«У меня. Утром. Нежно.»

Какаши проснулся от чрезмерной яркости в глазах. Один маленький лучик солнца пробрался сквозь прорези штор и добрался до Хатаке. Он поморщился и перевернулся. Постель была слишком пустой, поэтому джонин всё-таки решил, что пора вставать. Потянувшись в постели, Какаши сел и осмотрелся. Пустота на постели рядом с ним была в небольшом сонном хаосе из скомканного одеяла, свалявшейся простыни и измятой подушки. Комнату заливал солнечный свет, пробивавшийся сквозь тонкую ткань штор. Какаши задержался на разбросанных на полу игрушках и одобрительно хмыкнул. По звукам он понял, что Ирука принимает душ, а это означало, что можно ещё поваляться в постели в его ожидании. Плюхнувшись обратно, Хатаке ещё раз сладко потянулся, и его взгляд зацепился за бумажку на прикроватной тумбочке. Какаши, открыв ее, прочитал: «У меня. Утром. Нежно.». Джонин хохотнул от такого наглого плагиата, но теперь уже весь обратился в слух, выжидая, когда чунин закончит свои водные процедуры. Спустя минут десять мучительного ожидания вода перестала плескаться во все стороны, послышалось легкое шуршание, и из ванной вышел Ирука. Он был в мягком теплом халате, с влажной кожей, все ещё вытирал волосы. Чунин легко улыбнулся Какаши: - Доброе утро,- он подошел и сел рядом на кровати. - Доброе,- Какаши положил ему руку на бедро и быстро метнул взгляд на бумажку и обратно,- Что за неуместное копирование? - Копирование?- Ирука замер,- Ты не хочешь? - Хочу,- Хатаке несильно сжал свою руку на бедре в подтверждение своих слов. - Тогда садись,- у Ируки, кажется, от сердца отлегло, на губах заиграла задумчивая улыбка. Какаши покорно сел на край кровати, ожидая действий чунина. Ирука с ногами забрался на кровать, немного помялся там, видимо, устраиваясь поудобнее, и Хатаке почувствовал на шее мягкие руки. Чунин начал поглаживать шею, постепенно усиливая нажим, переходя на массирование. - Мм, а день начинается неплохо,- Какаши чуть закинул голову, когда Ирука перешел на плечи. Умино очертил пальцами линию плеч и лопаток, обвел каждый позвонок, постепенно возвращаясь к плечам. На этот раз хорошо их помассировав, он перешел на руки. Проходя каждую мышцу, не упуская ни единой связки, Ирука добрался до кисти, обвел пальцами каждую фалангу. И так же со второй рукой. Какаши почти уснул от таких ласк, но его дрему прервал железный лязг и холод на запястьях. Он дернул руками, от чего холодный металл врезался в кожу. Тогда Ирука положил ему руки на плечи и шепнул на ухо: - Тише,- он мягко сжал руками плечи,- Ты так можешь пораниться. - Это месть?- со смешком спросил Какаши. - Это благодарность,- ответил Ирука. По его голосу было слышно, что он улыбается. Чунин продолжал массаж, плавно переходя на бока, а после и на торс любовника. Какаши начал дышать глубже, его грудь начала высоко вздыматься. Он не знал, чего сейчас ждать от Ируки, поэтому все его тело сейчас состояло из нервов, на которых Умино сейчас играл свою песню любви. Ирука тем временем с полноценного массажа перешёл на полноценные ласки. Он огладил живот Хатаке, зацепился пальцами за бедренные кости, и скользнул рукой по паху. На это Какаши резко выдохнул и вытянулся в струнку. Джонин повернулся, чтобы поцеловать Умино, но тот грациозно ушел от непрошенных губ. Краем глаза Какаши заметил достаточно похотливую улыбку на губах любовника, чтобы возбуждение стало окончательным и бесповоротным. Хатаке постепенно начал понимать, в какую игру его пытаются затянуть, но ещё не все правила были показаны. Когда все возможные части тела были обласканы, Ирука убрал руки. Он немного посуетился сзади, после чего слез с кровати. Перед ним сидел полусонный и очень возбужденный Какаши. Он был растрепан больше обычного, его поза говорила о некотором неудобстве его положения, а глаза следили за каждым движением Умино. Ирука улыбнулся достигнутому эффекту и продолжил. Он медленно снял с себя халат, демонстрируя Какаши свое возбуждение и, сев ему на колени, глубоко его поцеловал. Ирука был медленным, но жадным, давая понять партнеру, что прямо сейчас он здесь главный. Хатаке шумно втянул воздух в легкие. Он хотел обхватить Ируку, бросить спиной на кровать, припечатав своим телом его, чувствовать каждой своей клеточкой каждую его клетку, но поздно вспомнил о наручниках, от чего металлический браслет сделал ещё одну красноватую борозду на запястье. Ирука отнялся от Какаши и долго смотрел в его лицо. Хатаке посмотрел в лицо Умино и увидел в нем невероятную нежность и любовь, с которой на него никогда не смотрели. - И что ты собираешься делать?- с хрипом спросил он. - Довести тебя до бешенства,- красноречиво выразился Ирука и встал с его колен. Он поставил в трех метрах от Какаши кресло, после чего сел на него. - И от этого я должен беситься?- Хатаке вскинул бровь. - Думаю, да,- деловито сказал Ирука и достал из сиденья смазку. Он сел на стул, закинув ноги на подлокотники, заставив Какаши любоваться округлыми чертами яичек, подрагивающим членом с розовой головкой и сжимающемуся кольцу мышц ануса обрамленному мягкими ягодицами. Сначала Ирука провел рукой по своему члену, от чего закусил губу (Какаши, отзеркалив, сделал то же самое), после сжал в руке член, обрисовывая на головке круги большим пальцем, пока та не стала ярко-розового цвета. Замерев на секунду, Умино сделал два резких движения по стволу и издал самый развратный стон на свете. Какаши практически поднялся с места, но по правилам игры он должен смотреть, так что Хатаке опустился обратно с ноющей тяжестью внизу живота. Ирука продолжил медленно водить рукой по члену, второй рукой поглаживая яички. Теперь из его груди периодически вырывались короткие стоны, которые натягивали струну терпения Какаши все больше. Когда стоны участились, а струна терпения, казалось, вот-вот лопнет, Ирука вдруг остановился. Он кинул томный, полный желания, взгляд на Хатаке, и улыбнулся, увидев там отражение своих желаний. Чунин выдавил немного смазки на руку и стал медленно водить пальцами вокруг ануса. Мышцы постепенно расслаблялись, расширяя кольцо, в которое вскоре проник один пальчик, от чего Хатаке чуть не зарычал. Умино легко засунул в себя палец целиком и так же легко вынул, после чего резко ввел в себя два пальца и всхлипнул. Какаши опять был готов наброситься на него, но теперь его остановил резкий серьезный взгляд партнера. Хатаке сел на свое место, скрипя зубами. Ирука подождал, пока не привыкнет к новым ощущениям, и начал резко двигать рукой, разрезая стонами пространство. Позже он положил вторую руку на член и стал ублажать себя с обеих сторон. - Ирука,- не своим голосом позвал Какаши. Чунин посмотрел на него пьяными глазами,- Иди сюда. Ирука, будто по приказу, поднялся, и оперся коленями на кровать по обе стороны от Какаши. Хатаке чувствовал жар, исходящий от партнера и передававшийся ему. Он закусил кожу на животе Умино, который все ещё не сел на него. Чунин посмотрел в глаза просящего Хатаке и хищно улыбнулся. Какаши почувствовал как чужой член трется об его живот и грудь, когда Ирука наклонился, подставляясь своим пальцам. Боже, какой же было мукой чувствовать, но не участвовать. Джонин целовал-кусал Умино за бок, пока тот двигался навстречу своим пальцам, заставляя член Какаши подрагивать от нетерпения. - Ирука, я... больше... не...грх,- процедил Какаши, чувствуя, как развязывается узел в паху. Чунин хорошо почувствовал это и резко сел на член Хатаке. Понадобилось всего пара толчков, чтобы Какаши кончил. Затем, доведя себя, кончил Ирука. Немного придя в себя, Умино расстегнул наручники, и начал массировать затекшие руки Какаши. - По-твоему, это нежно?- хрипло спросил Хатаке. - По сравнению с тем, что было вчера - да,- Ирука легко улыбнулся ему и поцеловал запястье в том месте, где скоро будут синяки.