Ты пахнешь, как любовь

      Осенние листья осыпались на асфальт от дуновения утреннего холодного ветра. Прохлада забиралась в каждый дом, заставляя укутываться в теплые одеяла. На улице не было ни души, что не удивительно. В Сентфоре больше мертвых душ, нежели живых. Во второй половине октября мир пахнет, как теплый пирог. Хочется сидеть дома и никуда не выходить. Особенно когда выходя, ты должен облачаться в маску, скрывая за ней себя настоящего.       В одном из домов на окраине города, где обычно никогда не горел свет и не появлялись люди, сейчас можно было услышать веселый смех, доносившийся со второго этажа. Непривычное явление, что сказать. Не заходя, можно было подумать, что сейчас неизвестную особу держит на руках маньяк и убийца, затащивший в своё логово очередную наивную жертву. На деле же это был крик счастливой девушки, цеплявшейся за плечи своего счастья, кружившего её и отвлекавшего от украшения их уютного пристанища.       Последний раз его дом видел свет от разноцветных гирлянд… да никогда не видел. Раньше, в раннем детстве, украшением дома к Хэллоуину занималась его младшая сестра. Растрепанные косы, которые старший брат любезно заплетал маленькой хулиганке с утра, прыгали вместе с девчонкой. Он подавал ей с чердака различные игрушки, а она носила всё на кровать, бережно укутывая в плед, чтобы стекло не разбилось, а после бежала обратно к брату с криками:       — Аарон, это будет наш лучший Хэллоуин.       А сейчас девочка выросла. Уехала с матерью в Чикаго в поисках лучшей жизни, позабыв о семейной традиции справлять этот жуткий праздник вместе. Да и мужчина уже не простой школьник, покрывавший сестру за разбитую тарелку. Теперь он один из самых опасных людей в городе, но сердце вновь позволило почувствовать любовь от ещё одной маленькой девочки.

***

      Сара проснулась рано, еле приоткрывая тяжелые веки, чтобы понять, что вообще происходит. За окном еще была кромешная темнота. Комната остыла, и воздух был холодный, тяжелый. Мускулистая рука, покоившаяся на её талии, и горячее дыхание где-то в районе шеи вызывали мурашки и спокойствие одновременно.       Девушка кое-как переворачивается на другой бок и сразу же замирает. Не часто увидишь такое зрелище: растрепанные волосы мужчины спадали на глаза, отчего тёмные густые ресницы немного подрагивали. Губы были приоткрыты, а всё его состояние в целом выражало спокойствие. Рука всё ещё находится у неё на талии, притягивая к себе как можно ближе. Сара улыбается и тянется ко лбу, чтобы убрать упавшие на глаза пряди. Ладонью девушка нежно оглаживает скулу, боясь разбудить. Это были совсем невесомые касания, будто она проводила рукой по воздуху.       Неожиданно мужчина притягивает её совсем близко, уничтожая между ними былое расстояние. Глаза его по-прежнему закрыты, а вот губы уже сминают уста Сары. Она любила его внезапные порывы нежностей, хотя этот поцелуй уже давно перешёл ту самую грань.

Ты пахнешь, как любовь. Ты сумасшествие с первого взгляда. Ты пахнешь шоколадом. Пахнешь, как цветы.

      Девушка позволяет ему проникнуть в рот языком, исследуя давно всё изученное. Она улыбается сквозь поцелуй, в блаженстве прикрывая глаза. Его щетина чуть царапает нежную кожу лица, но их это мало волнует. Прикусывает её нижнюю губу, властно оттягивая на себя. Хилл приподнимается на локте, нависая над Сарой. Блондинка обвивает его шею руками, несильно выгибается в спине и тихонько стонет. Каждый поцелуй с ним для неё как первый. Ранее замкнутый в себе человек стал открываться с разных сторон, вызывая своими поступками улыбку на лице и тепло в душе.       Маленькие ладошки гладят широкие плечи, задевая шрамы многолетней давности. Каждый из них хранит в себе самые удивительные события, о которых он только недавно решил ей рассказывать. Понемногу, не всё сразу.       Из-за недостатка воздуха всё же пришлось отстраниться. Мужчина открывает глаза и смотрит на неё. Наконец решил порадовать её своим рентгеновским взглядом карих очей. Она лежит под ним такая прекрасная. Губы опухли и приняли красный оттенок. Волосы, которые растрепались ещё во время сна, сейчас были похожи на гнездо птиц. Но это никак не портило, а наоборот, добавляло своего шарма в её утренний образ осенней дивы.       — Пора вставать, учёба не ждёт. — Сара нехотя пытается вылезти из захвата крепких рук, но если честно, не очень-то это и выходит.       Мужчина опускается рядом с ней, не слушая сопротивление со стороны девушки. Притягивает ближе и целует шею, вызывая мурашки по всему телу. Девушка смеется, а от её смеха в животе возникают те самые бабочки, о которых любят говорить писатели и все влюбленные парочки.       — Аарон, ты, как ребёнок. Между прочим, тебя тоже ждут дела. Или Драконы уже выросли, и им не нужна мамочка?       Понимая, что она только что сказала и ловя на себе удивлённый взгляд мужчины, Сара начинает медленно от него отстраняться, а потом и вовсе убегает, чем ставит мужчину ещё в больший ступор.       — Возбудим, но не дадим, так, значит.       Мужчина потягивается в прохладной постели, раскинув руки в разные стороны. Снизу, куда убежала его ненаглядная, доносится запах свежезаваренного кофе и шоколадных панкейков. Это вошло уже в привычку. Каждое утро начиналось с кофе в постель, поцелуя и стандартного пожелания доброго утра друг другу. Потом девушка выбирала наряд для школы и, конечно же, для своего мужчины, который вечно ворчал, мол, зачем каждый день ходить в разных футболках, если предыдущая ещё чистая.       Уже через пару минут Сара поднялась наверх, держа в руках поднос с едой. Поставив его на прикроватную тумбочку из темного дерева, девушка ушла собираться. Она, как всегда, завтрак приготовит, но сама не ест. Не голодная, конечно, просто кто-то не хочет расстраивать дракона новостью о похудении.        Девушка достает из шкафа свой любимый белый свитер, который носила только в особенные для нее дни. Сегодняшний день же ничем не отличался от остальных, разве что тем, что в школе сегодня нужно будет сдать все долги, ведь начинаются каникулы, а девушка совершенно о них забыла. Ну и сегодня они с Аароном должны украшать дом к самому жуткому празднику года, не зря же она скупила половину магазина украшений.       Собравшись, девушка возвращается в спальню, где её ждет уже готовый выходить Хилл. Сара осматривает его с ног до головы и садится в ноги у кровати, протягивая мужчине расческу с двумя резинками. Аарон смотрит на неё в напротив стоящее зеркало, взглядом спрашивая, чего она хочет от него.       — Заплетешь мне косички?       Сейчас девушка была похожа на маленького ребенка, пришедшего утром к папочке, чтобы он помог ей собраться. Отчасти так и было, только вот под отцом в детстве она не стонала так, что стены дрожали.       — А ты сама не можешь? – мужчина нахмурился и пристально смотрел на неё. Еще чего не хватало, чтобы главарь преступной группировки заплетал косички школьнице. Но есть одно «но», перечеркивающее все отговорки. Эта школьница была любимой.       Девушка машет головой в разные стороны, немо говоря мужчине «нет», а потом начинает смеяться и радоваться своей маленькой, но всё же победе.

Пахнешь, как мечты, воплощаемые с нуля. Пахнешь, как желание - чистое животное желание; Но ты пахнешь на шестнадцать. Ты, как первое свидание.

      Вздохнув так, будто ему сейчас предстоит разбирать кучу бумаг, слушать рассказы пьяного Вишни или ходить с девушкой по магазинам, он всё же взял в руки расческу. Плавно проводя ею по светлым волосам, он аккуратно и осторожно брал их в руку, пытаясь не принести школьнице боль. За его сосредоточенным видом она наблюдала через отражение и не могла сдержать улыбки, когда во время плетения первой косы он хмурил свои темные брови.       — Где ты научился их плести? Бывшие просили? — с нескрываемой ревностью в голосе произносит Сара, в голове уже представляя не самые приятные картины.       Аарон хмыкнул, глядя на её обиженный вид. Совсем ещё малышка, даже сложно сказать, что через месяц этой барышне исполнится восемнадцать.       — Не угадала. Сестре младшей. Вы с ней даже чем-то похожи. Обе вспыльчивые, характерные и очень меня любите.       — Каков павлин, вы посмотрите на него. И это кто, я что ли вспыльчивая?! – девушка дернулась, отчего моментальная боль отразилась на голове.       Аарон рассмеялся и поцеловал Сару в макушку, руками доплетая первую косу и закрепляя резинкой. Какой бы взрослой она не казалась, внутри живет ребенок, маленький и беззащитный, требующий ласки и тепла. И в один момент две одинокие души нашли друг друга, обретая спокойствие и поддержку. Она стала всем для него: светом во тьме, теплом в морозные ночи, сердцем в его пустой плоти. Он был её душой, наполненной пионами, которые она так любила. Она просто любила его.

Ты без стука открываешь двери. Ты можешь мне не верить, но ты пахнешь, как бензин. Ты можешь сжечь меня, как старый мерин. Воздух в моей атмосфере. Пахнешь наготой, даже когда тепло одета. Пахнешь, как планета. Пахнешь, как космос.

      Доплетенные косы смотрелись невероятно красиво. Школьница была схожа с прекрасными фрейлинами императриц, которые своей красотой покоряли всех мужчин на светских мероприятиях.       — Ты снова ничего не ела. У тебя всё в порядке, или стоит обратиться к врачу? — за холодным тоном можно было разобрать нотки беспокойства, кои мужчина тщательно скрывал, боясь показаться слабым. Что очень зря, ведь она всё чувствовала, но слабым при этом его не смела считать.       — Переставай читать мне нотации. Всё в порядке, я не голодна.       Уговаривать её бессмысленно, сколько раз не пытаться, всё заканчивается одним и тем же. Она уходит домой, игнорируя любую попытку выйти на контакт, а потом скучает, забывает о ссорах и снова сбегает от матери, привыкшей к её выходкам.       — Что тебя гложет, Сара? Ты в последнее время сама не своя, — спрашивает Аарон, не замечая её закатывающихся глаз.       — Почему мы должны сидеть здесь и никуда не выходить? Почему ты не можешь прийти за мной в лавку твоей бабушки, чтобы мы вместе ушли от неё, без необходимости проходить на дом, где ты ждешь меня? Я устала, понимаешь, устала! Скажешь сейчас, что это всего лишь осенняя депрессия. Возможно, но факты никто не отменял, проблемы останутся, — она из последних сил сдерживает подступившие слезы и уходит, так и не посмотрев на него.

***

      Школа встречает её угрюмым видом одноклассников и контрольной по физике. Лучше уже не будет, как говорится. Сара ловит на себе взгляды Дерека, который в скором времени должен стать её сводным братом, а также его девушки Кенди, конфетной принцессы, которая только и умеет делать, что подлизываться ко всем подряд. Блондинка отворачивается от них и начинает читать задания контрольной работы. В голове сразу всплывает образ её мужчины, любимого мужчины, который пару дней назад объяснял ей все законы Ньютона и их применения.

***

      — В инерциальных системах отсчёта ускорение, приобретаемое материальной точкой, прямо пропорционально вызывающей его силе.       Он говорил ей это куда-то в области шеи, параллельно прерываясь на поцелуи и укусы. Девушка сидела на столе, обхватив его ногами за талию и притянув ближе к себе. Она с улыбкой на лице зарывалась пальчиками в его волосы, перебирая их. На его вопросы она отвечала только тогда, когда след от горячей руки оставался на её ягодицах.

***

      Воспоминания отразились улыбкой и болью на душе. Утренняя ссора, если её можно таковой назвать, до сих пор не отпускала. Но зато тест был решен быстро, а в ответах девушка была уверена. Какого же было удивление учителя и одноклассников, когда Сара первая сдала контрольную работу и покинула помещение с твердой пятеркой в дневнике.       На улице лил сильный ливень, сопровождающийся ветром. Стемнело, а это значит, что учебный день подошел к концу. Сухо попрощавшись со Стефани, единственной девочкой из класса, с которой Сара общалась, она собиралась вызывать такси, как и многие ученики, стоявшие под навесом. Но звук не заглушенного мотора, исходящий со стороны школьной парковки, всё же привлек её внимание и заставил присмотреться к стоящему там силуэту.       Он стоял около байка, не боясь промокнуть, ведь уже больше некуда, в своей излюбленной кожаной куртке, держа в руках огромный букет её любимых пионов. Он щурился, прикрывая лицо ладонью от назойливых капель дождя, пытаясь разглядеть среди толпы школьников свою ученицу.       Она стояла на месте, без возможности сделать хоть шаг, широко раскрыв рот от удивления. Зная характер Аарона, она точно знала, что он не приедет за ней и уж тем более не будет извиняться за её истерику. Да и вообще, он был против того, чтобы светить их отношения перед всей школой, а сейчас сам направляется к ней, весь мокрый и холодный.       Толпа зевак расступилась, позволяя пройти романтику дня. Он останавливается напротив девушки, смотря в её чистые голубые глаза. Девушка дрожала, но далеко не от холода, а от осознания того, что она ему важна, раз он решился публично заявить о своей любви к ней.

Ты выглядишь, как казино. Я сильно задолжал, но я до сих пор бухой встреваю на zero. Ты выглядишь, как в кино. Ты - как рояль, но я не хочу играть в минор. Ты самый охраняемый банк, и жизнь кричит: "Ограбь его, на миллион! Нет, на все миллионы мира!"

      — Я дурак, Сара. Мне страшно представить, что ты исчезнешь из моей жизни, забирая с собой всё свое тепло. Я боюсь проснуться холодным утром и не услышать запах твоей кожи, не почувствовать маленькой руки на моей щеке, которой ты нежно проводишь, боясь меня разбудить. А когда я всё же просыпаюсь, ты кричишь мне: «Побрейся, я умоляю тебя, с недельной щетиной лучше, а ты запускаешь». Я волнуюсь, когда ты не завтракаешь, но всё равно приносишь поесть мне. Считай меня слабым и ничтожным, но ты моё всё. Простишь меня?       Он выглядел, как котёнок из Шрэка, а с букетом под курткой, оберегаемым от дождя ещё милее. Рядом стоящие девушки что-то запищали, с завистью и ожиданием смотря то на Хилла, то на свою одноклассницу. Сара же не отрывала взгляда от его глаз. Она приблизилась к нему, вплотную прижимаясь, и, встав на носочки, поцеловала, крепко обхватив шею руками. Недолго думая, Аарон отдает рядом стоящей Стефани букет, а сам поднимает девушку на руки, кружа и всё еще не разрывая поцелуя. Со всех сторон послышались хлопки и счастливые возгласы, быстро сменившиеся грозными и возмущающимися криками учителей, считающих непристойностями такие вещи на публике.

Ты, как страсть - это больше чем секс. Как стихи, как самый хитовый текст. Выглядишь как полюс. Ты выше, чем Эверест. Ты прям, как космос - это выше небес.

***

      Свет от зажженных свечей, находящийся внутри тыкв со зловещими рожицами, отбрасывал тени на стены, придавая ужасающую, но в то же время уютную атмосферу помещению. Девушка, сидевшая на плечах у мужчины, весело смеялась, пытаясь закрепить как можно выше одну из многочисленных гирлянд. Он специально быстро кружил её, намекая на скорое падение, тем пугал юную особу, заставляя периодически кричать и бояться. Повсюду расположились Хэллоуинские украшения, вписывающиеся в тематику праздника. За окном по-прежнему лил ливень, только никому не было до этого дела.       Когда последняя гирлянда нашла своё место, пустые кружки, где раньше остывал кофе, отставлены в сторону, двое счастливых людей буквально упали на кровать, любуясь проделанной работой и предвещая чудесную и одновременно ужасную ночь Хэллоуина, проведенную сначала за просмотром фильмов ужасов, во время которых девушка будет бояться и утыкаться лицом в грудь мужчины, а после пара займется более увлекательным для обоих занятием, ну а каким, расскажут на утро смятые простыни.

Навсегда, навсегда, навсегда. В космос ты в космос я, навсегда ли это? Навсегда, навсегда, навсегда, навсегда, навсегда, В космос ты, в космос я.