Сказка о глупом волшебнике, эльфийском короле и настоящей любви

Детство Эрика Картмана ни в коем случае нельзя было назвать легким или счастливым. Отец погиб в войне, защищая королевство, когда шатену было всего лишь полтора года. Полностью опустошенная этим мать Эрика — Лиэн, нашла панацею от саморазрушения. Она оказалась простой и печальной — алкоголь и секс с каждым встречным человеком, а так, как она была гермафродитом*¹, ей удавалось проводить ночь и с женщинами, а маскировка под мужчину удачно помогала ей в этом, стоит отметить, что развратная жизнь Лиэн также помогала выживать ей и Картману. Конечно, почти полное отсутствие внимания к сыну, а периодические дорогие подарки, лишь бы сына не нагружало одиночество, и превратили из маленького и вежливого мальчика, в маленького жирного монстра. Вредная, но вкусная еда сделали свое дело и к частым уходам матери из дома, прибавились и постоянные издевательства, со стороны соседских мальчишек. Хотя, спустя несколько лет тренировок, Эрику  удавалось «затыкать» их. Почувствовав власть, так внезапно рухнувшую на него, Теодор начал учинять всякие беспорядки (творить хуйню, проще говоря). В основном, он избивал людей за то, что они смеялись над его весом, однако, людям попадало сильнее за то, что они говорили плохие вещи о его маме. Да, Эрик подозревал о источнике таких денег, однако он даже не желал слышать, о том, что его мама, та кто читала ему сказки, дарила игрушки и несмотря на частое отсутствие показывала свою любовь — настоящая шлюха. Однако, Эрик все равно узнал страшную тайну Лиэн. И все бы ничего, если бы это случилось днем, или вечером, было бы замечательно, если бы она сама все ему рассказала, но обстоятельства, при которых все случилось были слишком ужасны. — Прекрати! — улыбка, оголяющая острые зубы, давно прижилась на лице Картмана. Облизнув губы, он нанес удар ногой по животу жертвы, изо рта которой вытекло еще немного крови. Затем, Эрик взял парня за челку и прислонился к уху. — Еще раз назовешь мою мать шлюхой, я твои патлы оторву, блять, а из твоего папаши фарш сделаю. Понял? — блондин судорожно закивал. Картман цокнул, а потом достал из карманчика пиджака ножичек. — ты такой жалкий, аж тошнит. Я бы блеванул на тебя, но пожалуй, после того, что я сделаю с тобой, это будет лишним. — острие медленно прошлось по коже, впиваясь в нее и протыкая хрящ. На несколько метров раздался истошный крик. — Т-ты — м-монстр… — парень лежал на перед возвышающимся над ним Эриком, придерживая наполовину отрезанное ухо, а также пытаясь остановить кровь. Шатен лишь кинул на него презренный взгляд, а потом развернулся, и пошел домой, вытирая нож, перед этим несильно порезав руку, надо же как-нибудь объяснить матери, почему его руки в крови, хотя… в это время, Лиэн уже должна была уйти. Подойдя к дому, Картман с удивлением заметил, что свет в спальне его мамы включен, а в самой комнате было замечено движение. Эрик побежал домой, надежда застать мать дома придавала сил. Эрик буквально ворвался в дом, как вдруг резко затормозил. В прихожей, кроме туфель Лиэн была еще и мужская обувь, к тому же, она была очень дорогая, это было видно даже сквозь потертости. К Картманам пришел гость? Послышался голос, который… на кого-то кричал? Судя по низкости голоса, он явно принадлежал мужчине. Чувство тревоги подобралось к горлу Эрика, и он, даже не разувшись, пошел в спальню мамы. Подойдя к двери, Картман резко открыл дверь, и обомлел. — Король МакКормик?! — пьяные голубые глаза поднялись на Теодора, а потом, обладатель золотых волос резко встал, даже не вспомнив, что стоит перед ним без одежды. Красная полоска застлала щеки Картмана, а к горлу подступила тошнота. — вы что т-тут забыли?! Голый! А где м-мама? — Мы короче… развлекались тут… и она того, чет не встает. — Всмысле, не встает?! — Эрик подбежал к лежавшей матери, оттолкнув пьяницу. Лишь посмотрев на такую же обнаженную мать, он не сдержал рвотного порыва. Распрощавшись со своим завтраком, который на удивление не состоял из жареной курицы, шатен посмотрел на посиневшее тело матери. Дрожащие пальцы дотронулись до шеи Лиэн, от холода, Эрик задрожал, а на глаза навернулись слезы. — Она… умерла… — Картман сжал кулаки, а потом нанес одним из них удар по Стюарту. — Это ты убил ее… Ты убил мою мать! Паскуда, да я засужу тебя, а когда ты будешь гнить в темнице, я сам убью тебя, и сделаю из тебя фарш, ублюдок! — наверное, удар нанесенный Картманом, вывел немного алкоголя из мозга короля. Он встал, придерживая болевшую часть лица и запустил другую руку в свои волосы. — Так, ну… главное не паниковать, все же будет окей? — однако, хоть и натянутый, но позитивный настрой не помог Эрику. — Ты издеваешься?! Она умерла! Ничего не будет хорошо! Накопленных средств не хватит на дальнейшее проживание! Сука, ты же меня потом и выгонишь! — Стюарт хотел что-то опять сказать, но промолчал и наяал медленно одеваться. — хотя… — лицо Картмана исказила улыбка, а в голове прочно засела идея. — возьми меня в свой королевский двор. — Да ты издеваешься?! — алкоголя оставалось все меньше и меньше, и вот уже одетый Стюарт еле сдерживается не повесить Картмана в его же доме, однако, шатен уже не хотел отступать. — Слушай, ты и твоя жена уже давно погрязли в дерьме, а моего ума хватит, чтобы добиться твоего наказания уж поверь, виселица или пожизненное тебе обеспеченны… но возможно, суда не будет, если ты приютишь меня, как бедную сиротушку. — Стюарт сжал руки и зубы. Да, он с легкостью мог привести разрушающие собеседника аргументы, но… не в этом случае. Улыбка Эрика была слишком уверенной, а капающая кровь с еще не засохшей раны придавали ему угрозы, и в итоге, король кивнул. — Собирай вещи. Завтра же пойдешь со мной. — парень ухмыльнулся и пошел в сторону своей спальни. Дверь медленно отворилась и мертвая тишина уступила место глухому звуку от тяжелых шагов. Эрик подошел к кровати и достал из ящика рюкзак, который наполнил доверху вещами, а из игрушек, он взял плюшевого лягушонка. Перед тем, как выйти из комнаты, он сел корточки и заплакал уткнувшись руками в лицо, истерика буквально сковала его тело, не давая даже шансов на свободу, а следовательно и покой. Спустя некоторое время, когда Картман все-таки смог успокоиться, он вышел из комнаты, а потом… достал из кладовки несколько бутылок с маслом и облил вначале Лиэн, а потом каждый угол дома и проделал ту же процедуру снаружи. — Король МакКормик? — глазами, он начал оглядываться по сторонам и краем глаза заметил спящего на земле Стюарта. Недовольно цокнув, Теодор обмазался сажей из печи, а потом зажег лежавший неподалеку стог сена и закинул его в дом. Через пару секунд здание вспыхнуло словно спичка. От резко возросшей температуры, король резко открыл глаза и отполз от дома. — Чт-то это?! Нахрена ты это сделал? — вместо объяснений, Картман чуть ли не прыгнул на правителя и начал обмазывать того сажей полностью. — Народ — не быдло, вечно живущее с бутылкой в руке, в отличие от твоей жены, ему будет не просто доказать, что сирота в замке — это по доброте душевной. Ему нужны доказательства. Их я им и предоставлю. — У тебя есть план? король с подозрением посмотрел на горящий дом и начал медленно отходить. — Разумеется. Я — сирота и жертва пожара, а ты — герой, спасший меня. — Эрик посмотрел вдаль, — а вот и публика, да начнется представление! — к дому Картмана действительно бежали люди, которых было очень много. Шатен слегка напрягся, а на глаза навернулись слезы. — Постой! А что мне делать?! — как оказалось, Стюарт совсем не способен на критическое мышление, поэтому мальчику пришлось брать дело в свои руки. Заебавшись слушать болтовню короля при панике, шатен заехал тому по лицу, тем самым вырубив. — Что тут происходит? — Эрик вздохнул, а потом, с навернувшимися слезами заверещал, подбегая к дому, и его схватил местный пастух, впрочем, это входило в планы Картмана и он продолжил играть свою роль. — Т-там ма-аа-амочка! Отпустите меня, я хочу к маме-ее-е! — надо отметить, роль малыша, пострадавшего при пожаре, Теодор сыграл просто прекрасно. Люди начали перешептываться, а кто-то даже заплакал, скорбя по ушедшей из жизни женщины, оставившей сына одного. Пошли крики «вызовите пожарных!», которые смешивались в неразборчивую чепуху, но это не мешало шатену отвечать на вопросы, создавая новую легенду. — Пожалуйста, расскажи нам, что случилось. — Эрик еще раз всхлипнул, а потом, из его рта полилась ложь, причем такая, что даже те, кто разоблачает лжецов, без сомнения поверят. — Я иг-грал с Лягу-шонком Клайдом, как вдруг почувст-твовал за-запах дыма. Когда я в-вышел из к-комнаты, я увид-дел огонь. Б-было так страш-но, но в д-дом при-прибежал король и спас меня. Сп-пасите мою ма-аа-аму! — Эрик обнял пастуха и зарыдал. Однако… пусть это и была ложь, но в Картмане все еще была скорбь по матери и тоска по ней. — Все будет хорошо. Только не плачь. Скажи, а где король? — кареглазый шмыгнул носом и показал пальцем на лежащего без сознания короля. — Что с ним? — Он не хотел пускать меня к маме и я его ударил… но не сильно, а он упал. — Надо бы его в чувство привести. — мужчина взял Эрика за руку и хотел было подойти к Стюарту, однако его окликнули: — Зак! — пастух обернулся, а потом кивнул и подошел, договорившись с Эриком, что он будет рядом с королем. — Ну как? — Все бесполезно. — мужчина с седыми локонами лишь развел руками. — дом сгорел как спичка. Если Лиэн и не умерла от угарного газа, то от самого огня уж точно. Меня интересует лишь одно — что делать с ребенком? — Я готов приютить его. — хрипловатый голос вначале напугал мужчин, а потом, они обернулись и практически одновременно поклонились. Эрик послушно кивнул и подошел к королю МакКормику. Однако, стоило пастуху отойти на приличную дистанцию, Картман сразу же привел в сознание блондина. — Ох… твою мать… обязательно было так сильно ударять?.. — король сел в позу лотоса, схватившись за голову. — Такой уж я в гневе. Надеюсь, ты помнишь, что должен приютить меня? — Да помню я, помню. — Стюарт шумно выдохнул. — Самое время это сделать. — Эрик помог подняться мужчине. — дерзай. На следующее утро, где-то в девять часов утра, Эрик и Стюарт отправились в замок, этот путь занял час и получается в 10 утра, они были на месте. МакКормики никогда не славились дизайнерским вкусом, это отлично доказывал интерьер замка; украшений почти не было, доминировали серые цвета, даже штор не было, разве что, очереднвя серая тряпка. Одним словом — экономика. Подобная обстановка сразу вызвала зуд на руках Эрика, захотелось реформ. — Ты можешь занять любую комнату… — Стю-юю-юарт! — в главный зал ворвалась рыжая женщина, которая немедленно направилась к мужчинам, одновременно выпивая что-то. Лишь ее походка, которая была похожа на попвтку выживания при шторме говорила, нет, кричала — пьяна. — Ты г-де был?! — однако, ее привлек Эрик, а точнее его телосложение. Эт че за… жироба-сина? — лишь от ее дыхания, желудок просил пощады и был готов освободиться от еды. Однако, ее оскорбление едва не довело парнишку до белого каления. — Прошу прощения, сучка, но я не жирный, у меня кость такая! А тебе советую не нажираться, как свинья и впервые сделать хоть что-то полезное. — Че ты там вяк-нул?! — Кэрол уже хотела замахнуться на Теодора, однако ее муж решил взять ситуацию в свои руки. — Стой, послушай! Этот мальчик — сирота. Его мать погибла, не надо его бить. Он будет здесь жить, хорошо? — Си-рота? — недолго до нее доходило. Сделав очередной глоток вина, женщина не только разрыдалась, но и принялась жалеть парнишку, от чего его чуть не вырвало. Получив разрешение уйти, Картман побежал прочь, куда-угодно, как вдруг врезался в кого-то. — Ты кто? — глаза мигом начали рассматривать того, в кого врезался. Парень был очень нервозным на вид, его ярко-блондинистые волосы были запутаны и словно вырванные ногти погрызаны до мяса, а зеленая рубашка была помятой и неправильно застегнутой. — М-меня з-зовут Твик. — парень, которому на вид было 12 лет помог Эрику встать. — я сл-лужу у э-этих ублюдк-ков, я с-бег-гаю, чего сов-ветую тебе. Уж п-поверь, слушать каждую н-ночь их срач в пьяном угаре — та еще пытка. П-прощай. — оставив Эрика в полной запутанности, Твик отдал честь и выбрался из замка через окно. — Странный какой-то. Неужели здесь действительно дерьмово? — воспользовавшись свободным временем, Картман решил прогулаться по дворцу, одновременно помечая в своей голове, что именно он хотя бы попытается изменить. Вдруг, шатен услышал тихий голос, обладатель которого явно нервничал, поддавшись любопытству, Эрик пошел на звук. Он доносился из маленькой комнатушки. Заглянув в щель, Картман увидел блондина в бирюзовой рубашке и зеленых брюках, его глаза отличались по цвету — левый глаз был тусклее правого — цвета морской волны. Блондин шумно выдохнул и сел за стол, оперев голову на сцепленные руки, как вдруг, краем глаза заметил, как кто-то следит за ним из-за дверной щели. — Кто здесь? — пойманный с поличным Эрик по логике должен был испугаться, или представиться, однако вместо этого, он согнулся пополам и громко рассмеялся. — Эй! Почему ты смеешься?! — недовольный восклик блондина вызвал лишь новую волну смеха у шатена. Наконец, спустя несколько минут, он слегка успокоился и вытирая выступившие слезы, зашел в комнатку. — Ты… ты бы… слышал свой голос… тебе сколько лет? Девять? «Почему ты смеешься?!», давненько я так не смеялся! — парень лишь надулся от передразнивания Картманом. — мне 10… а как тебя зовут? — Эрик Теодор Картман. — первый факт, который парнишка узнал о Картмане –стоит спросить его имя, так он становиться серьезнее некуда. — пусть это мне не пригодится, но, как тебя-то звать? — Леопольд Баттерс Стотч. Приятно познакомиться, Эрик. — Картмана всегда тошнило от таких милых людей, однако, Баттерс не вызвал таких чувств, наоборот, с этим парнем хотелось общаться. Краем глаза, он заметил бледную полоску, которая проходит по левому глазу. — Что это? — Лео слегка испугался, а потом грустно улыбнулся. — Я жил в очень строгой семье, где я всегда попадал под руку отца. Я много накосячил тем днем, к тому же, папа был пьяным, вот он и провел ножом по глазу… к счастью, зрение не ухудшилось. Я сам был винова- — внезапно, руки Баттерса оказались в плену рук Эрика. — Твой отец ужасен… а ты лох, чего сдачи не дал?! Могу тебя похвплить лишь за смелость, что ты сбежал из дома. — Нет, что ты, я не сбежал, меня продали Королю и королеве, за три мешка золотых монет… — улыбка и непринужденный тон блондина забрали дар речи у кареглазого, он был одновременно поражен тем, что кто-то вообще был способен на продаду человека, зол на родителей Баттерса, за то что они согласились продпть собственного сына за какие-то мешки с деньгами и он испытывал жалость к парнишке. Последнее чувство он вообще испытывал впервые, и оно ему не нравилось. Чтобы как-то разрядить обстановку, Картман взял в руки первый попавшийся лист и начал читать. — Разобраться с налоговой системой, бубубу, все деньги уходят на выпивку, бла-бла-бла… что это? — Жалобы от народа. — опустив голову чуть ли не прошептал Баттерс, — я разобрался с некоторыми, но их все равно много. — Эрик потер переносицу, одновременно понимая, что проблемы королевства не только в пьяных правителях и серых стенах. Шумно выдохнув, шатен хлопнул в ладоши и принялся выталкивать Баттерса из комнатки, одновременно протягивая ему сумку. — Эрик? — Вали отсюда, я сам тут со всем разберусь, пойди там подрыхни, итак с мешками под глазами еле стоишь, только перед этим… а ладно, просто вали отсюда. — Хорошо?.. Спасибо тебе, сам бы я ни за что не справился! — дверь со скрипом закрылась и чуть ли не сразу, Картман сел за стол и начал читать все эти неприятные документы. Уменьшение налогов, улучшение жилищных условий, отмена платы за образование, отмена свободного распития алкоголя, смена власти из-за неспособности вести дел, смена власти из-за халатности, смена власти из-за того, что у короля зубы кривые… просьбы, подобные последней, шатен сразу выкинул и к его неудивлению, жалоб стало в два раза меньше. Далее, он распределил жалобы по стопкам, в зависимости от их схожести. Эта процедура заняла у него пару часов. Затем, он сделал несколько расчетов, в целях узнать, как бесплатное обучение повлияет на налоговую систему королевства, и тому подобное. Спустя еще пару часов, Картман наконец составил один больший лист. Воодушевившись с ног до головы, мальчик выбежал из комнаты, однако он быстро затормозил, а вернее его заставили остановиться ноги спящего Баттерса. — Твою мать, Баттерс! Чего ты тут разлегся?! — от довольно громкого крика, Баттерс вздрогнул и сразу проснулся. –…Эрик? Что-то случилось? — Эрик был тем человеком, который не зацикливался на чем-то одном, его было довольно легко переключить на что-то другое. — Да, я смогу изменить положение в королевстве, однако мне понадобиться твоя помощь. — Да, конечно! — улыбка озарила лицо Леопольда, а глаза засияли. Пусть обещание и громкое, но надежда на исполнение обещания была. — У вас есть какой-нибудь колокол или рог, чтобы привлечь внимание? — Баттерс ненадолго задумался, а потом щелкнул пальцами. — Колокол есть. Сейчас принесу! В пять часов вечера, городская площадь продолжала во всю свою жизнь; если приняться пересчитывать колесницы, что неспеша движутся по трассам, то можно насчитать больше сотни, голоса людей, ржание лошадей, шарканье обуви — все это создавало рпзный шум, который смешивался в один, неразборсивый, хаотичный, но такой привычный гул. Если посмотреть на прохожих, то чуть ли не сразу начнешь их жалеть, до чего де безразличными, а иногда даже уставшими были их, можно сказать ауры. Возможно, громкий звон колокола — самое необычное, с чем они сталкивались, а некоторые даже гоаорили, что «спустя 13 лет, мы снова услышали этот звон!». Люди толпами собрались у памятника основателя королевства, чье имя на самом изваянии было невозможно прочесть, ибо надпись была почти полностью стерта. — Спасибо, Баттерс, — после «пожалуйста», Эрик продолжил, полностью игнорируя шепотки аля " Что за жирный уродец» и «Это же тот сирота, из сгоревшего дома». — проведя большую работу над вашими жалобами, я пришел к нескольеим резкльтатам, которые смогут изменить ситуацию в королевстве! Должен сказать, что Баттерс - мой слуга, уже развез с помощью голубей, кстати прекрасные птицы, полные копии документа мэрам других городов и скоро, если они не ссыкуны мы проведем кучу реформ! — по площади прошлась волна шепота, кто-то отнесся к этому довольно громкому заявлению скептически, а кто-то все-таки решил дать шанс и мальчишке и его решению. — Итак, конкретно в этом городе; Мы сделаем обучение бесплатным, так как это столица, здесь необходимо много умных людей, и чаще всего, гении живут в бедных семьях. Мы понизим цену на лекарства, это также понизит смертность населения. А еще, в пизду опыт работы. У людей не будет препятствий для получения профессии, разве что, распиздяйское отношение к учебе, нахуй лохов на заводах Однако, мы повысим цену на бухло и наркоту, только продавать алкоголь мы будем на выходных, а также до определенного часа. А наркотики — вообще, только врачам. Также, придется поднять цену на многие товары. Надеюсь на содействие со стороны вполне хуевого мэра, ибо че-то он так и не попытался изменить ситуацию. — молчание нагнетало с каждой секундой, по выражению лиц граждан мало чего было понять. Внезапно, раздались тихие хлопки. Эрик слегка нахмурившись посмотрел на Баттерса, к хлопкам которого прибавилась и похвала. — Пойдем, Баттерс. Здесь людям нахуй ничего не нужно. — но Баттерс даже не думал уходить. Слегка отойдя от Картмана, он продолжал, едва ли не задыхаясь, поддерживать идеи знакомого. Вдруг, к восклицаниям Леопольда подключился еще один человек и словно по цепной реакции, все больше и больше людей начали кричать и хлопать. — Довольно интересное предложение, хотя «Хуевого мэра» я бы убрал. К Эрику подошел слегка низкий человек с седыми волосами, он был одет в зеленую рубашку и черные брюки. — Это что еще за хрен? — Гаррисон. Он мэр столицы, удивительно, что ты его не знаешь, особую «славу» он получил тогда, когда при всех поцеловал самого короля… — Мэр значит? — мужчина подошел к Эрику и движением руки подписал документ. — готовься, Баттерс. — К чему? — Лео не до конца понимал причины торжественного тона шатена. — К революции Баттерс, к революции. У нас много работы. Спустя два года — Твою мать! — Эрик со всех ног несся в мнд-пункт, неся на руках Баттерса. В обычный, даже слишком солнечный день, шайка пиратов, во главе которой был Кевин МакКормик напала на столицу королевстаа МакКормик. Лео сильно пострадал, защищая Картмана. Передав блондина врачам, Картман побежал в замок. Нет, не за королевой и королем, на этих алкоголиков, шатену было грубо говоря поебать. Главной целью Картмана была Кеннет. Принцесса была единственной, кто сможет править королевством, на случай если Эрику не спастись, а тем, кто поможет ей, будет Леопольд. Вбежав в главный зал, Картман увидел лужу чего-то красного, льющегося изо рта правителей. — Блять… так и знал, что эти мудаки сдохнут от своего блядского вина! А где Кенни? — словно ожидая этого вопроса, на всю комнату разнесся детский плач. Как оказалось, Кенни выпала из кроватки, вот и разревелась. Возможно, впервые за эти полгода, Эрик был нежнее, чем за всю жизнь, возможно, потому что остальных карапузов он просто дразнил, а эта девчушка — путь к дальнейшему, нормальному правлению королевством. Аккуратно взяв блондинку на руки, Эрик укрыл ее своей накидкой и со всей силы (и естественно дури), сиганул из окна. Возможно, это было самым эпичным, ведь замок был полностью в огне, от рук пиратов. Борьбу с захватчиками еле остановили, в большем, благодаря силам, присланным королевством Брофловски. На постройку новых домов ушло очень много времени, чего нельзя было сказать о замке. Так как, там почти все было каменным, пожар быстро потушили, а воспитанием Кеннет занялись еще лучше, однако, у девочки была личная слуга, которая занималась гигиеной и одеждой принцессы, это было... странновато. Баттерс долго отлеживался в больнице, однако и он пришел в норму. — Здравствуй, Эрик. — Лео не мог решиться войти. — Ну чего тебе? — лениво приоткрыв глаза, Эрик потянулся и встал с кресла. — Дело, а том, что… ну ты же законный правитель, ведь так? — Ну? — Высший совет зовет тебя на заседание. Это важно, правда- — заткнув Лео рот первым попавшим под руку фруктом, Эрик пошел куда-то в сторону улицы. — О-па, смотрите, кто к нам заявился! Наконец-то МакКормики решили прислать хоть кого-то! — какой-то брюнет в синей рубашке и синем мужском берете с желтыми полосами слегка наклонился и с усмешкой смерил Эрика взглядом. — Ага, дай пройти. — зал, где должно было проходить заседание не впечатлило Картмана, ну стол, он и есть стол, стулья в деревянном стиле, а мозолей то этого не будет? — Здравствуйте, — за Эриком раздался голос, парень скучающе обернулся и… Не смог сделать вдоха. Этот… парень… его рыжие волосы… Эрик же ненавидит рыжих! — мы наслышаны о вагих заслугах перед королевством МакКормик, грустно конечно, что королева и король так рано почили. Им стоило поучиться у вас многому… но не будем о грустном, лучше познакомьтесь с моим сыном, Кайлом. — Здравствуй. Очень приятно познакомиться с таким великим человеком, что смог за два года вернуть былое величие целому королевству, вы великолепны. Вы же… Эрик? — Да… — а вы… вы первый рыжий, которого я не хочу уничтожить!.. — повисла тишина. Вообще, за такое заявление стоило развернуться и уйти, кинуть «хам!», но Кайл лишь рассмеялся и поблагодармл за комплимент. Его смех, словно материнский, глаза, похожие на изумруды, улыбка, заставляющая тоже улыбнуться. Возможно, что-то и впечатлило Эрика в этом зале, для важных переговоров.