Не в своем времени

1878 Ки Баттосая был..не таким - c того самого момента. как Сайто его заметил. Очень странно. И это было еще не всё – Баттосай бросился на этого придурка очень быстро, но Сайто, обладавший практически равными ему навыками, мог _увидеть_ его движения. И поэтому Сайто смог увидеть, как тот изменил свою технику на полпути. А также – как он перевернул катану, сделав в результате удар слишком слабым, чтобы убить…А это означало, что у Химуры Баттосая не сакабато, а настоящая катана, что было, в принципе, невозможно. Неужели Баттосай отказался от своей клятвы? Нет, тогда бы он не перевернул свой меч.. Тогда что же происходит?! Сайто зажег сигарету и еще раз пристально оглядел место происшествия. Несколько полицейских пытались пробиться сквозь толпу, пока еще толком не понимая, что же там произошло. Они явно не были готовы иметь дело с Баттосаем, даже если бы докопались до правды… Сайто перевел взгляд на рыжую голову Химуры и торчащие лохмы Саноске. Нет, конечно, полиция Киото не имела ни малейшего понятия, что значит иметь дело с Баттосаем. Если им очень повезет, то они могут разделить судьбу придурка Хироши. Сайто презрительно фыркнул…Ладно, пусть пока разбираются. Он повернулся и, затянувшись сигаретой, пошел по улице. У него были дела поважнее разборок с пьяницами в лавке. Баттосай снова с катаной, вместо сакабато. И с инстинктами хитокири, судя по его Ки – несмотря на то, что в данном случае он был милосерден и никого не убил. В этом не было никакой логики – а для человека вроде Сайто Хаджиме все в этом мире подчинялось законам логики и здравого смысла… Сайто бросил окурок на землю. Пусть себе эти щенки там разбираются. А у Волка – если его подозрения оправдаются – будет добыча поинтереснее. Как бы Сано ни хотелось догнать Баттосая и как следует вправить ему мозги, он не стал этого делать.. Возможно, парень хочет немного побыть один. А вот Лисице придется рассказать о том, что случилось, а то вдруг какие-нибудь из ран Баттосая снова открылись… Сано замедлил шаг…Ему не слишком хотелось видеть реакцию Мегуми на все это. А что поделаешь? Он тяжело вздохнул – чего только ни приходится терпеть из-за этого мальчишки! Сано пошел по коридору к комнате Мегуми, надеясь, что никого по пути не встретит… - Эй! – громкий голос за спиной заставил его остановиться. – Что это случилось с Химурой?! Сано обернулся – в дверях стояла Мисао. Она подошла поближе и сказала – на этот раз тихо: - Он только что пришел откуда-то очень расстроенный. Никогда не видела его таким – разве что после того, как ему приходилось с кем-то драться… Сано вздохнул. - И где он сейчас? - В своей комнате, - Мисао выжидающе посмотрела на Сано, - У него было такое лицо…как у Аоши-сама, когда он чем-то расстроен… - Жаль, что Аоши-сама в отъезде, - добавила она, - Я уверена, что он бы уж разузнал, что такое творится с Химурой! - Когда он вернется? – перебил ее Сано. Вот только его не хватало сейчас! То, что здесь живет еще и бывший командир Онивабан, как-то вылетело у него из головы за всеми этим проблемами… - Или сегодня вечером, или завтра! – радостно сообщила Мисао, - Он обещал прислать мне письмо с почтовым голубем, и я тогда смогу его встретить! Сано тихо взвыл, немедленно представив себе новый поединок Аоши и Баттосая. На этот раз все может закончиться куда хуже, потому что один из них наверняка убьет другого. Просто замечательно. Еще одна головная боль…. Он чуть не забыл, зачем, собственно, сюда шел: - А где Мегуми? - На кухне, - ответила Мисао. – Подожди-ка, куда ты? Ты так мне и не ответил про Химуру! Сано сделал вид, что не слышит. Наступало время ужина. и в кухне все кипело и ходило ходуном. Сано даже подумал было заняться сам ранами Баттосая, но тут увидел Мегуми – та стояла возле плиты и помешивала суп в кастрюле. Сано протолкался к ней, сопровождаемый Мисао, которая ныла и ныла: - Ну скажи мне…ну скажи…. Мегуми недовольно поглядела на него: - Ну что еще у тебя случилось? - Это..- неуверенно начал Сано, - Может, тебе стоит взглянуть на Кеншина? - В чем дело? С ним все в порядке? – забеспокоилась Мегуми… Сано тяжело вздохнул: - С виду да…Послушай, я тут ни при чем.! Я понятия не имел, что он делал там, в лавке! Может, Каору его туда потащила..Он из-за нее и полез в драку… Мегуми всплеснула руками: - Он что, уходил из Аойи?!- воскликнула она На кухне вдруг воцарилась тишина. - А ты-то где был в этот момент?! Ты же сказал, что будешь присматривать за ним! Мегуми от души треснула Сано ложкой по лбу. - Я говорил с Яхико! – огрызнулся Сано, - Мелкий засранец к нему приставал! Да и вообще – ты же знаешь Кеншина: если он не хочет, чтоб его кто-то видел, то его и не увидят. И, между прочим, именно ты говорила все утро, что ему нужен свежий воздух! - Я говорила, чтобы он просто посидел на крыльце! – сказала Мегуми, - А не бродил по всему Киото и не встревал вместе с тобой в уличные драки! - Да не было меня там! – закричал Сано, - Почему мне никто не верит?! - Для начала, потому что именно ты столкнул его в реку! Ты предлагаешь мне поверить, что это Каору втянула его в эту драку?! Обстановка накалилась донельзя – и тут в кухню ворвался Яхико, словно и не заметив ссоры. Он тащил рис, соль и соевый соус, ворча: - Ты что, всю лавку скупила, что ли? И как только Кеншин это всё таскает? По-прежнему не замечая Сано и Мегуми, он сбросил свою поклажу и, мрачно сообщив « Скажу Окине, что всё купили», исчез. Каору вошла следом, сгрузив на стол тофу и несколько помятую кастрюлю. Сано указал на нее пальцем: - Вот, видала? Они были в лавке, как я и говорил! Мегуми снова стукнула его ложкой по голове, чтобы он замолчал, и обратилась к Каору: - Только не говори мне, что это была твоя идея – потащить Кен-сана с собой за покупками! Каору испуганно посмотрела на нее: - Ну да, я попросила его. Сано и Яхико не было поблизости, а я обещала Окине купить рис и тофу. В конце концов, ты же сама сказала, что Кеншину нужен свежий воздух! Мегуми снова всплеснула руками: - Кто-нибудь вообще меня здесь слушает?! Каору разозлилась – в отличие от самого первого дня, когда она только плакала и тихо волновалась, ее поведение стало более обычным: - Как тебя слушать, если ты постоянно увиваешься вокруг него? Если б ты оставила Кеншина в покое хоть на минуту, я бы тебя слушала внимательнее! - Я, вообще-то, его врач! - Ну так и лечи его, а не приставай к нему! - Должен же Кен-сан увидеть, что такое настоящая женщина! - Настоящая женщина?!!... Мисао с большим интересом наблюдала за их перепалкой, и Сано счел, что самое время тихо исчезнуть и поискать Баттосая. Делать здесь ему было больше нечего, тем более, в самом эпицентре ссоры. Поэтому он тихо, на цыпочках выбрался за дверь. Никто даже и не заметил этого. Теперь ему предстояло не менее сложное дело. Он остановился возле комнаты Баттосая и постучался. Прошло некоторое время, прежде чем Баттосай отозвался: - Войдите! Сано вошел и закрыл за собой дверь. Баттосай пытался сменить себе повязки, и Сано впервые увидел все его раны. Конечно, шрамы от них он видел и раньше, у взрослого Кеншина, но как-то не думал об этом. Те, что на груди и спине, похоже, были серьезными, но сейчас Сано разглядел и глубокие порезы на руках, и плечо, словно разодранное когтями. Странно, что помимо этого всего, у него было мало старых шрамов – разве что на щеке. Судя по всему, все эти серьезные раны были получены за один раз. И, похоже, на него кто-то напал из засады…Хотя Сано , честно говоря, не мог представить, кто мог напасть из засады на Баттосая… - Ты что-то хотел, Сагара? Темно-синие глаза пристально уставились на него. - Я просто хотел убедиться, что все в порядке, - неуверенно сказал Сано, - Я же тебя обидел тогда… - Со мной все в порядке… Краем глаза Сано увидел, что Баттосай вновь вернулся к своему занятию – смене бинтов. - Как-то не похоже, - сказал Сано, - Такое впечатление, что кто-то очень хотел тебя убить…и это ему почти удалось - Я же хитокири…Разве раны для хитокири – необычная вещь? - Для тебя-да, - ответил Сано. Он подошел поближе к Баттосаю и сел напротив. - Послушай, Химура. Извини за то, что я тебе наговорил. Я вовсе не думаю, что ты просто убийца. Я просто..растерялся. Ты же не согласился расстаться с катаной. И даже не стал обещать не вынимать ее из ножен. Ну что я должен был подумать, кроме того, что ты можешь убить, если будет необходимость? Баттосай не ответил, заматывая бинтом рану на плече – ту, которая была похожа на след от когтей. Сано заметил у него на шее еще одну рану – как будто от дротика. - На тебя что, ниндзя напали? – дошло до него, наконец. И тут же в голове возникла мысль, что, возможно, привести Баттосая в штаб-квартиру Онивабан было не самой лучшей идеей… - Это не твоя забота. Сагара, - в голосе Баттосая звучало предупреждение, но Сано не стал обращать на это внимания.. - Нет, моя…Друзья должны помогать… Баттосай посмотрел на него таким ледяным взглядом, что от него даже стены в комнате могли бы покрыться инеем. - Послушай, Сагара, - сказал он тихо, - Спасибо, что помог мне. Но ты не захочешь быть моим другом. Люди, которые хотели бы быть рядом со мной…- он замолчал, подбирая нужные слова, - ..они долго не живут. Понимаешь? - Нет! – резко ответил Сано. - Их похищают, или убивают, или как-то используют, чтобы до меня добраться…И я даже не могу их защитить…Они не могут быть в безопасности возле меня. И лучше, если ты не станешь ни для кого мишенью. А сейчас, пожалуйста, иди. Со мной все в порядке. Терпение Сано лопнуло. Этот парень постоянно обвинял себя в чем-то, о чем Саноске имел самое слабое представление . И с него было уже достаточно. Пора выбить дурь у него из головы. Давно пора. Кулак Сано врезался в челюсть Баттосая еще до того, как Саноске успел подумать, что Баттосай по-прежнему вооружен настоящей катаной. Удар был не слишком сильным, но застал Баттосая врасплох, и тот не удержался на ногах и упал. Он тут же сел, держась за челюсть, настолько удивленный, что даже от его мрачной холодности не осталось и следа. - Придурок! – прошипел Сано, - Заканчивай эту фигню уже! Я, конечно, не знаю, что с тобой случилось – но ты не единственный здесь кого-то потерял! Каору, Яхико, Мисао – они все лишились родителей! Семья Мегуми пропала без вести. Да и все тут – на кого ни глянь, каждый из них потерял либо близких, либо друзей. - И это все из-за меня, Сагара! Это я отнял их жизни, разве ты этого не понимаешь? Я же Хитокири Баттосай, как ты тогда говорил…Я убил сотни людей, и сломал жизнь еще сотням других…Я никогда не смогу искупить это… - Да черта с два! – рявкнул на него Сано, - Хочешь послушать мою историю? Мне было всего семь, когда я прибился к Секихотай. Капитан Сагара был мне как отец или старший брат – все то время, пока мы делали грязную работу для Ишин Сиши. А в конце концов, они нас обманули и предали. И всех наших убили, да еще и выставили голову капитана Сагары на всеобщее обозрение…Я их ненавидел за это. Каждого из них ненавидел. И, поскольку я не знал, как до проклятых Патриотов добраться, то возненавидел само имя… - Баттосай, - подсказал Баттосай еле слышно. - Да, - сказал Сано, - Баттосай, сильнейший из Исин Сиши. И я считал, что если смогу убить его, то таким образом отомщу за то, что они сделали с нами. ..Я был полным дураком. Хорошо, что один хороший человек поставил мне мозги на место. И, знаешь, он спас меня не своим мечом – нет, только словами. Он сказал мне, что революция еще не закончилась. Что по-прежнему есть те, кого нужно защищать. И я вдруг понял: он же говорит то же самое, что когда-то говорил капитан Сагара! И принял решение – помогать этому человеку защищать тех, кто в этом нуждается. Баттосай внимательно слушал, а потом сказал: - Да, похоже, это был и вправду хороший человек..Но при чем тут… Сано ухмыльнулся: - Тогда-то он и попросил меня, чтобы я называл его «Химура Кеншин», а не «Баттосай» Баттосай уставился на него, не веря своим ушам. - Это был ты. Так что хватит уже нести эту хрень про то, что ты «только хитокири», и что «твои друзья долго не живут»! Знаешь ли, с нами со всеми было ох как непросто – тебе сначала нужно было добиться нашего доверия и уважения. Да, ты спас всех нас от самих себя..от нашего прошлого. Ты спасаешь людей, Химура, и тебе даже меч для этого не нужен. Вот это и есть твое искупление. Сано улыбнулся: - По правде сказать, я не знаю никого, кто мог бы так здорово отговорить людей от самоубийства и прочих глупостей, как ты… Баттосай не смотрел на него – он опустил голову, глядя куда-то вниз. - Сакабато, - сказал он еле слышно, - Так вот почему…. - Химура? Тот по-прежнему не смотрел на Сано: - Нет, ничего..просто подумал вслух… Он помолчал, а потом добавил: - Я сожалею о твоей потере, Саноске…О капитане Сагаре. Я видел..что с ним сделали, несколько дней назад…Мне очень жаль… Сано покачал головой: - Это было давно, а не несколько дней назад…Просто…мне показалось, тебе нужно было узнать обо всем этом. А сейчас я оставлю тебя в покое. И подумай о том, что я сказал… И он пошел к двери. - Так значит, я действительно кого-то спас? – вдруг спросил Баттосай ему вслед. Сано обернулся: - Да. Вид у Химуры был усталый, но он нашел в себе силы улыбнуться: - Я рад это слышать, - сказал он тихо, - В ту ночь, когда мы с тобой..встретились, я пытался отговорить одного человека от самоубийства..он собирался прыгнуть с моста. Но у меня не получилось. - Химура… Но Баттосай его не слушал, погрузившись в воспоминания. - Он сказал, что потерял всё, и теперь ему больше незачем жить…Он был совсем мальчишкой. Я очень хотел уговорить его найти хоть какую-нибудь причину, чтобы жить дальше…. Сано вытаращил глаза и схватился за дверной косяк: - Что?! То есть, ты…. Но договорить ему не дали – он услышал из коридора крики Мисао: - Эй, петушиная башка! Мегуми тебя зовет! Давай быстрее, пока она там не убила Каору! - Сейчас, одну минуту! – крикнул он в ответ, - Химура. послушай… - Саноске!!! – завопила Мисао. - Я же сказал: одну минуту!!! - Иди, - тихо сказал ему Баттосай, - мне все равно нужно закончить с этим. Он снова занялся своими бинтами. - Хорошо, - неуверенно произнес Сано, - Но мы еще поговорим, Химура… Получив в ответ утвердительный кивок, он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и пошел по коридору вслед за безостановочно болтающей Выдрой. Впрочем, он ее совсем не слушал, в голове крутилась только одна мысль: значит, тот мечник, тот человек, что спас ему жизнь тогда, много лет назад, был Баттосай… 1865 Кеншин уже давно не спал, когда начало светать. После того кошмара ни о каком сне не могло быть и речи… Вместо этого он пытался заставить себя не думать о Каору – точнее, о том, что ей угрожает опасность. Но стоило ему закрыть глаза – и он снова и снова видел ее неподвижное тело, распростертое на снегу… Так что пытаться заснуть смысла больше не было, и он так и продолжал сидеть с сакабато в обнимку, прислонившись спиной к стене, думая о том, что старые привычки возвращаются, и с каждым часом, проведенным в этом месте, он все больше и больше чувствует себя Хитокири Баттосаем. И ему было по-настоящему страшно. Золотые солнечные лучи проникли в комнату, радостно освещая все темные углы. Но на душе у Кеншина по-прежнему было темно. Он глянул в окно – утро уже наступило, пора вставать. Кацура обещал встретиться с ним утром. Кеншин попытался подняться на ноги, и тут же пожалел об этом. После нескольких часов неподвижного сидения все мышцы в его теле отвратительно ныли, а рана в боку горела огнем. И это не считая слабости и головокружения. Он посмотрел на свое плечо – бинты уже успели промокнуть от крови. Все понятно – он позволил себе потерять слишком много крови. И если он не сменит повязку как можно быстрее, Оками-сан его точно убьет. Она же сказала: каждый час меняй бинты. А он не сделал этого ни разу с тех пор, как вернулся от Кацуры… Несмотря на ужасное самочувствие, он не смог удержаться от улыбки, представив себе возмущенную Оками-сан… Да и мысль о том, что Кацура обещал подумать, как вернуть его домой, немного прибавила ему сил. И он предпринял еще одну попытку встать – теперь держась за стену. На этот раз получилось куда лучше, комната больше не кружилась перед глазами, а на боль и ноющие мышцы можно было не обращать внимания…К боли от ран он привык, но боль в суставах была неприятна, она заставляла его чувствовать себя старым. Возле двери лежали свежие бинты и его чистая одежда. Кеншин сменил себе повязку, быстро и умело, как человек, делавший это достаточно часто…Промокшие бинты он положил на свое изорванное косоде – то, что дал ему Хико, и потянулся за одеждой, которую ему оставила хозяйка. Форма Исин Сиши…Он поднял темно-синее косоде с пола и тяжело вздохнул…А чего он ожидал? Оками-сан ни за что не позволила бы ему ходить в рваной и окровавленной одежде. Кеншин медленно оделся, стараясь не тревожить раны. Он чувствовал себя очень неуютно, ему казалось, что эта чистая и аккуратно заштопанная одежда все еще пахнет кровью. ..Скольких людей он убил, когда носил ее? Он пару раз провел расческой по волосам, а затем завязал их в высокий хвост. С каждым движением он чувствовал, что делает все это инстинктивно, даже не думая – и, в конце концов, поймал себя на том, что, засунув за пояс сакабато. машинально стал искать вакидзаси… Его передернуло, когда он осознал это. И тут его взгляд упал на стоявший в углу кувшинчик саке. Подарок Хико. Кеншин наклонился и поднял его…И в первый раз за этот день на душе стало легче… Он вспомнил о наставнике. И о своих друзьях… Нет, он больше не хитокири, и плевать на старые привычки. Он все равно не позволит им взять над собой верх. Надо только сосредоточиться на мысли о тех, кто ждет его дома. Привязав кувшинчик к поясу, Кеншин снова улыбнулся. Хико, как всегда, оказался прав – его подарок действительно помог сосредоточиться… …