It's better this way

Мужские пальцы крепко обхватывают фильтр и вновь подносят сигарету к губам. Он медленно втягивает ментоловый никотин, заполняя легкие мягким дымом. Комната уже давно пропиталась табачным запахом, только лёгкий ветер с не закрытой форточки развивал едкий дым. Чимин по хозяйски разволился на диване в гостиной и блаженно прикрыв глаза жадно делал затяжки, сжигая сигаретный табак. Дым струится через нос и Пак наконец-то открывает глаза. В комнате темно, только тусклый лунный свет тянется с окна. Медленные резкие биты доносящиеся с ванны перестали успокаивать. Какая это уже песня? Шестая? Парень сбился со счету. Кинув бесчувственный взгляд в сторону коридора, он замечает что привычное журчание воды прекратилось. Парень тяжело вздыхает и уже тянется к столику у дивана, но натыкается на груду стекла. Точно. Стола больше нет. Перед глазами вновь заплаканная брюнетка. -Успокойся - шепчет Пак подходя ближе. Девушка больше не старается стереть свои слезы, она отступает назад и лишь быстро отрицательно мотает головой. Чимин, как хищник не собирается останавливаться и уже хочет притянуть девушку к себе, но та лишь грозно вытягивает руку вперёд, говоря оставаться на своем месте. Не сработало. Пак продолжает наступать и чуть ли не вжимает все еще рыдающую брюнетку в стену. Он серьёзен, ни одна мыщца не вздрогнула на его лице. Глаза как всегда безэмоциональны и пронзают сквозь душу, недавая пошевелиться. Девушка уже хочет скатиться по стене, осесть на пол и продолжить рыдать. Но крепкие ладони парня кандалами захватили её запястья, недавая упасть. Она знает, Чимин своего решения не поменяет. Сейчас брюнетка даже жалеет, что рассказала Паку все. -Прошу, Чимин. Пожалуйста - заикаясь и шмыгая носом она снова шепчет. Тот никак не реагирует и продолжает следить за её глазами, губами, которые все это время подрагивали. Плавно спускается к ключице, груди и останавливает взгляд на животе. Вот. Вот причина их скандала. -Ты знаешь - резко поднимает он глаза, больше стараясь никуда не смотреть кроме её лица. Но и это сложно. Она умоляет его, никак не реагирует на все его слова. А он все еще держится, стоит на своём и опять выдает своим повелительным тоном. -Я ублюдок, сволочь, да блять я сущий монстр. Я торгую наркотой, сижу на ней и занимаюсь еще кучей чертового дерьмища. А теперь за все мои выебоны на меня устроили охоту. Никто лично не достанет меня. Если конечно же не найдет мои слабые точки. Одну я пока могу контролировать и обеспечить ей безопасность. А к появлению второй пока не готов - он облизывает свои пересохшие губы и сглатывает вязкую слюну. Блять. Нервишки начали сдавать. Пара голубых уже опустошенных глаз устремилась на Пака. Слез больше нет, только засохшие следы и слегка потекшая тушь, говорит о недавних рыданиях. Тело обмякло и если бы не стена и крепкая хватка Чимина брюнетка бы рухнула на пол и забилась бы в истерических конвульсиях. -Как ты можешь говорить мне, чтобы я убила нашего ребёнка? Ты сам себя слышишь?! Слышишь, что заставляешь меня сделать?! - она кричит, её глаза широко распахнуты, а на лице одно непонимание. Голос становится ещё громче. Чимин ненавидит, когда с ним разговаривают на повышенных тонах, но сейчас даёт брюнетке выговориться. Надеется, что это поможет ей успокоится, прийти в себя и понять всю сложность сложившийся ситуации (ну или просто жизни). Но вот только проблема в том, что девушка не собиралась ничего понимать. Такие просьбы (просьбы ли это? возможно приказы) перечеркивают все её принципы. -Аборт будет лишь спасением для нашего ребенка - спокойно отвечает Пак, а в девушку будто бес вселяется. От куда-то берутся силы оттолкнуть от себя парня и с яростью схватить статуэтку, которая секунду назад стояла на навесной полке с остальными школьными призами. Чимин, как ни в чем не бывало смотрит на свою девушку больше не подходя к разбушевавшейся. Пак спокойно наблюдает за тем, как побелели костяшки на руках девушки и то, на сколько сильно сжался её кулах вокруг статуэтки . Она и вправду в бешенстве, зла на Пака. Беременность стала для неё хоть и неожиданной, но радостной новостью. И она конечно же ждала такой же положительной реакции от любимого, но никак не это. Чимин будто предал её. Разбил все надежды. -Задумайся. Как только этот появится на свет, кто-то сольет информацию левой стороне и уж тогда его жизнь будет не в наших руках - медленно вкратчиво (жестоко) объясняет Пак. Конечно ей нужно было раньше подумать прежде, чем связывать свою личную жизнь с наркодилером. Нужно было сразу отказать парню. Она ведь знала о всех его грязных делах. Да поначалу сама боялась его из-за них. Но то, как Чимин после их знакомства окружил её любовью и по мастерски каждый раз приглашал на свидания, вскружило ей голову. Как по щелчку пальцев она влюбилась в него. Возможно их история не похожа на какой нибудь роман, но искренность их чувств является подлинной. -Я ненавижу тебя! Ты бессердечный урод! - отчаянно выкрикивает девушка, истратив последнии силы на противостояние Пака. Она яростно бросает статуэтку в сторону парня. Чимин отступив в сторону уворачивает от удара и следит за тем как стеклянный столик вдребезги разбивается от прилитевшей в него награды. Все произошло мгновенно. Стекло разлетевшееся по ковру, вновь начавшееся рыдание брюнетки и плеск воды в ванной, куда только что убежала разревевшееся девушка. Пак лишь смотрит в след брюнетки и не следует за ней. Он обходит стекло стороной и опускается в кресло, тут же доставая пачку ментоловых сигарет из кармана брюк. Черная рубашка неожиданно начала душить и пальцы тянутся к воротнику, растегивая сразу на две пуговицы. Шарканье зажигалки и маленький огонек опаляет конец сигареты. Первая затяжка. Чимин встает, подходит к окну и выбрасывает докуреную сигарету в приоткрытое окно, край ударяется о пластмаску и пепел сыпится на подокойнник. Черная сажа падает на белое покрытие и парень, как завараженный следит за крупицами черно-серого пепла. Только спустя пол минуты он приходит в себя и смахивает ладонью оставшийся темный песок. Голова забита мыслями о той ссоре. А перед глазами вновь она. Чимин отворачивается от окна и идет в сторону выхода с гостиной. Парень не останавливается и медленно направляется к ванне, все больше вслушиваясь в громко играющую музыку. Плавные биты запозают в его голову и уже мешают сосредоточиться на одной мысли (скорее всего это из-за неторопливого тихого пения певца) Чимин остановливается у двери ванной, но не заходит. Дверь приоткрыта. Стоит шагнуть вперед и оказаться в ванной, от куда и исходит эта музыка, но ноги стоят на месте без капли желания войти внутрь. Короткие всплески и шмыганье послышались из за двери ванной комнаты и Пак все же тянется к ручке, шире открывая дверь. Световая щель становится больше и тёмный коридор на мгновение полностью освещается, но потом парень входит внутрь ванной и прикрывает за собой дверь. Девушка спокойно устроившись на боку лежит в наполовину наполненой водой ванне. Её нижнее белье полностью промокшое будто стало еще чернее. Глаза Чимина не спеша проходятся по изгибам тела девушки, после чего он вновь слышит всхлип. Она знает, что он здесь. Знает, что Чимин стоит и разглядывает её, но сейчас она даже прогнать его не сможет. Он отказался от ребенка. Сказал,что лучше будет убить его. Он так аморально отнёсся к её чувствам, каждым словом он раз за разом выжигал раны на её груди. Снова шмыгнув носом девушка сжалась, а потом краем уха уловила шум бряжки ремня и как медленно начали спускаться темное джинсы Пака. Спина напряглась, но она все так же осталась лежать. Лишь мелкий всплеск воды выдал её. Как только Чимин залез в воду, девушка захотелв выпрыгнуть из ванны. Будто температура воды резко поднялась и жидкость начала обжигать. Но она до сих пор продолжала лежать. Теплая грудь слегка коснулась холодных участков кожи на её спине и следом на тело градом осыпались приятные мурашки. Такие же теплые пальцы легли на талию и начали медленно поглаживать живот. -Ты ведь не изменил своего решения - шепчет женский голос и рука на талии резко замирает. В уголках глаз девушки все больше накапливаются слезы от осознования реальности, что её любимый так хочет убить их ребёнка. Недолгое время они лежат в теплой воде утопая в тех же плавных мелодиях уже другой песни, редко улавливая женский плач. -Я не сделаю аборт. Я уйду от тебя - стойким, но слегка дрожашим голосом выдает девушка. Она старается не выдавать своего волнения. На такой серьёзный шаг она с трудом решилась и сейчас ничто и никто не вправе переубедить её. Рука на талии вновь оживляется и все плавные поглаживания возобновляются. От такого нежного Чимина хочется рыдать и все больше окунаться в его ласки. Пак успокаивает её своими обьятьями и сам не подозривая этого уже сотый раз заставил её пожалеть о словах о разрыве отношений. Но назад пути нет. -Уйдешь - тихо шепчет ей в ухо Пак, а кожа мгновенно становится гусиной. Чимин сделал свой выбор и так просто отпустил её. В груди невольно кольнуло. Пак тянется к лямке бюстгалтера освобождая девушку от промокшей ткани и носом касается её прохладной кожи на шее. Нужно бы оттолкнуть его, но эти прикосновения слишком сильно опалили её. Даже слова причинившие ей боль не могут унять тот факт, что у неё сильная тяга к Чимину. Она ничто без него, как и он без неё. Замкнутый круг. Он ведь увезет её. Увезет отсюда. Спрячет где-то в уютной (и неизвестном для остальных) уголке мира. Конечно будет часто проподать из-за своей "работы", но все же каждую ночь будет возвращаться к ней и поглаживать её округлый живот. Будет врать всем, что она рассталась с ним. А еще станет разыгрывать ненависть к ней из-за "ухода к другому", а потом в тайне бегать во время работы ей за хлебом с мороженым. Он все сделает. Главное больше не видеть этих слез стекающих по её лицу и не слвшать тихих всхлипов. Все это лишь останется в стенах ванной комнаты их старой квартиры.