Наперекор

– Кольцо и деньги передайте ей. Я уезжаю В Америку. – Увы, я в Ваши игры не играю. – Я тайну знаю, про убитую "мадам". – С чего Вы взяли? Я руки Вам не подам. Но, даже если так. О вечном, думал я.. – А что, когда, Там ничего? Вот-с западня? Представьте, хоть на миг, что вы не правы, А ждет нас всех на вроде… баньки. С пауками. И что ж, такая жизнь, Ему дороже? "Звук выстрела? Не показалось?... Боже!" – И снова здесь? Ты?! Я уйти прошу, как человека. – Не бойся. Я поговорить хотел лишь. И помехой, Не буду долго. Вот Писание. Прочти. – Зачем? И смеешь как, в упрек мне это принести? – Прочти мне – я уйду. Но только вслух. – Я… из-за слёз, не разберу и слов трёх-двух, И дальше продолжать чтенье мне, нет сил. Прости. – Раз можешь плакать ты ещё, не упустил Тебя Господь из виду. Светел и высок Дух твой. Я ж – ухожу. (Но, только за порог – Шаг, в комнату назад). – Вот, паспорт твой. – Что? Как ты? Но.. откуда?... Стой! – Что ж. Догадалась? Ну?! Ведь прост ответ. – Смерть человека – тяжкий грех ведь. – Нет. Не человек, то. Ведьма, вошь. – Пусть так, Не вправе Ты решать. Покайся. Это знак, Что здесь передо мной сейчас признался. – Нет. Ты не поняла. Я возвращался, Не для того. – Себя спаси, сознайся сам, пойди. Иначе, тьма, лишь, ждёт ведь, впереди. «Слова подобные, как будто, слышал ране…». – Привыкну. Всё! Прощай! Не до свидания. И вот, вагон метро почти пустой. И снова сон, опутанный лишь мглой. И, будто сходит мир с ума, кошмар кругом: И лошадь можно ведь убить и топором… И ты кричишь, и резко будишь сам себя. Невыносима боле тяжесть бытия. И сдавшись, сознаёшься очень быстро. А там и заключение, и суд, и пристав. И час свидания нежданный. Но потом, Ты видишь свет в её глазах и, напролом, Несешься к ней, плевав на стражников. И нормы Меж вами, наконец-то, так условны. И нет преград для душ и чувств. В упор, Не видите их больше. Так, наперекор, Всему и всем, судьбе хитро сплетённой, Даруется, Вам мир благословлённый.