My favorite Demon

— Ничего, но ты же помнишь, что с тебя десять ящиков? — Чимин ухмыляется, разворачиваясь в сторону входа в больницу, — Нам нужно ждать там, чтобы прийти к Тэ в палату пораньше. — Ты прав, — Чон подходит к Демону, — А все-таки... Тебе сказали, что пустят только тебя? Парень кладет руки в карманы штанов, сжимая кулаки. Чонгуку больно от одних мыслей об аварии. Он не может представить, что пережил Тэхён в тот момент, как больно ему было тогда, и самое главное, как ему больно сейчас. Наверное, он сейчас спит, отходит от наркоза, а возможно и то, что он мучается от боли, как в теле, так и в душе. — А что, ты против? — спокойным голосом произносит каждое слово Пак, — Думаешь, я уведу его у тебя? — Во-первых, ты не в его вкусе, — Чонгук быстро открывает двери, которые ведут в послеоперационное отделение. — Во-вторых, я все равно зайду туда сам, я должен увидеть его, как можно скорее, — твердо сказал Демон. — Но тебя же не пустят. — Чимин, — Чон громко вздохнул, показывая свое недовольство, — Это был не вопрос. Я зайду туда, а ты подождешь в коридоре, ясно? — Айщ, ну что за вредный ребенок? — слегка сморщившись, быстро сказал альфа. — Дедуля, у нас разница всего в 20 тысяч лет, — Чонгук неосознанно закатил глаза, — Так что не говори мне об этом, мы почти ровесники. Парни уже поднялись на 4 этаж, прошли до палаты Тэ и сели на скамейку, которая стояла неподалеку. Первые несколько минут Чонгук сидел более-менее спокойно. Он просто перебирал пальцы, то ковыряя их, то стуча ими друг об друга. Потом, через пару минут, он начал нервничать сильнее. У него не получалось скрыть это, его нога часто постукивала по полу. А спустя еще несколько минут Чон ходил по этому коридору из стороны в сторону, периодически подходя к дверям палаты, в попытках что-то услышать или разглядеть, но там была гробовая тишина, а через мутное стекло, расположенное в самой середине двери, можно было увидеть лишь силуэты людей, которые, кажется, что-то тихо обсуждали, иногда они подходили к Тэ, а потом отходили обратно. — Я ничего не слышу, — тихо, сквозь зубы, шепчет Чонгук, когда в очередной раз прислушивается, стоя возле двери. — Гук, ты можешь успокоиться? — неожиданно говорит Чимин. — Успокоиться?! — альфа поворачивается лицом к Чимину, а тот замечает, что в глазах Чонгука что-то начинает меняться, — Нет, черт возьми, я не могу успокоиться! — голос автоматически начинает срываться на крик, — Как мне успокоиться, если там лежит Тэхен?! Мой Тэхён. — Чон перестает кричать, так как замечает на себе странный взгляд друга, — Ты чего так пялишься? — спрашивает он уже спокойнее, но все еще раздраженно. — Глаза. Чонгук, твои глаза, — Чимин подходит ближе, не отводя собственных глаз от Демона. — Что не так? — Чонгук отодвигается от друга, когда тот начинает бесить своим надоедливым взглядом, он будто прожигает дыру невидимыми лучами. — Чонгук, ты... — если честно, Пак не знал, как правильно сказать потому, что впервые встретился с такой ситуацией. — Ты задрал меня, — Демон закатывает глаза, вновь начиная злиться, ему не нравилась эта неизвестность, она немного пугала, даже нет, не так, она сильно пугала, но не сейчас. Сейчас Чон был просто раздражен и зол на самого себя, ведь он считал, что это его вина, что Тэхён оказался тут из-за него. А все началось с какой-то, как казалось Чонгуку, безобидной шутки. — Просто... Я не знаю, как ты отреагируешь на такую новость, если можно так сказать, — Чимин вдыхает воздух, наполняя им все место в легких, решаясь сказать, — Твои глаза теперь не красные. И даже не черные. — Что? — Гук достает телефон из кармана, смотря на отражение своих глаз через экран, — Блять, Чимин, что мне делать? — Я должен доложить, Чонгук, — нехотя говорит эти слова Чимин. — Пак Чимин, ты не скажешь об этом никому, понял? — альфа нервничает, так как понимает, какие последствия могут быть, если правда дойдет до других, вышестоящих Демонов. — Но я не могу утаить такое, тем более рано или поздно все вскроется, — Чимин честно не хотел поступать как «крыса», но наказание было слишком жестоким, поэтому перед ним был сложный выбор, — Что ты тогда предлагаешь делать? — Эм, ну, тогда я буду носить линзы, — Чонгук с большой, нет, огромной надеждой в глазах смотрит на Пака, — Так ведь никто не будет знать, верно? — Чонгук, это слишком рискованно, ты же понимаешь, что с нами будет, если кто-то узнает? — голос звучит уже не так уверенно, наверное из-за того, что Чимин знает Чона уже достаточно долгое время, а характер Гука такой: либо все делают так, как хочет он, либо он сделает это один. Бесполезно пытаться найти компромисс, тем более уговорить на то, чтобы этот Демон пересмотрел свою точку зрения. Просто бесполезно. И, кажется, это знали все, кто был лично с ним знаком. — Конечно, понимаю, поэтому никто и не узнает. — Ладно, — Чимин до сих пор не верит в то, что ему придется рискнуть, — Тебе нельзя быть на людях без линз. Как ты сможешь увидеть Тэхёна? — Черт, — Чон задумчиво смотрит куда-то в сторону, — Тут много людей, как мне быть? — Надень свое кольцо, придурок, — Демон облегченно выдыхает воздух, так как это легкое детское мышление Чонгука, как он сам его называет «Сам дурак, это просто я один отдел мозга разрабатываю.» немного расслабляет, — Тэхён тебя увидит и так. Я имел ввиду то, что тебе не стоит появляться рядом с Демонами и Ангелами. — А, да, я так и понял, — Гук отворачивается от друга, чтобы подобрать оправдание, но тут неожиданно открывается дверь в палату Тэхёна. Из маленькой комнаты выходят двое мужчин средних лет, обсуждая что-то между собой. Чонгук и Чимин подскакивают с мест, практически налетая на врачей. — Что с ним? — спрашивает Пак. — Тэхён в порядке? — тут же говорит Чон. — Кем вы приходитесь больному? — говорит один из мужчин, равнодушно смотря то на бумажки в руках, то на двух Демонов. — Я... Я его жених, — выдает Гук, надеясь, что сможет убедить врача, а тот расскажет ему о состоянии Ангела. — А вы? — мужчина поворачивается в сторону Чимина, ожидая ответа. — Я его лучший друг, — голос немного дрожит потому, что кажется, что еще немного и их разоблачат. — Увы, но я могу сообщить состояние больного либо родственникам, либо тому, кто является самым близким человеком, — один из врачей уходит, когда к нему подбегает коллега и говорит что-то, — Могу ли я поговорить с вами? — Чонгук встречается взглядом с мужчиной, а после кивает, немного отходя в сторону. — Что с Тэхёном? Он в порядке? — Чон продолжает беспокоиться за Тэ. К тому же очень раздражает то, что врач долго тянет время и ничего не говорит. — У него сломано ребро, но вы не переживайте, ничего серьезного в этом нет, — он вновь перебирает свои бумажки, доставая оттуда одну из них, — Это рентген. На нем видно, в каком месте перелом, и насколько он сильный. Если присмотреться, то можно заметить, что кость сломана не до конца. — И что это значит? — заинтересованно спрашивает парень. — Это значит то, что заживление будет не таким долгим. Если соблюдать постельный режим, кость срастется недели за три, но это примерно. Многое зависит от того, насколько силен организм пациента. — Ах, хорошо, а когда можно увидеть его? — Демону очень хочется увидеться с Тэхеном, обнять его, подержать за руку, а самое главное- попросить прощения. — Сейчас он спит, вы можете зайти к нему уже через пару часов. Просто дайте ему отдохнуть, — мужчина разворачивается, уходя в какой-то коридор, — Всего хорошего. — Спасибо большое, доктор. Чонгук возвращается к Паку, облегченно выдыхая воздух, он начинает говорить. — Я сильно волновался, — парень садится на корточки, наклонившись на стенку спиной, — У Тэхёна все не так серьезно, как могло быть. — Чонгук, не тяни Черта за яйца, — парень закатывает глаза, — Говори уже, что с ним? — У него сломано ребро, — Гук тяжело вздыхает, пропуская кислород через все органы, выдыхает его обратно, с маленькой дрожью в теле, — Но ты же понимаешь, что могло быть намного хуже? — Понятно, — Чимин выжидает маленькую паузу, — А что еще сказал врач? — Сказал, что на заживление уйдет около 3 недель, но это зависит от самого Тэ, от сил его организма, ну, и все такое. — А когда к нему можно? — Чимин на пару секунд поворачивается к двери, ведущей в палату Ангела, а после опять смотрит на Чона. — Может, нам стоит купить ему что-то? — Завтра, как раз, зайдем в магазин, — альфа почесал рукой затылок, опустив голову вниз, — Но я не знаю, как попросить у него прощения. Как думаешь, он простит меня? — Надеюсь, ты ведь не виноват в этой аварии, а только в том, что обидел его шуткой, так что я уверен, он простит тебя, если ты искренне извинишься.

‧͙⁺˚*･༓☾ 𝘋𝘢𝘺 𝘭𝘢𝘵𝘦𝘳 ☽༓･*˚⁺‧͙

Демон просыпается от будильника под названием «Чимин». Со стороны выглядело очень забавно. Спокойно спящий Чонгук, и Чимин, который держа в руках подушку, пытается докричаться до Гука, чтобы тот проснулся. Вы спросите, зачем ему подушка? Она ему пригодится, если Чонгук все-таки сможет встать с кровати, то он обязательно наваляет тому, кто посмел разбудить его. Проходит несколько минут, как Чон бегает за Паком по всем комнатам и коридорам, наконец-то младший устает и останавливается. — Засранец неблагодарный, — кричит Чимин из другой комнаты, — Я же для тебя стараюсь. Парень аккуратно выглядывает из-за стенки, но не замечает там Чонгука. Демон идет дольше, прислушиваясь к каждой двери, чтобы понять, где этот «Мелкий прыщ на заднице». Но Чонгука нигде не было. Чимин обошел уже почти всю квартиру, а она была достаточно большой, тем более для одного жильца. Проходя мимо ванной альфа слышит звук воды, он подходит еще ближе, прислонившись ухом к белой двери. Проходит несколько секунд, но кроме воды ничего не слышно. — Эй, ты что там делаешь? — Пак смотрит прямо, будто бы сквозь стену. — Моюсь, — слышится сонный голос в ответ, — Хочешь присоединиться? — с ухмылкой говорит парень. — Не стоит, — Демон машинально отходит на пару маленьких шагов назад, — Мне такое не понравится. Вот если бы там был не ты, а Юнги, то это уже другой разговор. Ненадолго Чимин представляет такую картину, на его лице появляется довольная улыбка вперемешку с пошлым взглядом. Замечтался. — Я скоро выйду, — слышит Чимин и из-за этого возвращается в настоящий мир, — Приготовь что-нибудь похавать, я есть хочу. — Эй, у тебя что рук нет? — недовольно ворчит парень, — Сам приготовить не можешь? — Нет, не могу, — спокойно отвечает Гук. — Заноза мелкая, — Чимин уходит на кухню, все равно он тоже хотел перекусить. Пока на кухне Пак делает яичницу, Чон думает о Тэхёне. В голове крутится эта фраза «Не приближайся ко мне, Чон Чонгук!». Это было последним, что Ангел сказал Чонгуку. — А что... Если он не простит меня?