Школьный друг

Вновь надоедливый звон будильника. В этот раз быстро поднимаюсь с кровати, потягиваюсь, зеваю и, что несвойственно для меня по утрам, улыбаюсь. Перед тем как надеться бегом в ванную, после готовка завтрака и его поедание, а там и быстрый сбор учебников. Позже надеваюсь и, чуть ли не бегом, иду в школу. Со стороны, конечно, это выглядит странно, но мне всё равно на это. Уж слишком я был рад новоиспечённому другу. Естественно, верить людям так слепо как я сейчас, нельзя, но что я могу с собой поделать? Честно говоря, это был первый человек, который просто и спокойно со мной говорил, не придирался к выбору моей одежды или к характеру, а напротив, принимал это как данное. Вновь подхожу к школе и, на своё искреннее удивление, увидел около входа Алекса. Стоял он оперевшись спиной о стену здания около двери. Подхожу к нему. Как только он меня заметил, улыбнулся и помахал рукой. - Привет, - поздоровался тот отлипая от стены и делая шаг в мою сторону. - На часах без двадцати восемь, почему в такую рань? - поинтересовался тот, предварительно глянув на часы. - Привет, - поздоровался в ответ. - Помнишь Хрюка? - спросил я, собираясь честно рассказать причину столь раннего прихода. - Это тот, который на тебя вчера наехал? - уточнил селезень. - Да. В общем. У одного заброшенного дома с высоким забором мы можем пересечься, в момент такой встречи он спокойно берёт меня за воротник, курки или рубашки, тут без разницы, и подвешивает на этот самый забор. А в такое время он, скорей всего, спит, - объяснился я. На душе даже как-то легче стало. Родителям не рассказывал, да и смысл? Я их не вижу толком, а подобные вещи они называю «Мелочи жизни». - Так вот кому я тогда помог с это забора слезть… - прищурившись, сказал новичок, смотря мне в глаза с ухмылкой. От этого мне стало не по себе. - Не смотри на меня так, - попросил я, отводя взгляд. - Почему? - нежно, даже скажу, сладостно, протянул тот. - Меня смущает этот взгляд, - кратко ответил я, скрестил руки на груди и отвернул голову в сторону. - Хорошо, больше не буду, - согласился Миллер. - Может, всё же, пойдём в школу? - спросил он, на что я кивнул. Стоя у кабинета биологии, мы расспрашивали друг друга обо всём, что только приходило в голову. В основном спрашивали меня, но я всеми силами старался быть с новичком на ровне. В скорее подтянулись остальные члены коллектива. А самыми последними пришили Хрюк и Прина. У первого на голове был бинт. Не плохо вчера ему влетело. Чтобы продолжить наш разговор Алекс предложил зайти в класс. Я то не против, но вот разрешат ли? Селезень же спокойно постучался и, открыв дверь, спросил, можно ли ему и его другу зайти в класс раньше остальных, честно объясняя, что класс сильно шумит и банально мешает обычному и спокойному разговору. Преподаватель возражать не стал. Сказать, что я был удивлён, значит, ничего не сказать. Первое было то, что этот учитель никогда не разрешал войти в кабинет до звонка, не говоря уже и за двадцать минут. А второе, одноклассники, в особенности Стрин, завистливо смотрели на новичка. В классе было тихо. Преподаватель спокойно готовился к уроку, а мы продолжали спрашивать друг у друга о всяком разном, но в основном шёпотом, мало ли, настроение резко смениться из-за шума не только в коридоре, но и на передней парте второй колонки. Я и не заметил, как быстро прошло время. Звонок меня даже напугал из-за своей внезапности. На что Миллер хихикнул и, приобняв за плечо, потрепал по голове. Первое действие удивило больше, чем второе. Хотя, оно больше не удивило, нежели просто понравилось. Как только я уловил себя на этой мысли, сразу же встряхнул головой. Урок прошёл как обычно. Единственное, что произошло, и за что стало страшно, было это: Хрюк и его подружка сказали, что ничего не было задано, и весь класс их поддержал, кроме меня, Алекса и Элмо. И только я, как говориться, сдал всех с потрохами. Я уж испугался, что на следующей перемене меня прибьют, и тут уже не только свин с подружкой, но весь класс подключиться, так как всем расставили единицы. На перемене рассказал о своих волнениях Миллеру, на что тот отмахнулся со словами – «Со мной ты можешь никого и ничего не бояться». Действительно. Ко мне не то, что подойти, слова сказать боялись, после вчерашнего. И, как я заметил, по школе уже пошёл слушок про вчерашнее происшествие, от чего новичку стали уделять много внимания. Парни пытались найти с ним общий язык, на что он их сразу, грубо говоря, посылал, на самом же деле всё обходилось фразой по типу «Мне не нужны друзья или компания». Нашёлся один смелый, как его назвал я во время нашего дальнейшего разговора, но Алекс его назвал – «Человек, не обременённый инстинктом самосохранения», который возразил, ведь у него есть такой друг как я, почему он не хочет найти вариант лучше. На что тот схватил его за ворот свитера и гневно прошипел следующее – «Если я сказал нет, пусть и не прямо, значит, нет». Парень, как только его отпустили, быстро смылся. Девушки с далека, наблюдали за его действиями, либо проходили мимо, показывая свои, так сказать, «Лучшие стороны в фигуре». Моему другу, конечно же, было плевать на них, а они лишь недоумённо смотрели на него. А взгляд так и говорил – «Какого чёрта он не заметил, как я прошла рядом, тем более в коротенькой юбке и открытой блузочке?! Все парни замечают подобное!». Причём прошли только трое. Под моё описание «Короткая юбка и открытая блузка» не подходит лишь одна, та которая в шортиках, так же в коротких. Рассказав о том, что я вижу в недовольных взглядах этой троицы новичку, он, как и я, залился смехом, от чего все присутствующие девушки растаяли. Последующие уроки прошли как обычно. В этот раз Миллер попросил показать ему школу, так как не хочет теряться и спрашивать у других где какой-либо кабинет, а то зная здешних девушек – это будет считаться флиртом, а парней – намёк на дружбу или, хотя бы, приятельство. Я с охотой согласился. Обходя школу вдоль и поперёк, попутно рассказывая свои нелепые истории, я стал замечать на себе странный и внимательный взгляд друга. Скорей всего я просто не привык к общению с посторонними, от чего накручиваю себя, и не придал этому никакого серьёзного значения. Единственное, что по-настоящему пугало, так это завистливые взгляды девочек, которые ещё не ушли и смотрели влюблёнными глазками на Алекса и ненавистным взглядами прожигали меня. Было чувство, что я ему не друг вовсе, а девушка, которая единственная удостоилась чести быть с ним. В итоге меня стали ненавидеть ещё сильнее прежнего, а я раньше думал, что больше уже некуда. С одной стороны приятно быть особенным, но если новичок заболеет, например, то мне кранты. Будучи дома я поднялся к себе, откинул портфель в сторону и упал на кровать. Как и вчера, Миллер проводил меня до дома. Наверное, если бы это было возможно, у меня бы от улыбки треснул клюв, которая не сходит с самого утра.