—Наследие Лилит—

Машина слабо качнулась — видимо, проехалась по какой-то яме на дороге — и тем разбудила Карлин. Не то, чтобы рыжая переняла привычки старшей подруги и просыпала всю дорогу в старшую школу, совсем нет. Погружена Анастасия был не в сон, а раздумья, тревогой отражающиеся на бледном лице. Лёгкая тряска напомнила смертной — сегодня важный день. Сегодня нужно действовать.       Перестав бесцельно пялиться на собственные колени, Настя подняла глаза и пробежалась ими по присутствующим. На миг ей показалось, что в какой-то момент она установила зрительный контакт с одним из бессмертных, но пока она только начала об этом задумываться, Субару отвернулся обратно к окну лимузина.       Решив сейчас не разбираться, показалось ей или нет, Карлин прочистила горло, оценивая, кто в салоне выглядит наиболее разговорчиво. — … Там… Может, праздник какой-нибудь сегодня? — немного неловко начала она, молясь всем богам, чтобы хоть кто-то ей ответил.       Ответил. — Хм? Откуда ты знаешь? — Лайто склонил голову набок, изучающе глянув на собеседницу, из чьих глаз чуть ли не солнцем сияла благодарность. — Ну, я же из церковного приюта, конечно я знаю такие даты, — она скрестила руки на груди — Хотя не думала, что Демоны будут отмечать день памяти Екатерины Александрийской… Пятый Сакамаки коротко посмеялся. — Кого? — Седьмое декабря принято отмечать, так как в эту дату Демоны покинули свой родной мир, — не отрываясь от чтения очередной книги без названия холодным голосом объяснил Рейджи. — А… Если, конечно, можно спросить… — Комори оглянулась к смертным подругам за поддержкой — Почему Вы покинули свой мир? — Действительно, — Норман с громкой ноткой раздражения поддержала Юи. — Мир Демонов поглотило проклятье, — хихикнул Канато, хотя вид у него был непривычно… Нейтральный — Бездна называется, вроде бы… — Да, Бездна. А ещё все пересрались из-за этого Мерца, или как его там… — фыркнул Субару, притворяясь, словно не слушает разворачивающийся диалог. — Это тот, который больше половины рода Демонического вырезал? Да? Да? — почему-то Райка искала подтверждение у второго Сакамаки. Того хоть и немного смутили такие познание в стези, которая должна быть смертным недоступна, но зная назойливость данной белокурой особы не удивительно, что ей удалось раздобыть подобные познание у какого-нибудь бессмертного. — Да, — Рейджи кивнул — … Но его личность так никогда и не раскрылась. На деле, большинство того ужасно малого источников информации по этому поводу склоняется скорее к тому, что так называемый «Мерц» скорее был дуэтом, чем одиночной… «Работой». Но даже так, слабо вериться… — У вас больше половины населения сдохло, а Вам слабо вериться? — скептически подытожила Вета. Брюнет нахмурился, но всё же ответил. — Когда Демон убивает другого Демона, то, говоря примитивным языком, забирает его силу, — Сакамаки поправил очки — Если предположить, что Мерц действительно существовал, то его сила бы уже… Была сравнима с отцом, как минимум. А это невозможно, ведь тогда бы его уже свергли. — А если это был не Демон? — Райка беззаботно игралась с тканью собственной юбки. — Исключено, — процедил Сакамаки — Человек на такое не способен. — … Но ведь это мог быть вендиго, — Лайто хмыкнул, пристально следя за реакцией брата. — Вендиго? — ошеломлённо повторила Настя, но осталась проигнорирована. — … У вендиго в то время было полно своих проблем, — наконец ответил Рейджи — Они были заняты свержением власти… И вымиранием… — Мне бы такие проблемы, — обижено цокнула Карлин. — То есть вы тупо съебались из дому, потому что «ой как страшно, злой убивец» и… Суеверия какие-то, — Лиза оскалилась — Беженцы? — «Бездна» это не суеверие, — отрезал Субару — Можешь хоть сейчас туда наведаться, убедиться. — Так туда можно вернуться? — Норман тряхнула головой — Так какого хуя вы до сих пор в нашей хате, ещё и своих правил наставили? — К твоему сведению, всё могло быть гораздо хуже, — с высокомерием ответил Аято. — Единственное место в Мире Демонов, пригодное для жизни, это Ротигенберг, — Лайто пожал плечами — А там живут… Кхм… Изгои. К тому же, в Ротигенберге невозможно находиться без того, чтобы попасть под влияние миазм. Даже алхимия там бессильна. — А на изгоев типа эти миазмы не действуют? — Норман изогнула бровь — И что там такого страшного, раз вы так этого боитесь? — Действуют, конечно, — Лайто игриво отмахнулся от смертной — Потому их и называют изгоями. — … Если честно, нихера не понятно, — призналась Вета. — Да что тут, блять, не понятного? — крикнул Субару — Если Демон попадёт в Ротигенберг, то станет гулем. — Гулем?! — повторила Настя — Типа… У меня нет проблем, кроме моей бошки. Тысяча минус семь, я умер, прости. Этот ёб- — Настя, блять, — цокнула Лиза, призывая подругу не отходить от темы. — А почему гули считаются изгоями?.. — подала голос Комори. — Потому что у гулей совсем нет ни магии, ни каких либо иных сил, — с насмешкой в тоне хмыкнул Канато — Только и умеют, что в воронов превращаться. И только по этому праву считают себя ещё одним кланом Демонов. Жалкие. — То есть кланов вообще пять? Ещё и вендиги какие-то? — кажется, ещё чу-чуть и у Карлин потекут или слёзы, или мозги. — … Так ведь есть ещё и Прародители… — с хитрой ухмылкой как бы невзначай упомянул Лайто — Точнее, были.       Дарья проснулась. При чём так, что даже глаза полностью раскрыла, а не как обычно — пятьдесят-на-пятьдесят. — Прародители? — переспросила она. — Первая Кровь, — Рейджи кивнул — Это… Первородные Демоны. Дали начало всем остальным планам. В отличие от нас они не питаются людьми… Я хотел сказать, не питались. — Все они вымерли от Эндцайта, — закончил за брата Аято — Так что плевать на них. — Болезнь какая-то? — уточнила Юи. — Ей были подвержены только чистокровные Прародители, — Лайто усмехнулся — … А зная их традиции с кровосмешением, «чистокровностью» могло похвастаться большинство. — Инцест? Иу-у, — очевидно впечатлительная Карлин закрыла лицо руками и не заметила, как Субару на миг покосился к на неё. — А что будет с человеком, если тот попадёт в Ротигенберг? — Дарья обернулась на второго брата. — … Никто не проверял. Были какие-то сведения, что труп смертного обратиться в гуля, — Рейджи отвёл взгляд — Лишний раз туда никто не наведывается. — Круто, — жизнерадостно улыбнулась Тайонами — А что сегодня на ужин?       Рейджи вздохнул со смирением, ни капли не удивлённый такому поведению со стороны жертвы. Пятый же Сакамаки вовсе перестал слушать разговор, непривычная ему отрешённость вызывала подозрения.

𖤐𖤐𖤐

— Сученька, погоди.       Мари сразу же остановилась и заметно ссутулилась. Девушка искренне постаралась скрыть раздражение на лице и обернулась на вампира. Ноги и лицо мёрзли — первая неделя декабря, всё-таки. Сакамаки же холод ни капли не смущал, что, учитывая его бессмертную природу, не удивительно. Свет уличных фонарей мягко ложился на его волосы, за его спиной мелькнул уезжающий куда-то на парковку лимузин.       Сонми, всё же подавив рвотные позывы, вздохнула. — Вам что-нибудь от меня нужно? Лайто качнул головой, его внимательный взгляд ни на миг не отрывался от девушки. — Почему же так официально? — он хмыкнул — Я лишь заметил, что тогда в машине ты не проронила ни слова и забеспокоился. Услышав подобное, Маша сомневаясь склонила голову бок, смертной душой завладело смятение. — … Мне… — она сглотнула — … Мне очень приятна Ваша забота, но… Всё в хорошо. Так хорошо, как только может быть в… Подобной… Ситуации. К тому же, я не самая разговорчивая. — Это я заметил, — признал Сакамаки — Но не тогда, когда дело касается… Кхм… Информации. Ты ведь умная девочка и понимаешь, что тебе необходимы все возможные знания, чтобы выжить в этом новом для тебя мире. Но ты не пыталась узнать совсем ничего — и я сомневаюсь, что это по причине того, что ты и так всё знала. Мари неосознанно отвела взгляд. — Новом для меня мире… Если бы это только было правдой, — напрашивались плохие мысли, тогда Сонми постаралась прогнать их, продолжив диалог — Благодарю за… Комплимент. Но вынуждена признаться, что не вдавалась в подробности разговора. — И что же тебя так тревожит, что ты выключаешься из реальности? — он сделал шаг навстречу — Хм-м, сученька?       В этот раз Маша не сдержала секундной гримасы дискомфорта, но удача оказалась на её стороне. Именно в этот момент Сакамаки поднял взгляд, посмотрев жертве за спину. Туда, где стояла её смертная компания. — Ой, посмотри, как они на нас оглядываются, — хихикнул вампир — Особенно та… Как её там? — Норман Елизавета, — также оглянулась на подруг Мари. — А-хах, да, она. Смотри-ка, приближается, — Лайто надменно хмыкнул, наблюдая за приближающейся «бурей» — Но мы ведь не позволим ей нам помешать, правда же? — О чём Вы?.. — спросила Сонми, хотя уже догадывалась о планах собеседника — Нет, стойте. — «Стойте»? — с издёвкой повторил вампир. — Вы хотите поговорить наедине? Я правильно Вас понимаю? — не дожидаясь ответа Маша продолжила — В цивилизованном обществе об этом заявляют напрямую, а не молча переносят куда-либо. Я не против обсудить что-либо с Вами, но позвольте мне заранее уведомить моих подруг.       Резко развернувшись, Сонми сделала пару быстрых шагов навстречу подходящей Норман. — Маша, мать твою, — та обеспокоенно схватила подругу за руку — Чего он к тебе прицепился?.. — Всё в порядке. Он хочет что-то обсудить, — наблюдая возмущённую реакцию собеседницы, Мари продолжила — Сейчас должно быть собрание в актовом зале. Там должна собраться вся школа, поэтому надолго он меня не задержит. Встретимся там, ладно? Вета выдержала короткую паузу. — … Ты уверена? — она нахмурилась, но в глазах её читалась только забота — … Это одна из твоих махинаций?.. — Да. То есть, нет… В смысле, да. Уверена, — Сонми кивнула скорее самой себе, нежели Елизавете — Ты поймёшь, что что-то не так, если я не появлюсь на собрании. Оно совсем скоро, поэтому всё под контролем. Норман молчала, после нехотя кивнула. — … Первый и последний раз, — заключила она, недоверчиво глянув на стоящего позади Сакамаки. — Спасибо. Боясь передумать, Вета заставила себя развернуться и вернуться к остатку группы.       Маша же, не зная, от чьих достижений ей удивляться больше — своих в убеждении, или Норман в доверии — продолжила стоять на той точке, притупив взгляд. — Ты её убедила, — неверующе произнёс Лайто, подходя сзади. — У нас есть время до начала собрания, — заключила Мари, разворачиваясь. — Могу я нас перенести? М-м? — … Можете.

𖤐𖤐𖤐

На крыше было прохладно. Казалось, даже холоднее, чем внизу. Лайто стоял спиной к смертной, сделал пару шагов к обеспечивающему безопасность чёрному узорчатому забору, устремил взгляд в небо. — … Не успел. Мари старалась звучать собранно и уверено. — … К чему?..       Сакамаки обернулся на компаньонку. — «Третья четверть» была вчера. Ещё вчера она была идеальным полукругом, — Лайто мечтательно выдохнул, слегка краснея — Как быстротечна идеальность, скажи? — Вы пригласили меня обсудить луну? — услышав саму себя, Сонми сразу же притупила взгляд — Простите, это прозвучало слишком грубо.       Миг — и вампир оказался уже прямо перед смертной, закрывая собой обзор на ночное небо. — Боишься показаться грубой? — он усмехнулся. — Я не хочу быть грубой, — Маша сглотнула сомнения — Я… Отношусь к Вам с уважениям. — Думаешь я его заслуживаю? — Да.       Поняв, насколько быстро она ответила, через миг молчания девушка добавила. — … Вы ведь не сделали ничего плохого… — А если сделаю? — он склонился ближе к лицу шатенки — Знаешь ли, когда ты так соблазнительно об этом говоришь… — Я предпочту не обсуждать подобное, — Мари переборола себя и не сдвинулась с места — Я о Вас высокого мнения. Я… — Почему же? — … Я так Вас и не поблагодарила. За тот раз, — Сонми немного смущённо отвела взгляд — С сервизом Рейджи-сана. Я промолчу про Ваши методы, но… Я действительно Вам благодарна и очень ценю Ваш поступок. Я действительно высокого мнения о Вас. Поступки для меня значат больше, чем слова. Потому я действительно расстраиваюсь, когда Вы словами… Заставляете меня сомневаться в моих взглядах на жизнь.       Сакамаки какое-то время молчал, изучая собеседницу взглядом. — … Мы понимаем друг друга? — сомневаясь вопросила девушка, наконец поднимая взгляд на вампира. — … До чего же ты приторно хорошая, а? — он оскалился, наблюдая осколки разочарования в карих глазах. — … Сученька. — Вы можете пожалуйста не использовать по отношению ко мне подобные вульгаризмы?!       Голос Мари прозвучал как чужой. Громкий, настырный. Голос человека, который хочет, чтобы его услышали. Хочет, чтобы его уважали также, как он уважает других.       Сонми вздрогнула. Вспомнила, что она не такой человек. Не имеет права таким быть. Она попятилась назад, осознавая сказанное. Смотрела вниз, по сторонам, куда угодно, лишь бы не на жертву своей опрометчивости. — … Извините.       Это был голос Мари. Тихий, не затмевающий собой никакой другой голос или даже шум проезжающих где-то машин. Это был голос… Человека. Просто человека. Тем, кем Сонми являлась.       Лайто не двигался. Хмыкнул. — Берёшь слова обратно?       Маша тряхнула головой, всё ещё отказываясь смотреть вампиру в глаза. — Не слова, а то, как я их произнесла, — тихо но плавно произнесла она — Что касаемо слов, я действительно так думаю. Если Вы мне дадите вторую возможность попытаться донести это до Вас, то…       Она сделала глубокий вдох, наконец-то заглядывая в лицо бессмертного. Но то почти полностью закрывала тень шляпы. Лишь желто-зелёные глаза бесстрастно наблюдали за жертвой. — Пожалуйста, обращайтесь ко мне по имени. Я очень это оценю, — наконец произнесла девушка.       Она не дожидалась реакции парня. Не хотела дожидаться, боялась. — Мне нужно идти, — Мари развернулась, но не сдвинулась с места — И ещё раз простите, что сорвалась на Вас. Я в последнее время… Переживаю. Хоть это и не оправдание.       Наконец, она последовала к дверям к лестнице.       А Сакамаки остался стоять.       Осознав своё одиночество он выдохнул, прошептав для себя и убывающей луны. — Из-за чего же ты так переживаешь, Мари?

𖤐𖤐𖤐

      Девушка быстрым шагом миновала очередной пустой коридор. Пару поворотом назад ей посчастливилось обнаружить карту школы с чётко назначенной локацией актового зала. По дороге смертная не встретила ни единой души, вокруг было до жути тихо, лишь издалека доносился какой-то очень тревожный шум. Сложно было что-то разобрать, потому эмоциональный окрас, которым сознание наделило беспорядок голосов и звуков, Сонми списала на собственные переживания. К слову, о переживаниях — раз уж здесь так пусто, значит, собрание могло уже начаться. Лиза будет переживать, а пока она ничего не сделала, нужно поторопиться.       Мари заметила издалека стеклянные двери, через которые пробивался свет и какие-то быстро двигающиеся тени. Туда. Причём, скорее. Смертная ускорила шаг, заранее промотав в голове десяток сценариев возможных событий и как избежать неприятностей из-за опоздания. Также, придётся очень быстро сориентироваться, чтобы найти остальных или в самом крайнем случае Сакамаки.             Треск.       Громкий, всепоглощающий треск разорвал слух в мелкие клочья ещё до того, как Мари успела хоть носком ступить в пробивающийся сквозь двери свет. Двери, осколки который сейчас рассыпались по полу. Всё произошло так быстро — Сонми не успела даже понять, не успела испугаться. Краем глаза она заметила разрастающиеся по стенам трещины причиной которых стало прибитое к ней тело. Кажется, что тело. То, что раньше называлось лицом, сейчас почти идеально плоским слоем стекало по поверхности стены, заливаясь в воротник школьной формы. Наверняка уже сломанный позвоночник выгнулся под почти невозможным углом, от чего рёбра лишь с большей силы выступали из-под разорванной кожи и ткани рубашки. Все соки очень лениво и медленно стекали вниз, к вывернутой во время полёта юбке, но целомудренность трупа учтиво прикрыла выпавшая из-под рубашки кишка. Где-то в полуметре от тела со стены наконец-то свалился на секунду прилипший кусок черепа с ошмётком кожи и маленького кличества волос, сейчас чем-то напомнивших хвост падающей кометы.

𖤐

…Интересно, куда подевалась часть черепа, что сейчас отсутствует, открывая вид на немного помятые от удара мозги?..

𖤐

      Мари сглотнула, чуть ли не насильно заставив себя сделать шаг назад. Слюна была горькой, тягучей, глоток отдался щелчком между ушей.             Интересно, с таким же щелчком дробился тот череп?       Сонми тряхнула головой. Ещё больше, чем наличие трупа в полтора метре от неё, её поражала собственная способность ясно мыслить, которое больное сознание тратило на… — Неправильные мысли, — только сейчас Маша осознала, почему шум и крики так её напрягали. Особенно сейчас, находясь буквально за стенкой от их источника, тело сковывал страх. То, что там происходит… Судя по звукам и трупу перед девушкой — хаос. И вряд ли это было в планах отмечания знаковой для Демонов даты.

𖤐

…Светлый кусочек…

𖤐

Мысли? Воспоминания? Всё вместе? Не важно. Рука сама по себе потянулась к скрытому за одеждой крестику. Колени и сухие губы била дрожь.

𖤐

…Осколок черепа…

𖤐

Тон собственного внутреннего голоса заставлял поёжиться. Нет. Нельзя просто так стоять. Нужно… А что нужно? Как понять, что необходимо делать, если до конца не понятно, что происходит? Как…       Стекло хрустело под чужими шагами. Тень целиком закрыла тело несчастной, постепенно уменьшаясь. Хруст стекла. Казалось, свет растворяется и пропадает в этой густой шерсти. Глаза зверя светились синим льдом и… Разумом. Он не был в бешенстве, на деле казалось, что волк был осознаннее затихшей в тени Маши. Разглядывал тело. Убеждался в смерти? Почувствовал гибель? Почувствовал Мари?       Сонми встретилась взглядом с Демоном. Демон, конечно Демон. Вульф. Слишком огромный для обычного волка. Такой же, как в тот раз в гостиной Сакамаки. Они смотрели друг на друга, пока по продолговатому носу зверя на расползлись яростные морщины, он оголил пару клыков. Из-за шума сложно было отличить рык его от тех, что доносились из актового зала.       Так, нет. А почему это вообще важно сейчас? Нет! Не сейчас. Хоть и нет малейшего понимания того, что происходит в зале… Мари должна понимать, что происходит сейчас. Вот она, вот зверь, вот труп — хотя, нет, труп сейчас не важен. Она, зверь и стремительно сокращающееся расстояние между ними.       Осознание накатило так резко, что повлияло и на плавность движений — смертная рванула в противоположную сторону так быстро, что сама удивилась такой силе. Лишь через миг ей удалось осознать, что получилось всё благодаря чему-то, мёртвой хваткой схватившего её за запястье. К слову, до сих пор не упускающего, удерживающего на месте. Сонми чувствовала спиной чьё-то тело, чужие волосы упали на её плечо. Дыхание адским огнём опаляло ухо, щеку. Но Маша понимала — это дыхание не её спасителя, нет. Она заставила себя повернуть голову в сторону настолько, насколько было возможно. Вблизи голова зверя казалась ещё более громоздкой, чем когда-либо. Огромные голубые глаза, ритмично сокращающиеся ноздри, толстая броне-подобная шерсть, прижатые в гневе к голове уши, оголённые в оскале дёсны. Лишь зубы не удалось разглядеть, так как те впились поднятое плечо спасителя. — … Сука…       Мари с ужасом узнала этот голос. Думать было некогда, нужно действовать. То же самое подумал и вольф, дёрнув головой в сторону. Ткань пиджака затрещала, хватка на Машином запястье усилилась, подпитываемая болью — Сонми вдохнула — несмотря на это, девушке удалось вырвать руку. Секундное сопротивление со стороны второй персоны подействовало лишь как усиление рывка Мари. Рык зверя сорвался на визг, а Лизы на шепот. — Бежим. За мной.

𖤐𖤐𖤐

Мари упала на колени тяжело дыша, пока Норман закрывала двери за ними. Вся дорого до этого места прошла словно в тумане, но отдышка и слабость во всём теле доказывали — бежали смертные со всех сил. Точнее, Сонми. Вете с более качественной физической подготовкой дорога далась значительно легче, раз уж она была всё ещё на ногах. — Жива?       Маша подняла взгляд на стоящую перед ней подругу. Даша всегда отличалась не совсем среднестатистическим ростом, но наблюдать её с колен было совсем иным ощущением. Мари переборола себя и заставила встать на ноги, чтобы ненароком не заглянуть подруге под юбку.

𖤐

Все соки очень лениво и медленно стекали вниз, к вывернутой во время полёта юбке, но целомудренность трупа учтиво прикрыла выпавшая из-под рубашки кишка.

𖤐

— Воу, осторожно, — Дарья подхватила подругу именно в тот момент, когда у той подкосились колени — Я, конечно, сногсшибательная, но не настолько… — Извини… — на автомате прошептала в ответ Сонми, только сейчас начал оглядываться. Довольно просторное помещение, а главное знакомое. Но откуда? Мозги отказывались думать.

𖤐

Микако присела на корточки, вытягивая на себя громоздкий ящик и принялась непринуждённо копаться к его звенящим под её касанием содержании. Сонми неловко переступала с ноги на ногу, стоя на приличном расстоянии, и настороженно оглядывалась по пустой мастерской.

— Вы уверены, что мне дозволено тут находиться?.. — её голос прозвучал немного громче, чем сама Маша от себя ожидала, а потому она поспешила резко перейти на шепот — Извините…

— Не уверена, — беззаботно пожала плечами Наразаки, продолжая поиски — Но что они мне скажут? Я дочь директора. Этим всё сказано.

𖤐

— … Почему мы…?.. — Мари оглянулась, убеждаясь в правильности своих догадок. — В алхимической лаборатории? — Даша качнула головой куда-то в сторону — Прячемся от желающих вырезать всё смертное и не только смертное в этом здании революционеров. — Они убивают людей? — переспросила Сонми. — Ага. Я ничего сильно не поняла, но это короче акт противостояния вампирской тирании, — пожала плечами Морин. Только сейчас Мари с ужасом про себя заметила что подруга… Шепчет. А также выключенный везде свет, полная тишина… Они прячутся. И если их найдут, то убьют.       В голове не укладывалось. Раньше Мари наблюдала лишь в американских фильмах… До этого она не представляла себе в ситуации, где жизнь зависит только на способности задержать дыхание в нужный момент и жестокой удаче. Это осознание заставило что-то в груди сжаться. Мари закрыла рот, челюсть не слушалась. Даже короткий щёлк ряда зубов об второй вызвал рой мурашек. — Всё хорошо? — тихо спросила Даша. — … Нужно найти Рейджи-сана, — чуть ли не одними губами прошептала Маша — Нужно телепортироваться… И… И где остальные? — Рейджи-сан уже сам нас нашёл. Именно из-за него мы здесь и сидим. Что касаемо телепортации, то не выйдет, так как мы посреди города… Сейчас хоть и поздний, но вечер. Выносить конфликт Демонов наружу слишком опасно, да и спрятаться там негде. Вполне может начаться повсеместная резня, — Дарья вздохнула — Все наши здесь. Настя ловит паничку где-то под тумбой, Юи с ней заодно… А Рая на орбите вокруг Рейджи, который что-то там алхимичит. Мари оглянулась на уже сидящую спиной к стене Вету, убеждаясь в её сохранности. — Тебя ранили?       Голос Рейджи появился раньше, тем его тёмный силуэт из-за угла. Лиза не сразу поняла, что к ней обращаются, но в итоге ответа с её стороны не потребовалось. Следы зубов на плече говорили за себя. Судя по мерцающим бордовым блеском в темноте глазам, Сакамаки в ужасе нахмурился. — Твою мать… Нас так найдут… — он оскалился — … Ещё и эти придурки куда-то подевались… — А нельзя просто домой перенестись? — выглянула из-за его плеча Райка, как всегда наивно вопрошая очевидно. — Полагаю, слишком далеко, — догадалась Дарья. Но Рейджи молчал. Он застыл, воспалённое сознание перебирало варианты, пока он еле слышно не пробормотал. — Слишком далеко, но если алхимией… Не договорив, парень чуть ли не напал на один из ящиков, с завидной скоростью и ловкостью извлекая нужные ингредиенты. Заметив настрой Сакамаки, Тайонами на цыпочках отдалилась, лишь бы не мешать, пока не оказалась у подруг.       Она склонилась над Норман. — Тебя укусили? — полушепотом поинтересовалась она, почти что в кромешной темноте вглядываясь в мокрое пятно на плече Веты — Кто? — … Шавка, — Лиза тяжело дышала, видно, стараясь игнорировать боль. — Я найду бинты, — подала голос Юи, стараясь звучать уверенно — … Или хоть что-нибудь подходящее. — Спасибо… — пробормотала Лиза с удивлением оглядываясь на девушку, что только пару минут назад вытирала слёзы с в ужасе побледневшего лица. По Комори всё ещё был читаем животный страх, особенно когда она отвернулась начав дрожащими руками рыскать по ящикам. Мари, предпочитая лишний раз ничего не говорить, присоединилась к Юи. — Давай я помогу тебе снять пиджак, — довольно непривычно было наблюдать такое сосредоточенное выражение лица на Тайонами, когда та заканчивала избавляться от собственного верхнего слоя одежды. Она бросила свой пиджак на небольшую лужу образовавшуюся возле пострадавшей и, опустивший на колени для пущего удобства, рукой помогла ткани впитать кровь. — Спасибо… — повторила Норман отрываясь от стены, понимая, что самостоятельно на подобное сейчас не способна.       Даша с уставший вздохом приземлилась возле угла, в который в тихом ужасе забилась Карлин. — Жива? Настя закрыла рот руками, стараясь заставить себя дышать через нос, словно это хоть как-то поможет. Всё её тело выгибалось и сутулилось от каждого вдоха и выдоха, серые глаза широко распахнуты, хоть и смотрели в никуда. — Лиза нашла Машу, — спокойным голосом объясняла Морин — Все живые, хоть и некоторые из нас слегка покусанные… Какое-то время девушка молча наблюдала за состоянием подруги. — Милая, мне нужно, чтобы ты успокоилась, — добрым но неожиданно серьёзным тоном произнесла Даша — Сейчас может произойти что-то очень… — Все здесь?       Даша обернулась на голос Сакамаки. Рейджи подошёл к суетящимся вокруг Елизаветы Комори, Тайонами и Сонми. Даша схватила подругу за руку и помогла той встать, потянув к остальным. — Идём… — прошептала Морин, приближаясь к остальным. — Вы все должны между собой соприкасаться, — Рейджи старался говорить и плавно и понятно, но то, с какой тревожностью он оглядывался на двери, выдавало его — Они уже идут по вашему следу, нужно торопиться… Нужно… — А Вас мы должны дотрагиваться? — склонила голову в бок Райка, одной рукой хватая Лизу за руку, а второй обнимая шею Комори. — Со мной нет, — Сакамаки рвано выдохнул, что-то бормоча про себя — Хоть я и принял раствор, должный на время улучшить мою телепортацию, было слишком мало времени, чтобы сотворить его в идеале… Такое большое расстояние не лимит, а над ним… Мне придётся перенестись сразу в кабинет, чтобы не рисковать… Вас же… Чёрт… — Мы соприкасаемся, — объявила Норман — Делай что хотел, только быстрее. Рейджи кивнул, прикрыл глаза, сосредоточился. — Погодите, — воскликнула Юи, оборачиваясь на Сакамаки — А как же…? Дверь с грохотов разломилась надвое.

𖤐𖤐𖤐

Колени ударились об холодный асфальт, тонкий слой снега прилип к одежде, тая. Напряжение исчезло так внезапно, что ещё некоторое время смертные в растерянности оглядывались. Вскоре уже каждая из них узнала крыльцо поместье Сакамаки — а также заметила отсутствие их «спасителя». — … Где Рейджи-сан? — первой подала голос Райка. — Из того, что мне известно… Правильнее всего будет предположить, что он борется за жизнь где-то в своей комнате, пытаясь восполнить утраченные силы… — пробормотала Даша, хотя по виду её было абсолютно ясно: мыслями она совсем не здесь. — Он может умереть? — с ужасом в тёмных глазах вопросила Тайонами, на что Морин молчала, слушая тишину зимней ночи.       Наконец, она заговорила. — Мы одни в особняке, — поняла Дарья — Не считая абсолютно обессиленного вампира и демона дворецкого. — Абигэль разве не в школе? — уточнила Мари. — Нет, Рейджи послал его сюда ещё до того, как Лиза побежала тебя спасать… — Даша выдохнула -… Если у нас получиться отвлечь Абигэля, то… Из горла Морин вырвался хриплый, почти что истерический смешок. — Ты ведь понимаешь, что это идеальная возможность, — безумным взглядом она пронзила Сонми -… И другой такой не будет. Маша кивнула, сомневаясь. — «Переходники» у меня в комнате, но… — она качнула головой — Если Абигэль был тут заранее, то мы не успеваем. Он наверняка уже подготовил всё и Рейджи уже восстановился и… — Значит нельзя терять время. А побегу туда и сброшусь с окна. Он явно заинтересован в нашем выживании, раз уж пошёл на такой риск, — казалось, смертные никогда не слышали от Дарьи настолько оживлённого тона — Пока он в плохом состоянии, ему понадобиться помощь Абигэля, чтобы меня спасти. — Мы не можем тебя бросить… — Мари сделала шаг на встречу, в панике оглядываясь. Даша тряхнула головой. — Можете. Я придумаю, как вер… — Ничего ты не придумаешь! — перебила её Карлин, на лице страх перемешанный с ярость. Совсем на себя не похожая, Анастасия со злостью смотрела на подругу, которая лишь ошарашено выдохнула. — Насть, о чём…? — Мы знаем про твой диагноз! Что ты, чёрт возьми, умираешь, — Настя тяжело дышала, выдохи её превращались в белый пар — Ты ведь поэтому тогда так легко нас бросила? Когда мы из приюта сбегали. Ты постоянно планируешь собой пожертвовать! Я поспорить готова, ты изначально планировала всех спасти, а сама сдохнуть! Что тогда, что сейчас. И если мы тебя сейчас отпустим, ты ничего не будешь делать и дождёшься кончины. Но знаешь что?! Нет. Карлин на миг остановилась, кашляя от нервов и экспрессии. — Нет… — хрипло выдохнула она — Я пойду и отвлеку Абигэля. Тогда уж ты точно никого не бросишь. — Ты не… — Морин не закончила предложение. Смертная не ожидала подобного развития событий, не планировала. Так недолжно было быть. — Мы теряем время! — крикнула Анастасия — Ты сама сказала, какая это невероятная возможность, мы не… — … Самым логичным вариантом будет оставить Лизу.       Девушки оглянулись на обнимающую себя за плечи в ужасе Мари. Её пальцы тряслись то-ли от холода, то-ли от осознания сказанного — и того, что это правда. Лишь Норман никак на это не отреагировала, с мрачным видом прижимая бинты к ране. — … Если мы сбежим, у нас не будет возможности предоставить ей медицинскую помощь, — Сонми сглотнула ком в горле — Её укусили. Это почти что гарантированное заражение. Серьёзная травма. Морин шумно выдохнула. — Видимо, придётся что-то придумать… — раздражённо заключила она. — Так ещё ничего решено. Если скажете, где комната этого… — возразила Вета. — Рая уже побежала. Только когда Дарья озвучила этот факт, смертные заметили пропажу Тайонами. Глаза Норман расширились, захотелось себя ударить — Как она могла это пропустить?! — но боль в плече была уже достаточным наказанием. — Твою ж… Так какого чёрта вы сидите?! — развела руками Карлин — Нельзя терять ни минуты!

𖤐𖤐𖤐

Будь двери в кабинет второго Сакамаки закрыты на замок — без сомнений, Райка бы их выбила. Но те благо оказались приоткрыты, а потом силой ударились об стену, когда смертная наконец достигла цели. — Рейджи-сан! Вы умерли?!       Изменения в интерьере кабинета нельзя было игнорировать. Все бумаги и колбы лежали на полу, а скорее, котились по нему в разные стороны. Рейджи ссутулившись стоял у одного из ящиков, что-то истерически бормоча, пальцы его предательски дрожали. — Не то… Нет, это яд Вибора, это тоже не то… Он откинул совсем маленькую баночку куда-то к ногами пришедшей, даже не заметив её присутствия. В помещении материализовался слуга. — Господин, то были все запасы крови, которые у нас есть… — Что значит «все»?! Быть такого не может, т-только недавно… — Во мне почти четыре литра будет. Сакамаки рывком оглянулся на Райку, кажется, только сейчас заметив её присутствие. Смертная же за это время успела подобраться совсем близко к спасителю и положила руку тому на плечо, говоря в абсолютно спокойной манере. — У Рейджи-сана глаза напуганные… Как мило… — краем глаза девушка следила за Абигэлем — … Вы ведь можете испить из меня, правда? Вампир не двигался. Казалось, он смотрел не на жертву, а сквозь неё. Тайонами не зная страха подошла ещё ближе, даруя тому взгляд исподлобья. — … Почему Вы сомневаетесь? — тихо спросила она —… Про-       Договорить жертвенная дева не успела договорить, когда уже обнаружила себя на полу, то-ли на корточках, то-ли на коленях… Тайонами слегка заёрзала, но не придумала ничего лучше, чем прижаться к вампиру, садясь тому на колени. Сам Рейджи в это время избавил Райку от пары бантиков на шее и рывком заставил пуговицы рубашки сдать позиции. Девушка особо на это никак не отреагировала, всё её внимание было сконцентрировано на выражении лица парня. Казалось, ей даже удалось забыть про пристальное наблюдение Абигэля.       Мурашки пробежались по спине, разнося ощущения от такого близкого дыхания Сакамаки по всему телу. Правое плечо девушки уже было оголено. Райка принудила себя оторваться от разглядывания бледного лика и уткнулась в напряжённое плечо того, лишь бы Сакамаки было удобно. Какое-то чувство теплом — нет, жаром — растекалось по венам. Хотелось дать вырваться ему наружу, но не для того, чтобы избавиться. Хотелось поделиться им с Рейджи. Хотелось…       Тайонами рвано выдохнула, чувствуя как кожу протыкают. Всю мышцу тянуло от боли, на коже наверняка отпечатались зубы. Смертная не дышала. Выжидала. Сначала она почувствовала приятную щекотку холодной влаги — но её быстро перекрыло тепло. Кровь. Райка не дышала. Слушала. Вспомнив про наличие у себя рук, она обняла Рейджи с обоих сторон, удерживая себя у того на коленях, хотя силы его собственных рук обвитых вокруг её лопаток наверняка хватило бы. Тайонами не дышала. Ощущала. Глоток. Жадный, отчаянный. Глоток!       Смертная наконец вдохнула. Щёки зарделись. Нет, нельзя! Так вся кровь будет у лица, а не там, где нужно… В Рейджи. Взгляд глубоких тёмных глаз пополз в сторону, там, где лишь немного виднелся затылок парня. Собственная голова казалась Райке так лёгкой, пустой… Почти. Всего пара предложений внутреннего голоса, предложений, которые сейчас олицетворяли всё её существование.       Рейджи-сан.             Рейджи-сан укусил меня.                   Рейджи-сан пьёт меня. Тайонами выдохнула, сильнее прижимаясь к Сакамаки.       Рейджи-сан.             Часть Рейджи-сана сейчас во мне.                   Рейджи-сан во мне. Хотелось прижаться ещё ближе, ближе, чем реальность позволяла.       Рейджи-сан.             Часть меня сейчас в Рейджи-сане.                         Рейджи-сан живёт мной.       Смертная позволила себе дотронуться до тёмных гладких волос, не прекращая чувствовать а на себе прикосновение, дыхание, внимание вампира. Жарко. Сакамаки так близко. Ближе нельзя. Никто никогда не был так близко к Тайонами. Не был. Не был и никогда не будет. Райка знает, она уверена. — Господин, может мне стоит прове… — Заткнись.       По началу, Тайонами даже не узнала собственный голос. Но ведь это не важно. Сейчас ничего не важно. Гладкие, гладкие волосы. Щека, ухо, пальцы… Видимо, свойство слюны вампира уже действовали. С досадой Райка осознала, что почти совсем не чувствует боли. Это было так досадно, но сама душа отказывалась вспоминать о какой-либо негативное эмоции. Сейчас была только радость, только близость, только Рейджи-сан.       Казалось, что прошла внешность. Хотелось, чтобы так было. Тайонами была совсем не против провести так бесконечность, пусть на неудобном полу, пусть под наблюдением Абигэля, пусть… Пусть…!       Он отстранился. Даже сейчас бытие отказывалось расстраиваться, даже когда вечность подошла к концу. Не заметившая собственной слабости, Рая позволила себе лечь в чужие объятья. Сейчас лицо Сакамаки было прямо напротив. Девушка не смогла сдержать слабой улыбки, увидев следы собственной крови на его губах. Ладонь Рейджи свободная от перчатки почти что неосознанно прошлась по светлым волнистым волосам.       Он опомнился. Помог слезть. Тайонами приняла судьбу и уже самостоятельно сидела на коленях на полу, не отрывая взгляда от вампира. Сознание так и норовило ускользнуть, но Райка отказалась терять его. Не сейчас, когда у неё есть возможность наблюдать за Сакамаки в такой состоянии. Сакамаки, живущим ею. Да, да, да. Рейджи. Рейджи. Рейджи. Рейджи. Красивее имени не существует. Слова прекраснее не существует. Нет, нет, нет. Никого идеальнее не существует. Не существует и никогда не будет существовать. Райка знает, она уверена. Хотелось попробовать это имя на губах, попробовать Рейджи губами — нет, не только. Всем. Всем, чем только Тайонами была. Телом, разумом, душой. Не важно. Хотелось пробовать, чувствовать, хотелось жить. Жить Рейджи также, как он сейчас живёт ею. Также, как его клетки сейчас наполняются её кровью. Как всё бытие Сакамаки сейчас было… Райкой. Как же хотелось быть с ним. Быть с ним одним целым, раствориться в нём, чтобы каждая её часть принадлежала Рейджи, а каждая его — ей. Но тогда он перестанет быть таким идеальным. Нет, Райка его осквернит… Сделает грязным как и она сама, но… Пусть даже так. Тогда Тайонами останется единственной, способность оценить и почувствовать всё исступление его прикосновений, дыхания, внимания. Эгоистично? Пусть. Такая мысль даже больше нравилась смертной. Никто, кроме неё не способен… Нет, не так. Никто, кроме неё. Точка. Это предложение не нуждается в продолжении, а вот Райка? Она да. В продолжении, внимании, прикосновениях, дыхании. Она всё это время не дышала? Какие пустяки. Разве это важно? В такой момент и не жалко умереть. Не жалко, но нельзя. Мысль забралась слишком глубоко в подсознание. Никто, кроме неё. Если так, то умирать пока нельзя. Сначала нужно раствориться, сначала нужно… — Абигэль… — Рейджи заговорил.       Голос, его голос. Хоть и обращался он не к ней — и так хотелось сейчас быть Абигэлем, слугой, демоном, кем угодно — голос… Описывать его было бы преступлением. Звук, что проходил через смоченное кровью Тайонами горло нельзя было осквернять придуманными людьми эпитетами. Рейджи осквернять нельзя. Разве что только собой. Своим вниманием, дыханием, прикосновениями, телом, разумом, душой. Рейджи. Рейджи. Рейджи. Рейджи. Рейджи. Рейджи. И правда… Богоподобно. Бог? Точно, Тайонами ведь ему когда-то молилась. Казалось, это было так давно. Вечность назад. До того, как клыки проникли в смертное тело. Стыд царапал душу — Райка правда молилась Богу? Потеряла веру после одного укуса? Что? Нет. Да и не важно это. Бог есть? Пусть. Райка того не отрицает. Но больше молиться ему она не посмеет. Никогда. Ведь рядом есть Рейджи. Есть и будет. Райка знает, она уверена. Все резко потеряло смысл и вместе с тем обрело. Тайонами действительно грязная, жалкая, теперь ещё и бесконечно грешная. Но такая счастливая. Как же ей повезло родиться, как же ей повезло не умереть. Она передумала. Нет, умереть сейчас будет жалко. Бог дал ей время на этой земле и только теперь Тайонами осознала, что с ним сделать, куда — кому — его отдать. Подарить как и себя саму. Какой жалкий, грязный и грешный дар. Но вернуть его не получится, нет, нет, нет. Подарки ведь не возвращают. Рейджи не посмеет. К тому же, где принято спрашивать чьего-то мнения, когда дают подарок? Райке всё равно.             Взгляд.       Рейджи посмотрел на неё. Его глаза расширились — красивые, красивые глаза. Милый, милый Рейджи. Умереть сейчас будет жалко. — … Что ты выпила?..             Голос.       Рейджи говорит с ней. Его голос тихий — чувственный, глубокий голос. Рейджи, Рейджи, Рейджи. Умереть сейчас будет жалко.       Из руки выпала маленькая стеклянная бутылочка, покатилась куда-то. Не важно. Райке всё равно. — Яд Вибора.       У Абигэля был действительно отвратительный голос. Казалось, демонический слуга был ещё более отвратительный, чем сама Тайонами.             Голос.       Голос Рейджи прекрасен. Он что-то сказал. Непонятно, словно из-под воды. Почему из-под воды? Глупо. Тайонами грязная, мерзкая, но водой это не отмыть. Глупо. Как глупо. Как жалко будет умереть. — … Абигэль!..       Почему он произносит это уродливое имя? Раз уж Сакамаки так по нраву уродливые имена, есть ещё одно: Райка. Хотя, из его уст оно бы наверняка звучало прекрасно. Но почему сейчас так плохо слышно? Перед глазами потолок. Не важно. Важно, что прикосновения на затылке. Рейджи. Рейджи… Потолок далеко, Рейджи близко. Рейджи. — … Правила… Контракта…?             Голос.       Голос полный божественной тревоги. Вот бы Райку звали… А что Сакамаки только что сказал? Память подводила. Ну и пусть. Райке плевать. Не плевать лишь на то, что умереть будет уж очень жалко. Хотя, если бы Тайонами пришлось выбирать… То только если так. Мало времени. Одной вечности не хватило, её оказалось ничтожно мало. Эгоистичная, жадная. Да. Пусть так. Так и никак иначе. Главное, что никто кроме неё. Всё же, жалко будет умереть сейчас. Зная, что Рейджи не умрёт вместе с ней. Ведь если он будет жить дальше, то части Тайонами медленно пропадут. Они не останутся в нём навечно, Рейджи будет вечность с… Кем-то другим. Нет. Нет, нет, нет. Нельзя умереть. Как эгоистично. Но Райка не хочет умирать одна. Вот умри Рейджи сейчас, часть её останется в нём навсегда. А так… Нет. Нельзя умирать, но тело подводит. Холодно, хотя сердце бьётся быстро как никогда. Клонит в сон. Нет, нельзя. Так нельзя. — … Контракт… Зеркальный… Обмен… Двух сторон…       Мерзкий голос. — Заткнись.       Прозвучало одновременно в мыслях и в воде. Даже собственный голос доносился словно с глубины. Хотя Райке совсем не мокро, наоборот. — … Контракт…             Голос.       Красивый голос. И плевать, что непонятно, о чём идёт речь. Главное, что мерзкий голос наконец-то пропал — а с ним и силуэт его обладателя.             Взгляд.       Рейджи смотрит на Тайонами. Красивый. О чём-то переживает? Хмуриться. Пусть не переживает. Райка не умрёт, не хочет. Кажется, впервые не хочет.             Прикосновение.       Он закрывает её рубашку. Не получиться, пуговицы лежат где-то под диваном. Да и Райка совсем не против того, чтобы Сакамаки видел её кожу. Мерзкую и грешную, но её. Только её и ничью другую.             Дыхание.       Рвано выдохнул. Понял что-то? Что-то плохое. Странно. Всё же хорошо. Всё прекрасно. Прекрасно, ведь Райка хочет и будет жить, а главное, знает ради чего кого.             Внимание.       Внутри не оставалось ничего, кроме бесконечной радости.                   Внимание.       Это действительно происходит. Райка действительно жива.                         Внимание.       Чувствует себя живой, хочет быть живой.                               Внимание Рейджи.

                  Рейджи.

Райка постаралась улыбнуться и не умереть.

            Рейджи.

Красивое имя.

      Рейджи.

      Прикосновение, дыхание, внимание Рейджи. Рейджи.      Рейджи.            Рейджи.      Рейджи.                  Рейджи.            Рейджи.      Рейджи.                        Рейджи.                  Рейджи.            Рейджи.      Рейджи.                              Рейджи.                        Рейджи.                  Рейджи.            Рейджи.      Рейджи.                                    Рейджи.                              Рейджи.                        Рейджи.                  Рейджи.            Рейджи.      Рейджи.                                          Рейджи.                                    Рейджи.                              Рейджи.                        Рейджи.                  Рейджи.             Рейджи.       Рейджи.                                                 Рейджи.                                           Рейджи.                                     Рейджи.                               Рейджи.                         Рейджи.                   Рейджи.             Рейджи.       Рейджи.                                                       Рейджи.                                                 Рейджи.                                           Рейджи.                                     Рейджи.                               Рейджи.                         Рейджи.                   Рейджи.             Рейджи.       Рейджи.                                                             Рейджи.                                                       Рейджи.                                                 Рейджи.                                           Рейджи.                                     Рейджи.                               Рейджи.                         Рейджи.                   Рейджи.             Рейджи.       … …Боже мой…       …

Рейджи.