Сжечь дотла

Открыв глаза, Джейсон увидел белый потолок с вентилятором, затем в нос ударил запах спирта и хлорки вперемежку с лекарствами. Захотелось поморщиться и отвернуться. Что американец и сделал – в поле зрения попала соседняя койка, на которой спал Райли. Малыш Райли, с капельницей, торчащей из руки, медленно льющей что-то прозрачное ему в вену из маленькой стеклянной бутылки с непонятной маркировкой на китайском и красным крестом. Брат уже не выглядел как покойник. Бледный, но не синий. Джейсон почувствовал, как к глазам подступают слёзы. ---Господи, спасибо тебе. – Прошептал американец, старясь не разрыдаться. ---Оу, Белоснежка, ты так рад меня видеть, что расплакался от счастья?! – Конечно, когда ещё мог войти этот мудак?! – Ну полно, малыш, мне, конечно, приятно, но возьми себя в руки. Отоспался, и будет. Пора продолжить наше с тобой продуктивное взаимодействие. Пират пребывал в отличном расположении духа. Покупатель на камни нашёлся быстрее, чем ожидал Монтенегро. Ко всему прочем, стоимость камней оказалась действительно крайне высокой, так что помимо возмещения стоимости лечения Райли и ещё ряда расходов, американец, сам того не зная, подарил Ваасу отличную новую винтовку. И это не считая золота, которое теперь хранилось в сейфе на суше, ожидая своего часа. Джейсона привели всё в то же помещение, только в этот раз оно было разобрано, убрано, в нём появились железные шкафы. Вторая «комната» видимо превратилась в нечто наподобие спальни, по крайней мере сложенные друг на друга матрасы, застеленные пёстрыми лоскутными покрывалами, наводили именно на эти мысли, а в просторной комнате при входе стоял стол, всё те же стулья и ротанговое кресло, которое тут держали специально для Вааса. ---Сколько я провалялся? – Не понял Джейсон. ---Три дня. – Как нечто само собой разумеющееся ответил Монтенегро. На столе стоял раскрытый ноутбук в защитном чехле. Такие использовали военные. Казалось, что даже выпади такой из вертолёта на камни и отскочи в болото, ничего страшного не произойдёт. А с ним рядом ворохом наваленные документы, которые явно не один раз пересматривали, словно что-то ища. ---У меня для тебя сюрприз, Джесси. – Всё тем же радостным голосом сообщил Ваас, и Броди похолодел. В гробу-то он видал сюрпризы от этого уёбка. ---Подойди к столу, не бойся, Белоснежка. Я для тебя фоточки нашёл. Старые, правда, но ты оценишь. Ты же у нас фотограф, а, Белоснежка?! Фотографий было всего три. Они и правда были старыми, хоть и цветными. Но то ли бумага и плёнка были не ахти какими, то ли «мастерство» фотографа сыграло роль. Лица размытые, всё тёмное, какие-то люди в движении, совершенно непонятные, но среди них… Броди замер, чувствуя, что череп начинает колоть как иголками. Это была Цитра, её ни с кем не спутать. У четы Монтенегро-Талугмай есть такая особенность: их везде узнаешь. Издалека, на размытых снимках, они словно отпечатывают свою ауру, оставляют глубокий след. И женщина на фото была именно той, кого Джейсон видел в наркотическом бреду. Та, с кем он разговаривал в храме, валяясь на алтаре. И никак не нескладная девчонка с круглым личиком, на которой странно сидела ритуальная одежда, будто с чужого плеча. Нет, та, кого он встречал в реальности нисколько не была похожа на женщину на фото. Но как такое возможно?! Джейсон не мог видеть настоящую Цитру! Откуда он знает, как она выглядела на самом деле?! Тошнота скрутила горло, американец постарался продышаться и отошёл в угол помещения. Желудок был пуст, но его всё-таки стошнило. Ваас, с интересом наблюдавший эту картину, только пожал плечами и согласно кивнул: ---Поддерживаю, амиго, меня тоже в какой-то момент начало от неё тошнить. Джейсон закашлялся, утирая рот ладонью. ---Как такое возможно?! Я видел именно её. Там, в храме. Я думал это гипноз. Они опаивали меня… я слышал её голос, видел её образ, который был плодом галлюцинаций, она отдавала мне приказы, с которыми потом никто не спорил, и никто не проверял как я их усвоил. Но я думал, что это программирование! Это какая-то техника! Как у спецслужб… Ваас захохотал. ---Серьёзно, амиго?! Ты думал, что я развёл тут такой пиздец вокруг храма из-за того, что ты словил хуёвый приход?! Джесси, поумней уже, пожалуйста! Тут творится ёбанный пиздец, ни больше и ни меньше. Ракьят нахуй не хотят «свободы», они хотят власти! Хотят, чтобы вернулась их богиня! Которая обещала родить им великого воина и вождя. И тогда… - Монтенегро сделал круговой жест пальцами по воздуху. – Они вновь подчинят себе весь архипелаг, включая остров Хойта, как им предрекают их легенды. Джейсон ещё раз больным взглядом посмотрел на стол. Да, вот что его напрягало в общении с материальной жрицей: она не обладала силой. Она будто играла роль, неуверенная в своей власти, а вот у девушки из видений была воля и мощь настоящей хищницы и царицы. Да, Цитра из видений принадлежала к той же породе, что и её брат. При взгляде на этих двоих драл мороз по коже. ---Что здесь, блядь, происходит, хоть ты можешь мне объяснить? – Американцу уже было плевать, что он готов поверить пирату. ---Окей, hermano, я расскажу тебе правду, но только она нихуя тебе не понравится. ---Мне уже нихуя это не нравится! С самого, блядь, начала! А с момента, как я услышал то, что мне не предназначалось, всё вообще пошло по пизде, так что не стесняйся – твой рассказ сильно не ухудшит. Там копать особенно некуда. ---Ошибаешься, Белоснежка, эта нора пиздецки глубока. Так что переодевайся в Алису и следуй за белым кроликом. – Монтенегро протянул американцу скрученный косяк и указал на стул напротив своего кресла. Всё, что рассказывал пират, сама ситуация от начала и до конца, казалось Джейсону сюром. Он не чувствовал своего тела, но был благодарен за небольшой допинг, помогавший не сорваться в истерику. ---Четыре года назад, когда я штурмовал храм моей сестры, я уже знал, что мне придётся провести обряд. – Монтенегро, как обычно, разговаривал сам с собой, не следя за собеседником. – Нельзя убить того, кто носит Татау простым выстрелом, иначе получится такая хуйня как с Цитрой. Я был зол. Меня заебали её «избранные», меня заебало то, что она решила взять меня измором, меня заебал сам факт того, что она считает себя хозяйкой острова. И я… - Ваас растёр лоб пальцами. – Я поторопился. Я что-то упустил. Азарт, Джесси. Азарт битвы опьянил меня, и я расслабился. Я хотел прострелить ей голову… я был уверен, что её смертью станет оружие, которое она презирала, но я не смог. Я её не простил – нет. Но я был готов поговорить. ПОГОВОРИТЬ, БЛЯДЬ! С женщиной, которая хотела наебать меня. Которая всю жизнь приручала меня как собаку, подкармливая и поглаживая, чтобы я стал покладистым и не имел своего мнения. Чтобы я, не задумываясь, выполнил любой её приказ, и с радостью умер за свою хозяйку или принял смерть от её руки, не сопротивляясь. Тебе ведь рассказывали каким милым и заботливым братом я был, м? Рассказывали. И каким чудовищем меня сделал Хойт. – Ваас засмеялся, рассматривая свои руки. – И после этого всего, я, блядь, решил, что мы можем поговорить! – Монтенегро поднял на Джейсона совершенно прозрачный и безумный взгляд, касаясь указательным и средним пальцами виска. – Ты понимаешь, насколько я ебанутый?! Поговорить, блядь! Поговорить, нахуй! Но… - пират развёл руками. – Разговора не получилось. Я зарезал эту суку. И всё пошло по пизде, всё пошло не по плану. Слишком много крови, Джесси. Тело сгорело не целиком, понимаешь? Эти ебланы нашли её мощи и теперь дрочат на них. Там что-то осталось… от её тела. Небольшой кусок с узором… и вот теперь они снова «воспаряли духом». – Ваас вздохнул. – Но ничего, это ненадолго. У меня есть ты. И в этот раз я не стану торопиться. Мысли американца, подстёгнутые куревом, поплыли в странное русло. Джейсон обвёл шалым взглядом руки Вааса и нахмурился. ---Да спрашивай ты уже, заебал. – Заметив нездоровый интерес, рявкнул пират. ---Как так получилось: тебя готовили, чтобы возглавить племя и при этом на тебе ни одной татуировки? ---Ты про эту поебень? Про Татау? Хм. Джесси. – Ваас вздыхает, словно разочарован. – Джесси, ты ведь уже знаешь, что тебе пиздели? М? Что моя так называемая сестра и её верный Деннис – пиздят. Но это не важно. Они играют миф, а миф должен быть одинаковым для всех, иначе он не будет правдоподобным, сечёшь?! Сколько раз тебе рассказывали каким нерешительным юношей я был? М? Не-не-не, hermano, не заморачивайся о том откуда я всё это знаю, просто подумай. – Ваас, как обычно, сопровождал свою речь весьма выразительной жестикуляцией, практически сурдопереводом. – Так вот, моя нерешительность – это отказ от этих ебучих Татау и всего, что к ним прилагалось. – Монтенегро очертил рукой весьма внушительное пространство. – Но не мог же я в лицо послать сперва отца, а следом и сестру со всем племенем?! Поэтому приходилось избирать весьма обтекаемые формулировки. На тот момент моя нервная система это позволяла. Американца в очередной раз поразило то, что пират осознаёт, что с ним произошло. ---Почему ты был против? ---Джесси, ты реально не врубаешься?! – Ваас наклонился вперёд. – Что тебе обещали, набивая Татау? М? Тебе обещали силу! А я уже тогда знал, что силу передать НЕЛЬЗЯ! НЕЛЬЗЯ, блядь! Она растворяется при передаче. Силу ты можешь добыть себе сам. Только так и никак иначе. Всё остальное – пиздёж и манипуляции. – Ваас хихикнул, смерив Броди. – Ты ведь и сам начал догадываться, а, Джесси? Нихуя тебе эта татуировка силы не прибавила, м? Всё, что ты получил – ты заработал сам, не сдохнув под пулями! А эти картинки – хуйня! Это твой ошейник! А ты – цепной пёс. Куда эти уёбки скажут – туда и бежишь. Не-не-не, не парься. Ты не первый, вас тут таких много было. Как ты думал, я вас, мудаков, всех вычисляю?! Откуда знаю куда вы пойдёте, что сделаете?! Да я просто уже был там. Я знаю, как моя сестра, а теперь и её преемники, дрессируют своих собак, куда выводят гулять и на кого велят охотиться. И я, в своё время, отказался быть в своре, за что и получил вот это! – Монтенегро снова ткнул пальцем в свой шрам. – Ну, а тебя скоро ждёт сюрприз. Броди поёжился. ---Не парься, Белоснежка. – Подбодрил его пират. – Моя настоящая сестра сдохла. Всё, что им доступно: возможно, призрак Цитры, если ты мне не пиздишь, и баба на фото та же, что ты видел в дурмане. Общение с духом, которого удерживают Татау… – Ваас покривился как от зубной боли. – Та ещё задачка. Она по плечу только сильному жрецу или избранному. А это значит, что они не смогут придумать действительно заковыристой, выносящей мозг хуйни. Всё будет тупо, грубо и очень скучно, зато предсказуемо. ---Что дальше? ---Пиздуй за типарой, принеси её доку. Пусть обрабатывает, там нужно от трёх до пяти дней на эту хуйню. ---Что произойдёт, когда дурь будет готова? Монтенегро поморщился. ---Ваас, мне нужно знать, если ты надеешься, что всё пройдёт нормально в этот раз. Или ты хочешь, чтобы в ответственный момент я нагородил хуйни?! Пират замер. Джейсон наблюдал как его невероятные глаза двигаются, не видя ничего в этой комнате, будто разглядывая нечто, чего ещё нет. ---Я должен буду согласиться на обряд? – Не унимался Джейсон, но Ваас сделал жест рукой, словно его отвлекали от созерцания чего-то важного, что нужно непременно досмотреть. Монтенегро знал, что расплатится за своё виденье очередным приступом адской головной боли, но сейчас игнорировать его было бы просто опасно. ---Она заберёт твоих «друзей» и брата в храм, чтобы принести в жертву… ты сам выберешь, как они умрут, но им не жить – это точно. А потом тебя разложат на алтаре и трахнут, и когда ты кончишь… чок! Нож этой шлюшки, которая играет роль моей сестры, окажется у тебя в груди, но у неё, скорее всего, не хватит сил, чтобы убить тебя, поэтому ты сдохнешь от передоза. – Ваас отвлёкся, сфокусировав взгляд на Джейсоне. – Сколько типары заказал тебе док? ---Он сказал, что ему нужно двадцать крупных растений. ---Дохуя. С одной ветки делают достаточное количество, чтобы уйти в священный транс. Две-три нужно на полноценное погружение в обряд. А двадцать… я даже не знаю. Меня свалили десятью, это я узнал позже. – Монтенегро засмеялся. – Но второй раз свою ошибку Цитра не повторит. С тобой надо действовать наверняка. Видя, как бледнеет американец, пират мило улыбнулся. ---Не парься, hermano, та ботва, которую ты принесёшь доку, будет чуть вреднее сахарного тростника. ---Как Ракьят узнают, где ребята? ---М? Так они уже знают. Джейсон замер. ---Ты, Белоснежка, всех идиотами считаешь? Вы – американцы – типа самые умные?! М? Твои долбоёбы регулярно выходят из пещеры, особенно не шифруясь. И если я точно знаю, где они и чем заняты, то и для Ракьят выяснить это – не проблема, тем более, они так мило «дружат» с доктором Эр. ---Ты. Всё это время. Знал. Где ребята?! ---Джесси, это мой, блядь, остров, и я ощущаю его как собственное тело. Конечно, я, сука, знаю, где отсиживаются твои долбоёбы! Не-не-не, амиго, не парься. Я даже убивать их не хочу. Пули денег стоят, а твои друзья не стоят нихуя. Хойт с меня за них не спросит, уверенный, что они подохли все к хуям, так что, если они правда починили это корыто – пусть пиздуют, и молятся, чтобы погода не подвела. ---Ты отпустишь их? – Не поверил Броди. ---Джесси, блядь! – Ваас с рёвом поднялся из кресла. Голова начинала болеть, и терпение заканчивалось. Тупой американский уёбок опять нещадно втормаживал. ---Мне нахуй не всрались твои друзья, усёк?! Они для меня такие же покойники, как и Ракьят, которые получат от меня пулю! Мне нужен только обряд! Обряд, который ты запустишь своей блядской персоной! Тогда Ракьят сами. САМИ! Принесут мне то, что я оставил в прошлый раз. И я смогу освободить свою сестру. Раз и навсегда! Грязные дикари в курсе, что я знаю, как убить их ебучую богиню, и поэтому прячут её. И поэтому мне нужен один тупой американец, которого почитают как великого воина, а на самом деле, он обыкновенный придурок! Так понятно?! И смирись ты уже с тем, что ни твой брат, ни твои друзья тут нахуй никому не нужны, кроме тебя. Их жизнь и безопасность можешь гарантировать только ты сам. И я хуй знает, почему мне приходится тебя этому учить. Ещё раз, принцесса: силу получится взять только собственными руками. И либо она у тебя есть, либо ты в ближайшее время сдохнешь! А теперь пиздуй нахуй за типарой, пока я тебе челюсть не сломал!!! В поведении доктора Эр, казалось, ничего не поменялось. Да он и не знает, скорее всего, ничего. Но отделаться от мысли, что этот милый мужчина в сговоре с Ракьят Джейсон уже не мог. ---А, оставляй-оставляй. – Всё так же отрешённо оглядывая оранжерею и столы с реагентами, бормотал доктор. – Надо же, какое интересное растение. Ну, посмотрим, что из него получится. ---Зачем так много? – На пробу спросил Джейсон. ---А? Так эмульсию и порошок, вроде. Я не совсем понял, что к чему, но это и не моё дело, знаешь ли. К ребятам заглянешь? Они о тебе спрашивали. ---Да, загляну ненадолго. Значит, док не в курсе о планах «Цитры», что ж, было бы странно со стороны Ракьят посвящать его. Если он так просто растрепал содержание заказа, то уверен, что Броди не грозит испробовать препарат на себе. Ребята рады ему, Дейзи почти доделала лодку. У неё сбиты руки, предплечья в ссадинах и порезах от неровных краёв металла. Они не проходят – слишком влажно, а травки Эрнхардта уже не помогают. Хорошо, что Броди догадался захватить кое-что у Рауля в медсанчасти. ---Ты бледный. – Замечает Лиза, помогая с перевязкой. ---Ерунда. – Джейсон вздыхает. – Вам опасно тут оставаться. Ваас знает, что вы в этой пещере. ---Ебать! – Это Оли, как ни странно. ---Сколько у нас времени? – А это Кит. ---Не знаю, но пока он не собирается вас убивать, он даже готов отпустить вас, вы ему больше не нужны. ---Откуда инфа, брат? ---Я… я с ним недавно общался. – И пока не посыпались вопросы. – У него Райли. Я теперь не могу с ним не общаться. ---Что этому мудаку от тебя надо?! – У мисс Ли все причины злиться на пирата. ---Скажем так, услуги. Я ведь убивал его людей, теперь он хочет, чтобы я убивал туземцев. И самое плохое, что Ракьят ничем не лучше пиратов. У меня мало времени, но вам точно нужно выбираться. ---Что значит «вам»?! – Лизе не нравится формулировка. ---Я попытаюсь вытащить Райли и переправить к вам, и вы должны будете валить с острова. Как можно скорее. Если я буду жив к тому времени, я обеспечу ваше отбытие. Если нет, тем более бегите. ---Джейсон… ---Серьёзно, брат, это какая-то хуйня! ---Хуйня, Оли, происходит тут с самого нашего прибытия, если вы не заметили. Дейзи и Кит, не высказавшие возмущения, напряжены, но понимают, что Броди прав. Спасти нужно максимальное количество людей. И если кому-то из них придётся пожертвовать собой – значит, так и будет. Разговор с друзьями оставляет тяжёлое ощущение. И дело не в том, что Джейсону, возможно, действительно придётся пожертвовать собой ради их бегства, а в том, что им уже не о чем друг с другом разговаривать. Кит, который «познакомился» с Баком, понимает, кем стал Броди, и понимает, что в мегаполисе таким не место. Джейсон уже не выживет в цивилизации. Ему тревожно без АК и пары рожков к нему. Его тело привыкло ежедневно покрывать бегом пару десятков километров по пересечённой местности. Он слишком легко говорит об убийстве. Лиза и Оли, которые не понимают и не принимают этих изменений – злятся. А Дейзи просто смертельно устала. Она, как и Джейсон, любила Гранта и потеряла его. Она хочет покоя и места, чтобы хоть чуть-чуть уложить это всё, дать время ранам затянуться. Это так же, как с её ссадинами – пока она на острове, лучше точно не станет.