Ordinary

      Как только прозвенел звонок, Айви сорвалась с места, игнорируя зовы одноклассников и напоминания учителя о предстоящих выпускных экзаменах. Школа перестала казаться для неё чем-то важным с тех пор, как отец просветил дочь в то, чем на самом деле занимается, и познакомил с сэром Реджинальдом Харгривзом. Три года назад брюнетка, будучи, пожалуй, самой обычной девушкой, учащейся в средней школе, встретила Пятого, самого необычного человека в её жизни. Он был красив, добр и силён, а Айви — маленькой, наивной и влюбчивой. Сейчас всё изменилось: она перешла в старшую школу, Пятый редко виделся с ней, у него появилась напарница. Казалось, единственным, что осталось прежним, были чувства обычной Эдвин к необычному Пятому. Это звучало совершенно нелепо, — чувства, возникшие из-за до безумия малых совместных встреч. Айви мысленно выругалась на свои навязчивые мысли и подбежала к зданию академии Амбрелла. Попав внутрь, она тихо отворила дверь в комнату Пятого и первым делом обратила внимание на светловолосую девушку в форме, именно Мэделин, что пыталась сбросить руки парня со своей талии. Оба сосредоточенно боролись друг с другом до тех пор, пока Мэделин вдруг не засмеялась и слегка не отбросила парня за своей спиной к его кровати. Номер Четыре с улыбкой разглядывала возмущающегося Пятого, однако, заметив гостя у порога, приняла серьёзное лицо. — О, Айви, — приблизилась блондинка к поникшей старшекласснице. — Зачем ты пришла? — Я узнала, что сэр Реджинальд освободил всех от последней миссии, и вы все вернулись в академию. Хотела навестить Пятого.       Мэделин бросила краткий взгляд на голубоглазого юношу, что до сих пор выбирался из спутавшейся горы одеял, попутно нелестно отзываясь о Четвёртой, что всегда нарушала правила боев и применяла свои способности. — Мы с ним заняты. Сегодня вечером новая важная миссия, — пожала плечами девушка, не сводя глаз с Айви, что пыталась подсмотреть, что творилось в комнате за Мэделин. — Возвращайся в комиссию, к отцу, — развеешь скуку.       Харгривз одарила гостя деланной улыбкой, которая неимоверно раздражала брюнетку. Вдруг к ним подошёл Пятый, изумлённый приходом подруги. — Айви? — обратился он к ней, разглядывая. — Сейчас неподходящее время, — только и сказал он, злобно смотря на Мэделин. — Не умеешь драться, не влезай в драки. В миссиях тебе попадутся враги посильнее. — Я же в шутку, не будь занудой, — игриво ухмыльнулась светловолосая, обнимая серьёзного парня за плечи. — Ты ещё здесь? — невзначай спросила она у затихшей Айви. — Уже ухожу. Удачи на миссии.       Мэделин стала уводить невозмутимого Пятого, взяв за руку, и не глядя махнула рукой в сторону двери, закрывая её прямо у носа Эдвин. Последняя шумно вдохнула, чувствуя, как сердце в груди разбивается на мелкие кусочки. Девушка медленно двинулась к выходу, стирая дорожки горячих слёз с лица. Прохладный ветерок ударил ей в лицо, стоило только выйти на улицу, и ей стало легче дышать, проще думать и лучше справляться с нахлынувшими чувствами. — Всё в порядке, Айви, ты просто школьница, которая понятия не имеет, что делать со своими чувствами. Ты всё забудешь через годы, — успокаивала она себя, хотя эти слова работали в обратную сторону, доводя её.       Она не могла не считать себя ничтожеством, зная, кто такой Пятый. Он совершенно не из мира сего. Ему не нужны обычные люди ни как друзья, ни как любовники. Айви давно было пора смириться с этим и перестать навязываться к Пятому, однако она до невозможности любила его, чтобы забивать на него. Любила, ценила, восхищалась, злилась и ревновала. Айви Эдвин была влюблённой дурой.       В комиссии было жутко холодно, как и обычно. Девушка по привычке налила себе кофе, взяла маленькое одеяло, лежавшее на диване, укуталась и села на подоконник, чтобы следить за занятым городом, который даже не представлял себе, что где-то там, в конце широкой улицы, существовал офис, следивший за порядком в ходе времени. Отец вечно давал какие-то важные приказы работникам. Айви едва виделась с ним что дома, что в офисе. Но она больше не была маленькой девочкой, что плакала из-за того, что скучала по любимой папочке. С возрастом все учатся привыкать; Айви тоже научилась.       Она взглянула на стакан с тёмной жидкостью в руках. Чёрный кофе без сахара, — всё, как любит Пятый. Полюбив его, Эдвин полюбила всё, что с ним связано, и с недавних пор с удовольствием начала пить этот напиток. С молоком ей нравится немного больше, но чёрный кофе заставляет чувствовать её связанной с Номером Пять. Девушка грустно улыбнулась из-за своей безнадёжности.       Брюнетка потеряла счёт времени, сидя на подоконнике, и очнулась только тогда, когда заметила странную синюю вспышку за окном.       Пятый.       Обессиленный, уставший, раненный.       Эмоции Айви вернулись к жизни, и она снова побежала по лестницам, сбивая с пути сконфуженных работников офиса. Казалось, даже её разбитое сердце вновь слилось в единое, только чтобы забиться внутри неё в бешеном темпе в этот момент, крича миру об искренних чувствах к юноше из семьи сэра Реджинальда Харгривза. Девушка ненавидела эти бессмысленные миссии, что только вредили Пятому. Он был таким драгоценным для обычной старшеклассницы Айви Эдвин, но не знал этого и продолжал калечить себя. Конечно, он не знал и вряд ли когда-нибудь узнает.       Теперь её сердце замерло и стало пропускать удары, увидев беспомощного Пятого. Его болезненные стоны больно били по ушам, заставляя Эдвин сжиматься вся внутри от страха. — Эй, посмотри на меня, прошу, — села она около парня, поворачивая его голову к себе. — Посмотри, Пятый, я пришла. Я рядом.       На этот раз она не сумела воспротивиться слезам, что безостановочно лились из её больших тёмных глаз. Пятый послушно поднял веки, даря девушке нежный взгляд. Он медленно поднял руку и стал аккуратно поглаживать щеку Айви большим пальцем, хрипло усмехаясь. — Почему плачешь? — проговорил он еле слышно. — Со мной всё хорошо. Не впервые так, справлюсь. — Сколько, — вновь заплакала та, кладя ладонь поверх его пальцев на её лице. — Сколько говорила, чтобы был осторожнее...       Пятый с трудом поднялся с места вместе с всё ещё плачущей Айви, кладя руку на её плечо и слегка опираясь. Девушка молча повела его во внутрь здания, не забыв оглянуться по сторонам в поисках потенциальных врагов. — Они не знают где находится комиссия, здесь безопасно, — начал было объяснять парень своё внезапное появление, как брюнетка тут же прервала его. — Я знаю, — с любовью заверяла та. — Ничего не говори, утратишь силы.       Проходившие мимо работники с ужасом в глазах разглядывали странную парочку. Поняв, что не желает терпеть жалостливые взгляды до самого четвёртого этажа, Пятый внезапно остановился, крепко обнял недоумевавшую Эдвин и из последних сил переместился прямо в кабинет нового куратора, где их точно никто не побеспокоил бы. Юноша издал болезненный стон и благополучно упал прямо на удобный диван, где ещё покоился рюкзак старшеклассницы. — Сможешь подождать немного? — стирая свои слёзы, спрашивала Айви; ей нужно было держать себя в руках. — Я вернусь очень-очень быстро, хорошо?       Не дождавшись ответа, она сорвалась на бег, стараясь вспомнить местонахождение хранилища. Айви тогда ещё смеялась с отца, который решил освободить одно из рабочих помещений для хранения всяких мелочей, что, казалось бы, никогда не пригодятся. Сейчас же она отчаянно искала там небольшую белую аптечку. Пятый и раньше получал раны, однако в этот раз их у него было пугающе много.       Когда девушка вернулась в кабинет, Пятый уже заснул на том диване. Она была этому даже благодарна: так он не видел бы, как она была подавлена из-за него. Брюнетка села около парня и начала бережно обрабатывать кровоточившие раны. Она так легко и нежно касалась его кожи, словно из-за любого неверного её действия он мог сломаться, совсем как фарфоровая кукла. Его тёмный пиджак и джемпер были испачканы в крови, и у Айви еле получилось снять их с него.       Она смогла. Сделала всё даже с дрожащими от страха руками и слезами на глазах, что не давали ясно видеть родное лицо перед собой. Пятый блаженно спал, и, глядя на него, Эдвин не могла не успокоиться сама. В кабинете наступила тишина, и всё, что могла делать девушка, — так это рассматривать вблизи спящего юношу, ожидая, когда он проснётся. Эти длинные подрагивающие во сне ресницы, прекраснейшие на свете проницательные голубые глаза, губы цвета вишни и мягкие чёрные волосы, — Айви Эдвин была влюблена во всё это. С самой первой их встречи. Она пала в бездну чувств ещё в самом начале, но тогда не осознавала, что её ждало.       Сэр Реджинальд Харгривз познакомил Айви со всеми его учениками, однако когда очередь дошла до Номера Пять, мужчина предупреждающе упомянул о его непростом характере, и брюнетка ожидала встретить кого угодно, но только не добродушного Пятого. Это не заставило её почувствовать себя особенной, скорее чужой. Раз все его близкие, даже эта чёртова Мэделин Харгривз твердят о его вспыльчивости, — а сама Эдвин ни разу не видела его таким, — что-то да это ведь значило, не так ли? Это в очередной раз доказывало, насколько обычной была девушка и насколько неважным, чужим и далёким человеком являлась для Пятого. Это не могло не огорчать обманутую своими же ожиданиями брюнетку. — Айви, — вдруг послышалось рядом тихо, отчего та вздрогнула на месте.       Пятый проснулся и сейчас пристально смотрел на неё. Выглядел он чуть лучше, чем когда только появился у офиса. Девушка улыбнулась в облегчении, игнорируя своё неспокойное сердце. — Как самочувствие? — искренне поинтересовалась та, не отрывая взгляд от встающего с места голубоглазого. — Нигде не болит? — Нет, уже нет, — ответил ей Пятый, уже сидевший на месте и разглядывавший пластыри и бинты на своём теле.       Айви так хотелось расспросить его о том, что случилось. Она хотела знать обо всём — о том, чем он занимался после её ухода, как получил раны и чем закончилась миссия. Но она не могла. Всё, на что она была способна, заключалось в случайном вопросе о том, где была Мэделин, и в быстро полученном в ответ «она не участвовала в миссии». В один миг заинтересованный взгляд Пятого прервал её размышления, заставляя ответно уставиться на него. Сначала он разглядел Эдвин, после весь кабинет, явно озадаченный чем-то. — Твоего отца тут нет? — В его кабинете я бываю чаще, чем он сам, — пояснила брюнетка, в ответ получая неоднозначную улыбку от юноши, который встал и начал по-хозяйски расхаживать по помещению.       Настороженная девушка не спускала с него глаз, так и норовя сделать ему замечание о том, чтобы он много не двигался и содействовал лечению собственного здоровья, однако она промолчала. Харгривз, казалось, и так неплохо держался. В следующую секунду парень сел на подоконник, с счастливой улыбкой на лице смотря в окно. Он обернулся к неподвижно сидевшей на диване старшекласснице и, поймав её взор, призвал к себе, хлопая рядом по подоконнику. Недоумевая, та послушно подошла к Пятому и села рядом. Проследив за его взглядом, она поняла, что тот всего-навсего разглядывал простое ночное небо. — Смотри сколько звёзд, — восхищался он небом, поглядывая на Эдвин.       Брюнетка получше рассмотрела пейзаж за окном, убеждаясь в его правоте. Небо действительно было полным ярких звёзд, освещавших темноту и даривших беззаботные улыбки Пятому. Если он рад, Айви тоже рада, поэтому она слегка улыбнулась краем губ. — Ты рассказывала, что любишь это, — хрипло произнёс парень, мгновенно приковывая всё внимание брюнетки к себе. — Все эти мерцающие огоньки в ночном мраке... Говорила, что это так обыденно, но так прекрасно. И знаешь, я тоже люблю звёздное небо.       Айви одарила его потрясённой улыбкой. Она вспомнила, как в самую первую их встречу она упомянула о том, как красиво блестят звёзды на небе, зарождая в ней чувство блаженства и некой любви. Пятый запомнил её слова. Он помнил и знал всё. — Было бы хорошо погулять с тобой в звёздную ночь, — говорил парень все свои мысли вслух, совершенно не замечая, как лицо Эдвин сначала светится от счастья, затем сменяется печалью. — Ты хочешь? — Тебе нельзя, тебя ищут, — отказалась она, как бы больно ей ни было. — В следующий раз, обещаю. — Обещаешь, — повторил тот, молча взирая на Айви, нежно скользя взглядом по её спокойному лицу.       Девушка желала просидеть так целую вечность. Ей было так уютно, так хорошо слышать убаюкивающий голос Пятого рядом и вместе восхищаться звёздами. Казалось, ничто не сможет нарушить их идиллию в эту ночь, однако спустя несколько мгновений в кабинет неожиданно ворвались сэр Реджинальд Харгривз, а с ним и Номер Четыре из академии Спэрроу, Мэделин. Пятый нахмурился и слез с подоконника, подходя к отцу. — Миссия выполнена, Номер Пять, — удовлетворённо говорил мужчина, поправляя свой монокль.       Светловолосая девушка сначала недобро покосилась на сконфуженную Айви Эдвин, а затем взволнованно начала заваливать голубоглазого напарника вопросами. Мэделин положила руки на его лицо, рассматривая его многочисленные пластыри, и крепко обняла его. Пятый, предварительно закатив глаза из-за излишней тревожности у Мэделин, всё же притянул её ближе к себе за талию.       Семья воссоединилась, а обычная Айви Эдвин наблюдала за всем происходящим со стороны. Видела, как руки Пятого прикасаются к волосам Мэделин, как они обмениваются неразборчивыми фразами и улыбками. Она смиренно смотрела на всё, сидя на том же самом подоконнике, пряча глубоко в себе ревность и обиду.       Вскоре Пятый ушёл с отцом и сестрой. Ни слов на прощание, ни красноречивых взглядов. Ничего. Но старшекласснице было не привыкать. Она встала с места, взяла свой рюкзак и стала звонить отцу, затем понимая, что он оставил телефон в кабинете. Девушка грустно усмехнулась, мысленно называя себя глупой неудачницей, и вышла из кабинета. Ей, как и обычно, пришлось вызвать такси и оказаться в доме только спустя долгий час.       Айви смотрела в зеркальце, неустанно рассматривая своё лицо. Сегодня она обещала себе быть самой красивой. Сегодня она вытащила из шкафа своё новое облегающее летнее платье, которое купила втайне от родителей, впервые надевая. Сегодня она нанесла на губы на тон темнее красную помаду и завила длинные волосы в красивые локоны. Сегодня она должна была провести вечер, гуляя по опустевшим улицам под перехватывающим дыхание звёздным небом, как и обещала ему. Она не должна была простоять на месте встречи целые два часа в одиночестве, затем подойти к академии Амбрелла и, увидев Пятого, держащегося за руки с Мэделин, молча уйти. Девушка, которая собиралась сегодня быть самой счастливой из всех, сейчас смотрела с отражения в зеркальце с заплаканными и до бесконечности печальными глазами. Белое платье нисколько не согревает; её тело замерзает; ветер путает волосы и уносит её грустные вздохи с собой куда-то далеко.       Айви всё так же стояла на своём месте с золотистым зеркальцем в руках. В следующий миг она разжала руку, позволяя зеркальцу вдребезги разбиться о землю и заглушить трески своего сердца. Оно снова разбивается. Девушка боялась, что на этот раз оно собиралось разбиться окончательно. Всё, что она хотела в тот момент, — чувствовать, как прохлада ветра окутывает её всю. На миг она подумала, как хорошо было бы, если бы ветер умел закрадываться в самую душу и сердце, леденя чувства и морозя боль. В момент, когда старшеклассница перестала чувствовать своё тело, полностью отдавшись ночному холоду, её кто-то развернул и прижал к себе. — Прости, прости меня, — безустанно шептали в ухо Эдвин, а она начала плакать. — Я опоздал. Я придурок. Прости меня, Айви.       Пятый нежно погладил девушку за щеку, глядя на неё до чёртиков сожалеющими глазами. В его глазах читалась искренность, но Эдвин была слишком подавлена, чтобы разглядеть эту искренность. Всё, что она держала в себе, вырвалось наружу. Она не могла больше сдерживать слёзы. Она терпела эту боль слишком долго.       Юноша провинился перед его милой и любимой Айви Эдвин и не переставал мысленно бранить себя за то, что забыл о прогулке, которую сам же и предложил. Бранил отца, назначившего сегодня Мэделин Харгривз неожиданную одиночную миссию, которая в итоге не справилась и вернулась в академию с ужасающим ранением в ноге, заставив всех потревожиться. Он не мог оставить Мэделин. Но теперь, видя слёзы Айви, парень мог винить только себя. Он должен был придти вовремя.       Брюнетка не реагировала на его слова, поэтому он лишь поспешил снять с себя пиджак и накинуть его на голые плечи старшеклассницы, крепко обнимая её. — Пожалуйста... — посиневшими губами тихо произнесла та, поднимая заплаканные глаза на Харгривза. — Пожалуйста, исчезни. Я не хочу больше чувствовать это. — Айви, не говори так, — насторожился он, начиная успокаивающе гладить Эдвин по волосам.       В ушах зашумело, и старшеклассница одарила Пятого мутным взглядом: он что-то говорил, но она едва слышала его. Темнота накрыла её в глазах, и она обессилено упала прямо в руки испуганного парня.       Очнувшись, девушка первым делом увидела знакомый лиловый потолок. Она находилась в своей комнате. Айви тревожно вспоминала отрывки прошедшей ночи в попытках понять, как она оказалась в доме.       Новое белое платье, абсолютно случайно нашедшееся в шкафу.       Прохладный ветер и безлюдный парк.       Разбитое зеркало и слёзы.       Пятый и его объятия.       Айви грустно вздохнула, понимая, что своими же словами поставила конец в своих так и не раскрывшихся чувствах. Рано или поздно она должна была это сделать, и она это сделала вчера, однако и не думала, что это может оказаться таким болезненным. Ей до жути было интересно, смог ли Пятый понять, что всё это время старшеклассница неровно дышала к нему. Как же он на это отреагировал?       Кто-то заботливо переодел её в пижаму, — вероятно, миссис Джулиан, милейшая женщина, работавшая на дому у мистера Эдвина, — поэтому девушка поспешила одеться. Утро уже наступило, и в школу она благополучно опоздала. Она аккуратно спускалась по лестнице, когда с кухни начали раздаваться голоса. Отец в это время должен был находиться в комиссии, а миссис Джулиан обычно не такая громкая. Нахмурившись, Айви вошла на кухню и, к своему удивлению, увидела завтракающих вместе отца и Пятого. Последний широко улыбался, о чём-то рассказывая куратору, но замолчал, заметив недоумевавшую у порога брюнетку. — Айви, ты проснулась? — улыбнулся мужчина, оборачиваясь к ней. — Номер Пять пришёл проведать тебя. — Утречко, — беззаботно махнул рукой юноша, кривя губы в дежурной улыбке.       Девушка так и осталась стоять на своём месте, шокированный приходом Харгривза. Она явно не была готова к настолько быстрой встрече с ним прямо после вчерашнего. — Я не буду вас задерживать, мне уже пора в офис, — вдруг встал мистер Эдвин с места, в спешке поднеся салфетки к губам. — Айви, я отпросил тебя со школы, так что не заставляй ждать Мэделин и, будь добра, передай ей моё скорейшее выздоровление. — Обязательно, — тут же ответил Пятый за неё, проводив спину куратора хитрым взглядом до самого выхода.       А брюнетка вновь напрягала голову, стараясь понять, что ей только что сказал её папа. Мэделин?.. Пятый ведь не мог всё это подстроить и... — Не лучшее из твоих нарядов, — прокомментировал голубоглазый, быстро пробежавшись взглядом по девушке, — но школьная форма мне тоже нравится. Позавтракай поскорее и соберись. Буду ждать на улице.       Прежде чем Эдвин успела открыть рот, в доме возникла привычная синяя вспышка, и Пятый исчез в воздухе. Она неловко поправила волосы и села за стол, принимаясь есть остывшие тосты и кофе. Управилась она с завтраком быстро, так как совсем не была голодной. Самым тяжелым для неё было, как и попросил Пятый, собраться и выйти к нему на улицу. После вчерашней несостоявшейся прогулки Айви чувствовала себя виноватой перед ним за все свои грубости, а вместе с тем не желала разговаривать с ним. Она теперь не представляла о чём они могли бы говорить, снова оставшись наедине. Ей лишь оставалось надеяться, что он не поднимет тему ужасного вечера сегодня, хоть это казалось невозможным.       Когда она вышла на улицу, Пятый стоял к ней спиной, глядя куда-то в небо. Его глаза сверкали на солнечном свете, а сам он казался таким простым. Таким уютным, самым обычным вашингтонским парнем. Подростком. Голубоглазым красивым мальчиком. Но не Номером Пять из именитой академии Амбрелла. В это мгновенье Айви словно впервые видела Пятого. Сейчас он не казался чуждым и неземным для неё. Сейчас он казался настоящим. — Айви.       Вырвавшись из своих раздумий, девушка наткнулась на слегка боязливый взгляд парня. — Мэделин ведь терпеть не может меня. Зачем ты соврал отцу? — Я не соврал, — тихо ответил он, нервно поправляя свой галстук; казалось, прямолинейность подруги ещё больше выбило его из колеи. — И кто тебе сказал такое? Мэдди хорошо к тебе относится. «Мэдди».       Эдвин заставила себя улыбнуться, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не накричать бедному Пятому и не вбежать обратно домой.       Он в очередной раз вернул её в реальность.       Пятый Харгривз и Айви Эдвин не созданы друг для друга. — Знаешь что, — перебила его брюнетка. — Всё это неважно. Я просто увижусь с Мэдди и пойду в школу. Не будем терять времени.       Взгляд Пятого смягчился, и он уставился на неё жалобным и неким разочарованным взглядом, словно не желал отправляться в путь и хотел поговорить с ней наедине подольше. Но стоило Айви зашагать, как ему пришлось пойти за ней.       По необъяснимым причинам злясь на Пятого, старшеклассница совершенно забыла о том, насколько далеко академия находилась от её дома, и вспомнила об этом только тогда, когда дышать и ходить стало тяжело из-за палящего солнца. — Почему мы до сих пор ходим? — возмущённо спросила Айви, нарушая получасовую тишину. — Ты ведь можешь перемещаться. — Я могу, — тут же подтвердил Пятый, равняясь с ней. — Но прежде нам нужно поговорить. — О чём же? — нервно усмехнулась Айви, устремляя взгляд в ясное небо.       Она прекрасно знала о чём.       Парень нежно взял в руки её лицо, оказываясь в непозволительной близости лицом от её. — О нас с тобой.       Сердце Эдвин рухнуло и ушло в пятки. Момент, что она с нетерпением ждала и в то же время старательно хотела избежать, настал. Пришло время поговорить о необычном Пятом Харгривзе и обычной Айви Эдвин. Девушка дёрнулась, стоило ей только услышать его ответ, и попыталась отстраниться от него, но тот ещё крепче прижал её к себе, опустив руки к девичьей талии. — «О нас»? Какое же «о нас», Пятый, — истерично засмеялась она, продолжая брыкаться. — Тут всё ясно: мы с тобой друзья. Возможно, лучшие друзья, хотя мы с тобой так редко видимся. И к твоему сведению, я совершенно обычный человек, а у тебя есть суперспособности. Вообще, это не лучшее место и время, чтобы говорить о... — Айви, — мягко, но настойчиво перебил её юноша, в миг перемещаясь в закрытое помещение и тем вводя ступор старшеклассницу.       Внимательно оглянувшись по сторонам, она поняла, что парень переместил их в свою комнату в академии Амбрелла и сейчас прижимал её к стене. — Айви, я в тебя влюблён.       Харгривз с теплотой во взгляде наблюдал за тем, как замирает Эдвин всем телом, уставившись куда-то в пустоту. Не в силах что-либо произнести, она медленно повернулась к нему, и Номер Пять, приняв это за знак, заговорил снова. — Да, мы очень и очень редко видимся. В принципе, с людьми я вижусь редко. Но знаешь, когда у меня появились к тебе чувства? Когда ты пришла к нам на ужин со своим отцом.       Айви едва сдержалась, чтобы не захныкать от чувств: Пятый говорил о самой первой их встрече.       Он оглядел каждый миллиметр её лица, прежде чем продолжить речь, и с любовью заправил ей пряди за ухо. — Я с нетерпением ждал нашу встречу в парке, но Мэделин ранили во время её миссии, и отец приказал нам всем присматривать за ней, за академией, и быть наготове на случай, если за Мэделин вернутся враги. Всё обошлось, но только я потерял очень много времени и, в итоге, опоздал. Мне было жаль, правда. А увидев тебя такую расстроенную и замёрзшую от холода, я чуть не сошёл с ума. Когда ты сказала мне уйти, я осознал, что слишком долго молчу о своих чувствах. Я влюблён в тебя, Айви Эдвин, я так в тебя влюблён. И пускай ты всегда называешь себя обычн...       Договорить ему не дали, поскольку девушка нетерпеливо впилась в его губы красноречивым поцелуем. Айви Эдвин, та, что всегда считала себя недостойной представителя Харгривзов, поцеловала его. Она очень волновалась, но путающийся в словах и до ужаса искренний Пятый был слишком мил, чтобы не сделать этого. Простояв в ступоре несколько секунд, Пятый с огромным энтузиазмом ответил на поцелуй, жадно сминая губы Эдвин, словно он всю жизнь ждал этого. Руки парня скользили на её талии, временами сжимая её и заставляя Айви выгибаться телом вперёд.       Его губы, его руки, его слова и его чувства.       Эдвин чувствовала, как просыпалась любовь в её сердце вместе с бабочками в животе.       Пятый заставлял её чувствовать себя живой и счастливой в этот момент и просто... просто чувствовать вкус жизни.       Он нежно посасывал её нижнюю губу и цеплялся зубами, срывая с девичьих уст сладкие вздохи. Пятый улыбнулся в поцелуй, стоило девушке запустить пальцы в его угольные густые волосы.       Первым прервался Харгривз, с совершенно влюблённой улыбкой смотря на счастливую Айви. — Я тоже влюблена, — в кои-то веки, призналась она, замечая, как Пятый расплывается в красивой улыбке. — Я влюблена в тебя с самой нашей первой встречи.       Юноша усмехнулся и снова завлёк Айви в короткий поцелуй. — Раз мы всё решили, — начал он, водя носом по тонкой шее, — то пора поставить везде точки: ты прекращаешь называть себя обычной, ясно? Для меня ты самая необычная девушка на свете, Ви. Этого тебе мало? — Ну хорошо, — захихикала та оттого, что волосы парня щекотали её плечи. — Тогда... тогда ты перестаёшь называть Мэделин «Мэдди». — Что? — удивился Харгривз, отстраняясь от шеи девушки, а потом заливисто засмеялся, опрокидывая голову назад. — Ты что, ревнуешь? — Да, — без колебаний ответила она, ещё больше пробивая Пятого на смех. — Договорились. И кстати, о Мэдди... Нам уже пора вниз. Нужно обработать её раны.       Харгривз быстро чмокнул Айви в губы и исчез в воздухе, прежде чем девушка начала бы снова возмущаться из-за его дразнящего «Мэдди». — Этот парень! Клянусь...