—Наследие Лилит—

Дождавшись конца — казалось бы бесконечных — объятий и переглядок с целью убеждения себя самих в реальности происходящего, девушки замолчали, переваривая накатившие эмоции. — Живая, — не сдержала улыбки Карлин — Это же какая удача, что мы в одной школе. Совпадение такое…! — Я бы так не сказала, — вздохнула Морин — Мы же типа продукты для богатых упырей… А это школа для богатых упырей… Так что… — Умеешь испортить момент, — шутливо насупилась Анастасия — Да и не права ты. Если бы мы сильно далеко друг от друга жили, в одну школу бы не ходили. Вот это уже совпадение! И очень приятное. — Ну, если так подумать, то… — Блять, реально, — глаза Норман округлились от осознания — Мы вообще знаем где мы? — … Блин, точно, — Настя схватилась за голову, вспомнив, что после похищения у них не было возможности узнать о своём местоположении. — … Кхм… В Японии, вроде бы, — озвучила свою умозаключение Сонми — Я смотрела по кодам стран на автомобилях. — Предусмотрительная, — коротко улыбнулась Дарья. — Блин, так давно не виделись, словно года прошли… — вздохнула Карлин, переключаясь обратно на старшую Комори — У тебя даже корни отрасли. Я вообще не знала, что ты крашенная… Мицуки неловко пожала плечами. — Ну, мне казалось как-то нелепо быть единственной брюнеткой в семье… Её голос ласковый и усталый — Юи не могла прекратить улыбаться слыша его. Лишь недавно она смирилась с тем, что больше никогда не увидит сестру. Не увидит свою семью… Интересно, как там отец? — Цвет волос не главное. У вас форма черепа очень схожа, — в своей манере подбадривала подругу Райка, лишь сейчас отпустив её ладонь — Вот я же блондинка, а не Юи-чан не похожа… Особенно черепом. — Череп не видно, — задумчиво возразила Карлин — Волосы скрывают форму, а мелочи не сразу заметны… — Нет, — твёрдо заявила Тайонами, но как-либо аргументировать свою точку зрения отказалась — Я пошла. — О чём мы вообще разговариваем? — неловко вклинилась Сонми. — Черепах, видимо, — пожала плечами Норман — Главное, чтобы они их замерять не начали. Такое обычно плохо заканчивается… — Не-е-ет, — видимо, переварив шутку, протянула Настя — Ты сейчас не… — Мицуки-чан, в каком классе ты учишься? — спросила Мари. — В этом, в этом, — подтвердила её догадки Комори, кивнув — Давайте я вас проведу? У нас там много свободных парт… — Было бы замечательно, — вежливо поклонилась Маша. — Я бы уже пошла… Мне бы сесть уже, не могу больше стоять. Голова кружится, — придерживаясь за стену вздохнула Морин — Ещё и по лестнице до этого подниматься пришлось… — Да, давайте, — согласилась Юи.       Команда миновала злополучные двери и перед ними оказался вполне обычный класс. Единственным отличием было то, что присутствующие были уж очень мрачными — а также совсем тихими. — Так, погодите, — Вета остановилась в дверном проёме — … Райка где? — … Да ладно… — Карлин тоже только сейчас заметила её пропажу. — Её что, никто не видел? — забеспокоилась младшая Комори. — Я без очков, так что не видела, — хмыкнула Дарья — … Но слышала, как она сказала, что пойдёт куда-то. — И… И ты её не остановила?! — в растерянности раскинула руками Лиза — И куда она, блять, пошла? — В уборную может?.. — неуверенно предположила Мари. — Мне пойти её поискать? — предложила себя Мицуки — Я тут более менее ориентируюсь… Лиза, уже одной ногой в коридоре, замерла. Как-то непривычно… Странно. Нет. — Рая — моя забота, — приходя в себя ответила Норман — И она не могла далеко уйти. — … Ладно, — Мицуки проводила её взглядом, выдержав неловкую паузу и обернулась к остальным — Скоро придёт учитель, нужно выбрать вам места.

𖤐𖤐𖤐

      Внимание цеплялось за каждую белую повязку на чужом рукаве — а точнее за её отсутствие. Елизавета непроизвольно ссутулилась в защитную позу, держась у стенки при ходьбе. Райка, Рая, Рай-чан… Не позвать же её сейчас. Внимания лучше не привлекать. Оставалось лишь искать светлую кудрявую макушку — и учитывая рост где-то порядком ниже уровня глаз Норман.       Не могла она далеко уйти. Не могла. А потому и светлые кудри нашлись довольно быстро. Душой завладело спокойствие — и тот час пропало также быстро, как и появилось.       Лиза остановилась перед сидящим на полу парнем — то никак на неё не отреагировал. Глаза старшего Сакамаки были закрыты а в ушах наушники. — Не та кудрявая бошка… Не та… — девушка скрестила руки на груди пристально всматриваясь в бледное лицо вампира, пытаясь найти там хотя бы намёк на внимание — Он мог её видеть?.. Нет, он даже на меня сейчас не реагирует. На Раю ему тем более наплевать. Но всё же уста приоткрылись чтобы окликнуть бессмертного… И тут же закрылись. Нет. Не стоит. Лучше не стоит. Не позволяя себе терять больше ни минуты, Норман отправилась дальше по коридору. Она даже не оглядывалась, но почему-то чувствовала на себе чужой взгляд.

𖤐𖤐𖤐

— А у Вульф тогда что? — с интересом вопросила Тайонами, слегка ёрзая на подоконнике. — У Вульф? Никто не знает, — пожала плечами девушка — Они не то, чтобы дружелюбные… О себе мало что рассказывают. Держат всё в секрете. Даже историю их клана не учат здесь, так как для этого у них какие-то свои… Образования. — Вот как… Выходит, никто кроме клана Вульф не знает про их клановую способность? Интересно… — задумалась Райка — А то что ты говорила про демонов… Про то, что при убийстве демон забирает могущество убитого. Это работает даже если условный вампир убьёт условного вольфа… Или вульфа? Как правильно?.. — Вульф это клан, а вольф его представитель, — с озорной улыбкой вещала незнакомка — И да, это работает и с межклановым убийством. Но работает так только с Младшей Кровью. С людьми такого эффекта не будет. — А разве какой-то человек когда-то умудрился убить демона? — вскинула брови Тайонами. — Раньше, когда мы ещё жили в Мире Демонов, были люди, которые за это деньги получали, — покачала головой брюнетка — Не без помощи алхимии, разумеется. — Интересно… — признала Рая, соскакивая с подоконника — А случаи скрещивания были? — Хм… Раз уж ты спросила… — неизвестная загадочно ухмыльнулась. — Мать твою, Тайонами!       Окликнутая с приветливой улыбкой обернулась на подругу. — О, Лиза, привет, — кивнула она стремительно приближающейся буре — Я тут знакомство одно завела… — Ты совсем, блять, отлетела?! — наконец Вета схватила подругу за запястье, разворачивая к себе, нависая как громовая туча — Я тебя в который, сука, раз прошу?! Держись, блять, при мне! Ты меня прости, но ты уже заебала постоянно куда-то смываться. Это опасно. О-па-сно, слышишь? — Извини пожалуйста, — виновато опустила голову, после чего обернулась на новую знакомую — Это…       Норман замерла, разглядывая девушку. Длинные ухоженные чёрные волосы, хитрый пронзительный взгляд лиловых глаз, две родинки на правой щеке и такая идеальная кожа… Подозрительно красивая. Подозрительно знакомая. Подозрительно… — Вампир, — заключила смертная, поглядывая на плечо брюнетки. — Вампир, — кивнула студентка, новая информация о которой заставляла её ухмылку выглядеть более зловещей — Вампир по имени Наразаки Микако. Но ты можешь звать меня… — Твою мать, Мико!       Из-за спины Наразаки показалась ещё одна девушка — хмурая, строгая. Серебристые волосы были заплетены в две свободные косы, бесцветные глаза смотрели с явным недовольством, просматриваемым даже через линзы круглых очков. На ней была та же форма, что и на первой уже-не-незнакомке. На ней тоже не было белой повязки. — Приветики, Мако… — улыбнулась Микако — Я тут с такой особой познакомилась… — Да знаю я, с кем ты познакомилась. Постоянно с ними, блять, знакомишься. Тебе самой не надоело? — скрестила руки на груди пришедшая, словно не замечая смертных — Уроки скоро начнутся. Ты сама согласилась на обучение здесь, никто тебя не заставлял. Так что, будь добра, вернись в класс. — Прости-прости, — помахала руками вампир — Я тебя всё же представлю… Это Тайонами Райка и её личная охрана. Сама Тайонами Райка сейчас особо не реагировала, пытаясь понять, что за сбой в матрице она в данный момент наблюдает. — Личная охрана? — одновременно повторили и Норман и неизвестная, от чего першая с неприязнью поморщилась. — Я шучу. Представься, — хмыкнула Мико — Представьтесь обе. — Почему я должна опять представляться всяким смертным, с которыми ты от скуки заводишь диалог? — закатила глаза очкастая. — Не от скуки, а из искреннего интереса! Раз не хочешь, я сама тебя представлю. — не согласилась брюнетка — Это моя младшая сестра, Наразаки Макико. Я зову её Мако и вам советую. — … Так ты же Макико? — запуталась Вета. — Я Микако, а сестрёнка Макико. У нашего отца проблемы с именами, — посмеялась новая знакомая — Мало того, что он подобрал нам такие похожие имена, так ещё и канджи Мако означают «ребёнок любимой женщины»! При том что у нас разные матери. Ну что за вздор! Актёрского таланта Мико было не занимать. — Слушай, может не стоит так об отце говорить? — неодобряюще покачала головой Мако. — Нас это не интересует. До свидания. С этими словами Норман за руку отвела подругу подальше от бессмертных, скрывшись за поворотом. — Чтобы больше такого не было.

𖤐𖤐𖤐

— Не спи.       Даша повернула голову в сторону, рассматривая источник шепота. — Ты кто?       Это уж точно была не Комори Юи. В этот раз её разбудил какой-то парень — в школьной форме и белой повязкой на рукаве. У него были русые растрёпанные волосы, тусклые глаза и маленькие но заметные ранки на шее. Он сидел на стуле, занимая вторую половину парты, которую Морин так хотела использовать в качестве подушки. — Янагиса… Кхм, — он остановил себя на полуслове, помрачнев — Меня Наразаки-ночи Кейши. — … Ладно, — кивнула девушка, зевнув. — На уроках Ивао-сенсей лучше не спать и вести себя тише, — смертный наклонился чуть ближе к однокласснице, краем глаза контролируя что-то объясняющую учительницу — … Ты ведь Сакамаки-ночи? Всё ещё сонная Дарья нахмурилась, всматриваясь в искажённый плохим зрением образ собеседника. — Сакамаки это вроде бы фамилия наших упырей… А «ночи» это…? Возможно, суффикс? Я такой слышу впервые, но если задуматься… «Ночи» значит «после» или «посмертно»… Нет, не складывается, — Даша лишь сильнее задумалась — А вот если брать это как два слова… Но-чи. Принадлежащая кровь. Сакамаки-ночи это «кровь принадлежащая Сакамаки»… Да ладно. Они даже свой суффикс для ходячих мешков с кровью завели? Обворожительно. А ещё — как я понимаю — у меня таким образом отобрали фамилию. У всех нас… Кажется, что Наразаки-ночи заметил замешательство одноклассницы. — Это суффикс, означающий… — Я уже поняла, — кивнула брюнетка. — Так…? — Да. Это важно? — Нет, просто… Ничего. Забудь. — Забуду. Морин глянула на учительницу. А она человек? По интонации Кейши можно было понять, что дама она опасная — но данная черта присуща и смертным представителем данной профессии. Хотя сложно представить, чтобы в школу вампиров устроили простого смертного… Выходит, вампир? Или…?       Настя обернулась, проверяя обстановку за собой. Угораздило же её занять первую парту. — Главное, что семейство Комори воссоединилось, — подумала она про сидящих вместе сестёр — Ну, без отца конечно… Осознание ударило в голову. Воздух застрял в горле, ладони вспотели.       Они не знают.       Карлин сама того не осознавая сильнее обхватила шариковую ручку, костяшки побелели а вместе с ними и лицо Анастасии. Окружающий шум и голос учителя смешались в один большой гул где-то на заднем плане сознание, в то время как передним уже завладели воспоминания.

𖤐

Сейджи лежал лицом вниз, не двигался. Даже если бы он выжил после удара в голову чем-то явно тяжелым, сейчас бы он уже задохнулся в луже собственной ярко алой крови, что быстро вытекала из ран на голове и шее пульсирующим ручьём. Пальцы его всё ещё била мелкая дрожь а светлые волосы запачкались красным.

𖤐

Настя поймала взгляд сидящей позади подруги. По глазам Сонми всё было понятно — она думает о том же. Они ведь так и не обсудили это с момента… Нет, они вообще толком ничего не обсудили касаемо произошедшего в приюте и не только. Настя попыталась высказаться однажды, но была перебита атакой Вульф. Кто вообще их похитил?.. И что стало с теми, кого увезли? Даша вряд ли что-то помнит, а вот Рая… Перед глазами всплыл портрет Цукинами. Что там с Шином?..       Карлин вернулась в реальность, не нарушая зрительный контакт с Мари. Девушки думали об одном и том же, а поговорить не могли. Что делать? Рассказать им?       Мари медленно покачала головой.       Нет.

𖤐𖤐𖤐

— Наконец-то уроки закончились… — хмыкнула Райка оборачиваясь на соседку по парте — А что вообще за урок был? — Если я всё правильно понимаю, то… Математика? — неуверенно предположила Сонми — Извини меня, я сейчас немного… Растеряна. — Конечно ты растеряна, — кивнула Тайонами со скучающим видом — Тебе ведь нужно придумать план побега, а школа всё усложняет, ведь покинуть её без сопровождения вампира невозможно. Мне Мико-чан рассказала. Маша замерла, скованная страхом. — П-пожалуйста, не упоминай это… Вот так… — Вот как?       Смертная неосознанно дёрнулась, рывком оборачиваясь назад. Над ней нависала незнакомая фигура. — Наразаки Микако. Зови меня Мико. Бессмертная приветливо ухмыльнулась, словно нарочно оголяя кончики клыков. Мари инстинктивно встала и вежливо поклонилась. — При… Приятно познакомиться, меня зовут Со… Кхм, Мари… — Рада знакомству, Со Мари… — лишь шире улыбнулась Наразаки, нарочно насмехаясь над запинкой смертной. — Мико-чан друг. Подруга, — представила новую знакомую Тайонами — Товарищ. — Очень надеюсь, что товарищ не будет распространять государственные тайны, — только сейчас подала голос стоящая позади Микако Дарья. Наразаки вежливо притворилась, что не замечала смертную, и подарила ей удивлённый взгляд. — … А я то думала, что я высокая… — Мико слегка поджала губы, поражаясь, но не растерявшись. — Отсюда вы все одинаковые, — намекая на свою точку обзора хмыкнула Морин — Вы, разве что, личиком выделяетесь. Миловидная. — Хм-хм, спаси-и-ибо… — явно обрадовавшись протянула Мико, ни секунды не сомневаясь в озвученной характеристике — Ты тоже хорошенькая. — Что ты… Что Вы здесь делаете? — вовремя вспомнила про статус вампиров в этом заведении Норман, по лицу её вежливость было сложно прочесть. Она встала между подругой и Наразаки — конкретно между Мари и Наразаки. Морин не выглядела как человек, который нуждается в защите — а вот напуганные глаза Сонми умоляли о каменной стене. — Тебе неприятно, когда девушки обмениваются комплиментами? Не стоит зависти, — хихикнула вампирша — … Ты, к слову, тоже ничего. У тебя внешность очень… Гармоничная. Норман замерла, точно не ожидавшая подобного. — А-а-ав, ты что, краснеешь? Я тебя засмущала? Ничего, я… — Я повторю свой вопрос, — твёрдо проговорила Елизавета, молясь, чтобы собеседница замолчала — Что Вы здесь делаете? Это класс для людей. — По первых, я имею права находится там, где хочу, — сложила руки вместе Микако — Во вторых, я хочу быть здесь. В третьих… Я особенно хочу быть здесь после услышанного. — Вы пришли в очень неподходящий момент и всё неправильно поняли, — вступила в разговор Настя с натянутой улыбкой и неожиданно спокойной и чётко поставленной речью — Дело в том, что моей дорогой другине очень непросто даётся смирение с новым ходом жизни. Не то, чтобы для остальных новый образ жизни стал цветочной поляной, но Мари-чан без сомнений из нас самая чувствительная. Мы у вампиров всего пару дней, но у неё уже наблюдалась пара приступов тревожности и две панической атаки. Мы пытались её поддерживать, но этого оказалось не достаточно и мы решили найти рабочий способ для Мари-чан как справляться с этим волнением. Получилось так, что она согласилась попробовать эскапизм — но ни чтение ни изучение языков, что является её долговременным хобби, никак не помогало и лишь вызывало больше стресса. И потому мы предложили ей попробовать так называемый «дэйдриминг», использовать воображение, чтобы придумать решение ситуации, прожить его в голове и погрузиться в мысли, отдаляясь от реальности, таким образом обретая спокойствие. Но она девушка умная, а потому даже в мыслях ей обязательно придумать всё реалистично, а потому она и придумывает в теории осуществимый план побега и спокойной жизни. Всё это лишь в теории и в целях ментального здоровья, я могу Вас уверить. Между прочим я сама пользовалась этим способом, когда мне было двенадцать и мой старший брат повесился а я нашла его труп повешенный в ванной. На этих словах рыжая улыбнулась, удерживая весьма настырный зрительный контакт с бессмертной.       Микако замолчала, обескуражено изучая собеседницу. — А-а, поняла… — вдруг Наразаки хитро заулыбалась — Ты попыталась шокировать меня, чтобы перевести тему. — Умоляю Вас, это чистая правда, — с ноткой возмущения вскинула брови Карлин — Я бы не посмела так грязно воспользоваться смертью моего брата. Словами не выразить, как сильно Тео было важен для меня… Я жду совершеннолетия, чтобы посвятить ему татуировку… — И на чём же он повесился? — хмыкнула Мико. — На верёвке для альпинизма. Он подрабатывал промышленным альпинистом после смерти отца и матери, — без запинки и с неукротимой уверенностью проговорила Настя, не утеряв улыбки — А удавку закрепил на двух трубах на потолке. — Неужели? — Да-да. — … Что же, мои соболезнования, — наконец сдалась бессмертная, делая пару шагов назад — Но всё же… — Ты сказала, что пойдёшь в уборную.       Наразаки обернулась на уже знакомый Рае и Норман голос. — Мако… — вздохнула девушка — … Случайно получилось. — Ты случайно зашла на два этажа выше? — скептично вопросила седая. — Телепортировалась неудачно, — улыбнулась Микако — Ты же знаешь, у меня с телепортацией проблемы. — А как по мне очень удачно, — бормотала про себя Райка — Неудачей можно было бы назвать, если бы те перенеслась непосредственно в какую-либо материю… Например в стену или в пол между этажами. И тогда бы ты располовинилась… Или нет? Что бы тогда было…? — Я впервые слышу такие слова как «непосредственно» и «материя» из твоих уст, — с нескрываемым потрясением подметила Карлин. — К демонам тут используют более уважительное обращение. В твоих же интересах это запомнить, — Макико всё же подошла к компании. Мицуки заметно напряглась, но ничего не сказала, лишь заслонила сестру плечом. — Не-не, всё в порядке, сестрёнка. Она моя подруга, ей дозволено, — кивнула Микако в сторону Тайонами — Так ведь? — Так ведь. — «Подруга»? — спросила скорее у вселенной нежели у какой-либо из собеседниц Норман. — Товарищ, — «объяснила» Рая с важным видом. — А с какой целью Вы с нами подружились? — с уважением с непривычной своей особе вовлечённостью спросила Дарья. — Ну, как сказать? Простое… — Она на голову поехавшая по всему, что хоть как-то связано с людьми, — перебила сестру младшая Наразаки — Она даже тюбика себе какого-то смертного откопала, а как он сюда переехал, так постоянно к нему убегает. Прогуливает. — Откопала? В смысле…? — Мари слегка изменилась в лице, хотя старалась сохранить невозмутимость. Даша замолчала, задумавшись. — Не, тот тип живой ещё, — покачала головой Макико — Но были и такие случаи. — Никого я не откапывала! Я на честно заработанные деньги купила мёртвое тело, — оправдывалась старшая — Ну… На честно заработанные папой… И то не совсем честно, если учитывать, что его в Пустоцвет втянули. — Труп вообще можно купить? — Настя достала из пенала на парте какую-то стирку и уже львиную долю диалога разминала в руках — В смысле… Легально. — Только если ты мед-университет или демон, — Мако поправила очки — Между прочим… Не ты ли та рыжеволосая, что сегодня с лестницы скатилась? Карлин потребовалась минута, чтобы сообразить, о чём говорит бессмертная. — … Вы ведь не хотите мне этим сказать, что обо мне уже говорит вся школа? — лицо акробатки застыло в непонятной гримасе. — Вся школа? Я тебя умоляю, — пожала плечами младшая Наразаки — Момо единожды упомянула и всё. Серые глаза с подозрением сузились. Настя на секунду задумалась. — А Момо это кто?.. — Йесун Цэцэг. Одноклассница наша, — Микако как-то странно глянула на сестру — Мы зовём её Момо, так как имя это точно не для японского языка создано. — О, с моим также. Японцы ни «Анастасию», ни «Настю» не осиливают, постоянно какую-то «Ану» генерируют. Меня потому часто «Рури» называют. От фамилии, Ка-ру-ри-н, — в миг «Рури» осознала, что увела диалог не в то русло — Так, нет, о чём это я… Я имела ввиду, кто такая Момо? В смысле… Может быть… Случайно… Не Вульф? — С чего ты взяла? — вскинула брови Мако — Нет. — А, так вампир. Тогда извините, просто… — Она Адлер, — твёрдо произнесла Макико, давая понять, что для неё это что-то значит — То, что их мало, не значит, что их нет. — А-а! Извини-извини, я не…! — резко почувствовав вину, Карлин не сразу осознала, что не уясняет происходящего — П-постой… Кто?.. — Ты не знаешь про кланы демонов?! — явно громче положенного выкрикнула Микако, в мгновении ока оказавшись в личном пространстве Анастасии, сияя от восторга. — И вот опять… — тяжело вздохнула Наразаки. — Н-н-нет?.. — улыбалась несмотря на испуг Карлин. — Я расскажу! Я всё тебе расскажу! — шире улыбку на бледном лице Мико представить было невозможно, а взгляд ненароком приковывался к оголённым хищным клыкам. — Я… Не хочу вам мешать, но уже… — Мари вытянулась на стуле, чтобы посмотреть на настенные часы — Уроки уже… — Р-р-рассказывай?.. — казалось, Насти уже тряслись коленки, но улыбку она удерживала со всей стойкостью. — Слушай… — чуть не пропела Микако — Демоны, икей Младшая Кровь. Есть четыре клана. Вампир, Вибора, Вульф и Адлер. — А-а-ага?.. — Карлин судорожно закивала. — Вампиры пьют кровь, остальные кланы питаются разными частями человеческого тела. Органы, кости, тд-тп. Слушаешь? — быстро проговорила бессмертная. — Д-д-да?.. Д-да!.. — Дальше, Вибора…! Раздался хлопок двери и знакомый цокот каблуков. Женщина даже взгляда не подняла и прошла к учительскому столу. — Тихо. Сели, — голос Ивао-сенсей был строже некуда — Перемена закончилась. Мы остановились на… — Простите, — громко перебила учителя Микако, улыбнувшись так, что аж приторно — Вы мешаете нашему разговору. Оставьте нас ещё на минут десять, ладно? Ивао лишь сейчас подняла взгляд. В классе повисла мёртвая тишина. По лицу смертных читался то-ли ментальный инфаркт, то-ли немой ужас. Учительница лишь сглотнула. — Извините, — процедила она, подирая папки со стола. — Ничего-ничего, — хмыкнула Мико. Женщина поспешно покинула класс. — … Хринасе, — первая отошла от шока Елизавета. — Так, о чём я? — вернулась к прежнему настрою старшая Наразаки — Так да, Вибора! Я так понимаю, ты знакома только с вампирами, так что лучше всего будет объяснить всё подобным образом… Вибора это такие же вампиры, но не летучие мыши, а гадюки. У них кстати укус ядовитый, прикинь? Человека убивает медленно, болезненно и необратимо. Дальше Вульф. То же самое, но волки. А последние Адлер, они типа орлы. И невидимыми становится умеют! Даже для других демонов. Но их мало, их большинство Мерц поубивал ещё в Мире Демонов. — Про Мерца ты мне не рассказала… — с обидой подметила Райка. — Так про него и рассказывать нечего. Какая-то неизвестная особа, которая ни с того ни с сего больше половины Младшей Крови вырезал. Никто так никогда и не узнал, кто он, что он и зачем и почему… Но Мерцом назвали. Я вообще не верю, что один персонаж такой геноцид организовать смог. Я родилась уже после того, как мы перебрались в ваш мир, так что мнение моё неважно, но я чего-то не верю… Ну не мог один ноунэйм так нас выкосить. — Поуважительнее об этом говори… Это великая трагедия, вообще-то… — бормотала Макико, прекрасно понимая, что никто её не слушает. — Товарищ, — внезапно заговорила Морин. — Я? Да, что? — Мико сложила руки на спиной. — А… Насколько сильно… Тебе нравятся люди?

𖤐𖤐𖤐

— Мы выжили! Выжили! — Настя повержено выдохнула, падая на колени, блокируя и без того узкий проход между партами — Уроки закончились… — Ага… — тяжело вздохнула Норман, после чего заметно напряглась — Куда ушли остальные? — Уборка. Девушки оглянулись, только сейчас заметив, что в классе они не одни. Плечи Норман опустились, когда смертная заметила на плече неизвестного повязку. — Эм… Ты кто? Извини. — Наразаки-ночи Кейши. Я с вашей… Вашим товарищем за одной партой сижу, — хмыкнул он. — А?.. А-а… Так, погоди. Подслушивал? — только сейчас Карлин поднялась с колен. — Не подслушивал. Слышал. Вам весь класс слышал, — покачал головой русый. — Что по поводу уборки? — прекратила светскую беседу Норман перейдя сразу к делу — Тут ученики после школы убираются? Странно. Мне казалось это элитное заведение. Даже увабаки тут нет… — Это элитная школа демонов, — с отвращением фыркнул Кейши — Они не убираются. Простые смертные — да. — … Это… Это же прям… — пару секунд Анастасия не могла подобрать слова — … Ну это же… Скандал. Вздор. Несусветица. Дичь. Несуразица. Чушь. Пурга. Ересь. Околесица. Билеберда. Чепух…! — Хуйня полнейшая, — великодушно подсобила Лиза — Ты серьёзно? Я должна толчки этим упырям драить? — Именно, — мрачно согласился Кейши — И нам стоит поспешить, пока нас не заметили.

𖤐𖤐𖤐

— Я… Елизавета замолкла, лишь разведя руками, чуть не разлив воду из одного из вёдер. — Блять, я про унитазы не серьёзно говорила, — наконец подала голос Норман. — Мы пошли последние, значит остались только уборные, — хмуро произнёс одноклассник. — А где наши? — Их Мичихико-кун уже отвёл окна протирать… Скорее всего… — Кейши оглянулся — Вы последние остались, я не хотел вас бросать, так как вы зелёные. Не знаете ничего. — Какой благородный! — искренне улыбнулась Настя — Ну, что? Куда в первую очередь? Мужской или женский? Или разделяемся? — Почему ты так полна энтузиазма?.. — вздохнула Вета. — Кто-то же должен сохранять позитив в нашей дружной компании. — Лучше не разделяться. Нас мало, — заключил смертный — Пойдём сначала в мужской. Там обычно чище. — Ожидаемо… — Ура! Всегда хотела там побыва-ать! — мяла тряпки в руках Карлин, уже зашагав цели — Э-э, ну я это не в смысле извращения, а в смысле искренний интерес и гендерные аффирмации. Всё чисто и невинно. — Да, да…       Пара минут прошла в тишине. Ну, как тишине? Лучше сказать тишине со стороны Норман и Наразаки-ночи. Анастасия раскатала монолог такой глубины и объёма, что даже сама уже забыла, что хотела всем этим сказать. — … Ну так вот. Нас же всю жизнь учили, что после смерти на нас откроют донельзя важное судебное дело и тогда или в адские котлы на плов из грешников и неверующих или в пентхаус на облаке с пернатыми соседями. А я такая задумалась и размышляю значит: но ведь религия на самом деле довольно субъективная. Типа, да, мозги все одной и той же книжкой чешут, но ведь всё равно каждый поймёт прочитанное по своему. И хоть отличия не размером с Берлин, само их наличие делает веру крайне личным походом из колыбели в могилу и дальше на трибуну. И как не крути, все учения проходят через фильтр самого человеческого сознания. Значит ли это, что люди сами судят о своей жизни? — Карлин уже чуть ли не до дыр натирала тёмную плитку пола — Но и тут несостыковка, ведь большинство религий учит быть прямо всем из себя бедным одуванчиком, который и последние трусы отдаст и свою грешность признает. Действительно же часто поощряется признание себя грязью из-под ногтей, которая лишь суда и милости заслуживает. Исходя из этого, действительно «хороший» человек должен себя осудить, должен сожалеть о всех совершенных поступках и признать свою нечестивость, быть готовым понести наказание. В то время как условный негодяй, подлец и аферист всё поймёт по другому — ведь всем понятно, раз человек плохой, то и уверовать адекватно он не может — и тогда по истине «плохой» смертный не будет ни о чём сожалеть и оправдает для себя все свои грехи, тем что в прошлый понедельник оставил сдачу продавщице. И в итоге заключение этого суда будет «умница-спортсменка-комсомолка». — Ага, а он тогда что? А она ему? — явно не сильно вовлечённая в пучину философии Лиза лишь в очередной раз окунула тряпку в ведро. — И то же самое касается ада и чертил там всяких, — Настя очевидно этого не замечала — Концепт прост как три копейки — в раю балуют-лелеют, в аду на медленном огне пытают. Но ведь пеклом заправляет «чёрт всех чертей» и в общем антипод Творца. Если всем там рулит чистое воплощение зла, то не должно ли оно восхвалять грешников, а не пытать? Почему именно «злое зло» осуществляет правосудие? Ведь именно страх мучительной бесконечности пыток должен пугать прихожанина и лишний раз мотивировать погрузиться глубже в веру. Или дьявол настолько жестокий, что желает несчастья абсолютно всем и хочет причинить страдания — без разницы кому? И не стирают ли настолько разные трактовки его роли сами рамки понятия добра и зла? — Да что ты… — Вета тяжело вздохнула. По её выражению лица было понятно, что девушка всеми силами пытается абстрагироваться от реальности, в которой она…       Руки смертной с силой сжали влажную тряпку, словно представляя на её месте чьё-то беззащитное горло, а вместо стекающих по запястьям капель — горячую кровь. Хотя, кто знает, какая кровь у вампира? — Я, блять, не могу, — выдохнула Елизавета, постепенно вскипая тихим гневом — Это… Сука, это… Да пиздец это, всё. Я всю жизнь после школы уборкой занималась, это, блять, норма. Но не сейчас же… Эти суки же не убираются, так? — Не-а, только мы, — как-то смиренно пожал плечами Кейши, хотя взгляд у того был помрачнее Лизиного. Та возмущённо взмахнула руками так, что даже стоящая в другом конце комнаты Карлин инстинктивно дёрнулась. — Блять, ну конечно! Зачем самим свой же срач убирать, когда есть бесплатная рабочая сила, — Норман сейчас отчётливо чувствовала каждую мышцу своего такого смертного тела, и каждая была до предела напряжена — Они тут все дохера важные ходят, мажоры хуевы, а уборщицу за триста иен позволить оплатить не могут. Да тут одни шторы как мои почки стоят, при том, что школа, сука, ночная, и им занавески эти нахуй не всрались! Это… — Нужно же вам как-то в лишний раз напомнить, где ваше место, правда?       Шатенка вздрогнула, резко оборачиваясь к дверям. Девичьи руки сжимали мокрый кусок ткани уже не как жалкую жертву, а как оружие, последнее спасение в экстренной ситуации. При виде этого пришедший лишь очень ядовито усмехнулся. Силуэт его был высоким и довольно мускулистым — парня поначалу не удавалось разглядеть из-за тени. Но вот он делает уверенный шаг вперёд. Тёмно-зелёные, почти чёрные внимательные глаза приковались к Вете, вся аура незнакомца выдавала важность, но язык тела — высокомерную расслабленность. Смертная нехотя подметила интересную внешность врага: у того совсем не было волос, ни даже бровей или ресниц, от чего взгляд становился всё менее человечным и всё более устрашающим. Бледная кожа шеи парня служила живым натюрмортом, пестря разнообразием чернил. Белой повязки и самозванца не наблюдалось. — Вы о чём вообще? — насторожилась Норман — Если пришли пос… Из-за естественной нужды, то мы уйдём и не вернёмся. Только скажите. — Нет-нет, я правда пришёл поздороваться. Очень уж зацепила ваша… Ария, — с издёвкой произнёс нелюдь. — А, моя болтовня? — оживилась Анастасия, стараясь выглядеть приветливо — Ну, та, про солипсизм, грех и смысл жизни? — Хм, ты вообще что-то говорила? Видимо, я поздно пришёл… — с абсолютным равнодушием и нескрываемым отсутствием интереса заключил бессмертный — О-ой, а не ты ли та рыжая бутылка, что сегодня с лестницы прыгнула? Карлин замерла с видом бесконечного краха на бледном лице. — … Да вы шутите… Я не…! — тут девушка осеклась — А, э, эм, кто? Б-бутылка? — Они так человеческих девушек называют, — раздался голос Кейши откуда-то из-за угла комнаты. На какое-то время про него все забыли, никто не обращал внимание. От того удивление подруг лишь усилилось — усталое но всё же некогда чуткое выражение лица заменил что ни на есть гнев, тихая ярость, пожирающее изнутри бешенство. — И это ещё самая ласковая из кличек… — добавил он, чуть ли не расчленяя выскочку взглядом исподлобья. — … В смысле как бутылка с кровью? Я правильно понимаю? — по какой-то причине Настя отказалась дожидаться ответа — Хотя, нет, не надо. Лучше, наверное, не знать. Кхм. Между прочим… Дабы не пришлось прибегать к подобным псевдонимам… Представлюсь. Карлин Анастасия. Весьма приятно познакомиться. — Мехен Каатана. Рад знакомству, — незнакомец сделал очередной шаг из затемнения, наслаждаясь реакцией смертных. — Каатана? Тёлка что-ли? — Норман с подозрением прищурилась, держа тряпку наготове. — Лиза, блин, у тебя самой в паспорте имя мужское, будь добра заткнуться, пожалуйста, — запаниковала Настя. — Во первых, это нормальная европейская фамилия. Во вторых, я по-шу-ти-ла, — процедила сквозь зубы Елизавета с далеко не комедийным тоном голоса. — Если пытаешься в юмор, то будь добра начать с суицидальных тенденций комков теста или национально-пёстрого контингента посетителей бара, а не мизогинных оскорблений, — говоря это, Анастасия переборола себя и подошла ближе к Каатане, на всякий случай заслоняя собой конфликтного товарища — Простите мою подругу, ей последнее время не здоровиться, вот и нервничает. Так, говорите, пришли поздороваться? Что ж, добрый вечер. Как Ваши проходят ваши вампирские будни?       И без того небольшие глаза Мехена угрожающе сузились. Он выдержал миг отдающей опасностью тишины. — … Какое… Грязное оскорбление… — тихо проговорил он, слегка склоняя голову в бок — Какое… Гадкое… Так взять и обозвать… Крысой. Настя замерла с приоткрытым ртом, лихорадочно перебирая информацию в спутанных мыслях. Не вампир! Не вампир. Не вам-пир. Теперь что?! Теперь что? Те-перь ч-т-о? Точно. — И-извините? Не любите непринуждённые беседы? Извиняюсь, у-учту, — нервно сглотнула Карлин — И-и я ни в коем случае не называла Вас каким-либо грызуном. Должно быть мы неправильно друг друга поняли… Т-то есть! Это не Ваша вина, это я некорректно изъяснилась… — Ты назвала меня вампиром, — казалось, что Каатана нахмурился, но из-за отсутствия бровей судить о подобном было затруднительно — Это куда-а-а хуже. За долю секунды Анастасия по крупицам собрала всю волю в кулак, принуждая тело заметно расслабиться. — …А? — она широко и озадачено раскрыла глаза — Так ты человек? Кейши с переживанием глянул на одноклассницу. Он ведь слышал, как Микако всё ей объясняла, она ведь… — Хм? Ой, так ты тут новенькая? — хмыкнул Мехен, прислоняясь плечом к стенке и расплываясь в довольном оскале — Дай угадаю, шлюшка Сакамаки? Эта семейка никогда не вводит свои бутыльки в курс дела. По ощущениям за спиной Карлин что-то загорелась. Лиза выглядела так, словно единственное, что останавливало её от попадания под двести пятую статью кэйхо, это полная никчёмность половой тряпки в роли оружия, даже если бы речь зашла об удушении. — Тихо-тихо-тихо, — шепотом запричитала Настя, махая рукой так, словно отгоняя пар, хотя сама Карлин сейчас выглядела так, словно морально уже третий раз погибла. Она страдальчески подняла взгляд в бездушный потолок.

«Боже, ну почему вокруг меня такая концентрация

сверхъестественного и мизогинии?»

      Вспомнив, что к превеликому сожалению является атеистом, девушка вернулась в реальность и как всегда постаралась найти плюсы даже в подобной ситуации. И всё же нашла — у смертной даже получилось облегчённо выдохнуть. Поверил. — Так вот, о чём ты говорил, — горько усмехнулась она, глянув на Кейши, который по всей видимости также нуждался в остужении — Так и… Мехен-сан, так кто вы? — Вибора, — коротко ответил парень. Внимание его сейчас было приковано к Наразаки-ночи. Карлин кивнула. У Вибора какая-то неприязнь к вампирам. — Понятно, — Настя сказала это с таким выражением, как будто ей совсем ничего не понятно, хотя реальность была противоположной — … Типа змеи? — Хм, как догадалась? — У меня однажды случилась гиперфиксация на испанском языке из-за пары строчек в одной песне, которую я слушала. Вот, выучила слегка, — признала Анастасия — Вибора ведь на испанском гадюка, нет? — Да, но… Это совпадение, — пожал плечами Каатана. — Поверю на слово! Хах, ну, тогда… — Так зачем Вы пришли? Поиздеваться? — заговорил Кейши. — Издеваться? Почему же. По моему, Ваши владельцы с этим прекрасно справляются и без нас, — с издёвкой подметил Мехен — Я лишь хотел в который раз увидеть этот ой какой страшный взгляд Наразаки-ночи. Кейши молчал, наблюдая, как змей медленно приближается. — Знаешь, обычно бутылки смотрят в пол. Ты другой, — Вибора вдруг улыбнулся с подозрительной хитростью — Как жаль, что ты никогда не выльешь свою бесконечную ярость на вампи-и-иров. Так и продолжишь стрелять глазками, да?       Настя вдруг почувствовала чью-то хватку на предплечье. Не успела рыжая и оглянутся, как уже стояла в коридоре перед входом в уборную. — Идём, — скомандовала Вета — Пока этот уж отвлёкся. — А…? А как же…? — растеряно вопросила Карлин, оглядываясь. — Справится. Идём, нужно найти остальных и… — Как же Вам повезло, что «остальные» сами вас нашли, м-мда?       Анастасия тут же узнала знакомый голос. — Святые кренделя, Лайто-кун! — увидев одинокого парня в шляпе Карлин выдохнула с облегчением, но мысль всё же допустила — Явился, шляпник из страны чудес. Никогда не думала, что буду так ему рада. Бывает же он милым, особенно когда в радиусе не менее километра от бильярдного стола! Норман восторга подруги не разделяла, но ничего не сказала. Всё же, шатен сейчас её путь к подругам. Сакамаки же приветливо улыбнулся, приближаясь. — Нам уже пора. Позвольте перенести вас в лимузин, — он раскинул руки, словно для объятья. Рыжая в миг кивнула, как резко вздрогнула, вспомнив. — Подожди, нет! У меня от теле…!       Её голос потерялся в пустоте коридора.

𖤐𖤐𖤐

Девушки тихо прикрыла дверь, на цыпочках покидая ванную комнату, стараясь не издавать ни единого звука. Спальня, являющаяся в этот момент самым наглядным воплощением золотой клетки, была окутан зловещей тишиной и неприветливым холодом. Это не её место. Тут ей не рады — но и отпускать не намереваются. Тогда остается лишь взять всё в свои руки и… Мари сглотнула, чувствуя, как в горле становится всё теснее.       Анастасия уже лежала на своей постели, почти полностью спрятавшись под одеялом — лишь рыжая макушка выглядывала из-под мягкого уюта, да пара рыжих косичек. Карлин очевидно ложилась спать с надеждами на завтра и на лёгкую завивку в придачу. Сонми решила пренебречь формальностями в виде «спокойной ночи» или «сладких снов», только бы не рисковать пробуждением любительницы пофилософствовать по время уборки.       Мари медленно и мягко присела на постель, словно ожидала от самой дорогой в её жизни кровати характерного скрипа. Скрипа, как в их комнате в приюте. Как дома… Но был ли приют домом? Можно ли так ласково звать место, целью которого было взрастить тебя для роли идеальной добычи, жертвы без права выбора? В конце концов, каждый ягнёнок считает овчарню домом, пока не застанет скотобойню. Именно так ведь Маша всё и представляла — даже мысленно смирилась с тем, что вряд ли когда-то отпразднует совершеннолетие, заветные двадцать лет, что никогда не поступит куда-то или не получит карьеру мечты, несмотря на все свои образцовые показатели в учёбе. Так таковую мечту она никогда себе и не позволила возыметь, а всё из-за него… Приюта. Приюта имени Руфи, как называли его документы и как написано в её собственных бумагах, которые наверняка раздавали всем желающим обзавестись новым питомцем. Почему же приёмный отец оставил её там? Разве она не была… В прочем, думать об этом уже поздно. Как и том, являлся ли приют для неё когда-нибудь истинным домом. Уместны ли вообще такие вопросы, когда даже собственных дочерей владелец отдал как куски мяса? Неважно. Неважно, ведь сейчас он…       Сонми словно током ударило, воздуха стало до жути мало, глаза её устремились в пустоту узоров на обоях.

𖤐

Она легонько переместила ногу. Маленькая алая волна весело прошлась по направлению к телу и тут же растворилась. Он совсем не двигался! Постепенно каменеющие пальцы, кажется, всё ещё пытались удержать отобранный пистолет. Так мило, так наивно отрицая собственную смерть. Ткань одежды уже была совсем-совсем мокрой, усеянной керамическими осколками и землёй, словно пирожное сахарной пудрой. Растение комнатной мяты лежало на его лопатках, будто его туда положили нарочно — для украшения этой и без того восхитительной картины. Рана на шее к превеликой радости не переставала кровоточить. Видно, осколок горшка очень удачно задел какую-то из артерий. Один из этих осколков — кажется, самый большой из них — сейчас лежал в приоткрывшейся черепушке. Интересно, куда подевалась часть черепа, что сейчас отсутствует, открывая вид на немного помятые от удара мозги? Они так блестят в этом тусклом свете сейчас, словно нарочно привлекают к себе внимание. Усеянная волосами кожа вокруг раны растянулась с одной стороны и сморщилась с другой как порванный носок или горло старого свитера. Казалось, если присмотреться, из подобной раны можно было бы увидеть даже начало позвоночника — но при таком освещении сложно было даже отличить ошмётки мяса от кусков земли. Как жаль. Сонми сделала рваный вдох, не в силах оторвать взгляда от тела — в то время как её собственное била нежная тёплая дрожь. Губы непроизвольно растянулись. Взгляд опустился ниже, к девичьим ногам. Светлый кусочек. Ресницы дрогнули. Осколок черепа. Кончики пальцев закололо. Рука инстинктивно потянулась ниже.

𖤐

      Он мёртв. Директор Комори мёртв. По их вине. Юи и не знает, доверяет им, доверяет ей… Той, что стояла над трупом её отца, в то время как её чуть ли не трясло от восторга и…       Нет. Нет. Нет. Нет. Нет, нет, нет. Не. Ей показалось. Она перенервничала. Любой бы переживал. Не было такого. Нет. Нет, нет, такого не было. Показалось. Нужно думать о другом, нужно думать о…       Его тело ведь уже кто-то нашел. Оставалось только молиться, чтобы этим кто-то не была одна из девочек из приюта — их судьба и без того печальная, лишние травмы никому не нужны. И что сделали с этим происшествием? Вряд ли их ищет полиция… Значит, замяли? Главное, чтобы это не проскочило нигде в новостях, ведь тогда Юи узнает. Не будет такого, что она сразу подумает, что её отца убила Лиза горшком от комнатного растения, нет… Но ведь он был её единственным родителем. Никто не знает, какая у той будет реакция на потерю такого человека, реакция на то, что последний дорогой человек в этом мире у неё это сестра, которая в ситуации не хуже самой Комори. Вполне может случится такое, что девушка утеряет всякую волю к жизни и передумает сбегать с остальными, обрекая себя на страдания — и Мари не сможет не винить себя в произошедшем. Ведь именно Мари она доверилась, доверились все они, именно на Мари возложили ответственность продумать план…       Побега.       В груди закололо, зубы силой зажали между собой нежную кожу щек. Снова тесно в горле, но не тошнит. Хотя так хотелось бы — ведь тогда, казалось бы, вся эта жуть выйдет наружу и станет легче. Всё пройдёт как пищевое отравление или тепловой удар. Всё станет лучше, всё станет как прежде — но нет. Оно остаётся внутри, вытесняя всё остальное. И оно не покинет Сонми, пока та не придумает план. Обязана придумать. Должна. За неё проголосовали. На неё понадеялись. Она не может снова всех вокруг себя разочаровать, она в принципе не имеет права никого разочаровывать, раз уж когда настолько разбила надежды приёмного родителя, что тот отдал её на человеческую ферму. Мари не может разочаровать единственных дорогих ей людей тогда, когда от этого зависят их судьбы. Их будущее. Их жизни. — Чего там обои рассказывают? Сплетни небось.       Сонми вздрогнула от такого неожиданно упавшего камня в поток её мыслей. — Насть…? Мне казалось, ты спишь… — Мари обернулась на подругу, но тут же стыдливо отвела взгляд — Извини. Я тебя разбудила? — Ты тут же минуту сидишь не дышишь, как ты могла меня разбудить? — с усмешкой хмыкнула Карлин, но в её лице читалось беспокойство — И нет, я не сплю. Я тут «Энгри Бёрдс: Стар Ворс» скачала. Прикинь, тут этот желтый треугольник типа Хан Соло. Должна сказать, довольно-таки симпатичный, хотя эта розовая голубиха в виде принцессы Леи тоже ничего такая… — … Понятно, — Мари вздохнула, а собеседница приподнялась на локтях. — Да блин, ну понятно же, что у тебя терзания душевные. Видно всё по тебе, — она сочувственно улыбнулась, голос её был мягким — Хочешь, обниму? Мари лишь смущённо потупила взгляд. Какое-то время она молчала, пыталась распознать в предложении напор или что-то, что могло бы её остановить от того, чтобы отказаться. Ничего не было. Настолько легко Карлин это сказала, с такой теплотой, что представлении о том, что можно «нет» не вызывало мурашек, как обычно происходит с Сонми. Девушка набрала воздуха в лёгкие, но так ничего и не сказала, лишь слабо кивнув.       Настя улыбнулась, с нежностью наблюдая за стыдливым бездействием собеседницы. — Стыдно ко мне в кровать лезть? — догадалась она, хмыкнув — Ничего, за то мне в твою прикольно. На этих словах Карлин за пару секунд оказалась на чужой кровати, явно чувствуя себя как дома. — … Спасибо… — Мари сняла лёгкие тапочки и аккуратно сложила те под кровать, пока подруга обустраивала «гнёздышко». — Всё, залезай, а то отморозишь себе чёт. В этом доме и так отмороженных достаточно, — причитала рыжая, «гостеприимно» приподняв одеяло, хотя самой являлась здесь гостьей. — Мгм… — Мари послушно залезло под одеяло и в чужие объятья. — Кто сверху? Ты? Я? Ты? — усмехаясь и ёрзая вопрошала Настя, пытаясь отыскать самую удобную позицию, после чего торжественно прошептала — Я. Сонми лишь молча прижалась в чужой груди, что собеседница прочла как ожидаемое смущение. — Всё-всё, я знаю тебя и твоё пристрастие к чесночному хлебу, я из той же оперы. Больше не буду, — хихикнула Карлин. — … Ничего, — выдохнула шатенка — Мне нравится как ты шутишь. — А-а-ав, солнышко, — сдерживая восторг протянула Анастасия— Люблю тебя. — И я тебя… — еле слышно пробормотала Сонми. Настя приятно пахла. Дорогим шампунем с ванилью и кокосом, кремом для рук и… Домом. — Ну так из-за чего переживала? — как ни в чём не бывало вопросила Карлин. По её тону сложно было уловить хоть какую-то сонливость. Мари замолчала. Только ведь удалось забыть… — Школа мешает… — наконец признала она. Анастасия понимающе молчала, слегка поглаживая подругу по спине. — Как мы узнали, покинуть школу без сопровождения своего вампира невозможно… — тихо-тихо проговорила девушка — Из-за этого свободное «окно» сужается до двух дней. Это… Плохо. — Взорвём школу? — с завидной невозмутимостью проговорила Карлин. Вторая девушка замолчала, какое-то время размышляя над тем, серьёзно ли вообще к ней обращаются. — … Кто-то может пострадать… — Мари замялась, отчаянно ища хоть какую-то причину так не делать. — Тогда нахимичим какой-нибудь вирус, чтобы закрыли на карантин? — продолжала предлагать идеи Настя. — Это… — Сонми лишь вздохнула, смирившись с тем, что не в силах подобрать нужные слова. Настя поняла и так. Не подходит. Облом. Рыжая нахмурилась, призадумавшись. На смену мелькающим в сознании образам планов всех уровней безумия пришли воспоминания.

𖤐

— Тише, — Субару беспокойно оглянулся — Понятно уже.

— Ты мне веришь? — чуть ли не засветилась от надежды смертная, тая в улыбке.

— Я… — закончив оценку окружения и вернув своё внимание собеседнице, вампир аж застыл от неожиданности. Не ждал бессмертный такого внезапного ласкового, уветливого взгляда. Настолько искреннего и радушного… А главное, направленного на него. Понадобилось время, чтобы заставить себя посмотреть в другую сторону, лишь бы совсем не растеряться.

— … Я видел, — наконец смог выдавить из себя он.

— Мою аварийную посадку? — как ни в чём ни бывало уточнила Настя.

— Твою… — в «седую» голову начали пробираться мысли о вполне ожидаемой реакции, но три слова вылетевшие из уст уже было не поймать — Как толкнули тебя.

— А… Так неспециально же было? — слегка замешкалась, как вдруг её голос зазвучал тихо и очень по заговорщически — … Или нет?

Субару уже вроде сделал неуклюжий шаг назад, но подобный побег привёл лишь к двум ответным шагам навстречу — Анастасия была настроена серьёзно.

— … Неважно, — фыркнул он, стараясь звучать как можно настойчивее — Иди уже.

— Субару, — с терпеливой настойчивостью сказала она, нарочно упустив вежливый суффикс — Субару.

— … Это был Вульф, — в конце концов выдал из себя Субару, тяжело вздохнув — Не обращай внимание. Настя тряхнула головой, возвращаясь в реальность.

𖤐

Девушка замерла. Кончики пальцев задрожали, губы совсем немного растянулись, а взгляд устремился в темноту спальни. Серые глаза округлились, образы становились всё отчётливее а мысли всё громче. Сознание выбросило следующее воспоминание.

𖤐

И без того небольшие глаза Мехена угрожающе сузились. Он выдержал миг отдающей опасностью тишины.

— … Какое… Грязное оскорбление… — тихо проговорил он, слегка склоняя голову в бок — Какое… Гадкое… Так взять и обозвать… Крысой.

Настя замерла с приоткрытым ртом, лихорадочно перебирая информацию в спутанных мыслях. Не вампир! Не вампир. Не вам-пир. Теперь что?! Теперь что? Те-перь ч-т-о? Точно.

— И-извините? Не любите непринуждённые беседы? Извиняюсь, у-учту, — нервно сглотнула Карлин — И-и я ни в коем случае не называла Вас каким-либо грызуном. Должно быть мы неправильно друг друга поняли… Т-то есть! Это не Ваша вина, это я некорректно изъяснилась…

— Ты назвала меня вампиром, — казалось, что Каатана нахмурился, но из-за отсутствия бровей судить о подобном было затруднительно — Это куда-а-а хуже.

𖤐

Радость разливалась во все уголки организма, даже туда, куда не доставала распирающая девушку изнутри гордость. — Я поняла, — с неожиданной уверенностью прошептала она — Оставь это мне. Мари подняла взгляд, сбитая с толку таким авантюризмом. — Что? Я… — Сонми сжала в кулаке прохладную наволочку — Нет, нет, это моя ответственность. Все решили, что это на мне. Я не могу позволить себе скинуть всё на тебя, просто потому, что я… Прости, прости, я знаю, что я… — Не-а, на тебе план… Всего… Кхм, основного кипиша, — подобрала слова Настя, успокаивая собственное дыхание — Я возьму на себя школу. Я всё там решу. На тебе — остальное. Ты такой важный человек для нас сейчас, тебе нельзя отвлекаться на подобное, да? Мари молчала какое-то время. — … Ты уверена?       Анастасия принудила себя улыбнутся, хотя лица её сейчас никто не видел. — Да. Уверена.       Мари улыбнулась немного слабее, но от того не менее нежно. — … Спасибо.