Когда тебе за...

      Быть полувейлой не так уж плохо. Когда тебе двадцать, ты свободен, беспечен и готов развлекаться всю ночь. И может даже весь день. Когда тебе за сорок и ты всё ещё не встретил своего истинного партнёра, быть полувейлой — удовольствие ниже среднего. На самом деле, вообще ничего хорошего нет в том чтобы быть полувейлой в этом случае. То есть технически возможность пойти в любое место и подцепить там кого-нибудь молодого и готового тебя развлечь никуда не девается. Вот только ты уже знаешь, что это не лечит. Так, разве что немного снижает остроту этого мерзкого тянущего чувства одиночества и неполноценности.       Драко Малфой снял очки для чтения и потёр переносицу. Со вздохом он сознался себе, что вот уже полчаса просто сидит и смотрит в одну точку. Надо было выпить зелье пока не стало хуже. Очки легли на распечатанное письмо. В нем сообщалось, что хорошая девушка, его можно сказать подруга и тоже полувейла покончила с собой. В общем-то, этого стоило ожидать. Драко сделал для неё всё, что мог, но знал, что это не поможет.       Он спустился этажом ниже во второй свой кабинет. Если наверху всё было оформлено довольно представительно — резьба, дорогое дерево, красивые книги, которые никто не открывал, то здесь обстановка была куда более утилитарной. Зельеварческий стол со столешницей из здоровенного плоского камня, металлические полки для ингредиентов, книги, свитки, папки и просто исписанные и изрисованные пергаменты повсюду — его исследования.       Исследования! По легендам, судьбоносная встреча полувейлы с истинным партнёром случайна, неизбежна и сопровождается чуть ли не громом и молниями. Когда к двадцати четырем годам громы и молнии так и не случились, Драко заподозрил, что легенды врут, женился, стал отцом и занялся изучением всех видов существ и полукровок. Он был в этом весьма упорен, вдумчив и последователен, так что работа получилась прямо-таки всеобъемлющей. Он написал пару книг, которые принесли автору немалую популярность и даже ряд полезных связей с очень влиятельными людьми. Например с Гермионой Грейнджер-Уизли. Очень странный поворот судьбы, но было бы глупо продолжать строить из себя чистокровного сноба, когда тебе предлагает дружбу действующий Министр Магии. Драко ведь только наполовину вейла, на вторую-то всё же Малфой.       К Драко обращались за советами самые разнообразные полукровки. Даже из Европы приезжали. Он весьма поднаторел в ритуалах поиска, зельях и некоторых весьма специфических магических действиях. Он в самом деле мог помочь многим. Но не себе. Всё, что за эти годы Драко сумел выяснить о своём партнёре — он существует. Вернее, это мужчина и он находится в Британии. Вейлы не требовательны к полу партнёра, так что первая часть особо не удивляла. Но что это за такой британский волшебник, что за почти тридцать лет довольно активной социальной жизни Драко его не встретил? Одно время он думал, что этот человек пожизненно осуждён и сидит в Азкабане. Там сильная магическая защита, которая сбивает заклинания поиска. Да и, будем честны, не так уж мало британских магов подходящего возраста оказались в Азкабане после войны. Это было бы безнадежно. Но всё же, иногда, в толпе, в Косом переулке или на большом приёме Драко чувствовал, что этот человек где-то рядом. Но, конечно, произнести сложное поисковое заклинание в такие моменты было весьма затруднительно. Надежда ещё теплилась. В последний раз Драко чувствовал это на платформе 9 и ¾, когда впервые отправлял сына в школу. Астория была ещё жива и Драко мог иногда обходиться без зелья. Наверное, тот человек тоже кого-то провожал. Может он чей-то дядя или крёстный. Многие приходят туда всей семьёй. Впрочем, у него вполне могут быть жена и дети. Драко ведь тоже не сидел в мэноре дожидаясь своего единственного. Который, наверное, даже не подозревал, что его ждут и на что-то ещё надеются.       Надежда! Нет у него никакой надежды. Только несовершеннолетний сын, ради которого надо оставаться живым ещё хотя бы несколько лет. Не более того.       Драко заглянул в котел с зельем, чтобы убедиться, что оно в порядке. Министр Грейнджер-Уизли оказалась весьма полезным человеком. Она провела закон, благодаря которому ингредиенты для этого варева стало гораздо проще получать. Спасибо ей за это.       Он взял мерный стакан и тут руку прострелило резкой болью. Стекло разлетелось по каменной столешнице мелким крошевом. Драко выругался и потянулся за палочкой, но через мгновение резануло бедро, и он осел на пол.       — Чёртов придурок!       Драко проверил руку. Разумеется, никаких ран на ней не было. Это были те единственные приветы, которые он получал от своего истинного партнёра. Похоже, когда-то они всё-таки встретились. Может были ещё детьми и ничего не заметили или были слишком заняты чем-то другим, чтобы обратить внимание. Всё же период полового созревания был у Драко весьма насыщен «чем-то другим». Он себя-то осознал где-то через год после войны. И тогда же начал чувствовать чьи-то чужие раны. Кем бы ни был этот человек, ранили его частенько. Хотя в последние годы уже реже, конечно. Тоже стареет надо полагать.       — Ну значит, он ещё жив, — резюмировал Драко, поднимаясь с пола.       Он достал новый мерный стакан и залпом выпил давно надоевшее зелье. Злость прошла довольно быстро, боль утихала дольше, и ощущение полностью так и не исчезло.       «Может, сейчас защита этого придурка ослаблена?» — вдруг подумал Драко и рванул к ритуальному столу. Полминуты казалось, что поисковое заклинание взяло след. Вроде бы в сторону Лондона. Драко успел обрадоваться, но вскоре огонёк завис и погас.       Драко толком не помнил, как потом добрался до спальни, и в таком же тумане провел следующие два дня. На третий он получил письмо от Скорпиуса, и это помогло немного прийти в себя. Очень кстати, потому что на следующий вечер у него была назначена встреча с Грейнджер, а это требовало собранности. Министр была крайне решительной особой, переходящей сразу к делу, не дававшей собеседникам времени на вежливые расшаркивания и оценку обстановки. Общаться с ней бывало не просто. А Драко, вдобавок, не представлял, что ей понадобилось.       Конечно, ходили кое-какие слухи. И, когда вечером Гермиона прислала письмо с просьбой встретиться не в её кабинете, а дома у Поттера, сплетни можно сказать подтвердились. Поговаривали, что госпожа Министр собирается покинуть этот пост, но не просто так, а передав его старому другу. Её последний проект, урезающий привилегии чистокровных, прошёл с перевесом всего в один голос и сильно всколыхнул оппозиционеров. Её положение стало шатким. А теперь героические друзья, похоже, и в самом деле собирались поставить человека, которого будет намного сложнее скинуть с этого поста. Интересно, в каком качестве Грейнджер и Поттер хотят использовать Малфоя? А они точно хотят, в этом Драко не сомневался. И в его нынешнем состоянии противостоять им было бы сложно. Зелье притупляет внимательность, а без зелья он превращается в дрожащее желе. Немного сексуальноозабоченное к тому же.       Будь это встреча с одной только Грейнджер он бы не так волновался. Её Драко давно уже изучил. А вот Поттер был загадкой. В последние несколько лет о нём ходили довольно интересные, хоть и нелепые, слухи. Говорили, что прежде чем оставить Аврорат и возглавить весь Отдел Магического Правопорядка Поттер лично убил Боргина. Правда, старику было уже за сотню и Драко точно знал, что тот умер в своей постели. Говорили, что Поттер сам возглавляет преступную группу, а то и вовсе секту новых Пожирателей Смерти. Некоторые обращали внимание, что он стал появляться только на самых крупных и значимых мероприятиях. А вездесущие папарацци говорили, что он не приходит даже на дни рождения близких друзей. «Придира» молчал на этот счёт, а вот «Ежедневный Пророк» резвился вовсю, публикуя то репортаж о том, что у Поттера есть любовница в Амстердаме, он бросает жену и уезжает к ней, то о том, что Поттер убит пять лет назад, а его место сейчас занимает голем, заколдованный лично Гермионой Грейнджер-Уизли. Скорее всего, правды не было ни в одной из этих сплетен. Поттер в принципе не был любителем светских вечеров, а то что на мутной фотографии с какого-то семейного застолья он не сидит рядом с Уизли, вообще ни о чем не говорило. Может он в туалет вышел? Но вот сам факт наличия подобных слухов напрягал.       Проклиная на чём свет стоит своего неизвестного суженого, Драко принял половинную порцию зелья для полувейл и запил зельем концентрации. Главное, не соскочить с мыслей о Поттере и Грейнджер и не сконцентрироваться случайно на своей несчастной судьбе. Один вечер так можно протянуть.       — Поттер и Грейнджер, — повторял он себе под нос. — Поттер и Грейнджер. Пост Министра Магии! Подходящее дело для Малфоя. Папа был бы доволен. Как мама справляется? Как живут полувейлы после смерти партнёра? Как я мог не заметить встречу с ним? Все говорят, что это чувствуется… Сосредоточься, Драко! Чёрт… Пост министра Поттера…       Он шагнул из камина в весьма приятную гостиную. Гермиона сидела на диване, сложив руки на груди, и смотрела в сторону. Поттер развалился в кресле, и Драко успел заметить негодование во взгляде направленном на подругу. Однако Гарри быстро поднялся, приветливо улыбаясь, и шагнул навстречу гостю. Одна рука его была на перевязи, вторую он протянул Драко. Тот на автомате пожал её, ещё гадая, показалось ли ему, что Поттер прихрамывает, и могло ли с ним что-то случиться так, что газеты об этом не написали. И тут Малфой согнулся от невероятной силы спазма. В голове будто взорвался котёл. Желудок метался в поисках выхода наружу. Казалось, даже кости выворачивало. Невероятных усилий стоило сфокусировать взгляд на Поттере. Тот сидел на полу и похоже пытался подавить приступ тошноты. Боль в самом деле быстро отступала, а вот обед явно собрался оказаться на поттеровском ковре. Драко попятился обратно к камину. Споткнувшись о решетку, он вдруг расхохотался и с трудом выговорив слова, шагнул в зеленое пламя.       Драко сумел разве что извернуться и не упасть в содержимое желудка, всё же нашедшее подходящий ковёр.       — Не врут. Ощущение непередаваемое, — шепнул он прежде чем потерять сознание.       Драко растёкся в кресле, игнорируя обязанности хозяина и правила приличия. Он выпил своё зелье и ещё порцию умиротворяющего бальзама в придачу. Боялся, что иначе не выдержит встречу с Поттером и Грейнджер, пусть и на своей территории.       Поттер впрочем тоже не был похож на человека, который хочет здесь находиться. Он забился в угол дивана, смотрел прямо перед собой и порывался сложить руки на коленях, но одна из них всё ещё была в фиксаторе. Каждый раз, когда он дёргал рукой, чуть морщился от боли. У Драко при этом та же рука начинала чесаться. Это ужасно раздражало.       Гермиона сначала было присела в другое кресло, но тут же вскочила и принялась расхаживает по комнате туда-сюда.       — Малфой, я читала твою книгу, — наконец начала она.       Драко лениво улыбнулся. Тоже мне новость. Вроде бы их общение с этого и началось.       — Которую? — ехидно поинтересовался он.       — Обе, — созналась женщина.       Поттер слегка покраснел. Драко даже нашел в себе силы удивиться. Неужели тоже читал? Обе? Первая была практически научным трудом. Ну может научно-популярным. Вторая же представляла собой смесь автобиографии с художественным вымыслом и изобиловала постельными сценами. Уже третий раз тираж допечатывают.       — Ты много говоришь о жизни и чувствах полувейлы, — не дождавшись реакции, продолжила Грейнджер, — но почти ничего о партнёре. Кто он? Как определяется? Что с ним происходит?       — Что с ним происходит? — уточнил Драко, взглянув на Поттера. — Ничего хорошего, судя по всему. — Драко откинулся на спинку кресла и смотрел в потолок. — Кто он? Сложный вопрос. Волшебник. Чистокровный или полукровка. Никогда маглорожденный. Понятия не имею, почему. Я не нашёл подтверждений, но есть версия, что в роду партнёра уже были магические существа.       — Это что нормально? — возмутился Поттер и тут же сильнее покраснел и смутился. — То есть я ничего такого не имею в виду, но вы же вроде за чистоту крови и тому подобное.       — Нет, Поттер, это ненормально, — снисходительно улыбнулся Малфой. — Это почётно. С великанами не очень, но с вейлами или гоблинами вполне. Ты думаешь с какой стати моя бабушка Дорея приняла дочь своего мужа от вейлы и воспитала как родную? Это показатель того, что род ещё силён. Вейла не ляжет со слабым магом и уж тем более не родит от него. А уж замуж выйти за волшебника и жить с ним — это огромная редкость и показатель великой силы. Прадед Мари-Виктуар — единственный за последние двести лет, кому это удалось. Кстати, мой племянник Тедди — её истинный партнёр. Мне очень жаль.       — Ему это чем-то грозит? — мгновенно подобрался Поттер.       — Любовью и счастьем на всю жизнь, — усмехнулся Драко. — Да нет, ничего страшного. Отношения в паре обычно хорошие. Просто… — Драко отчаянно вздохнул. — Всё равно это зависимость. Приятная, без тяжелых последствий, но если с одним из них что-то случится…       Поттер прижал к себе свою раненую руку.       — Насколько мне известно, — Драко решил вернуться к теме, — партнёр поначалу ничего особенного не чувствует. Так разве что лёгкая тоска по неизвестно чему. Но если встреча почему-то не состоялась или не прошла должным образом, со временем это чувство нарастает. Пару месяцев назад ко мне обратилась женщина-полувейла из Германии. Ей было около тридцати и она почти отчаялась встретить свою истинную пару. Мы провели кое-какие ритуалы, сумели выяснить, кто этот человек, и где находится. У них были общие знакомые, они несколько раз пересекались, но ни разу не прикоснулись друг к другу. Нужен прямой контакт кожи к коже, чтобы почувствовать. У них такого контакта не было, поэтому они так и не поняли, что являются парой. Друзья рассказывали, что он долго жаловался на непонятную тоску и чувство потери. И в конце концов, чтобы как-то заглушить эти ощущения, отправился в исследовательскую экспедицию на Север. Там мои ритуалы его и обнаружили. Она готова была мчаться туда сразу, но её убедили потратить хотя бы день на сборы. Она обошлась несколькими часами. И всё равно опоздала. Он погиб. На прошлой неделе, мне сообщили, что она покончила с собой. Не смогла вынести.       — Она же его даже не знала, — возмутилась Гермиона.       — Вот именно Грейнджер! — Драко даже приподнялся в своём кресле. — И у неё больше не было шансов когда-нибудь узнать. Истинный партнёр для полувейлы, это не просто какой-то парень, с которым ты можешь повстречаться, потом расстаться и забыть.       Женщина поджала губы, но ничего не сказала. Похоже, ей было о чём вспомнить.       — Полувейла постоянно ощущает нехватку чего-то. Как будто во мне недостаёт какого-то куска! Как будто что-то забрали и оставили открытую рану. И она не может затянуться. Никогда! Только истинный партнёр способен заполнить эту проклятую дыру! И это не образное выражение, это моя магическая природа! Я в этом не виноват! Я… тоже не думал, что всё так…       Гермиона остановилась в самом дальнем углу. Поттер наклонился, упираясь локтями в колени, и даже не замечал боли. Драко потёр саднящее бедро и, тяжело поднявшись, пересел на диван.       — Давай уже руку, — устало потребовал он, откидываясь на спинку. — Быстрее заживёт.       — И это тоже из-за тебя? — возмутился тот, не спеша подавать руку.       — Не знаю, — пожал плечами Драко, не особо впрочем настаивая на контакте. — Никто ещё не доживал до наших лет с неустановившейся связью.       — Какого чёрта, Малфой?       — Я не знаю! Меня вообще-то тоже никто не спрашивал. Сколько бы я не искал, так и не выяснил от чего это зависит. Связь возникает в пять лет. При этом партнёр ещё может быть новорожденным младенцем и находиться в другой стране. Такие случаи были. Ни от полувейлы, ни от её родителей или родителей партнёра это не зависит. Примерно в половине случаев у них нет даже общих знакомых. Я… Я не думал, что это ты. Ты — Гарри Поттер, уже в чем только не избранный...       — Но разве… — Гермиона смущённо стрельнула глазами в сторону дивана, где сидели мужчины. — Разве это не должна быть женщина? Ты же пишешь, что полукровки чуть ли не специально предназначены для продолжения рода.       — Даже я выразился не так цинично, — поморщился Драко. — Я говорил, что у нас не рождаются сквибы. Ещё один повод поощрять связи с вейлами. А партнёр полувейлы почти всегда мужчина. Только в одном случае из пятнадцати бывает ведьма. Вероятно, потому что вейлы изначально женщины. — Драко усмехнулся. — Я сам могу выносить ребенка от истинного партнёра. Но надеюсь как-нибудь без этого обойтись. Поттер неожиданно улыбнулся.       — Мне нагадали двенадцать детей.       — Иди ты! Нет. Даже не думай. У меня есть сын, мне достаточно.       — Он тоже вейла? — встрепенулись Гермиона, доставая из кармана какую-то странную прямоугольную штуку.       — Нет. Можешь не беспокоиться за свою Розу и прочих. Полувейлы рождаются только в истинной паре. Скорпиус — обычный волшебник. Я проверял.       — Надеялся?       — Мои надежды оправдались. У всех полукровок есть зависимости, Грейнджер. Полувеликанам для счастья нужен подходящий дом. Полугоблинам — дело жизни. А полувейле нужен партнёр. Другой человек. И если с домом и работой всё не так уж сложно, то человек, это совсем другое дело. Я не хочу чтобы мой ребёнок оказался привязан неизвестно к кому, выбранному какой-то магической случайностью.       Гарри взял его за руку. На этот раз обошлось без тошноты и разрывающей всё тело боли. Хотя волна странных ощущений всё же побежала от ладоней вверх и рассеялась где-то в пятках.       Штука в руках Гермионы светилась и издавала какой-то шум. Она помахала этим прибором, привлекая внимание Поттера.       — Гарри, мне нужно идти, — сообщила женщина. — Пообещай, что не будешь делать глупостей?       Она дождалась кивка, быстро попрощалась и исчезла в камине.       — Что она понимает под глупостями? — спросил Малфой, наблюдая за своими ощущениями от близости, которой он уже и не ждал.       — Что я попытаюсь сбежать, наверное, — предположил Гарри. — Она уже два месяца носится с этой идеей. Перечитала твои книги и поняла, что ты врёшь. Ну там, где пишешь, что жена была твоим истинным партнёром. Что-то там у нее не сошлось.       — Это художественный вымысел. Ту книгу не стоит воспринимать буквально, — отмахнулся Драко.       — Мне уйти?       — Нет! — Драко крепче вцепился в руку Поттера. — Останься… Если можешь, конечно.       — Могу. Гермиона отправила меня в отпуск, — Гарри всё же освободил руку и осторожно обнял Малфоя. Было спокойно и уютно, хоть и странно. — Мы должны пойти в спальню и закрепить связь?       — Да, — Драко положил голову на его плечо. — То есть нет… Вернее мы должны будем заняться сексом, чтобы скрепить связь, но… Я принимаю зелье. Не знаю, что со мной будет, если просто отказаться от него. Оно ограничивает влияние вейлы, а заодно купирует эмоции, либидо и даже немного магию. Я на нем постоянно со смерти Астории. Хотел сделать перерыв на каникулах, полноценно пообщаться с сыном, но не смог. А теперь ещё и отец покинул этот мир…       — Мои соболезнования, — Гарри ободряюще погладил его плечо.       — Да. Спасибо. Не знаю, как мама держится. Она говорит, что после сорока с лишним лет семейной жизни перенести смерть истинного партнёра проще чем, например, разлуку с ним за двадцать пять лет до этого.       — Постараюсь пока не покидать тебя, — бодро пообещал Гарри, но всё же взглянул на руку в перревязи. Боль отступила, но совсем не исчезла.       — Ты ранен, Поттер, — тут же напомнил Драко.       — Была серия покушений на работников Министерства, лояльных к Гермионе. Мы уже поймали виновных. Тебе не о чем беспокоиться.       Малфой недоверчиво хмыкнул.       — К тому же, я в отпуске, — продолжил Гарри. — Если я останусь здесь, на меня поди не станут нападать? Ну или можем переместиться ко мне. Мой дом защищён от всего на свете.       — Твоя жена будет счастлива.       — Мы не живём вместе, — вздохнул Гарри. — Только на каникулах, когда дети приезжают.       — Что-то случилось?       — Ты, — усмехнулся Поттер. — Пока мне было двадцать… двадцать семь, может даже, до тридцати, это было почти незаметно. Так только приступы необъяснимой тоски. Но столько всего происходило, что их можно было и не замечать. А потом стало накатывать сильнее. Дольше не проходило. Постоянная слабость. Если вдруг ранят, заживает целую вечность. А если и так плохо, и ты ещё и физически болен… Я любил Джинни. Пока мог. В последние годы радости вообще ничего не приносит. Дети разве что. Она долго терпела, но не выдержала. Я — не очень-то лёгкий человек.       — Можем написать книгу о жизни партнёра полувейлы, — улыбнулся Драко, удобнее устраиваясь в объятиях.       — После того как ты художественно приукрасишь те способы, которыми я пытался заглушить свою необъяснимую тоску, книга разойдется не хуже твоей порнобиографии, — согласился Поттер. — Как думаешь, у нас получится?       — Шедевр?       — Отношения. Нормальные хотя бы…       — По идее должны. Но зная нас с тобой…