Страшная месть для Шнайзеля

- Мама! – Лелуш радостно повис на шее у своей матери, Марианны ви Британия. В этом маленьком черноволосом вихре было трудно узнать будущего Зеро и Кровавого Императора. – Противный Шнайзель опять обыграл меня! Следом за братом подбежала Наннали в ярком платье и тоже обняла мать, когда её отпустил Лелуш. Оба ребёнка улыбались и весело болтали, держа Марианну за руки. - Мама, почему ты всегда куда-то уходишь? – поинтересовалась Наннали. – Мы столько хотим показать и рассказать, а тебя нет. И ты опять пропустила игру братика с братом Шнайзелем. - Почти весь двор пришёл посмотреть! – гордо воскликнул Лелуш, но потом более тихо добавил: - А я опять проиграл ему… Марианна ласково погладила своих детей по волосам. - Я уезжаю по делам, часто с которых не могу уйти до самого конца. Так-то, но вы не беспокойтесь, скоро мы будем все вместе, и вы мне всё расскажете. Да? Дети согласно кивнули, Лелуш тут же подбежал к Наннали и начал что-то ей рассказывать, однако так громко, чтобы мать могла услышать их. - А я знаю, где мама часто бывает! Мне это брат Одиссей рассказал, – похвастался Лелуш и гордо посмотрел на сестру. – Старший брат сказал, что мама уезжает за город, к большой речке, вместе с отцом или кем-то там ещё. А кто именно - этого он не знает. Наннали восхищённо посмотрела на брата: от Одиссея нечасто можно было добиться ответа, потому что тот всегда занят. А Шнайзель вообще никому ничего не рассказывает. Шнайзель пообещал Лелушу выполнить одно его желание, если тому удастся выиграть партию в шахматы. К сожалению, попытка за попыткой оборачивались провалом, а вот Кловис не был столь продвинут в этой игре. Лелуш постоянно его обыгрывал, оттачивая своё мастерство. Сам же Лелуш когда-то заявил сестре: - Придёт однажды такой день, когда мне удастся победить брата Шнайзеля. Но речь сейчас идёт не об этом, а о том, какая месть для Шнайзеля зреет в черноволосой голове Чёрного принца. Множество необъяснимых случаев, произошедших с некоторыми братьями и сёстрами Лелуша, показывали его неограниченную изобретательность. Когда вечером Лелушу удалось наконец-то остаться одному, освободившись из-под опеки матери, он принялся разрабатывать план мести Шнайзелю, тихо бормоча что-то себе под нос и быстро исписывая бумагу немного корявым подчерком. - Так, брат больше всего печётся о своей репутации, потому что хочет занять трон… Значит, надо как-то подорвать эту репутацию и сделать это тихо, что потом шантажировать брата. Скажем, заставить его потом сделать что-то и расщедриться на что-то. Ммм… А это идея! Скоро у Корнелии день рожденья, но они друг с другом не очень-то ладят. Пусть подарит ей что-нибудь и помирится. Кстати, почему же они поссорились?.. Нужно обязательно спросить у Юфи… Мало-помалу план был готов, осталось только собрать немного информации и начать приводить план в исполнение. С чистой совестью Лелуш погасил свет и лёг спать. Однако не все были настолько уверены в завтрашнем дне: в нескольких комнатах дворца горел свет, и одно из них было в спальне Марианны. Женщина сидела на кровати и позволяла Сиси заплетать себе косу. Между ними шла тихая беседа: - Сиси, знаешь, как-то тревожно у меня на душе. Осторожней с волосами! Меня беспокоит Лелуш. Он уже вырос и стал очень самостоятельным. Боюсь, многим, в том числе и Виви, эта его самостоятельность и проницательность будет не по нраву. Зеленоволосая ведьма лишь глубокомысленно хмыкнула. Она совершенно не знала Лелуша, чтобы что-то говорить, да и видела она его всего пару раз издалека. - Ничем не могу помочь. Он всё-таки твой сын. - Ах, Сиси-Сиси! Ты уже никогда не поймёшь всю радость семьи любви к ней. Может, это и к лучшему. У такой, как ты, никогда не будет семьи, ведь ты навсегда одинока из-за своей вечности. В голосе Марианны не было ни капли жалости, она специально задела этот мозоль Сиси – ей нравилось дразнить Сиси – и жестоко поплатилась за это. Ведьма настолько сильно дёрнула небольшую прядь волос, что вырвала её с корнем, а Марианна зашипела от боли. На этом странный разговор закончился, а подруги пришли к согласию. Весь следующий день Шнайзеля преследовала паранойя. Всё, вроде бы, было как обычно: после завтрака очередное совещание по поводу войны, затем смотр войск и посещение домов аристократов, вечером важный приём. Вот только не было одной мелочи, к которой Шнайзель за долгое время привык, а сейчас упустил её из виду – за ним по пятам не тягались Лелуш, Наннали и Юфи. Будь у Шнайзеля немного свободного времени, он бы просчитал замысел хитрецов, но столь нужного времени у него не было, и заговорщики продолжали плести свои сети. Сейчас я немного поясню их действия. После раннего завтрака Лелуш и Наннали отправились в комнату Юфи, которая ещё спала. Спустя некоторое время юному принцу всё же удалось узнать о том, почему Корнелия и Шнайзель поссорились. - Я как-то слышала об этом от сестры, - рассказывала Юфимия. – Они встречались некоторое время, пока сестра не застукала брата Шнайзеля с кем-то ещё на одном из приёмов. Ночью они сильно рассорились и больше не стали встречаться. - Встречались? – переспросила Наннали. – А разве это не кровосмешением называется? - Не знаю, но я помню, как сильно злилась Корнелия, когда я их застала врасплох. Как же это называется?.. Ах, да! Они целовались! И все трое дружно скривились. Они не видели смысла во всех этих любовных объятьях и поцелуйчиках. Но тут Юфи словно что-то вспомнила и строго поинтересовалась: - А зачем тебе это? - Я хочу заставить брата Шнайзеля помириться с сестрой Корнелией. Как думаешь, у меня это получится? – спросил Лелуш, изображая неуверенность. Конечно, в глубине души он не сомневался в успехе своей затеи, но всегда стоит немного поиграть на публику. - Несомненно, ведь мой рыцарь непобедим! – гордо воскликнула Юфи и повисла на Лелуше. - Неправда, братик – мой рыцарь! – и Наннали повисла на Лелуше с другой стороны. Немного попрепиравшись, все трое повалились на кровать Юфимии и весело засмеялись. Они были уверены в успехе и были готовы ко всему. Ценой невероятных усилий Лелушу и компании удалось вытащить информацию о той самой девушке. А также устроить всё так, чтобы Шнайзель и Лориэтта (так её звали) столкнулись на приёме вечером. Вечером Лелуш как следует замаскировался (теперь он совершенно не был на себя похож: невысокий толстый человечек, с усами и пышным париком; сама Марианна не узнала бы в нём сына!), прихватил фотоаппарат и проник на приём. Шнайзель уже прибыл, однако леди задерживалась. «Если она сильно опоздает или вообще не придёт, - думал Лелуш, - то завтра её труп найдут у речки. Я попрошу Джеремию, и он обязательно послушается! Я ведь его знаю. Долг превыше всего». Но девушка всё-таки прибыла, избавив себя от жестокой смерти. Спустя некоторое время она и Шнайзель уединились в гостевой комнате. На волоске от разоблачения Лелушу всё же удалось получить эти ценные снимки и убраться незамеченным. А утром для Шнайзеля начался один из самых кошмарных дней в жизни. На прикроватном столике он обнаружил широкий запечатанный конверт, на котором было написано аккуратными буквами: "Я знаю, что Вы делали прошлым вечером". В конверте лежала часть вчерашних фотографий, а также такое же аккуратное письмо: Уважаемый принц Шнайзель, благодаря тайному источнику мне удалось получить эти фотографии – часть их Вы уже видели. Если Вы не желаете огласки, то Вам придётся выполнить несколько условий: Во-первых, разорвите всякие отношения с леди Дитрихд. Во-вторых, помиритесь, с принцессой Корнелией. И, в-третьих, научитесь играть честно.

С уважением, принц Лелуш.

- Вот же маленький поганец! И ведь не постесняется это обнародовать, – в сердцах воскликнул Шнайзель, а потом задумался. – Как же ему удалось всё это провернуть? Что ж, придётся выполнить его условия. Радость Юфи, Наннали и Лелуша была безграничной от того, что всё получилось. Ради уникального зрелища они даже подсмотрели за примирением Шнайзеля и Корнелии. А для Белого принца это был весьма поучительный день. Мораль: терпенье и труд даже Шнайзеля перетрут.

Конец