Этажи

Яна не знала, что чувствовать от сложившихся обстоятельств. Она смотрела на надпись, которая была именно на месте Ориентира. Соболева напомнила ей посмотреть туда, когда та пойдёт на работу через лестницу, - мол, там подготовлено нечто особенное специально для неё. Что угодно, но такого признания Мицкевич точно не ожидала. Было ли это приятно? Или наоборот раздражало? Она плохо разбиралась в своих эмоциях, когда они появлялись. Яна все никак не могла придумать, что теперь делать с этим. Было, конечно, мило, но сколько же бессонных ночей прошло из-за этих идиотов. Мицкевич обещала себе оторвать им головы, если вдруг встретит. Теперь, как оказалось, это были вполне взрослые люди. Более того, одной из них была крайне милая девушка, которую убивать совсем не хотелось. Только если слегка придушить. Яна поперхнулась паром и тихо заворчала на саму себя за подобные мысли, отогоняя их. Постояв возле надписи ещё пару минут, она пошла дальше. На следующий день в их офисе проводили дезинфекцию. Теперь это было обязательно и за счёт компании, что бы обеспечить безопасность сотрудников. Конечно, она сразу написала об этом Лизе. У той было только две пары с раннего утра, а весь остальной день она была вполне свободна, тем более для своей новой знакомой, так что посидев дома первую половину дня, как раз к тому моменту, как отец и мать пришли бы домой со смен, Яна собрала вещи и пошла к Соболевой. Немного волновалась, даже надела свой лучший свитер и пригладила волосы. Необычно долго для себя смотрелась в зеркало - минут десять. Это должны были быть простые посиделки дома, как обычно и делают люди, но Яну редко приглашали к себе домой, а если такое и случалось, то только что бы "посмотреть фильм". Она ещё не знала, в каком из смыслов имела ввиду Лиза. Как оказалось, они действительно смотрели Богемскую Рапсодию и ели плов, который Соболева сделала, пока Яна сидела за барной стойкой и смотрела на неё. За новыми людьми всегда было интересно наблюдать. Да и слушать не менее информативно - девушка правда была находкой для шпиона, рассказывая ей обо всем и даже немного больше. Говорила так эмоционально и впечатлительно, словно делала из каждой истории театр одного актёра. Спустя время и пару наводящих вопросов, диалог плавно зашёл в тему отношений. Лиза смущённо улыбнулась. - Мне просто комфортнее с женщинами. - сказала она, поставив перед Яной тарелку с пловом. Она посмотрела на свой набор посуды. - Тебе вилку или ложку? - Вилку. - быстро ответила Мицкевич и снова подняла на неё глаза. - А с парнями никогда не пробовала? - Что именно? - Соболева опустила голову, неловко засмеявшись. - Если ты про секс, то нет. Отношения были, но... - она дёрнула плечами, закатив глаза. -...такое себе, с девушками намного приятней. Во всех смыслах. - она села напротив Яны, так же положив себе еды и принялась есть. Стойка была высокой, поэтому она болтала ногами, иногда легонько задевая ноги Мицкевич, которые спокойно дотягивались до пола. - Хотя, мне всегда нравились не самые женственные девушки. Яна дёрнула бровями. К еде она даже не притронулась, так же наблюдая за Лизой. Наверное, это могло бы показаться странным, но ей было все равно, а Соболева упорно старалась делать вид, что не замечает. - Интересно. - сказала Яна, слабо улыбнувшись. - Почему? Лиза снова пожала плечами, бросив на неё взгляд. Однако, она все же немного смущалась от подобных разговоров. Это льстило. - Хочется чувствовать себя защищённой. - ответила девушка, стараясь сделать это наиболее вальяжно, будто оно совсем не имело значения, ровно как и искренний интерес Яны к ней. Листая список фильмов на ноутбуке, она спросила, какие жанры нравятся Мицкевич. Похоже, на сегодня их диалог об отношениях был закончен. На следующий день, после работы Яна снова пошла к Лизе. Домой идти совсем не хотелось, да и родители ушли в ночную смену. Никто бы не спросил, где она гуляет до поздней ночи. Совсем не хотелось терять такое удачное стечение обстоятельств. На этот раз они пытались играть в карты, которые девушка взяла с собой заранее. Кто бы знал, что Лиза совсем не знала, как это делается. После череды проигранных партий Соболева даже немного обиделась на Яну, но спустя пять минут снова попыталась выиграть. Уж больно она любила чувствовать себя победителем - Ты милая, когда злишься. - сказала с довольной улыбкой Мицкевич, раскладывая карты на барной стойке. Для антуража они налили себе немного вина. - Бесишь. - ещё больше покраснела Лиза и взяла свою колоду. Смущённо надулась, иногда бросая взгляды на девушку. Яна заулыбалась довольнее, чем раньше. Так случилось в среду. Они курили на балконе и слушали музыку. Лиза назвала её своей подругой, что Яну по началу обрадовало. Только вот с каждым таким днём она понимала, что хочет далеко не дружить. Но начало было неплохое. По идее, все должно с этого начинаться. - Ты слушала Дайте танк? - спросила у неё Яна, копаясь у себя в телефоне. - Нет. - ответила Лиза, туша сигарету в пепельнице и улыбнулась. - Но если ты мне включишь, то услышу. Среда, четверг, пятница, суббота - все как один день. Они доверяли друг другу все больше. Давно Яна так не хотела уйти с работы пораньше, что бы успеть к Лизе и вернуться домой в час ночи, пока родители не успели придти. Она сказала им, что взяла дополнительные смены на выходные, но с самого утра шла сразу к Соболевой. Прошло, наверное, пару лет с того момента, как она рассталась со своей прошлой девушкой. После этого жизнь напоминала череду серых дней в офисе среди чертежей и редких ссор с матерью. Даже такой эмоциональный камень, как Яна начинал страдать от недостатка разнообразия. В воскресенье они опять готовили какую-то еду, рецепт которой Лиза нашла в интернете и решила показать Яне. Курица в соевом соусе. Впрочем, важен был только процесс. Потом они опять смотрели фильмы, уже лёжа на матрасе. Степень доверия друг к другу позволяла это делать без всякого стеснения. Они довольно быстро сблизились за неделю. Смогли найти общие темы, да и скучно им совсем не было. Однако, Соболева все равно держала дистанцию, не подпуская к себе слишком близко. - Даже грустно, что эта неделя заканчивается. - сказала она, положив под голову подушку. На следующей неделе у неё опять выставили полные дневные смены. - Да. Это было классно. - ответила Яна, дергая ногой в воздухе. - Не знаю, получится у нас встретится на следующей неделе или нет. - она повернулась к Лизе, пытаясь сдержать свою глупую улыбку, но выходило плохо. - Но оно и к лучшему. Не постоянно же тебе проводить время с мамонтами, вроде меня. - как ни крути, разница в возрасте иногда очень сильно чувствовалась - Соболева казалась ей слишком открытой и наивной, как и все молодые девушки. В то время как Мицкевич успела вырастить на себе некий защитный панцирь, который приходил с возрастом. Хотя, что вероятнее, он был на ней ещё с детства. - Да ну. - Соболева засмеялась, повернув к ней голову и посмотрела в глаза. Впервые, что было очень необычно. Она ведь всегда избегала этого. - С тобой уютно. - сказала она и мягко улыбнулась. Наверное, именно в этот момент у Мицкевич что-то очень сильно щёлкнуло в голове. Она безумно хотела её поцеловать. Даже приподнялась на локтях, за секунды взвешивая все риски в голове. Лучшего момента придумать было нельзя, но она вовремя остановилась. Просто встала с матраса, сделав вид, будто ничего не произошло. Может, потому что Лиза сразу отвернулась, тоже подумав об этом. Может, потому что Мицкевич понимала, насколько сильно девушка боится чужих симпатий к себе. Она не хотела становиться очередным "неудачным опытом". После этого они ещё долго разговаривали обо всем. Ничего не случилось - Соболева все так же продолжала мило улыбаться и рассказывать истории из жизни. Яна все так же чувствовала это приятно тяжёлое чувство в груди. Когда Мицкевич уходила, Лиза крепко её обняла. Они пытались оттянуть момент, когда Яна окажется за дверью её квартиры. Но этот день, к большому сожалению обеих, закончился. На улице было прохладно. Яна надела наушники и включила Дайте танк, - до её дома нужно было пройти пятнадцать минут пешком. Хватило бы на три песни, но каждый раз она ставила на повтор только одну. "Утро" - даже если сейчас и был вечер. На улице совсем не наблюдалось людей. Небо постепенно переливалось из розового в темно-голубой. Яна медленно шла через дворы. Давно она не чувствовала себя так хорошо.