Там будет пустота

      Коннор лежал неподвижно. Без трубок, без иных датчиков. Он был самым настоящим... Хэнк не мог применить это слово после всех услышанных надежд. Но каков шанс? Если бы так все андроиды возвращались, творилось бы черти что. Стали бы их покупать? Окажешься случайно виновным в смерти, а девиант вернется и начнет мстить. И толку что им мозги стирают, может даже в этом есть лазейка. Но были бы и те, кто радовался бы их возвращению. Если все дело в памяти, то почему же именно он не возвращается?       Теперь время отличалось от одиночества в доме. Но неизвестно, что хуже, повторная смерть или разбитые надежды. В этот раз он точно не выдержит.       Зазвонил телефон. Хэнк периодически приводил его в порядок и поэтому сейчас оказался на связи.       – Хэнк, где тебя носит? – прозвучал раздраженный голос с той стороны, – Беспросветно бухаешь?       – Вполне трезв.       – Уверен? – с сомнением спросили его.       – Если ты о вызове, то разбирайтесь сами, – нагло ответил лейтенант, зная что, что бы ему ни сказали, сейчас всё равно сделает по-своему.       – Сколько тебе надо времени? – серьезно спросил Фаулер.       – Неделя, две, больше? – вопросом на вопрос ответил он.       – Ясно. У нас не хватает рук, поэтому, как только, так сразу тащи свою задницу сюда. Ты понял?       – Да-да.       Оказывается, его всё еще не уволили. Он кому-то нужен? Но его даже андроиды не стали обыскивать, мол, что он такого может сделать. И телефон оставили, а ведь человек мог рассказать всё, добыв информацию из-за стен.       Хэнк не понимал в полной мере, зачем остался здесь, зачем изменил первоначальный план. Он ничего не понимал в технике, ничего путного не мог сказать о сложной человеческой жизни – как это всё может работать, как девианты перенимали и генерировали столько нового. Но он успел ощутить разницу между теми, кто создавал революцию и этими новорожденными в белой форме. Их нельзя назвать девиантами, они не проснулись убийцами. Здесь была бы уместна фраза о ложке сахара, которая тогда казалась странной и неуместной. Но отношение к смерти... Если у человека встало сердце, если прошло полчаса, да даже меньше, то каким бы уникальным он ни был, никакого чуда не произойдет. Если у андроида даже вручную не запускается механическое сердце, если прошла уже неделя, то не пора ли признать? Теперь тело перед ним это набор биокомпонентов и совершенных технологий, спокойная оболочка.       Хэнк протянул руку и коснулся белого пластика на груди андроида, положил раскрытую ладонь. Холодно. Он всегда был в костюме, лейтенант видел его только на расследованиях, и физических контактов было не так уж много. Он всегда был холодным. Мужчина повел руку выше к одному из уцелевших уголков кожи. Граница была странной на ощупь, кожа гладкой и приятной, человеческой. Под его пальцами она незаметно растаяла, оголив новый участок пластика, а мужчина почувствовал электричество, тонкими искорками коснувшееся его. Это ощущение обволакивало руку, а не отталкивало, и лейтенант замер, не заметив этого. Должен ли андроид так реагировать, будучи в отключенном состоянии? Не нужна ли на это энергия? Побоявшись, что он израсходует весь запас резервной, если такая есть, энергии, Хэнк отдернул руку. Коннор лежал неподвижно. По-прежнему.

***

      Хэнк мог ходить практически где угодно в сопровождении двух андроидов. За это время лейтенант проверил ангар, где произошел бой со второй моделью RK800. Его, кстати, оживлять никто не собирался, и лежал он поодаль от других «окончательно мертвых» моделей. Андроидам не нужно много места, никого захватывать они, похоже, тоже не собирались. Без Маркуса всё стало бессмысленным. Андроиды существовали, но не выполняли своих задач. И тут на пороге появился незваный гость. Девушка-андроид со светлыми волосами. Хэнк сразу узнал ее. Этих моделей было много у Камски. Он что-то задумал?       Андроиды с доверием встретили ее. Главный обменялся с ней информацией и оставил Хлое свободу действий. Хэнк уже не удивлялся такой беспечности, но удивился, когда андроид обратилась именно к нему.       – Хозяин не предполагал, что вы надолго исчезнете с поля зрения. Найти вас здесь оказалось неожиданностью, но объяснимо.       – С чего бы ему интересоваться мной? – эта заинтересованность настораживала, он ведь и правда был уже не у дел. Все новости проходили мимо него.       Хлоя предложила ему пройти вместе.       – Вы близко общались с RK800 Коннором. Благодаря вам он стал именно таким. Мне необходимо увидеть.       Обсуждать что-либо с ней было бесполезно, она хорошо оперировала данными, которые предоставил хозяин, не рассказывая ничего интересного для лейтенанта. И ей зачем-то необходимо увидеть его Коннора, которого в иной ситуации Киберлайф бы деактивировал. У Хэнка активизировался спящий до этого механизм защиты и настороженности – не для этого он столько времени иссыхал рядом, чтобы Камски влез своими ручонками.       Хлоя отпустила андроидов, следящих за Хэнком, будто стала новым главарем в этом царстве. Войдя в комнату, достала из сумочки какие-то модные перчатки и, надев их, начала водить ими над телом Коннора, будто сканируя. Она делала это в полной сосредоточенности, но осмотр не вызывал угрозы. Скрестив руки на груди, Хэнк стоял рядом, внимательно следя за Хлоей. Когда она закончила, то даже расщедрилась и поделилась информацией.       – Как он и сказал, Коннора можно активировать. Если вы успеете до того, как это место вновь будет под управлением хозяина, то сможете забрать RK800.       – Что? Вы возвращаетесь? – опешил Хэнк, то ли от того, что сам создатель подтвердил возрождение Коннора, то ли от того, что всех тут снова возьмут под контроль.       – Да. Хозяин разберется с делами и вновь запустит производство. Я не могу вам ничего рассказать, – Хэнк смачно выругался, а Хлоя спокойно собралась и оставила его одного.       С ними просто играли?       – Ничего... Будет пустота...       Хэнк сел подле Коннора. Он снова положил ладонь на грудь андроида, примерно там, где могло быть механическое сердце. Чертова электрика – всё крутится вокруг нее.       – Нельзя тебя было отпускать. Остался бы в участке. Ездили бы по делам, – Хэнка мотало по эмоциям. Переместив руку, он лег на корпус, щекой коснувшись холодного пластика, – Чертова жестянка, – в реальном мире не бывает чудес. Неуязвимые и совершенные машины тоже слабы. Зачем он вообще стрелял в себя?       – Я создан для выполнения задач.       – Что тогда пришло тебе в голову…       Слева послышался шумный вдох, грудь под Хэнком поднялась, а всё, чем он касался андроида, обволокло приятной электрической пеленой. Он дернулся как от выстрела, тут же выпрямившись на стуле, и посмотрел в сторону головы Коннора. Куда-то сквозь него смотрели карие глаза, рот открыт, как у рыбки, жадно пьющей воздух, наконец добравшейся до поверхности черного водоема.       – Коннор? – позвал его мужчина. Он же не спит, это его андроид тут сейчас в панике? Хэнк не придумал ничего лучше, как тогда в машине, взять лицо андроида в руки. А Коннор вновь положил свои поверх его. Он будто не был в сознании, но сделал это инстинктивно. Сжал сильно, даже делая больно, на что Андерсон зашипел.       – У меня одни руки, пожалей их.       – Я.. я так нуждался в вас, лейтенант. Я стоял и.. – он сам убрал руки Хэнка и, приблизившись к мужчине, обнял его, уткнувшись головой в плечо. Андерсон не знал, что делать, он и представить не мог, что подобное может произойти. Его Коннор дрожал и, кажется, плакал. Диод наверняка пытался разорваться от обилия красного. Все просыпаются с таким шоком, или только ему так не повезло? Хэнк аккуратно обнял Коннора, стал мягко гладить по спине.       – Ну-ну. Я тут, ты тут. Всё хорошо.       – Я не... хотел, – Коннор запинался, – Меня деактивируют.       – Нет. Слишком жирно им будет, – он не успел очнуться, а в голову уже лезли черные мысли, – Сейчас ты успокоишься, и мы поедем домой. И так тут уже засиделись, – Коннор вдруг притих. Хэнк заволновался, и, выждав тактично некоторое время, отвел от себя андроида, чтобы посмотреть на него. Коннор отвернулся, но выставил на обозрение диод. Красный, переходящий в желтый. Последнего заметно больше, – Если волнуешься о моем здоровье, представь, чем я тут питался. М-м, кладезь нездоровой еды, – Хэнк зашел с другой стороны, чтобы переключить внимание этого чуда. И это получилось.       – Совсем себя забросили, – хмыкнул Коннор и поднял голову. Лицо идеального цвета, выразительные глаза, выдают только мокрые дорожки на щеках.       – У тебя будет время придумать что-нибудь, только не переусердствуй. Поехали отсюда, – поколебавшись, можно ли его уже отпускать, Хэнк встал и, отойдя, потянулся. Повернувшись, он увидел, что андроид уже встал и в чем мать родила, точнее, создала, расхаживал в комнате в поисках чего-нибудь, – Коннор! Чтоб тебя, – Хэнк подошел к столу и, взяв простынь, бросил ее в руки андроиду.       – Простите, – тот быстро проанализировал случившееся, – я не посчитал, что при вас тоже нельзя, – к мужчине вмиг прильнули силы – что значит «тоже»? Он знал об этом правиле, но тут какое-то исключение получилось? Андроид точными движениями обернул простынь вокруг бедер на манер полотенца. Хэнк внимательно следил за ним. Коннор с грацией кошки обошел всё и вернулся к мужчине, который стоял возле шкафчика. Открыв тот, Коннор ожидаемо обнаружил свои вещи. Джинсы, рубашка, пиджак с яркой надписью.       – У тебя утратились способности? Долго шел.       – Нет. Я знал, что они здесь. Хотел осмотреться, – повернувшись к мужчине, он слегка улыбнулся и продолжил, – Отвернитесь, лейтенант, – Хэнк не сразу понял, о чем говорит андроид. Он засмотрелся. Тупо засмотрелся на это живое существо, которое, казалось, вновь было в порядке. Хэнку тоже стоило собраться, поэтому он не только отвернулся, но и пошел к своим вещам. А были они по всей комнате, беспорядок, как дома. Сумо было явно одиноко, хотя с ним сидели.       Коннор, не моргая, смотрел на пиджак в руках. Большой треугольник светился приятным голубым цветом, так же спокойно, как и он себя чувствовал сейчас. Это не был вопрос жизни и смерти, только надевать или нет.       – Кидай в сумку, – привлек внимание Андерсон, – могу только предложить свою куртку, если не брезгуешь.       – На улице холодно. Я не могу допустить, чтобы вы заболели, – Коннор посмотрел на него, продолжив мягко улыбаться.       – Машина близко. Бери пока я щедрый, – и андроид не стал тянуть. Положив пиджак, он протянул руку в ожидании куртки, которую Хэнк уже успел надеть. Она была велика, но мужчина мог поклясться, что Коннор счастлив. Не притворно.       На выходе их без проблем выпустили. Андроид, который только и мечтал о пробуждении Коннора, никак не отреагировал на его отъезд. Может Хлоя дала ему новую цель? Они пропадут, или всё будет хорошо? Было странно оставлять всё вот так. За что все боролись? Хозяева всё равно всё остановили.

***

      Всю дорогу до дома Коннор сосредоточенно смотрел по сторонам и проводил анализ. Он делал это практически каждую секунду. Хэнк даже пошутил, чтобы тот не перегрелся. Это охладило пыл, но вскоре Коннор опять принялся за свое. Насколько это интересно?       Это заставляло его чувствовать себя живым?       – Почему ты без вопросов согласился поехать? – андроид оторвался от своего дела, – Подключился к базе и проверил обстановку?       – Я.. поверил вам, – Коннор поджал губы, – Я не хотел подключаться к базе. Может Аманда решит, что я недееспособен, и не будет пытаться контролировать меня. Хотя не знать она не может, она всегда тут, – Коннор ткнул указательным пальцем в голову.       – Аманда, это та штука, что отдает приказы?       – Да, и она может сделать это снова. Если отключить связь, то она не должна обновляться. Вероятно...

***

      Дома их встретил Сумо и андроид, который за ним присматривал. Он сразу же сказал, что должен уйти, и на прощание очень крепко обнял пса под удивленный взгляд хозяина. Потом они остались вновь наедине.       Хэнк бросил сумку на пол и, умывшись холодной водой в ванной, направился к холодильнику.       – Надо же, и правда, ничего не трогал, – мужчина окинул взглядом кухню. Расставленные неаккуратно стулья, пыль слоем в сантиметр, рядом валялись банки разных объемов, и он вытащил на свет еще одну. Сев на стул, он сделал пару глотков, и отставил бутылку на стол.       – Но потом вы не будете это пить, – с твердой уверенностью поведал участь лейтенанта голос из коридора.       – Я не маленький, – Коннор слишком хорошо его знал, что, не видя происходящего, смог всё понять. Или Хэнк просто настолько безнадежен? Он сделал еще пару глотков. Двигаться не хотелось. Все силы покинули мужчину, будто он никуда не выбирался из своей берлоги. Даже пить не то чтобы хотелось, просто почему-то было выполнено именно это привычное действие.       В поле зрения показался андроид. Он снял куртку и в своей белоснежной рубашке щеголял по отстойного вида кухне. Едва пришел, а уже готов заняться делом. Будто ничего до этого не было.       – Запачкаешь ее. Больше одежды на выход наверно нет, – оценивая Коннора, прокомментировал мужчина.       – Нет, – андроид подошел к тарелкам и, взяв одну, начал осматриваться, – Но вы правы. Другого ничего нет, а снять я ее не могу.       – Что-то болит?       – Нет, – Коннор повернулся к мужчине, – вы же сами просили соблюдать приличия, – сам сказал, сам и забыл, а в первую очередь подумал о повреждениях. Тогда он имел в виду только совсем откровенное состояние тела, вникать в строение которого не хотелось, но решил, что ломать психику недавно очнувшегося андроида сложными объяснениями не стоит, вдруг еще что всплывет.       Хэнк встал из-за стола и вышел с кухни. За столько лет у него собралось достаточно одежды разных размеров, преимущественно футболок. Выбрасывались они только по истечении своей физической жизни, и происходило это не очень быстро. Но за футболкой такого размера пришлось углубить поиски в ящиках. Под руки попалась черная с двумя вертикальными швами с левой стороны. Линии были черными и вроде как пытались придать свой стиль. Хэнк вспомнил, что это верх от спортивного костюма, поэтому потянувшись дальше, обнаружил штаны. С внешней стороны у них тоже были такие «стильные» полосы. Обе вещи мягкие и приятные на ощупь, но он их так и не носил, не понравилось. Он казался слишком... милым? Но вряд ли могло найтись что-то лучше на скорую руку, а андроид должен был быть не привередлив к одежде. Это же не форма следователя, в конце концов.       Когда Хэнк вернулся на кухню, то увидел опасно высокую стопку из столовых приборов и посуды. Коннор был задумчив и, видимо, старался.       – Держи, – он положил на спинку стула вещи и обошел стол, вернувшись к своему месту, – Потом может, что лучше купим, – Коннор посмотрел на него, на вещи, взял и вышел.       – Не знал, что вы когда-то носили такое, – выплыл из-за стены андроид. Хорошо, что Хэнк ничего не пил в этот момент, он бы точно поперхнулся.       – Обсуждать запрещается, – в своей манере хмурой угрозы ответил он. Коннор выглядел совсем по-другому. Не зря форма не понравилась лейтенанту – она была сшита не под него, а вот для этого чуда. Сидела как влитая, подчеркивала всё то, над чем трудились создатели. День был полон сюрпризов. Теперь казалось, что Хэнк видел точно всё. Его Коннор выглядел по-домашнему и одновременно потрясно, как бы это ни звучало. А звучало это в мозгах лейтенанта нехорошо, – Ваш пульс участился...       – Анализируешь меня, как и всё остальное? – грубо спросил Хэнк. Хотя ему показалось, что голос не дотянул до нужной планки.       – Стараюсь этого не делать. Я сказал лишнего? – Коннор встал, не двигаясь.       – Нет, – Хэнк сделал еще глоток, осознав, что осталась еще половина. Всего или еще? Он перевел взгляд на руки, а когда андроид оттаял и решил продолжить разгром посуды, посмотрел ему в спину. Лопатки перекатывались под кожей. У андроида были тонкие руки под стать всей фигуре и в противовес этому нечеловеческая сила. Есть модели сильнее него, но и этого было достаточно, чтобы справиться с большинством преступников. А тут эти длинные пальцы аккуратно брали тарелку за тарелкой и под шум воды намыливали губкой. Движения не были точными, но спокойными. Лейтенант был уверен, что такой работой Коннор раньше не занимался. А если он сейчас не соединяется с базой, то откуда навыки?       В Хэнке проснулась совесть, и он решил помочь трудяге. Мужчина сходил за пакетом и стал складывать в него мусор. Лежавший в ногах Сумо решил активизироваться и ходить хвостиком за хозяином.       – Ну-ну, не так редко я это делаю, – Хэнк потрепал его за ушами, взъерошив шерсть, и продолжил обход.       Когда не осталось ни единого крупного мусора, он завязал пакет и вынес на улицу. Там было холодно, но до этого мужчина и не заметил, когда они только приехали.       Вернувшись, Хэнк сделал еще одно полезное дело – все вещи, которые можно было вместе постирать, закинул в машинку. Ощущение было, будто переделал все вселенские дела. Осталось только одно незаконченное, хотя на проветренную голову оно казалось уже совсем неправильным.       Лейтенант вернулся на кухню. Его встретили пустой стол и чистые тумбы. Он нахмурился.       – А где... – Коннор закрыл кран и стал вытирать руки полотенцем.       – Я предположил, что вы уже в достаточно хорошем состоянии, чтобы продолжать пить.       – Когда решу...       – Вы обещали, – перебил его Коннор. Он был как мамочка. Но даже не это накаливало обстановку, а то, что за него уже так быстро решили, хотя Хэнк хотел сделать это сам. Набрав в грудь воздуха, мужчина шумно выдохнул.       Вечер тек быстро. Хэнк был настолько уставшим эмоционально и вымотанным в общем, что, завершив пару насущных дел, был готов отойти ко сну. А вот Коннор не подавал признаков усталости. Отрезав себя от привычной связи, он сидел в планшете и поглощал информацию. Сложив ноги в позе лотоса и облокотившись руками о них, казался обычным человеком. Но эта поза была непривычной – Хэнк с трудом мог представить, как Коннор пришел к ней.       – Заканчивай свои изучения и пошли спать.       – Но я не сплю, – Хэнк закатил глаза.       – Тогда притворись. Мне надо, чтобы ты был рядом и, если что-то случится, я не искал тебя черти где, – Коннор снизу-вверх смотрел на мужчину.       – И вы не боитесь меня? – он очень внимательно вглядывался.       – Что за чушь! Иди, давай, я устал как собака, – Хэнк дождался, пока андроид отложит планшет и встанет и, пропустив его вперед, пошел следом. По пути он думал, куда можно примостить Коннора, чтобы тот и правда был в зоне досягаемости, но не испугал спросонья... «Он же андроид, а не человек, значит, можно положить его туда». Мужчина мысленно кивнул.       Когда Коннор остановился после порога, Хэнк проинструктировал того, где ему теперь надо «спать». Андроид позависал, но не протестовал. Он первым лег с самого края поверх покрывала, а у Хэнка открылся прекрасный вид, чтобы пересмотреть со стороны свою идею.       Укрывшись, Андерсон вытащил руку и вытянул в сторону андроида, убедившись, что достал до того.       – Лейтенант?       – Спи, давай, – он убрал руку, делая вид, что точно по-настоящему собирается спать.       В комнате быстро появилась сонная атмосфера. Коннор прекрасно слышал ровное дыхание, а если изменить уровень, то и биение сердца. Он же, как и сказано было до этого, спать не мог, хотя у него имелась схожая функция. Но тогда он перестанет контролировать ситуацию и, если что-то произойдет, не успеет вовремя среагировать. Хэнк заворочался и перевернулся на спину, раскинув руки в стороны. Это была сложная ситуация и, анализируя предыдущие замечания лейтенанта, андроид не мог однозначно решить, что именно делать. И он предположил, что нет ничего такого, чтобы рука напарника лежала на нем, возможно только, что не стоит об этом упоминать впоследствии.

***

      Для Хэнка пробуждение началось с проверки одного тела, которого не оказалось рядом. После нескольких дней ему самому уже показалась эта затея дурацкой и совершенно необоснованной, тем более что Коннор не вел себя так, как если бы у него поехали мозги от недельного отключения. Но и ружье стреляет.       – Коннор... – сонно пробурчал мужчина, приподнимаясь на локтях и осматривая комнату. Кроме него здесь никого не было. Ощущая, что еще слишком раннее утро, он все равно встал.       Андерсон медленно обошел дом, шлепая босыми ногами по холодному полу. Не найдя андроида нигде, заволновался и, надев куртку и обувь, вышел на улицу. Не было ничего видно, чернота. Еще слишком рано для прогулок, с чего бы андроиду менять свои действия? Или он настолько достал Коннора, что тот решил по-тихому свалить? Хэнк был слишком разбит, чтобы сойти за примерного сожителя, но ведь не до такой же степени ужасен...       Выйдя на задний двор, он обомлел. В своей форме, которую андроид не доставал с возвращения, Коннор сидел на краю свежей ямы. Он был спиной к мужчине, но чувствовалось что-то неладное. Хэнк подошел сбоку.       Андроид сидел с его пистолетом, как тогда, держа его под челюстью, а глаза устремлены в небо. Диод красный.       – Коннор? – осторожно позвал мужчина. Мог ли он просто выхватить пистолет, с уверенностью, что тот не выстрелит раньше? Выставив руку вперед, Хэнк стал медленно приближаться, – Коннор, ты слышишь? Опусти эту штуку, – полуобернувшись, андроид посмотрел на него.       – Зачем вы пришли? – он боялся. Он злился. Он страдал. Он что-то решал или решил уже давно, – Я проверил. Вы не должны были проснуться до рассвета.       – Поспишь тут, когда ты какую-то хрень творишь! Жить надоело? Тогда промахнулся, теперь точно решил?!       – Я не...       – За этих андроидов ты больше не несешь ответственности, Камски взял всё под свое крыло, – Хэнк не дал ему ответить, – Я лишь предложил тебе жизнь со мной. Расследования? Пожалуйста. Надоедать мне правильностью? Вперед. Или я просто не тот, кто тебе нужен? А мне ты нужен! – Хэнк раскраснелся. Пульс зашкаливал, в висках стучало. Он говорил на одном дыхании. А Коннор смотрел. Просто смотрел.       – Это не из-за вас. Точнее из-за вас, – Коннор опустил голову, так и не убирая руки, – но не потому, что вы не подходите. Это я дефектный.       – Ты не...       – Я не просто девиант, – теперь он не давал себя перебить, – А машина, которую могут контролировать. Сколько еще времени у меня будет свобода действий? День, неделя, а потом я так же встану ночью, только уже не на себя наставлю пистолет... Я, правда, не хочу умирать, но если буду активен, то не могу и предположить, что сделаю, когда надо мной возьмут контроль, – его лицо стало грустным, – Вот видите, лейтенант, это я здесь лишний. Это лучшее решение.       – Чушь! – Хэнк вмиг оказался рядом. Не разжимая руки андроида, он перевел ее на себя, – Тогда давай с меня, – без тени сомнения он смотрел в глаза Коннора. И тот испугался.       Хэнк не мог понять полностью эти чувства – его, человека, без семьи и не имеющего ничего ценного в жизни не смогут подчинить. По крайней мере, не могли, не появись в жизни этот андроид. А вот Коннора при любом раскладе могут взять за горло, стереть ненужную память, подчинить не угрожая. Конечно, здесь невозможно найти легкий ответ. Его попросту нет. Едва андроид почувствовал жизнь, как пришла безысходность.       – Если это единственное решение с позитивным исходом, то давай. Я уже достаточно пожил.       – Как ваша смерть будет для меня позитивным вариантом?       – Это для меня. Ты всё равно пойдешь следом, никто тебе не предъявит.       – Но я буду знать, – рука затряслась.       – Давай быстрее, становится холодно, – задержавшись еще немного на глазах напротив, на развивающихся волосах, Коннор выдернул руку и тут же приставил к виску, выстрелив.