Омут Памяти

Ледяной ветер пронизывал каждый уголок Хогвартс, пробираясь даже в самые потаённые его части. Октябрьское утро стало больше похоже на тёмный, туманный вечер, где всё скрыто мглой. Небо задыхалось в кромешных тучах, душивших его, поглощающих каждый, старавшийся пробиться сквозь них, лучик света, посылаемого солнцем. Не было больше улыбок, не было того света, каким горел этот замок прежде. Звуки иссякли, свечи потухли, лица, уже успевшие забыться, навсегда померкли, оставаясь живыми лишь на фотографиях, развешенных вдоль всех коридоров. «Сириус Блэк, Нимфадора, Альбус Дамблдор…» - мысленно проговаривала Фелиция, проходя меж узких, как ей казалось стен, всматриваясь в, казалось бы, живые улыбки и радостные лица на их портретах. «Северус Снейп, Аластор Грюм, Тед Тонкс…» - их лица всё ещё сияют, отсвечивая то белизной улыбок и радостным смехом, каким те заливаются на фотографиях, то угрюмыми, поникшими минами. Грюм же, как и всегда, держит свой грозный вид, вглядываясь в камеру обоими глазами. Снейп тоже, как человек, который не был щедр на эмоции, стоит чуть потупив взгляд, укрываясь снова и снова своей чёрной как ночь мантией. «Седрик Диггори, Колин Криви, Винсент Крэбб…» - фотографии перетекают бесконечной рекой по стене, украшенной цветами и свечами, что никогда не перестают гореть. Ведь в школе полно неравнодушных учеников и детей, что раз за разом приходят сюда по нескольку раз в день, навестить, почтить память их героев, вспомнить совместные будни или же просто побыть наедине рядом с теми, кого они любили. - Вот оно, - остановившись перед одной из наиболее заметных фотографий, разделённой пополам и украшенной чёрной лентой, девушка несколько минут всматривается в портрет, а потом с замиранием сердца улыбается и произносит: - Здравствуй, Фредди. – Всё внутри снова сжимается, а слёзы, из последних сил цепляясь за уголки глаз, остаются на месте, кое-как не сбегая по щекам. – Прости, что давно не заходила. – Снова улыбнувшись лишь кончиком губ, она легонько дотрагивается до портрета рукой, чувствуя, насколько рыхлой и тонкой стала бумага. Её срок, пусть и в волшебном мире – недолговечен. Скоро этот портрет, вырезанный кем-то из преподавателей из газеты, совершенно раскрошится и уйдёт в небытие. Потупив взгляд в пол, смахивая набежавшие слёзы, Фиалка достала палочку, сделала взмах и полушёпотом произнесла: «Орхидеус». Чудесное заклинание, способное создавать цветы, однако сейчас оно создало не что иное, как прощальный венок, помещённый под портретом её любимого человека. Человека, которого больше нет, и которого уже невозможно вернуть. - Мисс Калвар? – Раздалось сзади. Фелиции пришлось резко обернуться, увидев в нескольких метрах от себя профессор Макгонагалл. Она кардинально изменилась за этот год. Если раньше, и без того пожилая женщина спокойно жила и вовсе не менялась с годами, то этот год состарил её сразу на несколько лет. Морщины стали заметнее, лицо совсем исхудало, а глаза, казалось, не переставали быть красными от пролитых слёз. Женщина с сожалением смотрела на свою ученицу, не в силах пошевельнуться или проронить хоть слово. Лишь стояла, сложа руки в замок и наблюдала. Наконец, осмелившись, она сделала несколько шагов вперёд, вставая рядом. Её взгляд также пал на портрет бедного погибшего юноши. - Мне жаль, - с трудом произнесла Профессор, поворачиваясь к Калвар. - Я уверена, профессор, что там ему не так плохо. – Фиалка поджала губы, всё ещё стараясь не показывать своих настоящих эмоций. – Вместе с ним погибло ещё множество прекрасных людей. – Проведя рукой, она обвела коридор, указывая на большое количество других фотографий. На одной из них, по просьбе Гарри были изображены Джеймс и Лили Поттер. На секунду они обе улыбнулись, смотря на этот снимок. – Уверена, там есть те, кто о нём позаботится. - Верно, моя дорогая. – Минерва подалась вперёд, приобнимая её за плечо, нарочно отводя в сторону. – Понимаю, как вам тяжело, мисс Калвар. Но прошу вас не забывать о том, что жизнь есть, жизнь продолжается и… - Возвращаясь взглядом к снимку Фреда, она поёжилась, боясь сказать что-то не так. – И, я думаю, что мистер Уизли, будь он здесь, не был бы доволен вашей печалью. Думаю, он хотел бы, чтобы вы были сильной. Девушка хмыкнула, потирая ладони, и опустила голову. В её голове крутилось такое количество мыслей, что их было невозможно уловить, невозможно сосчитать. Одна цеплялась за другую, создавая водоворот, что засасывал её всё больше и больше. « - О чём задумалась? – Ехидно проговорил парнишка, усаживаясь у костра, протягивая руки ближе к огню, чтобы поскорее согреться. Ещё волосы сильно растрепались, спутались, напоминая один большой комок шерсти, а лицо источало непоколебимую радость и позитив, впрочем, как обычно. - Звёзды. – Девушка была не в силах оторвать взгляд от неба, которое было усыпано миллиардом бриллиантов, что переливались разными цветами: от светло-белого к тёмно-синему, а от тёмно-синего к ало-красному, а от нему к яркому, насыщенному зелёному. Их было столько, что никто и никогда в мире не сумел бы их сосчитать, а светились они так ярко, что вполне можно было обойтись без фонарей. Даже луна померкла на их фоне. – Они сегодня необычайно красивы. Юноша на секунду замер, просто любуясь этой картиной. Нет, не чудным февральским небом, а ею – сидящей на одном из дубовых брёвен, около леса, укутанную в полосатый шарф, глазеющей на манящее, пленяющее небо, что дарило ей надежду каждый день. Решившись, собравшись с духом, Фред подсел ближе, легонько касаясь её ладони своей. Накрывая и сжимая так крепко, как только мог, заставляя обратить на себя внимание. И она обратила, взглянула на него, недоумевая, чем вызвано такое странное поведение. - Знаешь, кто ещё сегодня необычайно красив? – Он позволил себе чуть больше – завёл руку к её лицу, заправляя выбившуюся прядь волос обратно за ухо. Его глаза заблестели. Также как все эти звёзды на небе. Подавляя желание рассмеяться, Калвар старшая немного попятилась назад, поджала губы и процедила: «И кто же?». - Я. – Спокойно ответил парень, сразу же заливаясь звучным смехом, который определённо можно было услышать на другом конце леса. Девушка лишь закатила глаза, отворачиваясь. - Кто бы сомневался. – Не сдержавшись, она тоже тихо рассмеялась, поправляя палкой дрова, которые продолжали негромко потрескивать в объятиях пламени. – Такой момент испортил, Уизли!» « - Фред? Фред! – Никаких звуков вокруг, лишь кромешная тишина и звуки плача, доносящиеся откуда-то далеко, возможно, из главного зала. Кривые, искажённые боем стены, потихоньку продолжают рушиться, падая на пол кусками разных размеров. От пыли, мусора и металлического запаха крови – болят глаза и нос, обоняние и зрение частично пропало и из-за токсичных паров. Стряхнув с себя лишние осколки, Фелиция делает несколько шагов вперёд, распахивая двери школы, коченея на ходу. Горы трупов, скрытых простынями. Стоны и плачи пострадавших, воздух, пропитанный зловонным запахом смерти и кровь. Кровь была повсюду: на стенах, на полу, на людях. Везде. Была. Кровь. Еле удерживая в руках палочку, старшая продолжает идти вперёд, готовя себя к самому худшему. Но как можно к этому подготовиться? Наконец, дойдя до середины зала, она встречается взглядом с ним – Джорджем. Его глаза, обезумевшие от горя, бегают по ней, словно она и есть убийца. С его губ продолжает срываться крик, напоминающий дичайшую болезненную агонию. Его руки трясутся с такой силой, что вместе с ними сотрясается и всё его тело. Его тело медленно оседает на землю, рядом со своей половиной. Погибшей, трагично погибшей половиной – Фредом Уизли. В желании закричать изо всех сил, она выбегает на улицу, понимая, что не сможет подойти к трупу любимого. Она не сможет взглянуть в его стеклянные глаза, в которых не просто была жизнь – они дарили жизнь и надежду другим людям. Не сможет взять его каменную, холодную руку в свою, зная что уже никогда не ощутит того же тепла. Не сможет обнять его, ощущая лишь холод, вместо энергии, которую словно солнце, излучал Фред. Забежав за угол здания, она переходит на бег, со всех сил срываясь куда-то вдаль, в тёмный лес. Из её глаз текут слёзы, а сердце колотится так, что вот-вот выпрыгнет из груди. Лицо дико сводит от напряжения, оно будто бы немеет, от той силы, с которой срывается крик с её губ. Весь мир вокруг перестаёт существовать. Гром тишины обрушается на неё словно ливень с неба. Оказывается, иногда пустота может быть гораздо тяжелее, чем наличие чего-то внутри. Упав на землю, Фелиция переворачивается на спину, закрывая лицо руками, и просто старается дышать. Не выходит. Воздух предательски покидает её лёгкие, заставляя всё в её глазах покрываться чёрной пеленой. «Раз, два, три!» - резким рывком она заставляет саму себя подняться на ноги и утереть слёзы. Картинка снова начинает проявляться, ужасая её ещё больше, чем минуту до этого: разбитые ладони и колени. Окутанная душевной болью, девушка совершенно позабыла о физической. Бровь тоже рассечена, но заметить это она может лишь по струйке крови, медленно стекающей по подбородку. Вдыхая и выдыхая, восстанавливаясь, Фелиция встаёт ближе к одному из деревьев, опираясь рукой об него рукой, стараясь собрать весь пазл по кусочкам: Фред Уизли мёртв, а Тёмный Лорд всё ещё жив. Эта мысль провоцирует её на ещё один болезненный потуг, от которого тянет рвать. Хватаясь за живот, Фиалка склоняется к земле, однако не может ничего сделать, лишь снова и снова срывается на крик от истязающей её боли. Всё сменяется в секунду, когда весь лес озаряется яркой светло-зелёной вспышкой. «Нет!» - проносится в её голове, когда она, вооружившись палочкой, срывается с места, подбегая ближе к месту, откуда и был свет. Бездыханное тело Гарри Поттера лежит на земле, а над ним, склонившись, что-то бормочет Нарцисса Малфой. «Мёртв» - срывается с её губ, и новая волна ужаса окутывает всё тело Калвар старшей. Её тело трясёт с такой силой, что не в силах устоять на ногах, она садится на землю, закрывая рот обеими руками – только бы не закричать. Гарри Поттер тоже погиб, в тот день, спасая остальных. Однако если ему было суждено ожить и вернуться в Хогвартс вновь – то остальным же повезло куда меньше» - Вы правы, Профессор. Простите. – Выдавив улыбку, Фиалка осторожным движением обходит Минерву, вставая чуть ближе. – Разве сегодня первый урок у нас проводите не вы? – Сглатывает от нервов. - Ох, нет. – Взмахивает руками преподавательница. – Я лишь хотела предупредить вас, что первый урок у вас проведёт профессор Люпин… Думаю вы знаете куда нужно идти и мне не придётся указывать вам дорогу. – Подмигнув и, кажется, искренне улыбнувшись, профессор обходит её с другой стороны, устремляясь прямо на выход. Видимо, хочет подышать воздухом, или же взглянуть на первое занятие по квиддичу за год. – Не опаздывайте! – Успевает бросить женщина, перед тем как покинуть коридор. Последний раз оглядев фотоснимки, Фелиция улыбается, будто бы Фред жив и прямо сейчас смотрит на неё. «Увидимся на той стороне, Фредди». *** Cтоя на необъятного размера поле, Розанна, держа в правой руке свою метлу, а левой теребя подол костюма для квиддича, нервно кусала губы, не в силах перестать оглядываться по сторонам. Мысли в голове разбегались. С каждой минутой их становилось всё больше и больше, и разложить их по полочкам никак не представлялось возможным. Как же давно она не была здесь. Сейчас она уже совершенно позабыла какого это – полёты на метле, ветер, бьющий в лицо и растрёпывающий волосы, ощущение полнейшей свободы, когда ты в небе и человечки, которые кажутся совсем крохотными и жалкими, если смотреть на них с высоты, с уровня полёта. Её метла уже покрылась пылью, стоя на общем складе. Розе пришлось долгое время приводить её в нормальный вид, чтобы выйти сейчас на поле со спокойной душой: протереть, отполировать, начистить и ещё множество мелких деталей, которые сохраняли в себе память о плачевном дне. В ту самую битву погибли не только люди, но и места, а с ними и воспоминания, которые были с ними связаны. Бессонницы, тревоги, панические атаки и ночные кошмары не оставляли её по сей день, заставляя снова и снова окунаться в атмосферу боя. Боя насмерть. И смерть, которую все приняли как старого друга. Из размышлений её выдернул внезапный крик: «Рози! Поднимайся уже, нечего прохлаждаться!». Когда девушка подняла голову, то заметила, что все участники команды Слизерина по квиддичу уже в небе, а значит пришло время и ей занять свою позицию – загонщика. Подобрав с земли лежащую рядом биту, а затем сев на метлу, она взлетела в воздух, стараясь держаться как можно ровнее. Тело совершенно позабыло эти ощущения. Стало страшно, хотя никогда прежде она не боялась ни высоты, ни смерти. Сейчас же её жизнь полностью перевернулась. - Ты как? – Послышалось где-то рядом. Заворожённая новыми чувствами, Роза не сразу обратила внимание на голос блондина, парящего рядом. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы выжать улыбку и, наконец, сосредоточившись, ответить: «В порядке». Юноша лишь кивнул в ответ, глядя куда-то вниз, где их тренер уже раскрыл коробку со зловещими мечами, выпуская каждый из них наружу по очереди: квоффл, бладжер, снитч. Целью Розанны был непосредственно бладжер, который абсолютно хаотично перемещался по всему полю, иногда удаляясь за его пределы, только и ожидая пока участник какой-нибудь команды ударит по нему битой, запуская в противника, что было, к слову, разрешено правилами игры. - Не зевай. – Бросил ещё раз Малфой, прежде чем ринуться вперёд, навстречу ловцу команды Когтеврана, что были их противниками на сегодня. Это лишь тренировка, но уже через неделю им предстоит их первый матч, от которого будет многое зависеть. Например, сможет ли в этом году команда Слизерина занять первое место в школе, а затем и отправиться на соревнования с лучшими командами других школ, а далее, как и предполагает логикой – чемпионат мира. Пропустив его слова мимо ушей, девушка лишь подлетела ближе к воротам, занимая обороняющую позицию, выставляя биту вперёд. - Летит! – Крикнул вратарь, как раз перед тем, как Рози со всей силы отпихнула мяч, посылая его в одного из противников. На секунду её сердце сжалось от жуткого страха: она ведь может и убить его. Но ей совершенно этого не хотелось! Поэтому, как только мяч попал в его метлу, она хотела было уже ринуться вперёд, но заметив, что юноша крепко держался за свой нимбус, и его лишь несколько раз прокрутило вокруг своей оси, она расслабилась, возвращаясь на место. Страх и воспоминания никак не давали ей сосредоточиться. В итоге картинка и вовсе поплыла, ведь с непривычки и сильных порывов ветра её глаза жутко слезились. Попытки протирать их ладонями – тщетны, кожаные перчатки лишь царапали веки, добавляя неприятных ощущений. Тряхнув головой от раздражения, она схватилась за метлу, тихо выругавшись и бросилась с ней ближе к центру. Однако не успела всего на мгновение. Мяч, который она намеревалась перехватить – успешно достиг их ворот, добавляя десять очков в копилку Когтеврана. - Чёрт! – Тряхнув рукой с битой, она снова взмыла ввысь, отбивая метающийся бладжер с такой силой, что тот сразу же пробил только поклеенную новую обшивку трибун. Когтевранец, в метлу которого она метила, но которому удалось увернуться, лишь посмеялся с её рассеянности. Тренировочный матч вышел недолгим. Все играли после длительного перерыва, поэтому, непривыкшие к таким условиям, студенты быстро утомились, поэтому сразу же садились на землю, как только опускались обратно вниз. Розанна, бросив биту обратно к другим атрибутам матча, собиралась уже пойти в раздевалку, когда её снова позвали по имени. Ей пришлось обернуться, пусть и не очень хотелось. Вся команда смотрела на неё с нескрываемым разочарованием. Особенно капитан команды – Маркус Флинт. - Роза! – Грозно прикрикнул он, делая несколько шагов навстречу, отбрасывая метлу в сторону, будто бы освобождал руки для предстоящей бойни. – Что происходит? Ты разве не понимаешь, что это – не игра? Это выглядело так плохо, что играй ты так и раньше – никогда бы не попала в команду по квиддичу. Девушка раскрыла рот, собираясь высказать что-то в своё оправдание, но ей не пришлось. Малфой встал перед ней, добавляя расстояния между этими двумя, готовыми порвать друг друга здесь и сейчас. - Оставь её, Флинт. Ты ведь понимаешь что это первая тренировка за год. Она просто растерялась. – Закрыв её своей грудью, лицо Драко было в паре сантиметров от Маркуса, который был настроен так агрессивно, что будь у него палочка – их двоих бы здесь уже не было. - Тогда почему все остальные играют куда лучше? Ты и тот играл куда лучше, хотя, так же как и мы все, не тренировался. Не ответишь на это? – Он стукнул метлой о землю, отталкивая Малфоя грудью. Юноша опустил голову вниз, не сменяя позиции – стоя перед юной Розой. Внутри у девушки всё сжималось. Ей было больно и обидно от происходящего. И пусть она понимала всю свою вину и перед командиром и перед командой, но ничего не могла с этим поделать. Ничего не могла поделать со щемящим чувством утраты, преследовавшим её каждый день, с чувством одиночества, которое обрушилось на неё из-за молчания сестры, с чувством полного разочарования в себе, особенно сейчас, после этого матча. Она перестала вслушиваться в происходивший далее монолог, просто покачиваясь с ноги на ногу, потупив взгляд в пол. Сбоку были слышны негромкие насмешки команды соперника, на которые ей было также плевать. Ей просто хотелось уйти, и как можно скорее. - Маркус, - наконец выдвинулась вперёд, оставляя блондина позади себя. – Я поняла тебя, прости, что сегодня сыграла так плохо. На следующей тренировке я постараюсь выложиться на полную. – Она из последних сил постаралась выдавить дружелюбную улыбку, однако паренька это ни капли не смягчило. Последний раз яростно взглянув на неё, он лишь добавил: - Не постараешься, а выложишься. И гораздо лучше. – Слово гораздо он выделил громким тоном, подчёркивая важность этого действия. – Иначе я спокойно найду тебе замену, и кубка мира ты не увидишь даже с последнего места на трибуне. Нарочно задев её плечом, он увёл всю команду с поля, оставляя её стоять в полном одиночестве. Весь воздух как будто бы высосали из её лёгких, заставляя задыхаться. Квиддич – её любимая игра и самое любимое занятие чтобы отвлечься, даже этого она грозилась лишиться, если не сумеет взять себя в руки и провести достойные соревнования. Слёзы сами накатили, и, не будучи в силах их сдерживать, она быстро убежала с поля, оставляя там метлу и свою форму, что покоилась в ожидании хозяйки где-то в раздевалке. Уставшая, измученная постоянными порицаниями, то со стороны сестры, то со стороны преподавателей, а теперь ещё и со стороны друзей и сокомандников, она, разбитая и обессиленная, уселась на береге чёрного озера, чувствуя на себе нечто похожее на поцелуй дементора – всю радость из неё будто бы высосали. Её тело, казалось, обмякло, потихоньку проваливаясь в колючую зелёную траву, а разум окончательно поддался эмоциям, утопая в одних лишь плохих воспоминаниях. « - Они ведь всё равно узнают, узнают, что ты сделал это! – Не в силах прекратить плакать, Розанна скатывается по стене, зажимая рот руками, душа крик где-то в лёгких. – Они убьют тебя, отправят в Азкабан, слышишь?! – Снова подскакивая, подбегает к молодому человеку, хватая его за пиджак и начиная трясти. – Зачем, зачем ты согласился и пошёл на это?! – Её руки резко разжимаются, а юноша отбрасывает её от себя, нервно скалясь. Ему самому страшно, до смерти страшно от того, какая судьба ждёт его теперь. Что предстоит пережить ему и его родителям, да и ей – единственной любимой девушке, которая знает о том, кем на самом деле является Малфой теперь. - Они ничего не смогут мне сделать. Это Снейп, Снейп убил его, а не я! – Поправляя чёрный костюм, он оттягивает воротник, ведь от нервов ему кажется, что тот его душит. Вообще всё душит его в этой комнате – воздух, которого катастрофически мало, стены, что, кажется, съезжаются всё ближе и ближе с каждой секундой, надавливая на него, одежда, да даже она – Рози. Его единственная, милая и дорогая Рози, ради которой он поставил свою жизнь на кон. Сейчас она раздражает его своим непониманием и эмоциональностью. Вот бы сейчас она повела себя как раньше – холодная королева, не имеющая чувств ни к кому, кроме него. Однако эти чувства и рушили ей холод, и он это прекрасно понимал. - Драко, - немного успокоившись, она подходит ближе, утыкаясь носом в его грудь. Юноша не знает как себя вести. Он не привык к подобному проявлению чувств. Вообще не привык их как-либо проявлять. И пусть он имел их, много, но совершенно не знал, как их показывать, как ими делиться. – Пообещай, что всё будет хорошо. – Жуткий ужас окутал всё её тело, заставляя кончики пальцев неметь, не имея возможности двигаться. Малфой склонил свою голову, зарываясь носом в её волосы, чувствуя их запах – хотя бы одна вещь, которая успокаивала его сейчас. Сердце дрогнуло, пропуская один удар. Он опустил руки ей на плечи, обвивая, прижимая ближе к себе. - Обещаю». Это слово эхом проносилось в её голове. Снова и снова, раз за разом, день за днём. Её одежда намокла, с неба полил дождь, а Роза так и продолжала лежать на траве, с закрытыми глазами. Картинки снова сменились. « - Ты не будешь с ним встречаться! – Фиалка держит в руках письмо, только лишь доставленное совой прямиком из дома Малфоев. Её челюсть плотно сжата, губы чуть дрожат от напряжения, а пальцы лихорадочно исследуют лист бумаги, с начертанными на ней буквами. - Это не тебе решать! – Стараясь догнать её, Роза делает уже пятый круг по спальне, рассориваясь всё больше и больше. С какой стати она решила, что может делать такой выбор за неё, с какой стати она будет ею командовать? В душе начинала таиться обида. - Боюсь, что мне, Рози. Твоя жизнь мне важнее. – Обойдя стол, Фелиция бросается к камину, швыряя письмо в огонь, где то моментально воспламеняется и сгорает. Розанна срывается на крик, подбегая, но замечая на месте только что белеющего листа бумаги лишь пепел. - Ты идиотка! – Кричит она, набрасываясь на сестру с кулаками. Та лишь делает шаг назад, наблюдая за тем, как, не удержав равновесие, сестра падает в кресло. – Какое право ты имеешь мне указывать, что делать, а что нет? Я сама решу с кем мне встречаться! – Схватив лежащую рядом подушку, она швыряет её в Фиалку, заливаясь слезами. – Ты мне не сестра, раз позволяешь себе такое поведение, по отношению ко мне! – Кинув ещё одну подушку в её сторону, она промахивается, ведь девушка успевает трансгрессировать на лестницу, находящуюся слева от них. Она снова молчит, лишь смотрит на неё с укором и какой-то обидой. Поджав губы, Калвар старшая ухмыляется, пряча руки в карманы, а затем, перед тем как развернуться спиной и уйти, быстро произносит: «Он убил Альбуса, встал на сторону зла. Думаешь, ради тебя он одумается и изменится?». Когда её силуэт скрылся на лестнице, ведущей на верхний этаж, Роза подскочила с места, подбегая к ступенькам, крича куда-то наверх: «Он не убивал его! Ты ошибаешься, и я не хочу иметь с тобой ничего общего, раз ты не веришь даже мне!». - Хорошо! – Было ей ответом». С тех пор они и не могут общаться нормально. Даже после пережитой битвы, они не стали лучше относиться друг к другу. И младшую сестру это, пожалуй, угнетало куда больше чем старшую. Для Фелиции это стало настоящим предательством, а для Розы – долгой и затяжной обидой, от которой она никак не могла избавиться. - Эй, ну же, вставай. – Голос рядом заставил её вздрогнуть, поспешно вскакивая со своего места. Вся одежда промокла, как и волосы, как и обувь. Перед ней стоял всё тот же Малфой, скрывающийся под чёрным зонтом. Он еле заметно улыбался, приглашая её встать рядом. Поспешив сделать это, она поскорее прильнула к нему, крепко обнимая, совершенно не стесняясь своего вида и своих слёз. Она знала, что рядом с ним ей не нужно будет этого бояться. И для него тоже – Рози была тем самым человеком, кому он прощал все нарушения его личных границ и привилегий. Если бы кто-то другой осмелился притронуться к нему, будучи полностью вымокшим под дождём, он бы брезгал, отпихнул бы такого человека от себя, но не её. Она – совершенно другой человек. А он – вовсе не такой, каким видит его сестра Рози. - Пойдём, тебе нужно переодеться, а затем, я хочу тебя кое-куда отвести. – Он легонько провёл несколько раз ладонью пот её спине, стараясь создать хотя бы минимальное ощущение заботы. Почему минимальное? Снова-таки, потому что банально не понимал, как её проявлять. - Куда? – Девушка заглянула ему в глаза, улавливая в них блеск, а затем, обращая внимание на его улыбку, которая с каждой секундой понемногу растягивалась. - Увидишь, пойдём. – Придерживая её одной рукой за талию, а другой, удерживая зонт, они вместе отправились обратно к раздевалкам и полю, с которого она так быстро убежала. *** Встреча с Римусом вышла по-особенному тёплой. Такой, какой её только можно было представить: ликующие возгласы учеников, больная улыбка на его лице, которая постепенно начинала принимать свой прошлый, настоящий вид, множество объятий и, конечно же, похвала для каждого, кто преуспевал – он не был скуп на неё. Повторяя снова и снова рассказанные им ранее заклинания, он безустанно демонстрировал настоящий профессионализм, которому могла бы позавидовать даже сама Минерва. Но, только если, белой завистью, на другую она была просто неспособна. Выйдя из кабинета, ученики разбрелись кто куда. Кто-то пошёл в главный холл, кто-то ушёл в учебный кабинет, а кто-то отправился на завтрак, усаживаясь с компанией друзей, или же в полном одиночестве, с потёртой временем книгой, или стаканом тыквенного сока. Фелиция же, перед тем как выйти из кабинета, дождалась, чтобы все ушли, оставаясь один на один с Люпином. Ей не нужно было много слов, хотелось сказать лишь одно. Она обернулась на мужчину, собиравшего в охапку разные бумаги и книги, перечитывая их раз за разом. - Профессор, - тихо произнесла девушка, замечая, что чуть не напугала того. Он, видимо, решил, что остался в кабинете совсем один, но этом было не так. - Да, мисс Калвар? – Снова ослепляя её свой улыбкой, Люпин по привычке всунул руки в карманы, выходя из-за стола, вставая перед ним. Его голова склонилась набок, заинтересованно разглядывая ученицу. Без пошлости, сарказма, лишь удивляясь тому, как сильно та изменилась за год, как потрепала её жизнь. Римус знал всё: и о потерях, которые та понесла, ведь он понёс не меньше, и о трудностях, которые ей приходилось преодолевать и тогда и сейчас, и о том, как сложно стало ей выражать простейшие эмоции. Всё было видно по её лицу. - Я лишь хотела сказать, что крайне рада, что вы вернулись. – Улыбнувшись ему в ответ, она кивнула, покидая классный кабинет, выходя в коридор. Мужчина тоже улыбнулся, оставляя ответом молчание. На душе стало чуточку теплее и приятнее. Возможно, здесь и вправду его настоящий дом. Побродив ещё немного по коридорам, Фиалка вышла к холлу Хогвартс, откуда могла отправиться куда угодно: в кабинеты, на завтрак, в спальню или же на улицу. Но тут её осенило: Хагрид просил её и Гарри зайти. Пусть сейчас не конец дня, но она вполне свободна. Следующий урок будет не скоро, да и найти Поттера не должно стать особой проблемой. Поразмыслив несколько секунд, она заторопилась в главный зал, где было уже достаточно шумно. Многие завтракали, обсуждая прошедшее лето и планы на будущий год. Кто-то делился впечатлениями о поездках в другие страны, а кто-то же наоборот, жаловался, что всё лето просидел на Родине, дома. Игнорируя очередные печальные мысли, что так и лезли стремительно в голову, Калвар прошла вперёд, выискивая глазами, среди всех учеников Гриффиндора, необходимого ей парнишку, как вдруг: - Фелиция! – Женский голос, такой дружелюбный и знакомый, откуда-то сбоку. Она сразу же обернулась, видя перед собой дорогих её сердцу друзей: Полумну, Гермиону, Рона и, стоящего в самом центре, Гарри. Видимо, до этого они стояли и обсуждали что-то вместе. На их лицах сияли улыбки, такие счастливые, будто бы они все вместе проснулись от кошмарного сна, да, именно сна, словно это было вовсе не наяву. Подбежав к ним, она захватила Рона и Гермиону в крепкие объятия, притягивая этих двоих к себе, радостно смеясь. Пожалуй, впервые за этот чёртов год. Для Полумны и Гарри были выделены отдельные объятия. Однако, Полумна лишь удивлённо взглянула неё, как всегда с трудом выражая эмоции. Ей было странно такое отношение, объятия в том числе. С Гарри же объятия вышли тёплыми и, наверное, самыми долгими. Они простояли так с полминуты, просто крепко держа друг друга, словно в последний раз. - Я так рада всех вас видеть! – Фелиция взмахнула руками, продолжая искренне улыбаться, разглядывая каждого из участников разговора. – Боялась, что больше вас не увижу! – После окончания войны было много вопросов о том, сможет ли Хогвартс, на месте которого остались одни лишь руны, существовать дальше, однако, всё разрешилось, когда добрая половина учеников лично стали помогать в восстановлении здания. И не только: теперь, благодаря ученицам, прибывшим на помощь из Шармбатона, Французской академии волшебства, у Хогвартс появился ещё и свой собственный прелестный сад. - Ну, уж нет, не дождешься! – Грейнджер легонько пихнула ей в плечо своим кулачком, рассмеявшись. Фелиция снова замялась, ловя на себе взгляд Гарри. Они встретились на секунду, задумавшись о чём-то, а потом, словно сговорившись, одновременно произнесли: - Хагрид просил зайти. – Это вызвало неловкую паузу, ведь они вдвоём были уверены, что каждый из них не в курсе встречи. - Что ж, - продолжил Гарри, замявшись и почесав затылок. – Тогда, прогуляемся? – Указав рукой на выход, он сделал шаг назад, приспуская девушку вперёд. Она поспешила пройти, в дальнейшем идя наравне с Поттером. Их прогулка вышла совершенно беззвучной, лишь один раз, Гарри произнёс слово, предлагая Калвар свою помощь, чтобы спуститься с одной из кривых ступенек, ведущих с горки вниз, но она и сама прекрасно справилась с этим заданием. Хижина Хагрида выглядела, как и прежде: уютно, но одновременно как-то тоскливо и печально. Пар клубился из трубы, а значит, великан снова готовил каменное печенье или какой-нибудь новый фирменный пирог, который, безусловно, будет сделан с любовью, но станет настоящим испытанием для зубов и желудка. Перед самой дверью Фиалка остановилась. В окне показался силуэт сестры, который она сразу же распознала. - Я… - Она замялась, не зная, что и сказать. – Я, наверное, не пойду, сходи ты и расскажи мне, что хотел Рубеус. – Готовая уже развернуться и побежать обратно, девушка совершенно не была готова к тому, что Поттер поймает её за край кофты на локте и дёрнет обратно. - Идём, тебе нужно с ней поговорить. – Он выглядел настойчивым, и решение его явно было непоколебимым и бесповоротным. - Но я не… - «Хочу», хотела ответить она, но не успела, ведь Гарри в буквальном смысле впихнул её внутрь, заставляя предстать перед группой людей: Драко, держащий Рози под руку, Хагрид и сам Гарри, вошедший следом и закрывший дверь. – И к чему всё это? – Возмущённо произнесла старшая, взмахивая руками и наблюдая за реакцией великана. Он лишь вскинул бровями, пытаясь как можно скорее придумать ответ, на поставленный девушкой вопрос. - Мы все дружно посовещались и решили, что вам необходимо поговорить и прийти к решению этого конфликта. – Переминаясь с ноги на ногу, Рубеус старался улыбаться, сглаживая нарастающий дискомфорт в обстановке. – Может чаю? Фиалка смерила сестру взглядом. Гораздо более холодным, чем был у её сестры. Та наблюдала за ней с некоторым сожалением, с чувством вины, какое было ей несвойственно. Её губы сжались, а злость начала снова закипать. « - Я просто пытаюсь защитить её. Он плохой человек, мама, ты же это понимаешь. – Бесконечно ходя по периметру комнаты, изливалась старшая. Мать сидела в кресле, устало потупив взгляд в пол. - Я знаю, милая, но… - Фелиция снова перебивала её, не давая договорить. - Но что? Почему ты пытаешься её переубедить, как это делаю я? Почему потакаешь всем её прихотям? - Наконец падая от усталости на кровать, она подтянула ноги к груди, обнимая колени. - Я не думаю, что переубедить твою сестру возможно. Это её жизнь и её выбор. – Поникшее лицо женщины выражало одновременно и понимание и сожаление. Тяжело вздохнув, она подошла к окну, наблюдая за лучами солнца, что вновь прятались за тучами. - Он убийца. – Тихо прошептала Фиалка, не надеясь, что мама услышит это. Но она всё равно услышала и обернулась обратно к ней. - В министерстве и в самом Хогвартс подтвердили, что это сделал не кто иной, как Северус Снейп. – Поплотнее укутываясь в свой тёмный кардиган, она прошла ближе к дочери, усаживаясь на край кровати. – Я понимаю, как тебе тяжело и как ты переживаешь за сестру, но этот Малфой ни в чём не виновен. Фиалка повернулась на другой бок, привставая, смотря женщине прямо в глаза. - Если бы Северус не пришёл тогда в башню – Малфой сделал бы это сам. – С этими словами, она покинула комнату, не желая более продолжать этот разговор». - Не хочешь извиниться? – Вдруг нарушает нависшую тишину Рози. Пламя в груди старшей сестры вновь разгорается от злости, подкидывая в пекло все старые обиды. - Извиниться? Ты хочешь, чтобы я извинилась? За что? – Складывает руки на груди, ощущая как подошедший сзади Гарри, кладёт ей руку на плечо. «Не волнуйся, я стерплю и это» - думает она, но не издаёт ни звука. Рози тоже, еле сдерживая себя, то ли от крика, то ли от очередной порции слёз. - За то, что ты лезла в мою жизнь. Нарушала все мои личные границы, сжигала письма, настраивала меня против моих друзей. Извинись за это. – У неё перехватывает дыхание от эмоций и последние три слова она буквально проглатывает. Драко чуть сильнее сжимает её руку, показывая, что нужно успокоиться. - Вот как? – Калвар старшая лишь ухмыляется, делая шаг вперёд, вырываясь из хватки Поттера. – Что ж, прости меня, что я пыталась уберечь тебя от убийцы, который и погубил треть твоих и моих друзей. Прости, что старалась быть хорошей сестрой и спасти тебе жизнь. Прости, что вытащила тогда из подземелья, где ты могла бы погибнуть. Не стоило мне этого делать. – Хмыкнув, она игнорирует просьбу Хагрида о том, чтобы успокоиться и снова рвётся к двери, которая со скрипом раскрывается. – Ах, да, совсем забыла напомнить тебе о том, что ты сама заявила мне, мол, больше мы не сёстры. – С этими словами девушка покидает хижину, хлопая дверью напоследок. Её несёт, куда подальше отсюда. Лишь бы поскорее отделаться от этого щемящего чувства предательства, от, пожалуй, самого близкого её человека. Однако, если Роза для неё сейчас последний дорогой человек, то для самой же Розанны это место уже давно занял Драко Малфой. Оставшись в Хижине, все молчали, лишь Поттер ушёл вслед за подругой, произнося только тихое «ещё увидимся» Рубеусу. Тот кивнул в ответ, смотря на двух подростков, которые по-прежнему стояли рядом с ним, не произнося ни слова. Наконец-то, Рози нарушила тишину одним лишь тихим: «Вот и поговорили». Малфой крепко прижал её к себе, укладывая голову девушки к себе на плечо. Все колкости он научился пропускать мимо себя, поэтому слова её сестры никак не задели юношу, однако задели сами их отношения. То, что прежде стоило горсть золота, для каждой из них – они продали за ржавое серебро. Нет больше прежних Калвар, которые жили и проходили через огонь и воду вместе, ради друг друга. Осталась только пустота, незримая, но осязаемая. - Подожди! – Крикнул Гарри, в очередной раз поспевая за девушкой, хватая её ха руку. - Ты всё знал! – Вскрикнула она, вырываясь, отталкивая Поттера от себя. – Знал и не сказал мне, что это за встреча! – На её глазах предательски навернулись слёзы, которые она тут же смахнула. - Да, знал. Прости! – Он схватился за голову, стараясь придумать, как правильно поступить в этой ситуации, но замечая состояние Фелиции просто отстранился. – Надо было предупредить, или… - Видя, что ей не особо хочется это обсуждать, парень просто подошёл ближе, заключая её в объятия, позволяя ей положить голову на своё плечо и наконец-то спокойно выплакаться. Хоть кому-то показать свои настоящие эмоции и боль, которую она испытывает на самом деле. И лишь тёмные тучи всё продолжали сгущаться над небом, безжалостно отбирая последнюю надежду на счастливый конец.