Дыши

      Темные верхушки дикого леса ложились отражением на освещённом озере. Каждый кустик травы растворялся в голубоватой лагуне, а подводные камни горели как маленькие путеводные звездочки плеская блеском на волнах. На теле. На хвосте. На прекрасном лице с блестящей чешуей нежно алого цвета. Ярких от холодной воды губах и цапающим каплях на волосах. — Ты точно не желаешь искупаться? — произносят эти чудесные губы, показывая ласковое пения русала. Заманивает, не думая, не управляя. Руки тянутся к влюбленному лицу, касаясь волчьего лица. — Не хочу. — ладонь накрывает большая рука, прижимаясь все сильнее к щеке, щетина не сильно раздражала кожу, скорее колола, как колючка невольно цепляющиеся в поле. Но почему-то она шла ему лучше, чем голые щеки. Придавало мужество и какой-то загадочной сексуальности. Хотя лет двести назад, когда у него была ещё та уродская борода, ему лучше так. Больше похож на обладателя личной стаи. — Руслан, прошу. — мелодичный голос так и зазывает коснутся воды. Но будь то личное желание или зазывом русала. Вода повторит свой первый трюк! накроет его с головой и забудет. — Милый, я обещаю.  — и он как завороженный снимает пояс со своей рубахи со старым славянским узором, стягивает воротник и открывает свое тело с огромным алым шрамом, гордо показывая его силу в той схватке, стягивает обувь и освобождает ноги сразу опуская их в прибрежных песок, остаются только черные штаны. Обычный крестьянин, и он принц моря. Рожденный в пределах отраженного неба, меняющийся от того, что происходит наверху. Будь то гроза или ясная погода, меняется море, меняется он. Но что же тогда его привело, в эту маленькую запрятанную лагуну, соленую как отдельный кусочек моря, но с необыкновенно красотой подводного мира. И его задумчиво парня, боящийся даже думать, что может сделать эта невинная морская вода. Голубая луна привела его к разгадке, а его легенда про это место, покрыл пеленой незаконченной сказки. В этой лагуне цветущая только под Хэллоуин. И только раз в год, они видят друг друга. Когда подводной играют радужные краски, а земля открывает свои самые лучшие и сказочные цветы, зовущие себя Волчьем когтем. Только раз в год, больше они не видятся. Он не прибегает сюда. Он и не думают о этой сказке, но только луна, заходящая над океаном, манит его, именно в эту местность. Всплывать над водой и ведёт спящего рядом оборотня, ждущего его с заката. Только когда вся нечисть теряется. Он обычный, а русал как сказка. Он принц бурного моря и такими же глазами, отражающими настроение огромной воды под небо. Они для друг друга, как старая сказка с потерявшимся концом. И каждый раз конец рассекался другим. Оборотень попадет на очередную охоту, где его поймают охотники. Русал будет петь сидя на камне, зазывая отчаянье людей в море. И попадется на одну из таких песен, растворяясь блеском над водой. Не ту у сказки доброго конца. — Дыши. — тихо проговаривает оборотень, ступая ногой в воду. Его окутывает тревога, а соль неприятно щиплет кожу ног. Но он идёт, ловя улыбку со стороны принца. Ещё шаг, и ткань штанов липнет к коже, ещё шаг, он стоит по пояс в воде, радуясь только тому, что он стоит. Не ушёл на дно. — Дыши мною. — проговаривает русал, хватаясь за его плечи. Осторожно проведя ладонью по его шею, он тянет его к себе. Все ближе к дну. Глубже, где их любовь. А он подчиняется, с уверенностью ловя успокаивающие глаза, тихий омут. Цветом бури. Темные, с проблеском серого, будто молния над морем. Покрытые пеленой любви. Его ноги касаются первого камня, от теряется под его тенью, следующие все тускнее, значит совсем немного его окутает темная волна. — Дыши только мною. — и его губы накрывают те алые, отдавая свой кислород. Каждый глоток. И он дышит, пока волосы остаются на поверхности, будто расцветающий цветок, цветом серебра. Руки парня обнимаю его все крепче, а хвост обвивает его ноги мешая любому движению, и он все тянет чтобы он остался наедине с его стихией, чтобы он дышал также как и он. — Дыши тише, любимый. Нас слышат. — проведя рукой по водной глади, говорит ему русал, волна распугала маленьких рыбок, заставляя их прятаться между водорослями. Глазея глазками и запечатляя это в короткой памяти. Американец недовольно покачал головой всплывал над водой, оборотень повторил же за ним, вздыхая полной грудью. — Страшно, любимый? — До дури! — схватив его лицо в свои большие лапы, Руслан притягивает его к себе, тюкнувшись ночами, он настойчиво целует, размеренно соприкасаясь солоноватых губ. Он же, не ожидая, давится, и подстраивается под его сладко-нежный напор, осторожно скользят по его выветренным губам, будто только выпавший снег по стеклу. Тая от теплоты открытой мужской груди и ритма, любящего его, сердца. — Уильям. — осторожно шепчет он, отстраняясь. Щеки пылают от морозности воды. — Я хочу дышать, — оборотень придерживается краткой паузы, ловя непонимающий взгляд американца. — тобой. — шепчет он, падая лицом на мокрые плечи парня. Америка сильнее обнимает его прижимаясь, как можно ближе, этот сладкий шёпот с лёгким приторным контекстном, так возбуждающе, на ухо, все больше разогревая его. — Мурика? — Я невинен в человеческом обличии. — произносит он, отплывая к противоположному берегу. Мужчина удивлённо шмыгает, делая несколько движений к своему любовнику. Тот лишь чуть дальше садиться на берег, смотря уже на свои голые ноги. Рука ложится на белоснежный колени, непринуждённо поглаживая косточку. — Я обещаю. — произносит мужчина, подымая глаза на запуганно парня. — Я позволю тебе дышать. — и он ждёт ответа, непринуждённо, толкая рукой американца на холодный песок. — Россия. — Америка, ежится от смены температуры, но сопротивления, никого не оказал. Он протягивает руки, притягивая горячего оборотня к себе, греясь только от той мысли, что он дико возбужден только, о мысли невинности. — Шшш. — пришикнул Руслан, целуя грудь парню. — Обещаю. — и этого достаточно, чтобы в ответ прошёлся ели слышны стон. Усмехнувшись, мужчина побежал мелкими поцелуями по груди и плечами парня, осторожно пересчитывать каждый ребрышек, доходят до вставших от холода сосков. Парень снова отдается дрожью, чувствуя контраст теплых массирующих движений и осеннего холода, исходящей от земли. Ноги невольно поджимаются, а тело просит больше тепла от мужественного тела над ним. Больше его дыхание, бегающего по его телу приятными цветами, нежно покрывающие его. Поцелуи спускаются все ниже, заканчивая свой путь на плоском животе паренька, что натягивается, убегая от нахлынувшего комка в нем. — Только дыши. — произносит он, подымаясь над его лицом, с дурманящей улыбкой. Пройдясь носом по краснеющей скуле, мужчина осторожно опустил свою руку на бедро парня, с полной уверенностью того, что американец сам предпримет попытки ответить. И все же он оказывается прав, ведь сам русал повел своей ногой по его груди, смахивая прилипший песок. — Какой же ты великолепный. — Россия, схватывает его ногу, целуя каждый палец на ней, спуская на щиколотку и под колено. — Я великолепен. — повторяет за ним Америка, снова прижимаясь к партнеру. Тот лишь поудобнее садится, усаживая сверху краснеющего русала. Что с неуверенностью приподнимается и ложится к нему на плечи. — Главное дышать. — шепчет парень, чувствуя, как его оборотень пробегает пальцами по его ягодицам и осторожно касается его невинного места. Что так и отдает волной возбуждения. — Дышать~ мурлычет он, будто настоящий кот. Пока его пальцы настырно поглаживают ягодицы. Сам же русал бился крупной дрожи особенно когда сам спустил свою руку на крайне скрытое место, что так манило. Мужчина рычит, чувствуя ладонь на своем возбужденном органе. — Мурика. — американец не отвечает, стягивая с него повседневные брюки и ловя свое удивления, насколько они различаются. — Я. — единственное что произносит парень, перед тем как поднять взгляд, на озвереные глаза партнера. Тяжело сглотнув мешающий ком в горле, Америка касается его плеча, вздыхая такой дурманящий запах оборотня. — Просто возьми. — просит он, подымая намокшие глаза. Сам мужчина касается его лбом и кратко целуя его в нос. Обняв его как можно крепче, он провел головкой члена по сжавшемуся анусу. Тихо и осторожно слушая дыхания над ухом. — Черт! — прикрикивает чувствуя, как он растягивается под напором волчьего органа, что тянет так будто его разорвет, но это так приятно. — Руслан. — Уильям. — зовут они друг друга, перед жарки поцелуем. Будто без друг друга они не смогут дышать как прежде. Руслан принимает решение на первые движения, осторожно приподнимая тело любимого и опуская также медленно, будто он тающие мороженное под солнцем. Парень лишь тихо застонал, пробегая волной по плечам. Он откинул голову назад. начиная дышать ртом. — Руслан. — зовет его он перед тем, как упасть в небытие, где есть только он. Его тело и его тепле дыхание на плечах при каждом новом движении. И только когда его упала в воду он очнулся, чувствуя, как по нему бежит ещё более крупная дрожь. — Я теряюсь. — А ты дыши. — произносит мужчина, перекрещивая его пальцы с ладонью американца. Тот лишь выпускает свой кислород пузырьками всплывающие над водой. Он лишь дуется, но все также смотрит на него влюбленно, предлагая немой вопрос, чтобы продолжить. — Ненасытная селедка. — а он и не услышал ответа, ему послужила накрывшая его волна. Руслан раскинул волосы в разные стороны, выпрямляясь. Совершив ещё один грубый толчок, мужчина улыбнулся, сжимая ладонь парня сильнее, набирая все темп, настолько что волны над водой стали разбегаться по краям ровным кругом. — Ты идиот. — постанывает Америка, прижимая ногами к себе этого пса, как он обязательно в отместку будет называть, и виляя бедрами насаживаясь все глубже, чтобы его тело пробегало этим удовольствием, чувствуя напряженный орган Руслана. Что совсем скоро придет к томительной разрядке ждущие её двое влюбленных дурака. — Люблю тебя. — Я тебя тоже. — произносит мужчина, прижимая к себе закатывающего американца. Совершив пару толчков, он также тяжело кончает, отдаваясь приятной муке, ждущую его ещё на небольшой отрезок времени.

А сказка кончается только, когда все зло уйдет с земли.