Мать драконов? Нет! Отец василисков!

«В сорок лет пора уже остепениться и создать семью!» – так думал Северус Снейп, выходя из ювелирной лавки и убирая в карман мантии небольшую коробочку с обручальным кольцом, которое он собирался вручить своему избраннику Гарри Поттеру. «В двадцать лет жизнь только начинается! Так не лучше ли провести ее с тем, кого любишь всем сердцем?» – думал в эту же минуту Гарри Поттер, покидая другую ювелирную лавку с кольцом, которое намеревался вручить своему избраннику Северусу Снейпу. Тем вечером они оба так волновались, что за ужином не смогли проглотить ни крошки. Хотя, казалось бы, поводов для волнения у них не было вовсе. Их странно начавшиеся и не менее странно продолжившиеся отношения переросли в прочную взаимную привязанность. Почти полтора года они прожили, как пишут в маггловских сказках, в любви и согласии. Ну, может, и не в полном согласии, зато совершенно точно в любви. За это время Поттер заочно окончил Хогвартс и – так же заочно – сдал сложнейший экзамен по артефакторике, а Снейп, как всегда и мечтал, занялся частной практикой, изготавливая на заказ редкие и крайне дорогие зелья. С тех пор как, благодаря гению Северуса, Гарри перестал периодически отнимать магию у волшебников Британии, жизнь обитателей Блэк-хауса практически ничего не омрачало. Правда, иногда Гарри с грустью вспоминал, что после всего пережитого у него совсем не осталось друзей. Рон разобиделся, что Поттер предпочел не его сестру, а их бывшего профессора, да вдобавок получил от Темного Лорда пусть и весьма сомнительный, зато наделявший невиданной силой и властью над окружающими дар. Гермиона, несколько раз превратившись в сквиба, обозвала Гарри «опасным маньяком, которому не место среди порядочных магов». Гарри не винил ее. Он прекрасно представлял, как тяжело было этой магглорожденной волшебнице снова и снова лишаться магии. Несмотря на разрыв с друзьями, Гарри не чувствовал себя одиноким. Ведь у него был Северус, с которым он прямо-таки жаждал связать свою жизнь. *** Объяснение вышло неловким и трогательным. Они, словно сговорившись, достали по коробочке с кольцом, произнесли положенные в таких исключительных случаях слова, а затем отправились в спальню – скреплять помолвку древним как мир и весьма приятным для них обоих способом. В ту ночь в Блэк-хаусе и вокруг него творились удивительные вещи. Проходившие по площади магглы позже клялись и божились, что видели в ночном небе странные всполохи, точно зарево гремевшей где-то вдалеке грозы. Спавшего в каморке под лестницей Кричера разбудили наполнившие дом сильнейшие потоки магии, источником которых служила хозяйская спальня. Старая леди Вальбурга, ощутившая эти потоки, от избытка чувств едва не свалилась в обморок на своем портрете. И лишь виновники всего этого ничего не замечали. Они были так поглощены друг другом, что даже пропустили момент, когда стихийные потоки магии подхватили развороченную постель, на которой они занимались любовью, оторвали ее ножки от пола и принялись мягко покачивать, заливая комнату мерцающим светом десятков волшебных свечей. *** Северус проснулся от ощущения, что на него пристально смотрят. – Поттер, – проворчал он, не открывая глаз, – прекрати на меня пялиться! Ощущения никуда не делись. Северус приоткрыл глаз и на пару секунд застыл от ужаса. У него на груди, покачивая плоской головой, покоилась довольно приличных размеров змея, буравя его немигающим взглядом. Даже у самых отважных людей есть свои потаенные страхи. Были они и у Северуса Снейпа. После укуса Нагини он по вполне объяснимым причинам панически боялся змей. Поэтому неудивительно, что, увидев одну из этих тварей в собственной постели, он дико закричал и, потянув за собой спавшего крепким сном Поттера, кулем скатился вместе с ним на пол. И тут же издал новый вопль. Еще более громкий, чем прежде. Потому что из-под кровати выползли две точно такие же змеи, устремились прямиком к нему и, забравшись на руки, обвили его шею. – Мерлин всемогущий! – раздался испуганный голос Гарри. – Это же василиск... То есть два василиска. – Три... – стараясь обуздать рвущуюся наружу панику, прохрипел обвешанный рептилиями Снейп, – вообще-то, их три. Там в постели – еще один. Словно в ответ на его слова, с простыни соскользнула третья змея и, растолкав своих собратьев, по-хозяйски устроилась на груди Снейпа, будто там ей было самое место. – Откуда они тут взялись? – с дрожью в голосе поинтересовался Поттер, не понаслышке знакомый с этими «милыми зверюшками», способными убить человека одним лишь взглядом. – Кажется, вылупились из яиц! – ответил Снейп. Он пошарил под кроватью и вытащил из-под нее зеленоватые скорлупки. – А яйца-то какого лысого Мерлина тут делают?! – завопил Гарри, пытаясь отодрать от Северуса хотя бы одного намертво приклеившегося к нему василиска. – Я сам их сюда положил, – сконфуженно отозвался Снейп. – Полтора года назад, когда мы отправились в Хогвартс за ингредиентами для зелья, я нашел их рядом с тушей мертвого василиска. Решил, что они давно окаменели, и принес в Блэк-хаус. В кладовой они не поместились, вот я и засунул их под кровать. – Выходит, Кричер – этот старый лентяй! – уже полтора года не убирает у нас под кроватью? – возмутился Гарри. – Даже представить страшно, что там творится! В такой грязи не только василиски завестись могут... – Не ругай его, – тяжело вздохнул обвешанный змеями Снейп, – я сам ему приказал ничего там не трогать. – Значит, ты все же предполагал, что яйца не окаменели? – насупился Гарри. Года полтора назад подобное его состояние одним махом вытягивало магию у доброй половины британских волшебников, но с тех пор, как Северус изобрел уникальное зелье, злость Поттера никому ничем дурным не грозила. – Говорю же тебе, – начал терять терпение Снейп, – они были совершенно неживыми. Или, по крайней мере, так выглядели. Я вовсе не собирался устроить в Блэк-хаусе ферму по выведению василисков. Полагаю, что сегодня ночью, когда мы подтверждали помолвку, яйца попали в интенсивные потоки магии, и вот... – он указал на прильнувших к нему новорожденных чудовищ, – результат налицо. Снейп попробовал отцепить от себя хотя бы одного василиска, но тот умильно положил голову ему на плечо и тихонько зашипел. – Ничего себе! – пробормотал потрясенный Гарри. – Похоже, они считают тебя своим родителем. Придется тебе теперь нянчиться с тремя змеями, отец василисков! *** С появлением в Блэк-хаусе трех новорожденных василисков все в доме пошло наперекосяк. Малыши упорно не желали сидеть в выделенной им корзине и всюду таскались за своим «счастливым» отцом. И если Гарри, Северусу и даже боявшейся их до смерти леди Вальбурге они не причиняли ни малейшего вреда, то бедняга Кричер после первой же встречи с новыми обитателями родового гнезда Блэк обратился в камень прямо посреди священнодействия над ужином. Пришлось Северусу спешно доставать на черном рынке мандрагору и варить зелье. Именно то, что в свое время помогло окаменевшим студентам Хогвартса, кошке завхоза Филча миссис Норрис и Почти Безголовому Нику. И хотя пришедший в себя Кричер относился теперь к Снейпу как к самому могущественному магу современности (конечно, после хозяина Гарри), от нервного потрясения качество его стряпни ухудшилось во много раз, что, разумеется, весьма огорчало умевших, но не любивших готовить Поттера и Снейпа. Но больше всего от «прибавления в семействе» пострадала интимная жизнь Гарри и Северуса. Стоило им заняться любовью, как исходившие от слияния их тел потоки магии будили маленьких василисков. Они тут же выползали из корзинки и устремлялись к кровати, на которой происходило столь интересное для них действо. К счастью, им хватало такта не забираться немедленно к Северусу на ручки – все-таки сказывалось суровое воспитание «профессора Снейпа» – но от пристального взгляда трех пар желтых глаз у Гарри напрочь пропадало все желание. – Прости, Северус, но у меня не встает, когда на меня так смотрят, – негодовал Поттер, обиженно натягивая одеяло до подбородка и отворачиваясь к стенке. Снейп пробовал выставлять малышей за дверь, но они так жалобно шипели, что у строгого отца не выдерживало сердце. – Не могу же я оставить их плакать! – виновато говорил он Гарри, возвращая своих невозможных деток обратно в спальню. – Ты их вконец избалуешь! – недовольно качал головой Поттер. – Представляешь, каково нам будет жить под одной крышей с тремя взрослыми капризными василисками? – Еще неделя – и переведу их в отдельную комнату, – обещал Снейп, ставший вдруг хуже иной заботливой мамаши. – Выше нос, Поттер! Если вдуматься, мы с тобой назанимались сексом на несколько лет вперед. – Вот так всегда: то густо, то пусто! – ворчал Гарри, с нежностью глядя на слегка заигравшегося в образцового родителя Снейпа. *** Месяц спустя, когда воздержание стало прямо-таки невыносимым, а от стряпни бедняги Кричера, которого еще пару раз пришлось вызволять из оцепенения, уже немного подташнивало, к супругам Снейп-Поттерам заявился почетный, но незваный гость. – Гарри, Северус, леди Вальбурга! – басил светившийся, точно начищенный сапог, Кингсли. – Как поживаете? Слышал, вы наконец узаконили свои отношения? От Министра магии ничего не скроется! А как же свадьба? – укоризненно покачал он головой. – Вот мы с Мэри, например, на следующей неделе устраиваем грандиозный банкет по случаю нашего бракосочетания. – Все. О крови девственницы можно забыть! – мрачно прокомментировал Северус на ухо Гарри это известие. В этот момент позади них раздалось знакомое шипение. Проснувшиеся василиски не обнаружили Снейпа в поле зрения и, по своему обыкновению, отправились на поиски. – Мордред! Что это такое?! – завопил Кингсли при виде заползших в прихожую рептилий и попробовал забраться с ногами на вешалку, откуда тут же с грохотом свалился на пол, где и застыл каменным изваянием. – Побойтесь Мерлина! – набросился на своих деток Снейп. – Что вы вытворяете?! Да если бы вы были моими студентами, резать бы вам рогатых жаб, а потом драить котлы, а потом... Да что с вами разговаривать, бестолочи! Ну ладно, ладно, – сказал он, чуть смягчившись, наблюдая, как провинившиеся василиски от стыда пытаются спрятаться в уродливой подставке для зонтов в форме ноги тролля. – Гарри, – вытирая пот со лба, произнес он, – неси зелье из мандрагоры. Надо оживить нашего гостя. Четверть часа спустя еще не до конца пришедший в себя Кингсли с большим трудом отщипывал кусочки от пересушенного Кричером кекса. – Какое счастье, что вы решили вывести василисков! – улыбался он, расфокусированно глядя то на Гарри, то на Северуса. – Теперь, когда все запасы зелья для Гарри истощатся, вам будет где взять сердце, да не одно, а целых три! – Неужели вы думаете, что я соглашусь пустить под нож собственных детей?! – возмутился Снейп. Выползшие из подставки василиски угрожающе зашипели. Кингсли не успел зажмуриться и с грохотом повалился со стула, залив горячим кофе свою окаменевшую мантию. – Выпорю! – коротко пообещал отпрыскам Снейп, вливая в рот Шеклболта предусмотрительно оставленное на каминной полке зелье. – Обливиэйт, – произнес он, едва Кингсли открыл глаза, – тут нет никаких василисков и никогда не было. – Так о чем это я? – Министр, чуть пошатываясь, поднялся с пола. – Ах да! Я же собирался пригласить вас на нашу с Мэри свадьбу. Гарри, Северус… Миссис Блэк, вы тоже можете прийти, если у вас имеется портрет поменьше, – он вытащил из кармана пачку приглашений и рассеянно бросил их на стол. – В общем, будем счастливы видеть вас всех! *** – Бедный Кингсли! – покачал головой Гарри. – Мало того, что окаменел дважды за полчаса, так еще и лишился памяти. – Не драматизируй, Поттер, – хмыкнул Северус, – не всей памяти, а только той ее части, которая касается наших змеенышей. А вот кто действительно бедный – так это я. Наш Министр прикончил все запасы зелья из мандрагоры. А кому, скажи на милость, теперь придется часами стоять у котла? Вот то-то же! И никакого отпуска в перспективе, – тяжело вздохнул он. – Кричер уже привык к деткам, но стоит ему чуть зазеваться, и они снова превратят его в камень, так что их с ним даже на пару дней не оставишь. – А знаешь, – внезапно воскликнул Гарри, – у меня появилась идея! – он вскочил с места и бросился в свой кабинет, откуда вышел лишь поздно вечером, торжественно держа на ладони маггловские темные очки. – И что это такое? – поинтересовался Снейп, с любопытством рассматривая модный аксессуар. – Уникальный артефакт для нашего домового эльфа, – с гордостью произнес Гарри. – Я зачаровал линзы таким образом, что они станут блокировать взгляд василиска. Теперь Кричера можно без всяких опасений оставить на несколько дней за няньку. – Ты гений! – просиял Снейп. – Акцио чемоданы! – Что, ты хочешь поехать в отпуск прямо сейчас? – ошарашенно спросил Гарри. – Разумеется! – отозвался Северус, призывая вещи, которые могут пригодиться на курорте. – Так ведь на дворе – зима! – попытался остудить его пыл Гарри. – Это на нашем полушарии зима, а на другом – лето. Книжки надо читать! – не прекращая сборов, ответил Снейп. – Все. Я готов, – отрапортовал он через пять минут. – Хочу в отпуск! Хочу нормального секса! И пусть весь мир подождет! *** Десять часов спустя, на другом континенте, лежа среди обломков кровати и летающего по комнате пуха из разорванных в клочья подушек, Гарри, прижимаясь к Северусу, тихо сказал: – Знаешь, я никак не могу забыть слова Кингсли. А что случится, если у нас и вправду закончится зелье? Как мы сумеем изготовить его без крови девственницы и сердца василиска? – А об этом мы подумаем завтра, – беспечно отмахнулся Северус, вовлекая Гарри в долгий и страстный поцелуй.