Часть 1
31 октября 2020 г., 20:06
Я чувствовал, как обжигающе холодные ладони овладели моим телом, прикасаясь везде, где заблагорассудится, тем самым заставляя возбуждаться и сбивчиво дышать, послушно поддаваясь всем ласкам. Парень спокойно наблюдал за моими мучениями, крепко держа поводок – и зачем я вообще нацепил на себя эту хрень? – ограничивая движения, доводя до исступления и дразня, сразу убирая руку после того, как видел, что я вот-вот кончу.
Я застонал, пытаясь выпросить у него пощады, но не в силах был вымолвить хоть слово.
– Можешь звать меня Эван, сладкий. Ты что-то хотел?
Сказав это он, ради очередной издёвки, приложил пальцы к моим губам, заставляя облизать их.
***
Подойдя к уже знакомой квартире, я остановился у самого порога, в нерешительности занеся руку над дверным звонком. Из помещения доносились приглушённые голоса, а громкая музыка была слышна даже с улицы. Не успел я в который раз за сегодняшний день привести мысли в порядок и приготовится к тому, что придётся контактировать с кучей смутно знакомых людей, как дверь резко распахнулась, и из помещения, громко смеясь и что-то обсуждая, вывалилась парочка моих одногруппников. Те уже успели напиться, а на часах даже восьми вечера не было. Классика. Впрочем, неприятную картину скрасила выглянувшая из-за их спин, явно недовольная таким раскладом дел, подруга, которая, чуть заметив меня, тут же оживилась и, запихнув горе-пьяниц обратно в дом, поприветствовала меня своей фирменной улыбочкой, приглашая войти. Стоило только ступить в гостиную, как в руку сразу был впихнуть стакан с соком, – по всей вероятности, смешанный с водкой – а на глаза легла чёрная повязка и погружённая в полумрак комната окончательно растворилась перед глазами. – Не переживай, – услышал я над ухом громкий возглас подруги, старавшейся перекричать больно бьющую по ушам, из-за непривычки, громкую музыку, – это что-то вроде приветствия новенького. И, сказав это, Кэтти, а именно так звали девушку, для чего-то пожелав напоследок удачи, подтолкнула меня в спину, вынуждая пройти вглубь помещения. – Мы будем давать тебе пробовать печенье, а ты – угадывать, из какой дряни оно состоит. Что ж, ночь обещала быть длинной. По крайней мере, это стало понятно после того, как до меня долетела кем-то брошенная фраза: «Кто-нибудь может принести для него ведро?».***
– Мне с самого начала кажется, что это плохая идея. В одной руке держа уже опустевшую ёмкость, пахнущую спиртом, в другой – сунутую мне бумагу с написанным на ней призывом, я, сидя в окружении ещё нескольких ребят, смотрящих на меня слишком уж выжидающе, вчитывался в текст, уже в четвёртый раз пробегая глазами по косым, написанным от руки строкам. – Нет, ну с чего вы взяли, что это вообще работает? «О великий Асмодей...», серьёзно? Нет, ребята, это чушь, я не… – Да ладно тебе, Росс! Это же просто прикол. Если не сработает, то никто не разочаруется, но зато если эта поебатня придёт… – Моя бабка чуть ли не всю мою жизнь рассказывает, как забавляться с этими штуками, как они там называются, – Сюзи резко прервалась и, после небольшой паузы, послышалась просто громогласная отрыжка, за которой последовали не менее шумные аплодисменты и возгласы одобрения. – Пардон. Количество выпитого алкоголя давно напоминало о себе, так что многие из присутствующих уже не раз отлучались, чтоб встретиться лицом к лицу с унитазом, дабы выплеснуть на него всё то, что накопилось за вечер. Впрочем, студенты не были бы такими счастливыми людьми, если бы их волновали подобные мелочи, так что сразу по окончанию неприятной процедуры, те вновь набивали свои желудки алкоголем и снеками, которые, кажется, вообще не заканчивались, сами собой материализуясь под диваном, подушками и в кухонных шкафчиках. Один раз я даже самолично мог лицезреть пачку чипсов, непонятно как оказавшуюся на люстре. Швабры, как на зло, в квартире не оказалось, а попытка снять упаковку с довольно высокого потолка закончилась исчезновением из нашей компании двух человек. Парень, чье имя я уже который год не могу запомнить, решил, что сможет удержать равновесие на раскачивающемся стуле, даже с учётом того, что еле стоял на твёрдой земле. В общем, этот идиот подвернул лодыжку и они с его девушкой уехали домой. К слову, вечеринка, в целом, проходила отлично, за исключением некоторых неприятных подробностей. Кэт постаралась на славу: множество украшений, многие из которых сделаны своими руками, вроде вырезанных из бумаги и наклеенных на стены тыкв, силуэты ведьм, крестов, привидений и прочей нечисти; искусственная паутина, хаотично разбросанная по квартире, во многом благодаря Морицу, её коту, который был главным демоном этой вечеринки, готовый, кажется, убить каждого, кто приблизится к нему хоть на метр; всякие тематические вкусности. В частности, обязательный дресс-код создавал нужную атмосферу не хуже прочих декораций – все постарались на славу, придумывая для себя устрашающие образы. Я и сам сидел в костюме оборотня, даже нацепив на себя ошейник с поводком для полноты картины, специально приобретённые мной для этого случая в секс-шопе. На подготовку костюма действительно ушло много времени и денег, кое-как отложенных с подработки и небольшой стипендии в университете, однако всё это оправдало себя и образ получился правдоподобным и, что не менее важно, запоминающимся. Однако к трём часам ночи я конкретно подзадолбался носить маску, купленную в том же «Unicorn's wand», так что к окончанию вечера остался в одном кигуруми. Спать в нём должно было быть крайне удобно, а я давно уже собирался пойти, наконец, отдыхать, но эти черти, – отчасти, буквально – не планировали отпускать так скоро. Кэт, предательница, проговорилась о моей девственности и все как один решили исправить сложившееся недоразумение самым что ни на есть изощрённым способом – вызвать демона, ищущего сексуальных связей. Инкуба, проще говоря. – Ладно, хорошо, я попробую, – мой ответ заставил "публику" порадоваться. – Но, пожалуйста, дайте мне ещё водки перед тем, как я начну. Юн, ещё один мой хороший друг, с которым мы познакомились совсем недавно, но уже, кажется, были лучшими друзьями, передал мне стакан с какой-то газировкой сомнительного цвета, пока сам любезно заполнял стопку водкой, после чего и та оказалось в моих слегка дрожащих от напряжения руках. Я не очень то верил во всю эту паранормальщину, но атмосфера делала свое дело. – Если эта хрень от бабушки Сюзи реально работает – тебя, мой дорогой, ждёт незабываемая ночь, – пробормотал Юн с ехидной ухмылкой. – Надеюсь, меня тоже…? На этот раз тот уже обращался к сидящему рядом с ним Коулу, как всегда, с невозмутимым видом, совершенно не стесняясь присутствующих, хотя те, кажется, не обратили на них никакого внимания, каждый занятый своим делом, в основном, стараясь не завалиться на пол раньше времени. Я же, в свою очередь, только почувствовал зависть, покосившись на мило воркующих голубков, уже который год подряд мечтая о чем-то подобном. – Что ж, – я тяжело вздохнул, окидывая взглядом всех собравшихся вокруг меня людей. – Если случится какая-то хрень – это на вашей совести, лады? – Моя совесть чиста, я ею не пользуюсь… и не планирую, – сказала Сюз, отлипая от бутылки пива и указывая мне на небольшой лист в моих руках, как бы намекая: «ну, читай уже». – «О, великий Асмодей, князь всех суккубов и инкубов!» Все вокруг смотрели на меня, пока я произносил вслух весь этот написанный от руки бред. – «Призываю тебя прислать мне инкуба…» В голове, как и было сказано в "инструкции", я пытался представить образ того мужчины, который мог бы оказаться в роли моего любовника: он высокий и стройный, вероятно, блондин... образ так хорошо вырисовывался в голове, что, казалось, я вижу его прямо перед собой. Он смотрит на меня своими серыми глазами, а на губах играет лёгкая, нежная улыбка. Он протягивает мне руку, худую, кажется, видно каждую жилку, а длинные пальцы замерли в изящной позе, так и хочется почувствовать тепло, которое будет исходить от этой ладони; как они будут опалять своим жаром тело, даря неописуемую ласку и наслаждение. – «...для воплощения моих самых страстных желаний». Я промямлил последние слова, ещё некоторое время вглядываясь в текст, пытаясь понять, всё ли верно прочитал, пока все, как один, повернулись в сторону сидящего на шкафу кота, однако тот даже не шелохнулся, что означало одно – ничего не изменилось. – Что дальше? – подал я голос через какое-то время. Кэтти пожала плечами, а Юн уже, кажется, был больше заинтересован в своём парне, нежели в происходящем, почти сидя у того на руках, так что оторвавшись от губ Коула, только сказал, что, наверное, нужно попробовать снова. Я вздохнул. Напряжение отступало и всё это уже больше начало походить на какой-то цирк. – Ты должен быть в кровати, – равнодушно сказала Сюзи, опустошая бутылку пива. «Вовремя, конечно. Нельзя было сразу сказать?» Открывая следующую, она продолжила: – И, вроде, типа в одиночестве. Ну, бабушка что-то такое говорила, иначе это как-то неловко, знаешь, – девушка уже справилась с крышкой, виртуозно вскрыв ту ключами и, обрадовавшись своей маленькой победе, тут же чокнулась с Кэтти, после этого отпив немного. – Хотя было бы интересно, если бы сработало и так. Косо глянув на неё, я только небрежно свернул вырванный из тетради листок – кажется, на другой его стороне был кусок так и не дописанного конспекта – и, встав наконец с жёсткого пола, только сейчас понял, как же сильно затекли конечности. К слову, ходящая кругом комната не придавала уверенности в завтрашнем дне. В любом случае, ожидаемая неудача была отличным поводом наконец-то свалить в соседнюю комнату и, укутавшись одеялом, погрузится в долгожданный сон, которого так не хватало в последнее время. Зачёты и гора домашнего задания не давали спать больше пары часов, а голова, из-за вечных подсчётов и количества цифр в кодах программ, так и вовсе болела круглые сутки. Учебный год, считай, только начался, а я уже не уверен, что доживу до следующего курса, скорее уйду в дев/нул, даже не попрощавшись. К тому же, от прошедшего веселья остались лишь разбросанные по квартире полумёртвые тела, которые либо спали, либо беседовали, уничтожая те мизерные остатки еды и алкоголя, уцелевшие только чудом. – Я, пожалуй, пойду. Слегка пошатываясь, я направился в сторону подготовленной для меня комнаты, чуть не прервав своими неловкими движениями прелюдию Юна и Коула, который, судя по звукам, что издавал его парень, перешёл в более активное наступление, орудуя руками ниже поясницы. – Отпустим тебя только в том случае, если пообещаешь потрахаться с тем горячим красавчиком, которого ты себе там навоображал, – серьёзным и очень пьяным голосом сказала Кэтти. – Обещаю, – выдохнул я.***
Лёжа в полутьме комнаты, ты действительно надеешься моментально отключится, однако, как это всегда бывает, усталость как рукой снимает в самые неудачные моменты. Перевернувшись на бок, глянул в сторону лежащего на полу телефона и слишком короткий шнур от зарядки, после чего только устало вздохнул, понимая, что вечер ещё далеко не подошёл к концу. То ли из-за большого количества выпитого ранее алкоголя, то ли из-за непривычки ложиться так рано, – иногда программирование занимает намного больше времени, чем могло показаться на первый взгляд – хотелось делать хоть что-то. Необъяснимое чувство. Приподнявшись на локтях и включив прикроватную лампу, я только безнадёжно провёл руками по лицу, и, протерев глаза, с горечью осознал, что теперь точно не усну. Возле подушки всё так же лежал сложенный в несколько раз кусочек бумаги и я, подумав пару секунд, взял его в руки. Покрутив тот немного – развернул, вновь читая содержимое. Это было странно. В нерешительности закусив губу и оправдывая свои действия тем, что дал подруге обещание, я вновь представил знакомый образ, после чего произнёс уже вызубренный наизусть текст. Открыв глаза и немного нервно оглянувшись, не заметив ничего нового или необычного, я, будто действительно чего-то ожидая, разочарованно нахмурился и, смяв злосчастный кусочек бумаги, отшвырнул тот куда-то в сторону, а сам вновь плюхнулся на диван. – Мусоришь в чужом доме? Неожиданно сказанная фраза заставила буквально подпрыгнуть на месте и я, резко повернув голову на источник звука, даже отшатнулся, чуть было не полетев кубарем на пол, увидев перед собой парня, которого представлял всего минутами ранее. Тот, напротив, сохранял какое-то пугающее спокойствие, смотря на меня скучающим взглядом. – Ты…что? В тишине послышался раздражённый выдох, а холодные, металлического оттенка глаза посмотрели на меня ещё более раздражённо, чем прежде, даже с толикой злости. Блондин окинул взглядом помещение, наткнувшись на выброшенный мной ранее, валявшийся где-то в углу листок. Подняв тот с пола, парень медленно развернул его, быстро глянул на текст и, почему-то весело хмыкнув, отложил уже знатно потрёпанную бумагу, уверенной походкой направившись в мою сторону. Будто отзеркалив его действия, я попятился назад, однако быстро уткнулся спиной в какой-то угол, почувствовав при этом острую, пронзительную боль. Отшатнувшись, тут же врезаюсь в высокую фигуру, которая, кажется, просто материализовалась передо мной. – Девственники такие дёрганные. Кажется, после этого он сказал что-то ещё, однако гулко стучащее в груди сердце заглушало абсолютно все звуки. Обхватив себя руками, пытаясь хоть как-то успокоиться, я неожиданно обнаружил отсутствие хоть какой-либо одежды, прикрывающей тело. – Что..? Всё это походило на какой-то бред; мысли перепутались. Собрав последние остатки сил в руки, я резким движением отскочил в сторону. Кажется, в один шаг преодолев всё то расстояние, которое отделяло меня от спасительной двери, я, уже предчувствуя спасение, хватаюсь за ручку, и… рука проскальзывает сквозь неё, будто что-то нематериальное. Вдруг ледяные пальцы ложатся на плечи, медленно, круговыми движениями рисуя незамысловатые узоры. Казалось, что те участки кожи, к которым он прикасался, просто пылали. – Думал сбежать от меня? – шепнул на ухо блондин, опаляя таким же холодным, как и его ладони, скользнувшие к груди, дыханием. Тело била крупная дрожь, дыхание сбилось но парня это вовсе не останавливало, кажется, лишь подогревало интерес. Он прошёлся языком по щеке, оставляя после себя влажный след, после чего силой повернул мою голову, запечатлев почти неощутимым поцелуй в уголке губ, ухмыльнувшись. – Сколько же нерастраченного либидо. Так и чешутся руки полностью овладеть этим никем не тронутым телом, – он вновь прильнул губами к шее, оставив на ней след от укуса. – Скажи, Хазл, ты ведь хочешь, чтоб я забрал твою невинность, да? Но я ничего не ответил. Просто не мог. Тело было словно не моё, оно всё окаменело, я не мог пошевелится, перед глазами всё плыло.***
– Постой, – выкрикиваю, почувствовав ледяные ладони, упорно движущиеся прямиком к уже давно стоящему члену, – не нужно! – Уверен? Блондин только хищно улыбнулся, обнажив ряд белоснежных и ровных, точно искусственных зубов. Поудобнее устроившись между моих ног, тот подпер кулаком щёку, уставившись на меня как-то по-детски. На контрасте с тем холодным, с самого начала, а после таким страстным, этот его образ выбивал из колеи. Он будто отыгрывал разные роли, ища, какая из них мне больше понравится, что в очередной раз напоминало о том, что парень, находившийся со мной в одной постели, не был человеком. – Хочешь, не будем спешить? Может для начала устроить тебе свидание? – с каждым словом его лицо приближалось всё ближе к паху. Прикоснувшись к сочившейся смазкой головки щекой, тот только с упоением рассмеялся, без предупреждения вбирая член в рот, моментально отстранившись, обхватив руками мои тут же напрягшиеся из-за сильного возбуждения ноги, закинув их себе на плечи, – Может, хочешь держаться за руки во время процесса? Не успел я покраснеть ещё больше, как губы Эвана вновь сомкнулись на члене, моментально заглатывая его до основания, а всё тело пробила новая волна наслаждения и я, выгнувшись в позвоночнике, схватился руками за простыни, дабы окончательно не потерять связь с реальностью. Перед зажмуренными глазами плясали разноцветные пятна, а голова шла кругом от просто неописуемого наслаждения. Стараясь заглушить рвущиеся наружу стоны, я, с силой прикусив тыльную сторону ладони, всё же издаю слишком уж громкий, как мне показалось, всхлип. Это не в одно сравнение не шло с обыкновенной дрочкой в одиночестве. Хотелось кричать, извивается, молить о большем. Не выдержав, всё-таки издаю громкий стон, резко приподнимаясь на локтях, зарываясь пальцами в блондинистую шевелюру, предчувствуя скорую разрядку. Пальцы на ногах поджимаются и я, задержав дыхание, запрокидываю голову назад, приоткрыв рот в немом крике, кончаю, предварительно до боли в пальцах сжав светлые локоны партнёра. Отдышаться мне не дали. Эван резко уложил меня на живот, накрывая своим телом, так что я сразу почувствовал его эрекцию. Я даже не успел что-либо сказать, но уже понял, к чему он клонит. – Тебе нечего бояться, сладкий. Его голос не успокаивал, но возразить не получилось бы в любом случае, ведь его ладонь, прилегающая губам, не оставляла мне другой возможности, кроме как застонать, пытаясь сопротивляться его действиям. Одним движением он вошёл. Из меня вырвался пригушённый всхлип, но страх тут же улетучился, а его место заняла новая волна возбуждения и удовольствия – немного помедлив, понимаю, что, кажется, не ощущаю дискомфорта. – Думал, я сделаю тебе больно? Эван укусил моё плечо, оставив небольшой след и прошёлся поцелуями по шее, остановился возле уха прикусывая и его. Он убрал ладонь с губ и я томно выдохнул, а в следующий момент почувствовал его руки на пояснице, медленно скользящие к паху. Прикрываю глаза, погружаясь в удовольствие. – Ха-аз! Я резко распахнул глаза; – ХАЗЛ, блять! События смешались в голове, и несколько секунд я всматривался в пространство пытаясь понять, что вообще происходит, пока над ухом что-то недовольно бубнела Кэт. – Вставай давай, мои родители уже вернулись!
