Anguish

Финал. Но части, а не истории. Дверь в подъезд раскрылась и перед "К", освещённый светом внутренней лампы, стоял "Первый". Тогда "К" может и надеялся на "единственного", но явно не знал, что после "Первого" последует череда множественных, также "К" не смог тогда запомнить имя того парня, но опыт он помнил, из чего и решил называть того до определённого момента "Первым". Перед "К" стоял культурист в черной домашней рубахе, шортах белого цвета и кроссовках. Под тусклым светом лампы парадной дома "К" не сильно разглядел внешность парня. Это была загадка, ведь парень в переписке на сайте знакомств наотрез отказался делиться своим фото, да и имя стояло ненастоящее, этот человек действительно боялся, что кто-то узнает что-либо о нём, чего не должен знать, например его ориентацию. - Привет. - Тихо прозвучал низкий голос "Первого". - Здравствуй, - ещё более тихо, почти незаметно пробормотал себе под нос "К", - Никита? - Это имя "К" видел на сайте, но как признался сам "Никита" позже, его настоящее имя было Иван, хоть "К" и не смог его запомнить, отголоски этого имени впечатались, словно на медной монете, в глубину сознания "К" - Да. Пошли? - Ответил так же монотонно "Первый". Они поднялись на третий этаж, квартиру "К" чётко запомнил - 165 номер. В прихожей было довольно чисто, в отличие от остального убранства квартиры, с левого боку от входной двери была ванная. Пройдя чуть дальше, следуя за спиной "Первого", "К" всё больше и больше различал под тонкой рубахой сильно накаченные плечи, бицепсы и трицепсы, а так же чуть волосатые ноги с четкими венами, подобные яркие вены были и на руках парня. В комнате этой небольшой однушки у края стены, у выхода на балкон стояла кровать, а напротив неё телевизор, а так же в другой части комнаты был выход на кухню. - Покурим? - Это предложение насторожило "К", он ни капли не мог доверять этому человеку, и не знал, что они будут курить. Возможно, у "К" уже тогда начало формироваться его параноидальное расстройство, не то чтобы он сильно боялся за его жизнь, но как и говорилось ранее - не хотел остаться калекой. Взвесив риски, "К" всё же решил вновь войти в пучину, будто бы он из неё выходил, он ответил чуть нечётко, слегка заикнувшись: - Д-да, давай. - "Первый" открыл балкон и вышел, "К" вновь последовал за его спиной. Единственным источником света в комнате был включённый телевизор, "К" тяжело различал силуэты, хоть он и был в своих очках, он врезался в косяк входа на балкон. Парень вытащил две сигареты из пачки, протянув одну "К" и закурив вначале свою, а после и своего любовника на тот вечер, он спросил: - Ты плохо видишь? - Довольно странный вопрос, учитывая очки и факт врезания в косяк. - Да, - "К" был сбит вопросом, поэтому решил "отомстить" таким же странным вопросом - Ты часто куришь? - Иногда. - Сухо ответил "Первый". Закончив, они вернулись назад в комнату. "Первый" кинул сигареты на тумбу, на которой стоял телевизор и провёл рукой в сторону кровати, как бы приглашая "К" присесть. "К" не знал как ему вести себя в этой ситуации, его общее состояние в тот день было столь отвратительно, в добавок к тому шло ещё и похмелье, что его психика решила "отключить" все эмоции и желания, "оставив" только апатию, поэтому парень послушно сел на край небольшой кровати. "Первый" одной рукой опёрся на телевизор, ухмыльнулся и кинул жёсткий, фиксированный, пробирающий до костей, взгляд в серые глаза "К", что смутило последнего, он отвернул голову и скрестил ноги - "К" не доверял "Первому". Спустя пару секунд "К" всё же осмелился повернуть голову назад, обратив её к Ивану, но заметил, как тот рассматривал его ноги, тело, руки, и вот они вновь столкнулись взглядами. "К" не упоминал в переписке, что он девственник, хотя по его поведению всё было видно, и "Первый" это чувствовал. Он знал, что сейчас он владеет ситуацией, он знал, что может делать всё, что захочет, ведь такой как "К" никогда бы не смог дать ему отпор, и он знал, что если "К" попытается уйти, у него это не выйдет. - Раздевайся, - холодный басс огласил комнату. "К" тяжело выдохнул, его пугало такое поведение. - Ну? - Иван вновь ухмыльнулся. - Я..я не, - у "К" начали дрожать колени, свет исходивший от телевизора прямо на него давал чёткое видение для "Первого". - Я так и понял, - Иван взял пульт, выключил телевизор, зажевал жвачку, взятую с тумбы, возле сигарет и под еле различимым светом луны, доносившемся с балкона снял с себя рубаху. - Ты девственник, верно? - С небольшой усмешкой прозвучал его вопрос. "К" утвердительно покачал головой и уставился вниз. Вид на голый накаченный торс Ивана столь смутил "К", что он предпочёл скрыть эмоции, вновь появившиеся у него. "Первый" подошёл вплотную к парню и за подбородок поднял голову вверх. - Не бойся, я же не кусаюсь.. - Закончил фразу Иван, уже опустившись к лицу "К", - Ты целовался? - Но парень был в небольшом шоке от происходящего, он не понимал, что за эмоции начали его наполнять, ему начало казаться, что всё идёт хорошо, он молча ожидал своего первого поцелуя, первого секса и первого мужчины в своей жизни. Ожидания заводят людей в сказки. Сказки их мыслей, многие предпочли бы сладкую лживую жизнь в своём мирке, нежели принять тяжёлую реальность, но эту правду жизни "К" лишь предстояло осознать. Осознать, что предательство, которому его научили в раннем детстве, что боль, которую "К" получал всю его жизнь, что ненависть и гнев, которые переполняли "К", нельзя было убрать ожиданиями о других людях. "К" ожидал, что когда его пиздили родители, его сестра, которая была старше на 16 лет, и сидевшая в соседней комнате, выйдет и скажет родителям прекратить. "К" ожидал, что все испытания и шутки его жизни однажды кончатся, он ждал человека, мессию, чудо, что спасло бы его. И так же он ожидал, что приступы, охватывавшие его, приступы гнева, когда он становился похож на свою матерь, от чего становился противен себе настолько, что проще было убить себя, он ожидал, что они уйдут. У белых шорт Ивана был черный ремень с серебристой бляхой, одним движением он снял бляху, и ремень оказался расстегнут. "Первый" отцепил пуговицу, и штаны полетели вниз, он оказался в одних трусах. - Дай руку, - член Ивана был практически вплотную к лицу "К", он медленно протянул руку вверх, после чего её схватил Иван и положил себе на трусы, попутно приподняв "К" с кровати. В пару мгновений рубашка "К" оказалась на полу, после чего Иван взял его за плечи и развернул на сто восемьдесят градусов, к постели лицом, снял штаны и толкнул спину "К", от чего он упал на кровать. Не прошло и минуты, трусы также оказались на полу и "К" лежал уже совершенно голый. Он уткнулся лицом в подушку, страх опять начал наполнять его легкие и грудь. "Первый" начал играть с задницей парня, поначалу лишь слегка сминая булочки, и переходя уже ближе к анальному отверстию. Иван перенёс свой палец ко рту "К", - Открой рот - вновь монотонно звучал его голос. "К" впустил пальцы в рот, и уже мокрые они один за другим начали проникать в его очко: один..., второй... "К" начал про себя считать пальцы входившие в него, но по проникновению третьего парень ощутил острую боль, он тихо всхлипнул, но в тот же момент пальцы в его заднице начали двигаться быстрее. Боль усиливалась с каждым движение, и вот, "К" уже громко всхлипывал от боли, пытался простонать, что ему больно, но ничего отчётливого не выходило из его уст. Минуты прошли, и "К" резко перевернули на спину, Иван пододвинул бёдра к его плечам и снова прижимал лицо парня к своим трусам, но на этот раз его выделяющийся член встал, от чего явно маленькие для такого размера трусы пропускали головку хуя вверх. - Снимай, - с каждой фразой голос "Первого" будто всё больше и больше грубел, - время сосать. - У "К" продолжало болеть его очко, но ему было страшно, от того, что сделает этот человек, если он его не послушает. Парень приспустил трусы Ивана на его бёдра, и член, выскочивший из трусов, попал по лицу "К", теплая смазка уже вытекала из уретры и попала на щеки. В следующие секунды "Первый" грубо схватил голову "К" правой рукой и левой направил член ко рту. Парень впервые брал в рот и не знал, как верно это делать, но думать об этом ему не было предоставлено возможности, ведь уже весь рот был заполнен горячим членом Ивана, он проталкивал его так глубоко, что "К" оставалось лишь максимально сдерживать рвотный рефлекс, ведь быть избитым из-за члена в рвоте, он не хотел, но долго сдерживаться у него всё равно не получилось, через какое-то время насилования глотки, казавшееся вечностью, "К" начал кашлять. "Первый" на этот позыв вытащил свой член. Горячий, мокрый, твёрдый стержень несколько раз ударил щёки "К" и после небольшой отдышки последовал назад в рот. Таких подходов было так много, что "К" сбился со счёта, он лишь ждал окончания сего действа. Но вот Ивану надоело насиловать рот "К", как силиконовую вагину. Он слез с грудной клетки парня, схватил его за бёдра, положил под копчик подушку для удобства проникновения, раздвинул ноги "К" и начал надавливать головкой члена, спустя несколько попыток, Иван вновь поднял парня за бёдра и плюнул ему в анальное кольцо, после головка члена на удивление вошла. Изначально "К" не ощутил сильной боли - головка члена довольно мягкая и не сравнится с тем, насколько твёрдый остальной "ствол". Но "Первый" был довольно нетерпелив, конечно он не вогнал до разрыва очка, но и не двигал член достаточно медленно, чтобы парень мог хоть каплю попривыкнуть, и конечно же он не останавливался в своём проникновении: с каждым сантиметром здорового члена культуриста "К" начинал всё в большей мере ощущать жгучую, тянущуюся, словно режущую, боль, и в момент, когда Иван вошёл до конца, а простынь уже была в крови, "К" увидел надежду - отражение лунного света на стеклянной люсторке. "К" наблюдал за игрой света. Чувство боли, отвращения, страха и гнева потухли на момент, но вернулись с новой силой, когда "Первый" схватил сначала правую, а затем и левую руки парня, он сцепил их в наручники, делал он всё это не покидая тела "К". Скованный в движении, "К" был обращён лицом к постели, пока его имели, он не мог даже смотреть на "свет в конце тоннеля", хотя знал, что он есть - ожидание конца, боль и страх, тогда это стало тонкой нитью, за которую держался "К", чтобы не упасть с обрыва, и чем дольше он держался, тем сильнее резала нить его руки, от внутреннего натяжения, и тем быстрее она могла оборваться, а это бы значило, что вся боль, полученная "К", была напрасной. - Я кончил. - Сказал Иван, некоторое время после полежав на "К", и ещё через время резко покинув тело парня продолжил: - Сейчас я схожу в душ, потом ты иди. - "Первый" покинул комнату. Шум воды из душа доносился до "К" как реквием Моцарта в ре-минор. Сперма, вытекавшая из его тела, не давала забыть и избавиться от только что произошедшего. Когда Иван закончил, он лёг на кровать и толкнул "К" в бок локтём. Тот встал, и ещё тёплая сперма побежала по ногам. С горем, дойдя до ванной, "К" тихо рыдал в душе около пятнадцати минут, после чего вытерся полотенцем, добродушно оставленным хозяином дома, и направился в комнату. Иван уже спал. Кровать была довольно маленькой и неудобной, и из-за роста, "К" не совсем влезал в неё. Он лежал, смотря в потолок до 5 утра, боль в анальном проходе, неудобства и периодические прикосновения-домогания от "Первого" не давали ему уснуть. Но он решил, что с него хватит, попытался тихо встать и начать собирать вещи, но кровать "решила" иначе, издав невероятно громкий, высокий звук одной из своих пружин. - Ты куда? - Внезапно чётко и удивительно для только что проснувшегося, произнёс Иван. - В туалет.. - Ничего не могло прийти в голову "К" в тот момент, и он сказал первое, что пришло на ум. Но на этот ответ "Первый" внезапно улыбнулся, "К" чётко это видел, ведь первые лучи утреннего солнца, приходившие в комнату с балкона, уже озарили всю комнату и парень наконец смог рассмотреть лицо того, кто его поимел: чуть округлое лицо, так называемый baby face, что-то между пятнадцатью и сорока(хотя сам "Первый" утверждал, что ему двадцать пять), пухлые губы и голубые глаза крайне яркого оттенка, они и напугали "К", они были столь яркие, будто не человеческие, возможно тогда это была игра света, но в купе с опытом ночи, "К" было легко поверить, что он переспал с кем-то иным, не с человеком. - Тебя проводить? - Продолжил со своей улыбкой Иван. - Н-нет, я дойду.. - Смутно ответил "К". - Только не говори, что тебе не понравилось, и ты напугался, я же знаю, что тебе понравилось, то как я тебя поимел и уверен ты хочешь ещё раз. - Закончив фразу, Иван внезапно приблизился к "К" и поцеловал его. После короткого поцелуя в губы парень было хотел уже пойти, но "Первый" схватил его за талию, посадил к себе на колени и засосал "К" в французский поцелуй. - Ну дак что? - Хорошо, - нехотя ответил "К" - пошли. Как только парни перешли из комнаты, "К" был перенесён на руках и был поставлен на колени в ванной. - Пробовал золотой дождь? - Говорил "Первый" попутно надрачивая свой член. - Хотя, ты же девственник, но сейчас в любом случае попробуешь. - Меня, это не сильно возбуждает. - Выдавил из себя напуганный и использованный "К". - Уверен? А то, я сильно хочу нассать тебе в рот. - Д-да. - Ну, тогда ты должен мне минет. - Всё время после пробуждения "Первый" был с улыбкой, но на мгновение она пропала. Иван справил нужду в туалет, а "К" всё стоял в ванной на коленях и наблюдал за процессом. Закончив и посмотрев на голое, изнемождённое ночным опытом, тело "К", улыбка вернулась на лицо Ивана. Он встал в ванну, несколько раз ударил лицо "К" своим членом и просунул ему в глотку. *** 9 утра. После сцены в ванной Иван решил продолжить сон, но в 9 он уже проснулся. Он предложил "К" поесть, хотя в его доме была только гречка и кефир, а "К" уже и так "наелся молочного продукта и белка". Парень начал собираться, одел свои вещи и спросил: - Мы ещё встретимся? - Конечно! Было круто. - Незамедлительно ответил Иван. "К" уехал на трамвае домой и через полчаса после прибытия пошёл на пары.