Любовь со вкусом крови

Когда закончилась Битва за Хогвартс, то Министерство Магии резко вспомнило о том, что они вообще-то представители власти, что именно они обязаны организовывать порядок в обществе и контролировать граждан. Именно министр и его прихлебатели обязаны обеспечивать безопасность граждан, оказывать при необходимости им помощь и вообще отлавливать преступные элементы. Министерство и его представители, а не студенты Хогвартса, которые даже диплома не получили. Именно поэтому Кингсли, который не без помощи авроров и остатков Ордена феникса занял пост исполняющего обязанности Министра Магии, отдал распоряжение, что все студенты Хогвартса отправляются по домам к родителям. Те, у кого родителей и живых родственников нет, будут распределены в дома благонадежных граждан. На деле же многие семьи принимали у себя одноклассников их детей, начинали оформление опеки или усыновления. Уизли, например, приняли у себя нескольких первокурсников, чьи родители были временно недееспособны или убиты. Под эту же категорию почти попала и Гермиона, но девушка своевременно напомнила, что она, во-первых, совершеннолетняя, во-вторых, отправляется за родителями в Австралию. Скомкано попрощавшись с Роном, она попыталась встретиться с Гарри, который после победы стал очень странно себя вести. Он был бледен, почти не покидал дом на Гриммо 12, сократил контакты со всеми друзьями. Гермиона не могла с ним нормально поговорить, хотя очень сильно переживала за молодого человека. В день отъезда в Австралию к родителям она и вовсе не смога увидеть друга, потому что тот отправился в Министерство. Об этом ей сообщил заикающийся Кикимер через дверь. Гермиона тяжело вздохнула, просунула в ящик письмо, которое написала заранее и, надеясь скоро получить ответ от Гарри, отправилась в аэропорт. До родителей было удобнее добраться маггловским транспортом, чем пройти все круги ада в Министерстве и получить портключ. Восстановление памяти родителям заняло значительно больше времени, чем ее стирание. Потом был долгий и громкий скандал на несколько дней, где то родители, то Гермиона хлопали дверьми, уходили из дома, оскорбленно молчали и плакали. Постепенно установилось хрупкое перемирие, а еще через неделю был сложный разговор. Гермиона рассказывала, что пережила за этот ужасный год, не утаивая ничего. Хотела, чтобы они понял, от чего она их спасла, пусть и таким негуманным способом. Первый месяц жизни с родителями дался Гермионе тяжело. Ссоры вспыхивали даже после объяснения, и Грейнджер уже даже подумывала вернуться в Британию, когда однажды вечером в разговоре папа не сказал ей одну фразу: - Мы просто не можем простить тебе, что ты оказалась сильнее нас. Это родители должны защищать детей, а не наоборот. И то, что перед лицом твоей опасности мы оказались бессильны - раздражает. А то, что ты поняла это быстрее нас и сделала все, не спросив - раздражает вдвойне. Это пройдет, поверь. Мы с мамой очень рады, что ты выжила и вернулась к нам. После этих слов внутри что-то поменялось. Гермиона словно отступила к тому состоянию, что было до войны. Прижималась к маминой ладони, играла с папой в шахматы, и все словно задышали легче. Военный действия в одном конкретном доме не просто утихли, а прекратились, и до самого сентября Гермиона жила спокойно. Она писала письма Рону, Джинни и Гарри. Уизли отвечали в искусственно-приободренной интонации, и Гермиона их понимала. Боль от смерти Фреда никогда не покинет их сердца. Письма Рона были короткими, немного отрывистыми, и получая их Гермиона не чувствовала бабочек или замирающего сердца. Он старался участливо интересоваться, как у Гермионы дела, но девушка чувствовала, что не хочет делиться с ним теми эмоциями, что были у нее в душе, заранее зная, что парень ее не поймет. Пришло понимание, что будущего у них нет, а потому общение оставалось дружеским. Гарри на письма отвечал обстоятельно, рассказывал о процессах над Пожирателями и рассуждал о том, через что они все прошли, но что-то в этом всем неуловимо напрягало Гермиону. Она спрашивала у него про седьмой курс Хогвартса, куда они должны были вернуться осенью, но четкого ответа не получала. Грейнджер старалась не наседать на него, не критиковать, она просто переживала за него и поддерживала в письмах. Казалось, что все станет лучше и правильнее, когда они сядут в купе Хогвартс-экспресса. Лето как и всегда пролетело незаметно, и вот Гермиона уже собирает вещи в Англию. Родители оставались в Австралии, новая жизнь им нравилась. Сначала они долго не хотели отпускать дочь, предлагали оставаться с ними, найти школу Магии в новой стране, но Гермиона была не готова бросить Хогвартс и все то, ради чего они чуть не погибли. Хотелось вернуться домой и отстроить там новый мир, быть его значимой частью. Вернувшись в Англию, Гермиона первым делом наведалась к Уизли. Джинни была искренне рада ее видеть, Рон немного неловко топтался рядом, но солнечно улыбался. Миссис Уизли первым делом решила накормить девушку, параллельно спрашивая о ее родителях и радуясь, что миссия Гермионы прошла удачно. Когда поздно вечером она, Рон и Джинни сидели в спальне последней, Грейнджер задала вопрос, который весь день крутился у нее на языке: - А где Гарри? Рон и Джинни напряглись, пряча глаза и замолкая. Девушка подумала самое худшее, но в итоге Джинни нехотя ответила: - Он уехал. - Куда? - опешила Гермиона. - Мы не знаем, - ответил Рон. - Он написал нам письма, что все произошедшее оказалось для него слишком сложным, и он не может сейчас находиться в Англии. Просил прощения, расстался с Джинни, - парень бросил сочувствующий взгляд на сестре. - Это же Гарри, - горько сказала та. - Никогда не позволяет другим помочь ему. Он все решил за нас, и я не могу его винить. Но мне очень больно от этого. Я не знаю, когда он вернется, и вернется ли вообще. Я хочу сказать, что готова его ждать всю жизнь, но это будет ложью. - Он писал мне письма, пока я была с родителями, и он ни слова не сказал про свой отъезд, - сердце сжалось в груди Гермионы. Гарри был ей очень дорог, она не могла представить, что творилось у него в душе, если он бросил всех своих друзей и исчез. - Вы пытались писать ему? - Он сказал, что совы его не найдут, и чтобы мы даже не пытались его найти. Когда будет готов, вернется сам. После этих новостей разговор не ладился, и очень скоро все разошлись. Гермиона осталась в спальне Джинни сегодня, но уже завтра планировала найти себе другое жилье. Подруга вроде и попыталась ее отговорить, но Грейнджер чувствовала, что семейству Уизли и без нее есть о чем позаботиться. Утром девушка помогла Молли накрыть на стол, позавтракала со всеми и, взяв сумочку, направилась в Косую аллею. Стоило прикупить все для нового учебного года, да в Гринготтс зайти, хотя это делать было и очень боязно. Дракона им так и не вернули, ущерб не возместили, а потому гоблины могли содрать с нее три шкуры и выпотрошить душу. Но все обошлось. В кабинете одного из гоблинов ей подробно рассказали о ее финансах, а так же протянули запечатанный конверт и достали неясную папку. - Мисс Грейнджер, это письмо Вам попросил передать мистер Гарри Поттер в свой последний визит. Ознакомьтесь с ним, пожалуйста, после чего вернемся к делам. Девушка удивилась сказанному, но осторожно вскрыла конверт и развернула пергамент. "Дорогая Гермиона! Мне очень жаль сообщать тебе обо всем в письме, но нашей личной встрече не состояться, потому что я уже очень далеко. Победа на Волан-де-Мортом далась мне слишком тяжело, я сам потерпел некоторые изменения, а потому мне понадобится время, чтобы прийти в себя. Мне невообразимо больно терять тебя даже на такой короткий промежуток времени, но я уверен, ты меня поймешь. Сейчас я покидаю Британию, и сколько будет длится мое путешествие и восстановление, я сказать не могу. Я прошу тебя об одолжении. Назначенный гоблин ознакомит тебя с моим завещанием, и пусть я жив, формально оно уже вступило в силу. Я оставляю тебе дом на Гриммо 12, и очень прошу жить тебя там. Дом имеет сильную защиту, и ты станешь новой хозяйкой родового гнезда Блэк. Ты можешь делать с этим домом все, что угодно, кроме продажи. В остальном, меняй его как хочешь, живи в нем и ни о чем не думай. Надеюсь, что однажды я смогу вернуться туда, и ты встретишь меня ужином и уютной беседой. Искренне твой, Гарри Поттер" Гермиона подняла голову на гоблина и вопросительно уставилась на него. Из письма Гарри она поняла достаточно, но от гоблина надеялась услышать еще больше пояснений. Как оказалось, зря. - Мистер Поттер составил завещание, но указал в нем лишь передачу Вам дома на Гриммо 12 и перевел на ваш счет некую сумму денег. Значительную, должен сказать. Обратного хода эта операция не имеет, а потому я прошу Вас лишь подписать документы и получить магический ключ. Как только вы откроете им дверь, защита перестроится на Вас. В дом попасть смогут так же те, кого вы внесете в список. - Я ничего не понимаю, Гарри ведь жив. О каком завещании может идти речь? Какой список? - Гермиона не верила ни услышанному, ни прочитанному. Она вообще слабо понимала, что происходит. - Формально завещание вступило в силу, ваша подпись ничего не отменит. Но она должна быть для обоснования ознакомления с документами. Мистер Поттер не давал распоряжений на какие-либо комментарии, даже категорически запретил их давать, - коротышка упорно пихал Гермионе листок, и девушка поставила на нем подпись, предварительно ознакомившись с содержанием. - Кого будете вносить в список? - Гарри Джеймс Поттер, - отчеканила Гермиона, снова перечитывая письмо и завещание. От этого слова веяло жутью. Не для того они прошли войну, чтобы читать такие документы. - Готово. Что ж, выписку по счетам я Вам предоставил, Ваша копия документов у Вас в руках, больше я ничем помочь Вам не могу. Всего доброго. Гермиона вышла из банка, забыв зачем вообще пришла в Косую аллею. Прочитав письмо и документы снова, и не найдя ничего нового, девушка сжала в руке ключ и аппарировала на Гриммо 12, надеясь найти подсказки там. Как оказалось, совершенно зря. Дом неуловимо преобразился, пусть и остался все таким же мрачным и заброшенным. Прокравшись мимо портрета, девушка поднялась по лестнице наверх и прошлась по всем комнатам и этажам, стараясь ступать как можно тише, словно боялась потревожить что-то злое. Гермиона не сразу поняла, что ее так сильно смущает, а когда догадалась, то неуверенно позвала: - Критчер? - никто не отозвался. Девушка спустилась на кухню и заглянула в коморку домовика. Там не было ничего, что выдавало бы присутствие домовика. Таже столь лелеемые им вещи рода Блэк пропали. Гермиона вышла в коридор и, отодвинув черную шторку, замерла, приоткрыв рот. Леди Блэк сидела в кресле, ее спокойный и твердый взгляд был направлен куда-то за спину Гермионы, уголки губ были чуть приподняты в спокойной улыбке, и женщина была совершенно неподвижна. Из картины словно выкачали всю магию, всю озлобленность леди Блэк, и теперь она величественно смотрела на входящих в дом, когда-то принадлежавший ей. Гермиона вообще не понимала, что происходит. Что случилось с Гарри, что ему нужно было так срочно исчезнуть, завещав дом Гермионе? Что произошло в самом доме, что нет ни домовика, ни леди Блэк? Взмахнув волшебной палочкой, Грейнджер вызвала патронус. - Гарри, что происходит? Где ты? Пожалуйста, ответь мне и расскажи все. Я хочу тебе помочь, - девушка еще раз взмахнула палочкой, отправляя послание, но прозрачная выдра осталась на месте, словно не знала, куда отправляться. А потом и вовсе растаяла. Девушка дошла до гостиной, упала в кресло и спрятала лицо в ладонях. - Гарри, что же с тобой случилось, - прошептала она, смаргивая горькие слезы. Одиночество и тоска по Поттеру накатила полной силой, и Гермиона заплакала, не сдерживаясь, но от слез легче не становилось. Уснула девушка прямо в кресле, утомленная новостями и истерикой. На следующее утро Гермиона свежим взглядом оглядела дом. Захламленный, темный, неприветливый и неуютный. До выяснения всех обстоятельств с Гарри девушка планировала оставаться в этом доме, но жить в таком мраке - увольте! Стоило привести дом в порядок. До отъезда в Хогвартс оставалась одна неделя, и за все это время Гермиона облазила весь дом сверху донизу, починила все, что могла, выкинула все, что напоминало мусор. То, что напоминало опасные артефакты девушка относила в отдельную комнату, заранее надев перчатки из драконьей кожи. К первому дню учебы дом был прибран и больше не напоминал заброшенный склеп, но Гермионе этого казалось мало. Сидя в Хогвартс-экспрессе она думала, имеет право делать ремонт в доме Гарри или нет. Приятно ли будет ему вернуться однажды в светлый и уютный дом, или он хочет сохранить его таким, как он был при Сириусе? Достав его письмо она снова перечитала его. Так казалось, что Гарри рядом, что это не буквы, а он говорит все эти слова. Гермиона волновалась за друга и скучала. Она написала ему несколько писем, но не знала, получил ли он их. Совы к ней не вернулись, и девушка предпочитала думать лучшее. Торжественный ужин в Хогвартсе был каким-то скомканным, зажатым. Детей было мало - кто-то погиб в Битве, кого-то из школы забрали родители. Восемь курсов Гриффиндора напоминали две небольшие экскурсионные группы. На восьмом курсе были Гермиона, Невилл, Рон и Лаванда. Расписание было составлено так, что все четыре факультета ходили на занятия одновременно, количество студентов классы теперь вмещали без проблем. К концу первой недели Гермиона поняла, что должность старосты ее тяготит, необходимость что-либо организовывать, следить за первокурсниками и караулить нарушителей заставляло ее чувствовать тревожность, поэтому Гермиона в пятницу вечером отправилась в кабинет директора с просьбой забрать у нее должность старосты. - Что ж, это было ожидаемо, мисс Грейнджер, - вздохнула директор, сочувствующе глядя на девушку. - Я предполагала, что после произошедших событий вы не сможете окунуться в учебную жизнь. Ваши знания уже на уровне, который позволит сдать аттестацию, но я не могу вас просто так освободить от занятий. Вы пока этого не понимаете, но вам это нужно. - Я не просила этого, директор. - Пока нет, но твои мысли, девочка, заняты другим. Это как-то связанно с Гарри? Я была ошеломлена, когда получила от него письмо, что он сдал аттестацию в министерстве с копией диплома. - Вы разговаривали с ним? - встрепенулась Гермиона. - Нет, он всего лишь отправил мне письмо. Больше я от него ничего не слышала. Мне очень жаль его, война ломала и более сильных и взрослых людей, а мальчику, вокруг которого всю жизнь плели паутину и подталкивали к определенному решению. Я видела воспоминания Северуса, и если бы могла, задушила бы прошлого директора его собственной бородой, - Минерва бросила яростный взгляд на портрет Альбуса, но тот безмолвно улыбался и хитро косил глазами из-под очков. - Он не говорит, а портрет Северуса так и не ожил. - Я переживаю за Гарри и хочу его найти. Пока не знаю как, но я сделаю это. - Мистер Поттер обладает артефактом, с помощью которого можно спрятаться от смерти, тебе ли под силу его найти, Гермиона, - сочувствующе сказала директор. - Но он нужен мне, - на глазах появились слезы. - Я не смерть, я не для этого его ищу. Я просто хочу, чтобы он был рядом. Мы столько прошли, и его побег, то что он бросил меня, - всхлип сорвался с губ. - Успокойся, девочка. Все наладится, - Минерва пересела в кресло к Гермионе, мгновенно трансфигурируя его в небольшой диванчик, и обняла девушку. Сухая, морщинистая ладонь гладила Грейнджер по вьющимся волосам и успокаивала. - Я дам тебе возможность покидать Хогвартс на выходные и после занятий. Думаю, твоя любовь сможет помочь тебе найти Гарри. Я тоже переживаю за него, и очень хочу помочь, если это будет необходимо. Ты справишься, Гермиона. Всегда справлялась. На том и порешили. Должность старосты Гриффиндора получила Джинни, ей помогал Невилл. Гермиона после занятий искала в библиотеке ритуалы или заклинания поиска, в выходные уходила на Гриммо 12 и искала в богатой библиотеке Блэков то же самое. На вторую неделю девушка не выдержала, и посетила ближайший строительный магазин. Купила новые обои во весь немалый дом Блэков и за выходные переклеила и во всем доме с помощью магии. На ремонт дома девушка тратила деньги, которые ей оставил Гарри. Находиться в доме стало приятнее, за следующие два месяца девушка обставила весь дом новой мебелью, переделала кухню, купила новую посуду. Теперь она могла готовить себе сама, а не заказывать готовые блюда в небольшом фермерском магазине. При этом Гермиона не прекращала поиски Поттера. Писала ему письма, рассказывая про свои дела. Раз за разом посылала Патронус, надеясь что в один день ее вырда не развеется, а ушмыгнет в окно. Чуда не происходило. Рон и Джинни твердили ей, что это глупая затея, и если уже Поттер не хочет возвращаться в Англию, это его дело. Но Гермиона не слушала. Она знала, что Гарри не мог бросить ее по простой прихоти, как это когда-то сделал Рон. Она знала, что Гарри предан ей. Он заботился о девушке, всегда поддерживал. За то короткое время в палатке вдвоем они очень сблизились, научились ощущать друг друга на интуитивном уровне. Если бы не напряженность войны, Гермиона бы сказала, что она влюбилась. И сейчас эти мысли все чаще и чаще появлялись у нее в голове. Ее слезы в подушку, упорные письма с ожиданием ответа и тоска по Гарри появились не на пустом месте. Однажды утром после длинного письма и тысячного Патронуса, который снова растаял, сделав два неуверенных шага, Гермиона проснулась от того, что в ее окно стучится сова. Забрав у птицы небольшой пергамент, дала ей печенье и развернула письмо. "Гермиона, прости за это волнение. Со мной все хорошо. Скучаю. Продолжай писать мне. Г.П." И эта короткая строчка взбаламутила в душе Гермионы сильнейшую бурю. Она была готова выть, кричать. "Все хорошо" - и он считает это объяснением. Он считает, этого достаточно, чтобы ее успокоить. И в то же время она была счастлива, что все ее письма доходили до него, что он словно стал на шаг ближе. Схватив палочку, Гермиона снова произнесла заклинание Патронуса. И на этот раз сияние выдры было просто ослепляющим. - Гарри Поттер, если ты считаешь, что твое первое письмо длинной в одну строчку меня успокоит, ты ошибаешься. Когда ты вернешься, я не посмотрю, что ты новый величайший волшебник и засуну тебе палочку так глубоко, что ты даже Акцио колдовать не сможешь, - эмоции поутихли, на смену злости пришлось что-то горячее и светлое. - Гарри, пожалуйста, вернись. Мне тебя очень не хватает. Умоляю, - голос затих, и выдра в первые за столько времени выскользнула в окно. Девушка всхлипнула, опускаясь на кровать. - Пожалуйста, Гарри. Экзамены перед Рождественскими каникулами полностью захватили внимание Гермионы, но все же одни из выходных она смогла выделить не на подготовку к предметам, а на украшение дома. Девушка развесила изящные елочные гирлянды по всему дому, на каждой двери висел рождественский венок. Большую часть украшений волшебница наколдовала сама, но елку и игрушки тщательно выбирала в магазине и покупала, а после так же тщательно украшала елку в гостиной. Отвлекаясь иногда от книг, она заглядывалась на огоньки и в горле вставал ком, от того, что это Рождество будет самым худшим. Даже в прошлом году рядом с ней был Гарри, в прошлые года она была или с родителями или их Золотое Трио было вместе. Теперь же этого не было. Рон был со своей семьей, им до сих пор нужно было прийти в себя после смерти Фреда. Им нужно было пройти это Рождество без него, и Гермиона там была лишней. Видимо, девушке придется тоже пройти этот праздник одной и приобрести этот печальный опыт. В Рождественский вечер Гермиона через силу приготовила для себя праздничный ужин. Небольшая порция индейки и запечённого картофеля лежала на тарелке, рядом стояла небольшая мисочка с салатом и одинокий бокал шампанского, купленный в соседнем магазине с небольшим невербальным Конфундусом. Казалось бы, все готово для идеального одинокого праздника, но Гермиона в последний момент вспомнила про мандарины. Именно этот негласный праздничный атрибут отсутствовал на столе, и это очень расстроило девушку. Ругнувшись, Гермиона схватила с вешалки пальто и вышла в снегопад, параллельно накладывая на себя согревающие чары. Оставалось надеяться, что ближайший круглосуточный магазин все еще работает, и там будут мандарины. В дом на Гриммо Гермиона вернулась мокрая и продрогшая, несмотря на чары. Тепло дома окутало ее мигом, девушка прикрыла глаза и расслабилась. Поставила макет с мандаринами на пол и развязала гриффиндорский шарф. После сняла пальто и тряхнула его, смахивая растаявшие снежинки. Капельки холодной воды попали на руки и лицо. Девушка поморщилась и повесила верхнюю одежду. Взяв пакет, девушка отправилась в гостиную, где был накрыт ее маленький праздничный стол. - Я знал, что моего возвращения бы будешь ждать с вкусным ужином, - в кресле у стола сидел тот, кого она ждала всем сердцем, но увидеть не надеялась. - Гарри, - пакет с мандаринами выпал из рук, и Гермиона сделала несколько шагов навстречу. Молодой человек мгновенно оказался рядом и крепко прижал девушку к себе. - Я так по тебе скучала. *** Гарри прижал к себе Гермиону и вдохнул родной запах, которого ему так не хватало. Стоило только зарыться в пушистые волосы подруги, и в груди поселялось спокойствие. За прошедшее время спокойствие и домашний уют были для него недосягаемой мечтой, о которой пришлось забыть. В себя Поттер пришел от тычка в ребра. От неожиданности он отпустил Гермиону, и в плечо дальше прилетел еше один тычок. - Как ты смеешь приходить после того, как исчез на полгода? - Гермиона поборола растерянность и теперь была очень зла. Обычно в таком состоянии ее лучше не трогать, но Гарри не спасовал перед Темным лордом, постарается пережить и яростную Грейнджер. - Надеялся на твое понимание, - уворачиваясь от очередного удара разъяренной девушки, сказал парень. - Какое понимание? - рыкнула девушка. - Ты изволил написать мне одну коротенькую записку и думаешь, я буду прыгать от счастья при твоем появлении и не попытаюсь оторвать твою бестолковую голову? - Гермиона пыталась вырвать руку, за которую ее схватил Гарри. - Обязательно попытаешься, Гермиона, но давай после Рождества, - несмотря на злость девушки, несмотря на такую бурную реакцию и тычки он видел, каким счастьем зажглись ее глаза, когда она только его увидела. Схватив вторую руку девушки, он резко дернул ее на себя и крепко обнял. - Я очень по тебе скучал. Девушка в его объятьях притихла, дыхание ее стало рваным, а после послышались всхлипы. Поттер не умел справляться с чужими слезами, но Гермиона была особенной. Ее можно было только прижать к себе крепче, и, поглаживая ее по спине, негромко говорить всякие поддерживающие и добрые слова. Через какое-то время девушка успокоилась и, вытерев слезы, отошла от Поттера. - Извини, - негромко сказала Гермиона. - Я не могу требовать от тебя объяснения. Просто после твоего исчезновения я была очень одинока и напугана. Потому и искала тебя все время, писала письма. Я переживала. - Все хорошо. Я понимаю тебя, и обязательно все поясню. Но давай сначала отметим Рождество. После ты можешь терзать меня вопросами до самого рассвета. Девушка кивнула и, слабо улыбнувшись, пошла на кухню за еще одним набором тарелок для Гарри. Молодой человек опустился в кресло, где сидел до этого и с любопытством оглядел гостиную. Пушистая елка стояла у стены, на ней горели желтые огоньки гирлянд, а на пушистых лапах висели большие красные и золотые шары. На каминной полке была растянула елочная гирлянда. Она не светилась, но на красно-золотой мишуре прыгали отблески огня из камина. Перед самим камином был раскинут мягкий и пушистый декоративный ковер. Гарри мог представить, как Гермиона валяется на нем с какой-нибудь книжкой, от интереса закусывая губу или хмурясь, не достигая согласия с автором. В целом вся комната была более уютной. Кремовые обои, бежевая мебель с незаметными и изящными золотыми узорами. Теперь в дом хотелось вернуться в два раза больше, а уходить и вовсе не хотелось. Гарри в принципе уже успел пройтись по дому. Гостевые комнаты девушка тоже переделала, остались нетронутыми только комната Сириуса и Регулуса. Гарри занял одну из самых больших комнат, с удовольствием растягиваясь на удобной постели на несколько минут. В гостиную вернулась Гермиона с еще одной порцией еды и поставила тарелку перед Поттером. - Я думала загадать желание - найти тебя, но теперь не знаю, что загадывать. Может, чтобы ты снова не исчез? - шоколадные глаза проникали в самую душу. - Не исчезну, - улыбнулся Гарри. - Но обвинения оставим на потом? - Обвинять я тебя буду завтра, а сегодня я хочу праздновать первое Рождество. Первое без родителей, не в Хогвартсе, не в большой компании. - Зато мы с тобой не одни, мы друг у друга. Я очень боялся, что придется снова провести этот праздник в одиночестве, как это было у Дурслей. - Я тоже боялась, но теперь ты тут. Они поели, выпили шампанское и встретили новый день за разговорами. Потом Гарри взмахнул палочкой и полилась знакомая им обоим музыка. Девушка улыбнулась и вложила руку в протянутую ладонь Гарри. Под эту музыку они танцевали в палатке, и тогда танец был поддержкой, но сейчас все было по другому. Гермиона улыбалась и прижималась к Гарри, но не пошло и откровенно, а нежно, словно неосознанно. Парень вдыхал ее запах и чувствовал, как аромат дразнит его язык, как под кожу проникает желание прижать девушку к себе и никогда не отпускать. За время отсутствия он много думал и понял, что с меньшим сожалением оставлял Джинни, его девушку, и Рона, своего друга. Самое острое сожаление, вспарывающее его изнутри было от расставания с Гермионой. Ее не хватало всегда, она была нужна. Ее письма были для него глотком прошлой жизни, но не той, где была горечь потерь и дым от войны, а спокойной его частью, которая успокаивала, поддерживала и давала силы бороться и брать под контроль магию и эмоции. Шампанское закончилось, но Гарри не был готов останавливаться, поэтому достал из комнаты Сириуса виски. Пить его пришлось в чистом виде, но Гарри не ощущал алкоголя. Его мысли оставались чистыми, он ловил каждое движение Гермионы. А вот девушка наоборот, пьянела с каждым глоточком. На щеках появился румянец, взгляд то был слишком рассеянным, то ненадолго становился совершенно четким, словно Гермиона силами пыталась вернуть трезвое состояние. Это было забавно. Она сидела перед камином на ковре, облокотившись на одно из кресел, а Гарри положил свою голову ей на ноги. Неосознанно девушка начала перебирать его волосы. Они рассеянно перескакивали с темы на тему, стараясь не касаться войны или исчезновения Гарри, и за это оба были благодарны друг другу. Гермиона рассказывала что-то из детства с легкой улыбкой, облизывая губы после каждого глоточка виски. Под утро девушка отставила пустой бокал и слишком серьезно сказала: - Мне хватит. Пора идти спать, - Гарри привстал, отпуская девушку и наблюдая за ней. Гермиона встала на колени, попыталась встать, но потом опустилась обратно на пол, сокрушенно качая головой. - Я даже встать не могу, - и глупо хихикнула. После сделала еще одну попытку, уже увенчавшуюся условным успехом. Встала, покачнулась, сделала один шаг, но Гарри видел, как заплетаются ее ноги. - Черт, - ругнулась девушка, хватаясь за спинку кресла. Поттер встал, убрал волосы с лица и взял девушку на руки. - Доставим в лучшем виде, - улыбнулся ее удивленному взгляду. - Мы оба упадем, ты выпил больше меня, - негромко сказала Гермиона. - Спорим? - ухмыльнулся парень. Девушка отрицательно покачала головой. - Ну и правильно. Не переживай, я достаточно трезв, чтобы не сосчитать ступеньки лестницы и дойти до твоей спальни. Гермиона положила голову ему на плечо, соглашаясь, и Гарри вышел из гостиной. До комнаты Гермионы дошел без происшествий, невербально открыл ее дверь и вошел, сразу направляясь к кровати. Темнота не была для него препятствием, из окна было достаточно света. Положил Гермиону на кровать, сел рядом, глядя на девушку. - Спасибо, Гарри, - в голове слышалась улыбка, да и Поттер видел, что она улыбается. Девушка села, обняла Гарри крепко, уткнувшись ему в плечо. - Обещай, что не исчезнешь завтра, - сказала негромко и жалостливо. - Не исчезну, - улыбнулся Гарри, поглаживая девушку по волосам. Она подняла лицо, глядя ему в глаза, и облизнула губы. Поттер погладил ее по щеке, осторожно и ласково, словно проверяя. Девушка не отодвинулась, в ее взгляде не было удивления. Она спокойно ждала, что он сделает дальше. - Мне тебя не хватало, - негромко сказал парень, придерживая Гермиону теперь за подбородок, большим пальцем касаясь нижней губы. Девушка неосознанно облизала губу, задевая кончиком языка палец Гарри. Гермиона была слишком близко, ее запах окутывал Гарри, забивался под кожу, жег легкие. Она не отодвигалась от него, не выглядела испуганной, и Гарри подался вперед, целуя девушку, зарываясь ей в волосы. Гермиона резко вздохнула, в ее горле на короткое мгновение раздался стон, и она ответила. Гермиона была слишком пьяная, а Гарри слишком настойчив, чтобы все закончилось одним поцелуем. Он пробрался руками под водолазку девушки и погладил горячую кожу. Завел руки за спину и нашел застежку бюстгальтера. Понадобилось некоторое время, чтобы его расстегнуть, после чего Гарри попытался стянуть с Гермионы водолазку. Торопливо, немного неуклюже, но этого хотелось до пропадающего дыхания в груди. Девушка сама сбросила с себя одежду и принялась расстегивать пуговицы рубашки. Гарри прерывисто дышал, наблюдая за руками девушки и пытался успокоиться. Взглянул на Гермиону, пытаясь понять ее состояние, не будет ли это потом ошибкой, но девушка стащила с его плеч рубашку, сбросила ее на пол и потянулась за поцелуем. Гарри хотел девушку, он давно принял, что влюбился в нее, но что подумает утром Гермиона. - Ты уверенна? - спросил Поттер, прерывая поцелуй. - Уверенна, - выдохнула девушка. - С мотивацией разберусь завтра. Этих слов ему стало достаточно, чтобы повалить Грейнджер на кровать и начать покрывать поцелуями шею, руками пытаясь расстегнуть брюки. Когда получилось, он торопливо и резко стянул их с девушки и швырнул на пол. Гермиона попыталась стыдливо прикрыться руками, но Гарри поймал ее руки и ласково погладил запястья, восторженно оглядывая тело. Девушка была идеальна и прекрасна, ее хотелось ласкать и гладить до конца жизни. Поттер снял свои брюки и снова захватил губы девушки поцелуем. Ладонями прошелся по всему телу, коснулся пальцами твердых сосков и спустился ниже. Коснулся живота и, раздвинув коленом ноги Гермионы, тронул внутреннюю сторону бедер. Почувствовал, что девушка напряглась. - Все хорошо? - спросил негромко, касаясь мочки уха губами. - Да, просто немного... не страшно, но необычно, - ответила Гермиона так же тихо, а после подалась ближе. Гарри почувствовал пальцами влагу. Грейнджер хотела его, и это было приятно. Он снова поцеловал девушку, проводил по губам языком, посасывал ее язык, и когда Гермиона достаточно расслабилась, он вошел в нее. Стон был общим: у Гермионы - болезненным, у Гарри - несчастным. Он разорвал поцелуй и, уткнувшись лбом в плечо девушки, замер. - Что случилось? - обеспокоенно спросила девушка. - У тебя никого не было, - выдохнул через силу молодой человек. - А у тебя? - негромко спросила девушка, запуская пальцы в волосы Гарри. - Нет, - выдохнул Гарри и снова поцеловал Гермиону. Он начал осторожно двигать бедрами, но постепенно его движения становились чуть более быстрыми и сильными. Гермиона откидывала голову назад, и Поттер нежно целовал ее в горло, прикусывал несильно кожу зубами, стараясь думать лишь об удовольствии Гермионы, а не о жажде. С ее губ срывались стоны, дыхание было прерывистым. Девушка не закрывала глаза, она смотрела на Гарри. Ее ладони гладили тело Гарри, короткие ногти чуть царапали спину. Девушка притягивала Гарри и целовала его, впуская его язык внутрь. Бедрами подавалась навстречу, доставляя удовольствие молодому человеку и забирая его не меньше. Гарри старался сдерживаться, но вскоре все равно сбивался на более быстрый ритм, который приносил ему больше удовольствия. В последний момент почувствовал, как мышцы Гермионы сократились где-то внутри, девушка выгнулась, прижимаясь к нему телом, а после он сам сорвался в оргазм. Когда пришел в себя, то поспешно скатился с девушки и поудобнее лег на кровати. Накрыл их обоих одеялом и, обняв Гермиону, затих. Спать он не собирался пока, ему было хорошо. Сейчас его жизнь, действия и ситуация были самыми спокойным, и пусть пока девушка рядом с ним многого не знает, Поттер чувствовал, что она его примет. И что засыпать рядом с ней - самое правильное и желанное, что только было в его жизни. *** Гермиона открыла глаза и сдула с лица волосы. Голова гудела, во рту было сухо, да и в целом состояние было неясное. Вчера девушка первый раз в жизни познакомилась с алкоголем так близко. К счастью, компания была приятная, закуски было достаточно, да и алкоголь элитным, поэтому состояние было нехорошим, но не паршивым. Гермиона откинула одеяло и села на кровати, пытаясь найти свою одежду. Вчерашняя водолазка и брюки лежали в кресле, аккуратно сложенные, домашние туфли стояли рядом с кроватью, и это было так... трогательно. Гермиона понимала, что в этой спальне помимо нее был только Гарри, который и сложил вещи. Рядом на тумбочке стояло антипохмельное зелье, которое девушка поспешно выпила. Голова прояснилась, вялое состояние постепенно отступало. Вздохнув, Гермиона встала и, закутавшись в банный халат, направилась в ванную. Долго смотрела в зеркало, после тщательно умылась и почистила зубы, желая избавиться от остатков сна. Девушка расчесала волосы, убрала их в тугой пучок и стала настраивать душ. Через полчаса свежая и собранная Гермиона спустилась на первый этаж. Заглянула к гостиную, так же как до этого заглянула в каждую комнату на втором этаже, где не обнаружила Гарри. С замирающим сердцем вошла в кухню и выдохнула, наверное, слишком громко. У плиты стоял Гарри и ждал, пока в турке закипит кофе. - Я же обещал что не исчезну, - произнес парень, не оборачиваясь. - Я все равно переживала, - с улыбкой ответила Гермиона. Поттер обернулся и окинул девушку внимательным взглядом, заставляя ее покраснеть. Девушка обхватила себя руками и отвернулась, но улыбка коварно расползалась на губах. Гарри облокотился бедром о кухню и, поднеся к губам чашку чая, сделал глоток. На Гермионе был надет милый домашний костюм, волосы убраны в пучок, а на щеках расползался очаровательный румянец. Проснувшись утром, парень слабо представлял, как вести себя с девушкой, но потом решил, что Гермиона была и остается его другом. Возможно после ночи им будет неловко, однако вряд ли они перестанут общаться и девушка покинет дом даже не попрощавшись. - Что будем обсуждать? Вчерашнюю ночь или мое отсутствие? - Гарри попытался скрасить шуткой немного напряженную ситуацию. - Твое отсутствие, - Гермиона оттолкнулась от дверного косяка и вошла в кухню. Достала из холодильника сыр и помидоры, взяла доску и стала нарезать завтрак. - Я пока займу руки, потому что у меня есть непреодолимое желание тебя придушить. Я хочу знать где ты был, когда пропал, почему даже не написал мне письмо. Я здесь чуть с ума не сошла, пытаясь найти тебя. Когда гоблины вызвали мне для завещания, я чуть с ума не сошла, - девушка с каждым словом повышала голос. - Как ты посмел? Черт! - из-за злости Гермиона не рассчитала силы и порезала палец, когда резала сыр. Бросив нож на стол, девушка зажала порезанный палец и повернулась к Гарри. Парень сосредоточенно смотрел в окно и прерывисто, тяжело дышал, словно пробежал кросс. - Гарри, ответь мне. Неужели за семь лет знакомства и дружбы я не заслужила хотя бы короткого объяснения, - девушка подошла к Гарри, и тот от нее шарахнулся. - Заслужила, но я не мог, - сквозь зубы прошипел парень. На плите закипел кофе, с пеной выливаясь из турки, и Поттер, выругавшись, погасил огонь и бросил турку в раковину. - Я не мог даже приблизиться к тебе, иначе бы навредил. И даже сейчас могу, - парень отвернулся к окну. - Ты никогда мне не вредил и не смог бы. О каком вреде ты можешь говорить, если мы прошли ад? - взмахнула руками Гермиона, снова шагая к Поттеру. - Заживи эту чертову рану, - рявкнул Гарри, оборачиваясь. - Я мог тебя убить тогда, и сейчас могу, если ты не уберешь кровь, - Гермиона вскрикнула. Вокруг глаз Гарри расползались черные вены, сами глаза заполнились кровавыми сгустками. Девушка спрятала руку за спину и выставила руку вперед. Палочка, ей не хватает палочки, иначе не заживить рану. - Извини, - хрипло сказал Гарри. Гермиона сглотнула, осторожно двинулась к раковине и смыла с рук кровь. Достала салфетки и вытерла руки. - Дай палочку, моя осталась наверху, - попросила девушка, и когда Гарри протянул ей свою палочку, торопливо заживила руку. - Что это было? - Это была причина, по которой я исчез после битвы. Не уверен, что смог бы внятно все тебе объяснить. Лучшим было просто исчезнуть. - Я еще не забыла сказки и страшилки из детства, поэтому ответ уже имею. Но все же задам тебе вопрос. Ты вампир? - напряженно спросила девушка. - В точку, - хмыкнул Гарри. - Давай ты сначала доделаешь завтрак, а потом сядем и поговорим предметно. Гермиона вздохнула и достала из мойки турку. Ополоснула ее, добавила снова кофе, залила воду и поставила на плиту. Гарри забрал у нее нож и стал нарезать дальше помидоры и сыр. Молча приготовили завтрак, Гермиона молча разлила кофе по чашкам и поставила на стол. Взяла сэндвич с тарелки и откусила. Гарри вяло ковырял листик салата. - Есть ты, видимо, не настроен, поэтому рассказывай, - проглотив кусочек, сказала Гермиона. - Сама знаешь, что от Снейпа я получил воспоминания и пошел смотреть их в кабинете директора. Когда увидел все эти разговоры и понял, что придется умереть, стало страшно. Понимал, что все равно пойду и сделаю, но хотя бы маленькую надежду, хоть какой-то шанс очень хотелось иметь. И на столе Снейпа я заметил еще одну записку для себя. Он оставил флакон с неизвестной жидкостью с сообщением, что это мой шанс выжить. Небольшой, но верный. И еще приписка, что после битвы, как бы она не закончилась, мне нужно прийти в одну лавку в Лютном. - Это было зелье какое-то? - спросила Гермиона. - Это была кровь вампира. На самом деле обращение происходит не если вампир тебя укусит, а если ты умер, когда в твоем теле была кровь вампира. У меня она была, потом меня убили. Для полного обращения мне было нужно лишь выпить человеческую кровь, а в ходе битвы этого было более чем достаточно. - А зачем тебе нужно было в Лютный? - Там был человек, который помог мне временно подавить жажду. Этого времени хватило, чтобы написать завещание в банке и забрать кольцо, которое защищает меня от солнечного света, попрощаться с Уизли и купить билет в Румынию. Там есть деревня, где молодым вампирам помогают прийти в себя. Больше об этом рассказать не могу, извини. - Сейчас ты в порядке? - спросила Гермиона. Да, много вопросов все еще было неясно, но состояние Поттера сейчас было важнее. - Да, вполне. Мне сложно сдерживаться, только если кровь слишком близко, как было сейчас. В остальном я в норме. Тебе я не наврежу, если ты об этом. - Иди к дементорам, Гарри, - воскликнула Гермиона. - Я все еще хочу тебе устроить головомойку за то, что не сказал. Я бы поняла, постаралась бы помочь. И не убила километры нервных волокон, переживая твое исчезновение. Ты свинтус, Поттер, и я начинаю сомневаться, что влюбиться в тебя было правильным, - сказала, а потом поняла, что именно. - Я так понимаю, мы плавно перешли к теме вчерашнего вечера и ночи, - улыбнулся Гарри, делая глоток кофе. - Мне понравилось. - Иди к дементорам, - покраснела Гермиона, и бросила в парня полотенце, подвернувшееся под руку. Больше никаких слов Гермиона найти не смогла, поэтому опустила взгляд на свой сэндвич. - Повторяешься, я уже у них. А если откровенно, то мне тебя очень не хватало все это время. Я много думал, и понял, что ты мне не просто друг. Вспомни, между нами уже в палатке было что-то большее. Если бы Рон не вернулся, мы бы поняли это еще раньше и уже были бы вместе. - Я не знаю, что было бы, но я знаю, что есть. Мне тебя не хватало, я за тебя переживала. Думала о том, как ты вернешься, что будет дальше. Как мы будем жить, и будем ли жить вместе. И да, я в тебя влюбилась, ты мне нравишься, как мужчина. По вчерашней ночи могу судить, что и я тебя не отталкиваю. - Очень даже наоборот, - хмыкнул Гарри. Парень встал и подошел к Гермионе. Девушка перевела на него вопросительный взгляд. - Я честно скажу, пока не знаю, что будет со мной дальше. Мы знаем, что отношения к "нелюдям" со стороны Министерства не очень хорошее, но я и не собираюсь вести какую-то общественную жизнь. Возможно мне придется много отлучаться, но я всегда вернусь к тебе. Если ты будешь меня ждать, - Гарри присел перед Гермионой на корточки и положил руки ей на колени. - Что за отлучки? Куда ты еще собрался уезжать? - забеспокоилась Гермиона, наклоняясь к Поттеру и кладя руки ему на плечи. - Я знаю, что в мире есть средство, которое может сделать меня снова человеком. И я знаю людей и других вампиров, кто занят их поиском. Я хочу к ним присоединиться и снова стать человеком. Вампиром быть неплохо, интересно, но я хочу быть просто Гарри. - Знаешь, "просто Гарри", я не буду ждать тебя, - немного подумав, сказала Гермиона, и от нее не укрылось, как поменялось лицо Поттера. Не боль, не разочарование, но медленное осознание слов девушки. - Я буду заниматься поисками с тобой. Где бы ты ни был, куда бы ты ни пошел, я снова буду рядом. Как и всегда. И когда мы найдем это лекарство, мы вернемся домой вместе. И там уже будем думать, как жить дальше. Быть человеком намного лучше. - Не спорю, - улыбнулся Гарри, а в следующее мгновение Гермиона была уже на руках парня, и он за секунды пронесся по всему дому, останавливаясь в спальне Гермионы. - Но и у вампиризма свои плюсы. Не вижу поводов ими не воспользоваться. *** "Дорогие друзья! Как бы Вам не было сложно это принять, но я ухожу на поиски Гарри Поттера. Глубокие чувства не позволяют оставаться мне на месте, когда он, возможно, в опасности. Пишите мне. Все письма дойдут, и пусть не всегда я смогу на них ответить, но они будут мне поддержкой в моих, уверенна, непростых поисках. Не забывайте нас обоих! Не забывайте, через что мы прошли все вместе! И пожелайте мне удачи! Искренне ваша, Гермиона Джин Грейнджер" Несколько сов вылетели из дома на Гриммо , направляясь к Уизли и в Хогвартс. Гермиона застегнула теплую куртку, последний раз оглядела гостиную и закинула на плечо крепкий рюкзак с чарами расширения. - Готова? - спросил Гарри, входя в комнату. - Конечно. И года не прошло, а мы снова ищем то, что не знаем. Это так волнующе, - улыбнулась девушка. - Наверное, мы адреналиновые наркоманы, - вздохнул Гарри, ероша волосы. - Именно поэтому мы и вместе, - девушка подошла к Поттеру и натянула на непослушные вихры шапку. - Камин скоро сработает, пошли. С домом все будет хорошо. - Я знаю, хотя возможно стоило оставить домовика? - Кстати о нем! Что случилось с Критчером и Вальпургой? - за прошедший месяц, что они с Гарри прожили в доме вдвоем, ни с кем не встречаясь, у них было много приятных моментов и интересных тем для разговоров, но об этих существах Гермиона вспомнила впервые. - Домовик попался под горячую руку, а из портрета леди Блэк я просто выкачал магию. - Не знала, что ты так умеешь, - удивилась Гермиона. - Научишь? - Попробую, - кивнул Поттер, вставая рядом с Гермионой и беря ее за руку. Зеленое пламя в камине только начинало разгораться, но портал уже выбросил пригоршню снега. - Будет холодно. - Ты меня согреешь, - хмыкнула Грейнджер, и волшебница и вампир шагнули в камин. Дом на Гриммо словно замер на полувздохе, чары вступили в свою силу, замораживая дом и пространство. Сколько бы он не простоял в ожидании хозяев, когда они вернуться, их встретит уют, горящий камин и атмосфера любви, которую они оставляли. Паре оставалось надеяться, что после их возвращения она перестанет отдавать привкусом крови.