Влюбляюсь всегда с цинизмом многократных самоубийц

​ Молодой следователь устало трёт переносицу и чуть отодвигает от себя небольшой нетбук, в котором делал заметки. Будто было там, что записывать. Напротив него мужчина в наручниках усмехается и пытается незаметно потереть запястья, насколько может дотянуться. Время тянется уныло и монотонно. В комнате пахнет пылью и — совсем немного — хлоркой. За стеклом, которое кажется из помещения всего лишь ещё одной стеной, никого нет. Он в этом не сомневается, не такая он важная птица, чтоб за его допросом следили, ловя каждое слово или движение.  Он не чувствует страха или напряжения — всё идёт так, как босс и говорил. Это всего лишь необходимая мера. Ему нужно лишь потянуть время. День-два, и его вытащат отсюда. У них всё равно ничегошеньки на него нет. - Вижу, сотрудничать со следствием Вы не намерены, — следователь не смотрит на него — окидывает взглядом свои немногочисленные записи.  Вэнь Сюй глумливо ухмыляется и в карикатурном жесте поднимает скованные руки.  Дверь в дознавательную приоткрывается, пропуская невысокого худощавого парня. Он одет во всё чёрное — водолазка и штаны карго. Его волосы — длинные, ниже лопаток — небрежно стянуты на затылке резинкой, кончик хвоста свешивается на плечо. Аура в помещении меняется неуловимо, но заметно. Вэнь Сюй подбирается, садится ровнее. Ощущение скучной офисной рутины напитывается тревогой, когда вновь прибывший задорно улыбается, окидывая взглядом скудную обстановку помещения и самого Вэнь Сюя. Этот человек словно излучает злорадное веселье. А ещё опасность. На губах становится солоно.  - Отдохните, капитан Сяо, — медовым голоском тянет длинноволосый, аккуратно опуская на край стола рядом со следователем картонный стаканчик. — Столько бумажной волокиты, Вы, верно, ужасно утомились. Прогресс есть? - Какой прогресс, — хмыкает Сяо Синчень. — Это банда Вэнь. Сидел бы я тут два часа после своей смены, если бы что-то куда-то сдвинулось.  Парень в чёрном разочарованно цокает языком.  - Уже два часа? Это недопустимо, капитан, как можно так много личного времени тратить на бесполезную чушь. Пожалуйста, выпейте свой чай в спокойной обстановке где-нибудь, где Ваш позвоночник не будет подвергаться изнасилованию этих жутких стульев, а мы пока побеседуем.  Вэнь Сюю почему-то становится неуютно. Следователь Сяо — скучный и пресный, всё время допроса он желал избавиться от его компании, однако теперь почему-то очень не хочется, чтоб он уходил. Казалось бы, классика жанра — «хороший» и «плохой» полицейский. Взять этим старым приёмчиком хоть кого-то, кто варится в криминальной среде больше года, практически невозможно, ломаются только лошки и новички.  Вот только этот патлатый — не просто «плохой полицейский». Вэнь Сюй не первый день в деле, и он, как дикое животное, прекрасно чувствует потенциальную угрозу.  - Ладно, — устало бурчит Сяо Синчень, собирая бумаги. — Он твой. Но без членовредительства. Сюэ Ян, ты понял? Тот карикатурно вскидывает брови: - О чём Вы, капитан? Как можно? Сяо Синчень хмыкает и качает головой. - Тебе нетбук оставить? - Да на что он мне?  — весело удивляется Сюэ Ян, похрустывая костяшками. — Мы просто поболтаем немного. Господину Вэнь ведь всего ничего под стражей сидеть осталось, стоит ли тратить время на формальности.    *** У Синченя всё очень хорошо с логикой, Сюэ Ян обычно только присвистывает, наблюдая, как следователь связывает воедино казалось бы совершенно разрозненные факты, собирает их в чёткую и упорядоченную картину. А вот с дознанием бывает по-разному.  Некоторых Синчень может читать, как открытую книгу, такие сразу начинают петь соловьём, сдавая, порой неосознанно, себя и своих подельников. Другие запираются или, что ещё хуже, льют заранее заготовленную дезу, проверка которой стоит оперативникам и детективам драгоценного времени. И вот тогда к допросам подключается Сюэ Ян. У него всегда есть какие-то свои ресурсы, свои источники и куча информации, которую он буквально вываливает на задержанных. Какие из этих источников и осведомителей реальны, а какие выдуманные, Синчень бросил пытаться разобраться уже давно. Да пусть он хоть из головы это всё берёт, врать подозреваемым не запрещено — прямая ложь недопустима и карается разве что относительно информации об их правах.  К тому же у Синченя есть отчётливое ощущение, что если у Сюэ Яна и нет точной информации и он придумывает её на ходу, он просто ЗНАЕТ, что прав. Чувствуют это и допрашиваемые.  Даже когда Сюэ Яну не удается расколоть будущих уголовников за время допроса, позже, оставаясь наедине с собственными мыслями в камерах, они так и сяк вертят в памяти всё, что говорил, чем грозил им Сюэ Ян, и многие при следующей встрече буквально умоляют Синченя скорее снять показания и предоставить им защиту как свидетелям.  Сюэ Ян с его посулами, угрозами и слишком уж прямыми обвинениями может быть каким угодно — в глазах арестантов — «плохим» полицейским, но за всё время его службы в следственном отделе допрос Сюэ Яна только один раз закончился разбитой скулой подозреваемого. За этот случай его долго полоскали перед начальством. Да их обоих, если честно. - Нельзя выбивать показания из подозреваемых, — устало бурчит Синчень, заваривая отвратительный растворимый кофе себе и своему подопечному после беседы с руководством. — Странно, что тебе не объяснили это в вышке.  На тесной кухоньке отдела к этому часу никого не осталось. Синчень не спешит домой, потому что завтра ему не дежурить, а Сюэ Ян… а чёрт его поймёт. Он вообще, если так посмотреть, никогда и никуда не спешит. - Да я не выбивал, — равнодушно отзывается Сюэ Ян. Он сидит на подоконнике, как-то по-детски прижавшись носом к стеклу, и наблюдает, как в соседнем сквере один за другим вспыхивают фонари. — Уже потом врезал, когда он рассказал всё. Вот мудак-то. Как таких земля носит.  Сяо Синчень смеряет его выразительным взглядом, но ничего не говорит, просто передает скучно-бежевую фаянсовую чашку с горячим напитком. С тремя ложками сахара, как Сюэ Ян всегда пьёт. Гадость какая.