Snowflakes

— Вроде все, — Джим провел по экрану планшета мизинцем — единственным чистым пальцем — и слабо нахмурился. — Может, добавим побольше сахара? — Прошу, следуй рецепту, — безэмоционально ответил Спок, но капитан мог гарантировать: еще чуть-чуть, и его старший помощник отправит Кирка пинком прочь из кухни и доделает все сам. Джим так и норовил добавить что-нибудь от себя, не доверяя строгим пропорциям, и коммандер с давно готовой глазурью ждал, когда желание «пофантазировать» у Джима пропадет, а печенье наконец окажется в духовке. — Ладно-ладно, не смотри на меня так. Где формочки? Спок придвинул к нему металлические формы в виде елочек, снеговиков и ангелов. Под чутким руководством коммандера, который, между прочим, тоже впервые пек печенье, Кирк выложил на противень вырезанное из теста печенье и довольно отряхнул руки. — Пока они выпекаются, стоит прибраться, — оглядев фронт работ, он уверенно кивнул. — Согласен. Джим собрал всю посуду в раковину и включил воду потеплее, поглядывая на Спока, вытирающего поверхности, испачканные в муке, тесте и прочих ингредиентах. Обычно Кирк был более аккуратным, но сегодня не пытался сдержать порыв развести уютный бардак. Вулканец не дал бы этому хаосу звание уютного, хотя признавал, что наводить чистоту, пока кухня наполнялась приятных запахом из духовки, было делом весьма умиротворяющим. За эти дни он ни разу не приближался к граничащему со стрессом состоянию, даже медитации требовались лишь для того, чтобы утихомирить исключительно позитивные эмоции, переполнявшие его каждый раз, когда Джим улыбался, или смеялся, или обнимал его на диване, или молча читал в кресле, или просто рассказывал об очередных земных обычаях. — О чем задумался? — Кирк повернулся, когда тот подошел ближе, и ненароком подставил покатый бок миски под струю воды. Спок, облитый с головы до пояса, стер капли воды со щеки и тихо вздохнул. — Прости, — Джим выключил воду и ринулся за сухим кухонным полотенцем. — Все хорошо, не стоит, — вулканец слабо наморщил нос, когда грубая ткань коснулась его лица. — Ну, зато есть повод тебя раздеть, — весело ухмыльнулся Джим и потянулся ладонями к мокрому свитеру, но даже не успел его задрать, как Спок остановил его руки. — Я переоденусь, — он вышел из кухни, оставив Кирка наедине с разочарованием и остатками посуды. С посудой справиться оказалось легче, а вот мысль о том, что он мог раздеть Спока, взять из холодильника сироп или еще что-то такое же сладкое и вылить это на горячую бледную кожу, зудела в черепной коробке, требуя незамедлительно исполнения. Джим прерывисто выдохнул и потер переносицу. У него, пожалуй, было слишком много нерастраченной энергии, раз мысли о сексе посещали его так часто. Однако они мигом вылетели из головы, стоило Споку вернуться на кухню. В рубашке. В красной клетчатой рубашке, которую Джим успел присвоить себе. — Она пахла тобой, — обыденно, будто и не говорил о чем-то особенном, произнес Спок, взял прихватку и заглянул в духовку. Джеймс Тиберий Кирк был готов упасть ему в ноги и благословить Вселенную, что она послала ему именно этого вулканца. Вместо этого он подошел ближе и поправил фланелевый воротник. — Тебе идет, — он пригладил ткань на широких плечах и поднял влюбленный взгляд на лицо Спока. — Печенье готово, — объявил вулканец, глядя капитану в глаза. — Я пытаюсь сделать тебе комплимент, — Джим улыбнулся, обнимая его за шею. — Я пытаюсь не спалить наши старания, — Спок приподнял левую бровь. — Зануда, — он цыкнул и поскреб пальцами темноволосый затылок. Спок в ответ на это усмехнулся и на пару секунд прижался к губам Джима. Этого хватило, чтобы Кирк растаял, точно так же, как таяла глазурь на горячем печенье. Конечно, стоило подождать, пока оно остынет, но и так выходило неплохо, по-домашнему кривовато. Вулканец хотел бы получить идеальный результат, но Джим убедил его, что печенье все равно будет съедено за пару дней и не стоит тратить на это слишком много энергии. — Мм, они и без глазури ничего, — Кирк откусил верхушку елки и слизал с губ крошки. Когда Спок промолчал, сосредоточившись на очередном ангеле, Джим спакостничал и подставил палец под насадку кондитерского мешка. Сунув палец в рот, он весело сощурился, встретив негодующий взгляд вулканца. — Прошу тебя воздерж… — он замолк, когда Кирк повторил движение, только теперь поднес палец к губам Спока. — Попробуй! Все еще глядя в глаза капитану, он слизал мягкую глазурь с подушечки, обхватил палец губами, пососал и выпустил изо рта, нарочно напоследок задев кожу зубами. Джим стоял с приоткрытым ртом, залитыми румянцем щеками и совершенно обескураженным выражением на лице. Он был не готов к такому. От кого угодно он мог такое ждать, но не от Спока. С каких пор его вулканец такой? — С тех пор, как мы проводим много времени почти наедине. Твои мысли без постороннего шума очень ясные, а я не против потакать твоим капризам, пока мы не на корабле, — пояснил он, вернувшись к своему занятию. — А если моим капризом будет покрыть себя глазурью и… — Капитан, знайте меру, — перебил его Спок, пока картинка в голове не стала слишком яркой. — Я просто проверял границы дозволенного, — Джим расплылся в улыбке и прижался к его боку. — Для того, что ты задумал, мне глазурь не нужна. Спок был доволен аккуратно и равномерно покрытым глазурью печеньем. Но еще больше он был доволен тем, что ему впервые удалось переиграть капитана в его же игру. Джеймс Кирк был смущен. И счастлив.