взял лицо Хасекуры в ладони и сам поцеловал его. Юркий язычок омеги поглаживал язык альфы, заставляя последнего порыкивать от удовольствия. Вдруг он прерывает поцелуй и спускается к шее. Вылизывает молочную кожу и прижимается губами к судорожно бьющейся жилке. Ммм! В потовых железах на шее запах особенно сильный! А стоит подумать о том, как пахнет текущая из попочки омеги смазка, как член начинает тереться о жесткую ткань школьных брюк. Асая спешит поскорее снять такую ненужную сейчас школьную форму со своего любимого. Жилетка, затем, пуговичка за пуговичкой, исчезает рубашка, а после и брюки. После быстро сдирает свою одежду. И альфе открывается вид на девственно-чистую, алебастровую кожу омеги. Хасекура припадает к коже с блаженным стоном. Как давно он мечтал об этом! Альфа вылизывает грудную клетку блондина. Слышится стон. Масахиро издаёт такие сладкие звуки! Член давит на ширинку все сильнее, и альфе уже физически больно от неудовлетворенности. Но ради Сетагавы он готов терпеть сколько угодно. Хасекура берет в рот правый сосок. Лижет самый кончик, кружит языком по ореолу вокруг него, а после слегка прикусывает. Масахиро теряет связь с реальностью: его подрагивающие пальцы напряжённо стискивают простыни, грудная клетка вздымается в каком-то невероятном ритме, а брови заломлены от удовольствия. Как же хорошо, Господи! Хасекура не может оторваться от груди омеги. Он терзает его соски, которые налились цветом и припухли, точно спелые ягоды. Альфа готов съесть своего парня, настолько сладко тот пахнет! Вкус его бархатной кожи на языке... Как будто он ест самый вкусный в мире персик. И это лакомство только его! Альфа дорожкой поцелуев спускается ниже, уделяя внимание каждому ребру: мягко целует, лижет и легко прикусывает кожу омеги. Масахиро уже бьётся в конвульсиях, не зная куда деваться от столь мучительно-сладких пыток любимого. Проходит несколько секунд, и альфа оказывается между ног омеги. Он не спешит: сначала целует стопу Масахиро, обводя языком подъем, переходит на икры, целуя поочередно каждую, и, наконец, добирается до бёдер. Сначала он мнет пальцами нежную кожу, не без удовольствия наблюдая, как на ней остаются розовые пятна, после вновь припадает губами, не в силах оторваться от мягкого бархата. Он обещал себе, что в их первую ночь будет не просто нежен и аккуратен с омегой, он вылижет его с головы до ног, покроет всю его кожу поцелуями и засосами, чтобы омега не смог думать ни о чем, кроме его альфы. Он обещал – он это сделает! Сквозь шум возбуждения в собственной голове Асая слышит надрывный шёпот своего омеги: — Х-хасекура, п-прошу… Быстрее! – из-за возбуждения омега едва мог связно говорить: слова путались, а голос срывался. Асая поднял взгляд на лицо Масахиро: красные щёчки, капельки пота, стекающие по лицу и закушенная в удовольствие губа – блондин был прекрасен. Воплощение сладостного греха. Ангел, уносящий в страну похоти и разврата, заставляющий переступить черту морали. Хасекура готов поддаться. Альфа сжимает член Масахиро через ткань белья, водит губами по стволу. Ощущения через ткань приглушенные, но даже их хватило, чтобы довести омегу до оргазма. Сетагава выгнулся до хруста в позвонке, открыл рот в беззвучном крике и так сильно сжал простынь, что ткань затрещала. Альфа с ребяческим восторгом смотрел, как намокает бельё возлюбленного. Запах персика становится настолько концентрированном, что нос начинает чесаться. Асая аккуратно снимает белье с всё ещё подрагивающего в послеоргазменной неге любимого, лижет опадающей член парня. Кожа на головке чувствительная и натертая от белья. Омега скулит, ощущая язык возлюбленного: — К-кура, п-пожалуйста дай... Ах... Мне передохнуть... Но альфа не слушает: продолжает с упоением посасывать половой орган блондина, вылизывать каждую венку. А что он делал с его яичками… Масахиро, кажется, скоро потеряет сознание от того, как ему хорошо! Но Хасекура не собирался останавливаться на этом: подложив подушку под поясницу омеги и раздвинув ягодицы, Асая припал губами к анусу. Он с остервенелым голодом вылизывал складки сфинктера, толкаясь языком внутрь и вылизывая стенки кишечника Масахиро. Вдруг голову альфы поднимают, и в следующую секунду парень ощущает губы омеги на своих. Сетагава не целует – буквально вылизывает рот Асаи, желая показать, как же ему хорошо, передать чувство благодарности и любви к самому дорогому для него человеку. Блондин несмело расстегивает брюки возлюбленного, приспускает их вместе с бельём и кладет руку поверх подрагивающего органа альфы. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Хасекуре хватает ощущения сплетения языков и буквально пары движений для того, чтобы излиться в руку пары. После того воздержания оргазм кажется чем-то совсем нереальным. И альфа рад бы передохнуть минутку, но у его пары первая течка, и Масахиро явно уже готов ко второму раунду. Они целуются. Несколько минут глубоких и мокрых поцелуев, распаляющих ещё большее желание слиться с любимым воедино. Альфа достаёт из тумбочки презервативы и смазку. Он аккуратно укладывает Масахиро обратно на подушки и раздвигает ему ноги. Сначала один палец. Асая осторожно проталкивает его на две фаланги, смотря как анус младшего буквально засасывает его. Хасекура представляет, как уже через пару минут на месте пальца окажется другое, и член дёргается от нетерпения. Нельзя! Его малышу ни за что не должно быть больно! Плевать, даже если он сегодня останется неудовлетворенным, и напряжение придется спускать в душе, он не причинит вреда своему омеге. Он не спеша проталкивает пальцы один за другим, растягивая дырочку любимого, пока тот сам не начинает насаживаться на пальцы. Альфа приставляет головку члена к проходу омеги, но прежде чем протолкнуть её, ещё раз спрашивает: — Малыш, тебе точно не больно? Масахиро лишь нежно улыбнулся, поцеловал Хасекуру в кончик носа и со всей любовью произнес: — Я люблю тебя. Хасекуру пронзило током. Боже, как же он его любит! Свою истинную пару. Свою драгоценную омегу. Своего самого дорого и любимого на свете человека. Своего Масахиро Сетагаву. Они занимались любовью до самого утра, признаваясь друг другу в чувствах снова и снова. Смотря на сонную мордашку своей омеги и поглаживая свежую метку на его шее, Хасекура думал о том, что теперь никто не посмеет посмотреть в сторону его пары. Ведь теперь, он действительно только его.