13 причин Гермионы

Я глубоко выдохнул. Кто-то идет. Поэтому я пошел из библиотеки обратно в кабинет трансфигурации. Но на полпути остановился и пошел в Выручай-Комнату. Но нет печальней повести на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте. Интересное сравнение. Значит, кто-то с кем ее разделила смерть. И именно ее, иначе 9 причина была бы о ком-то другом и начиналась по-другому. Кто был в нее влюблен? Или, как я, любил? Или…любит? Действительно, печальнее нет. Хотя, если подумать, моя история тоже грустна. Мы с этим человеком действительно как Ромео и Джульетта. Но, увы, что-то пошло не так и Джульетта умерла раньше и по-настоящему. Не знаю, дойдут до тебя кассеты, или же ты последуешь моему примеру…но, чтобы ты знал — ты причина, из-за которой я долго не могла решиться на суицид. Ты был моим якорем в мире живых. Именно тебя я не хотела оставлять несмотря на то, что причин умирать было намного больше О ком она? В ее голосе снова слышно, что она плакала. Из-за чего на этот раз? Сколько я не слышала твоих прозвищ…ты и маленький мальчик, пти гарсон, и ‘Арри, и Нежелательное Лицо №1…все прозвища называть не буду…ты и самый молодой ловец сборной… Я ошибся. Это кто-то, кого она любила, настолько много любви в ее голосе …но для меня ты Гарри. Просто Гарри. Не Мальчик-Который-Выжил, не Нежелательное Лицо…к чему это, я тоже была Нежелательным лицом… Мне послышалось? Она обо мне? О тебе я прочитала даже раньше, чем учебники на первый курс. Ты бы знал, как я хотела с тобой познакомиться, узнать…какой ты на самом деле? Книги — это одно, но сколько информации, на самом деле, они не рассказали! Поэтому я согласилась помочь Невиллу, ведь думала, что встречу этого непонятного Гарри Поттера в поезде. Так и произошло. Ты…запомнился мне не как Избранный, а как человек, который всегда поможет. Всегда поддержит. Поймет… Почему я тогда не рассказала ему о мыслях о самоубийстве? Я боялась. Боялась неизвестности, не зная, как ты отреагируешь… Она выдохнула. Скорее всего, когда она записывала эту кассету, она плакала. На первой кассете она смеялась. Сейчас — плачет. Нужно было ей помочь. А я не сделал этого. От этого у меня тоже потекли из глаз слезы. Его любила Джинни. Это было неприятно. Я не знаю, любил ли ее Гарри, но видеть его, общающегося с кем-то из женской половины, было ужасно больно. Да. Если вы спросили, любила ли я его. Даже сейчас, одной ногой в могиле. Что да, Гермиона? Я говорила, что почти невозможно ревновать человека, если не любишь. Даже при небольшой влюбленности начинаешь ревновать. Я же ужасно ревновала Гарри… Думаю, многие думают, что сейчас я наговорю о Гарри такого, что все будут его презирать. Наговорю такого, основываясь на ревности, что никто к нему на километр не подойдет. Погодите. А зачем мне это? Моя ревность умрет со мной. Незачем выставлять его сатаной, если я умерла, а потом ревновать будет некому! Почти все в моем «списке» связаны тем, что совместными усилиями сломали меня. Гарри — исключение. Не знаю почему, но я решил вернуться в гостиную. Гермиона любила меня? Я же, идиот, не понимал этого… — Я тоже люблю тебя, Гермиона… Ускорив шаг, я дошел до портрета Полной дамы. Она знает о смерти Гермионы, но подробностей — нет. Зайдя в гостиную, я сел в кресло, в котором любила сидеть Гермиона. Я решила добавить тебя в список по двум причинам. Во-первых, ты мой друг, поэтому должен знать правду. Ладно, для меня ты больше, чем просто друг, но что насчет тебя? Кем ты видишь меня? Ну, а во-вторых, с упоминанием тебя история более полная. Гермиона, я уже признал свою любовь к тебе. Боюсь, ненормально любить мертвую…но это не остановит. — Привет, — ко мне подошел Невилл — И тебе того же… — Очередь дошла до тебя… — Какая? — Кассет — Откуда… — Слезы. Я вижу, что ты плакал. — Откуда ты знаешь об их существовании? — Потом объясню. Ты на каком месте? — Она… — Говорит о тебе? Я лишь кивнул. Невилл ушел к остальным, а я продолжил слушать. В моей истории и так много недосказанности. Но я стараюсь их восполнить как могу… Я слышу, что она плачет. Я слышу, что ей тяжело говорить из-за того, что задыхается в слезах. Извините. Расскажу несколько историй, из-за которых Гарри должен знать, почему я умерла. Девятое место — гостиная Гриффиндора. Можете спросить, где обычно сидела я, и сесть туда. Я уже на месте… Именно с гостиной начну. Помните, я говорила о вечеринке, посвященной Рону? В итоге я ушла в слезах обиды, что я не могу быть с человеком, которого люблю. И я раскрою тайну, куда. Я отошла от гостиной, желая побыть одной или поговорить с кем-то наедине. Ко мне подошел именно Гарри. Только он заметил мое исчезновение. Спасибо. Он сел со мной и, ничего не говоря, обнял. Эти объятия…скорее всего именно в них я и нуждалась. Все испортили Рон и Лаванда, придя к нам. Послав в Рона птичек, я убежала в первый кабинет, который был на пути, где пыталась понять, почему все настолько несправедливо. Глупо будет сказать, что не задумалась о самоубийстве. Я была…словно на развилке, где одна дорога приведет к будущему, а другая…к смерти. Я не знала, что выбрать. С одной стороны я уже тогда устала. От жизни, от слез…но было страшно. Неизвестность и притягивала, и отталкивала. Второй случай был в палатке. Мы остались одни. Гарри без слов предложил потанцевать. Я согласилась. В конце танца я была готова, чтобы поцеловать его, но не решалась. Этим я все и испортила. Через некоторое время я вышла на улицу. К слову, была зима, но ничего теплее рубашки я не надевала. Само собой, я вскоре замерзла. Уже сейчас, я понимаю, что это действие было одной из моих попыток самоубийства. Знаете, если самоубийца выжил после одной попытки, он завершит начатое. Не говорю что мы целеустремленнее, но мы всегда достигнем цели. Я не знаю, что меня заставило вернуться в палатку. Таких случаев довольно много. Ты всегда меня поддерживал. Именно поэтому это было бы преступлением — не сказать тебе все. Гермиона действительно меня ценила…я не сдерживал слезы, только поднял голову. Невилл заметил мои действия. Она тоже меня поддерживала…

***

Мы готовились к Турниру. Вдруг я услышал, что кто-то меня зовет. — Гарри? Это ты? — Да — Главное сосредоточься. Тебе нужно… — Сразиться с драконом? Она залезла в палатку, в которой мы готовились, и обняла меня. Но вмешалась Скиттер…

***

А я ее — нет. Не поддержал тогда, когда ей это было необходимо. От этого становится еще хуже. За что? За что ей все это? И…я бы очень хотела, чтобы сейчас вы обняли Гарри. Что бы вы не делали — обнимите его. Помешанный, ты можешь не обнимать, ты не достоин. Слезы с новой силой хлынули из глаз. Будто услышав Гермиону, Невилл подошел ко мне и обнял. — Понимаю, тяжело… — Нет, Невилл…я мог ей помочь. Я мог ее спасти. Я мог… — Она не просила о помощи. — Знаю. Но вдруг ее молчание было как раз криком о помощи? Что, если его просто неправильно поняли? — Возможно. Но уже ее не вернуть — Слишком поздно, — я согласился. Слезы душили. И…Гарри, я пойму, если ты после моего самоубийства начнешь меня презирать или ненавидеть. — Я буду с тобой, Гермиона. Всегда, — прошептал я. Невилл молчал. Он понимал, что так нужно мне…