О проблемах единорогов Хогвартса

***

      Что может быть хуже, чем застрять в темной, тесной нише, закрытой пыльным гобеленом изображающим монструозного единорога, пока в коридоре рыщет Филч? Только застрять здесь вместе с нахальным гриффиндорцем, недоуменно сопящим в макушку.       Эдит недовольно поправила онемевшую ногу, но места было настолько мало, что казалось любое движение может спровоцировать грандиозную катастрофу. Уизли вежливо попытался отодвинуться, но стена за его спиной упрямо не желала уступить дабы освободить немного драгоценного пространства.       Длинные пряди рыжих волос щекотали щёку. Эдит попыталась притвориться, что две чужих ладони с длинными пальцами вовсе и не упираются по обе стороны её головы, а сама она не дышит в ключицы, спрятанные толстой вязкой свитера. От него пахло ореховым пирогом и порохом. Этот запах настойчиво въедался в лёгкие, отчего начинала кружится голова и Эдит старательно дышала через раз, пытаясь пропускать через себя как можно меньше этого яда и мысленно проклинала прошлую себя.       Зачем, спрашивается, помогла?       Попытка проскользнуть в библиотеку ночью во время отбоя закончилась крахом. Громкое и противное «мяу» прервало увлекательное ночное путешествие на самом интересном месте и девушка рыбкой нырнула за гобелен, невежливо потеснив семейство пауков. Один взмах палочкой и заклинание невидимости превратило выемку в неприступную крепость, где можно было хоть рок концерт устраивать — никто бы и не заметил и принялась ждать.       — Проходимцы! — прогремело где-то далеко в коридоре и Эдит мгновенно догадалась о ком речь. Наверняка гриффиндорские близнецы решили учинить очередную пакость! И повезло же ей, что именно сегодня они снова занимаются вредительством! Хотя…когда они им не занимаются?       Намного ближе прозвучали торопливые шаги, сдавленное хихиканье в два голоса и раздавшийся следом возглас удивления. Девушка аккуратно отодвинула гобелен и дернулась назад, обнаружив мелькнувшую огненно рыжую макушку прямо перед глазами. Где-то в коридоре искрой появилась и погасла короткая вспышка и все двери мгновенно захлопнулись…за спиной только одного Уизли. Второй растерянно шагнул назад. Филч радостно воскликнул, учуяв добычу и Эдит, поколебавшись с секунду, высунула руку, сцапала чужое запястье и потянула внутрь. Гобелен с тихим шорохом вернулся на место.       Уизли удивлённо выдохнул, задев дыханием темные локоны волос. В отличие от среднего роста девушки, длинноногому близнецу пришлось согнуться, чтобы вместиться не в очень просторную нишу.       — Фокс? Это ты что-ли? — удивленно прошептал он, заметив зелёный шелковый галстук, свободно болтающийся на шее и девушка наконец поняла кого из близнецов ей повезло спасти. Какое счастье, что не его неугомонный брат! Со вторым близнецом она предпочла бы не встречаться и вовсе, до того её достали его колкие шуточки в сторону как змеиного факультета, так и самой Фокс, которая являлась их одногодкой и имела смелость огрызаться в ответ. Джордж же Уизли растерянно мигнул карими глазами и тонкие губы разъехались в широкой улыбке.       — Никогда бы не подумал, что поможешь.       Слизеринка приглушила свет, пылающий на кончике тонкой палочки (чтобы чужое лицо перестало казаться таким нахальным) и спокойно ответила:       — Я тоже.       Филч влетел в коридор в следующую секунду. Девушка слышала его слегка шаркающие шаги и запах мокрой кошачьей шерсти, почти перебивший все остальные. Кроме ореха и пороха конечно же.       Она повернула голову в сторону гобелена, всматриваясь в переплетение нитей сквозь призму светящихся в холодных белых лучах пылинок. С этой стороны единорог был ещё уродливее и напоминал скорее химеру, чем волшебное доброе создание. Она слегка улыбнулась, когда рисунок недовольно задвигался, словно уловив её мысли и тут же подавилась этой самой улыбкой, когда чужие пальцы аккуратно заправили спадающую темную прядь за ухо.       Эдит вопросительно перевела взгляд вверх и тут же натолкнулась на слегка прищуренный и мерцающий из-за тусклого света Люмоса взгляд.       — Мне стоит тебя поблагодарить. — не отводя глаз от её глаз, прошептал Джордж.       — Не стоит, — выдавила из себя девушка таким же шёпотом, совершенно позабыв о наложенном заклинании. Уизли улыбнулся одним краем губ.       Длинные, тонкие пальцы снова запутались в её волосах, заправляя вторую прядь, но на этом не остановились, медленно переместившись на шею. Эдит замерла чувствуя себя жертвой, застывшей перед удавом. Его взгляд медленно заскользил по бледному лицу, коснулся всех едва заметных родинок, розовых скул и остановился на губах, тяжелея с каждой секундой. Девушка сжала их, словно пытаясь спрятать от чужих, слишком любопытных глаз и он, усмехнувшись, качнулся вперёд буквально на сантиметр, сокращая и без того короткое расстояние.       Пальцы, до этого греющие изгиб шеи, скользнули выше, снова зарываясь в волосы, но уже на затылке, слегка потянув за темные пряди. Внутри взорвалось несколько фейерверков. Таких, которые так любят запускать сами Уизли. Эдит невольно выдохнула, расслабив губы и тут же об этом пожалела. Чужой большой палец медленно скользнул по нижней, слегка надавливая, не позволяя вновь напрячься.       Широкая грудь, скрытая бордовой тканью свитера, которая ещё минуту назад вздымалась у неё перед глазами медленно и размеренно, потеряла ритм. Эдит же почему-то медлила.       Естественно она должна оттолкнуть обнаглевшего гриффиндорца! Вот прямо сейчас же! Но все её решительные планы рухнули разбитыми стеклянными замками с оглушительным грохотом, когда широкая ладонь медленно заскользила ниже, касаясь пальцами каждого позвонка и остановилась на пояснице, прожигая тонкую ткань черной шелковой рубашки.       Взгляды снова встретились. Эдит не видела в его глазах больше ни намека на улыбку, только лёгкий прищур и что-то темное, напоминающее расплавленную горячую патоку, что затягивала в черные расширенные зрачки. Звуки вокруг пропали: ни тяжёлых шаркающих шагов и проклятий в сторону близнецов от Филча, ни надоедливого мяуканья, только собственное слишком быстрое и тяжёлое сердцебиение, отбивающее немыслимые ритмы.       Их тела, которые и без того были слишком близко, соприкоснулись, отчего девушка невольно вздрогнула. Горячий. Казалось, что ткань одежды вот-вот прожжет насквозь этим обжигающим до костей теплом. Судя по лукавой искре, промелькнувшей в чужих глазах, он уловил её реакцию. Джордж наклонился. Медленно, никуда не торопясь, он сокращал ничтожные сантиметры, не отводя взгляда от её расширенных глаз, и девушка не выдержала первой, закрыв их.       Ответом ей стало тихое хмыканье. Сначала её губ коснулось чужое дыхание. Эдит чувствовала дразнящее тепло в миллиметре и, сама того не ожидая, нетерпеливо подалась вперёд. Уизли только этого и ждал. Жадные, горячие губы не церемонясь захватили её собственные. Он целовал сначала медленно, никуда не торопясь, прикусывая нижнюю губу и тут же виновато зализывая покрасневшие места. Но спустя минуту, когда дыхание девушки окончательно сбилось, потянул её за волосы, заставляя запрокинуть голову вверх, углубляя поцелуй до невозможности.       Эдит жалобно простонала, и он низко застонал в ответ, вжимая её в стену всем телом. Безумие. Самое настоящее безумие! — думала она, отвечая с не меньшим пылом. Подумать только! Она целует Джорджа Уизли! Того самого, который подмешал ей в заготовку амортенции корень имбиря, из-за чего кабинет зельеварения едва не превратился в кабинет-которого-нет, который хихикал над шутками брата о змеях, скидывающих кожу, когда с неё почему-то свалилась едва не вся одежда во время занятия ЗОТИ и тот, которого она едва не пришибла во время пробного полета в команду по квиддичу.       Она и правда не знала, сколько прошло времени с того момента, как их губы соприкоснулись. Касания становились все откровеннее, чужая шевелюра, благодаря её стараниям, превратилась в пылающий рыжий пожар, а собственная рубашка внезапно потеряла несколько верхних пуговиц, когда гобелен вдруг распахнулся, а в лицо ударил настолько яркий луч света, что застуканная врасплох парочка едва не ослепла.       — Джорджи! Вот ты гд…- обрадовано начал Фред Уизли, улыбаясь во все тридцать два. Впрочем улыбка тут сползла с его лица, как снег с крыши после оттепели, стоило ему разглядеть открывшуюся картину. Дальнейшие эмоции второго из близнецов сменялись с такой скоростью, что Эдит даже не рассмотрела все их оттенки: начиная с искреннего удивления и заканчивая до того довольной физиономией, что Уизли мгновенно напомнил рыжего кота Гермионы, которому однажды посчастливилось обожраться сметаны с общего стола во время завтрака.       — Прошу…э-э-э… прощения! — ничуть не виновато заявил он облепленной паутиной парочке. — Уже удаляюсь!       После чего нахально подмигнул брату, после чего попытался подмигнуть Эдит, но почему-то передумал, и гобелен вернулся на своё законное место. Потревоженный за вечер уже третий раз единорог, воинственно устремил на нарушителя покоя рог длинной с меч, и Фред поспешил укрыться в тайном проходе, всё-таки однажды оглянувшись на нишу и хихикнув про себя с таким видом, словно все это событие организовал именно он.       Эдит невозмутимо кашлянула, распутывая сплетённые пальцы рук и тщетно пытаясь притвориться, что это не её щеки сейчас горят красным, словно два фонарика.       — Спасибо…за благодарность,— выдавила она из себя и из последних сил рванула в сторону слизеринских комнат, начисто забыв о библиотеке и вообще всем, что не касалось припухших губ Джорджа Уизли. Сам же Джордж задумчиво проводил её взглядом, несколько раз сжал и разжал горячую от касаний ладонь, всматриваясь в нее прищуренным взглядом и лучезарно улыбнулся единорогу за неимением лучшего зрителя. Единорог укоризненно промолчал. Оставшееся время обучения больше не казалось никому скучным и спокойным.