С тобой так чертовски хорошо

— Сэмми, радость моя, просыпайся, — шептал Дин, ласково выводя кончиками пальцев только ему понятные узоры на щеках брата. Наблюдать за Сэмом — отдельный вид удовольствия Дина, особенно когда младший пробуждается. Сначала начинают подрагивать длинные темные ресницы, приоткрывшиеся во сне губы быстро облизывает влажный язык, смачивая. Дыхание перестает быть таким глубоким как у спящего, но всё же остается спокойным. Он смешно морщиться, потому что ему щекотно от пальцев Дина, и тут же на его губах расцветает улыбка, которую старший ловит своими губами, целуя мягко и ненавязчиво, почти целомудренно. При этом щеки Сэма вспыхивают, и он довольно сопит, что заставляет Дина тоже улыбнуться в поцелуй. Отстранившись, он снова наблюдает за ним, с трепетом ловя каждую эмоцию брата. Тот недовольно хмурится, видимо из-за слишком короткого поцелуя, длинно выдыхает и наконец медленно и нехотя открывает сонные глаза. — Доброе утро, — его голос ещё хриплый после сна. — Ты такой красивый, — вместо приветствия произносит Дин с нескрываемым восхищением, не в силах сдерживать эту огромную нежность внутри себя. Он легким движением убирает вечно непослушную челку с лица брата. Сэм же перехватывает его руку, вновь прижимая к своей щеке, и порывисто вдыхает. Его глаза при этом сияют так, будто Дин не говорил этого сотни раз. — Что снилось? Сэм тут же отвечает: — Ты. — М-м-м, а я был голым? — низким голосом спрашивает Дин. Сэм удивленно смотрит на него несколько секунд и Дин успевает испугаться, что испортил момент своей тупой шуткой. — Нет! Извращенец, — Сэм с неожиданным хохотом толкает старшего в плечо, тот облегчённо выдыхает, подхватывая смех. И от этого становится так хорошо обоим. Подобные ленивые утра, когда не нужно никуда спешить и когда время, словно мёд, тянется долго и сладко — самые любимые у Дина, да и у Сэма тоже. Они ещё долго валяются в кровати дурачась и целуясь. Словно им мало, ничтожно мало каждой секунды, проведенной вместе. Словно они успели соскучиться друг по другу за эту ночь. Сэм беспорядочно касается лица Дина, очерчивает скулы, проводит по пухлым губам, ласково гладит щёки, заново изучая и запоминая. Старший даже глаза прикрывает, и чуть ли не урчит от удовольствия как большой кот. И сам неспешно накручивает шелковистый локон Сэма себе на палец, когда его желудок вдруг неожиданно начинает урчать, извещая хозяина о том, что не плохо было бы поесть. Хотя Дин предпочёл бы навсегда остаться в кровати, намертво опутанный руками и ногами брата. — И так, — шутливо начинает он, переводя взгляд на Сэма, — Что будет на завтрак моя принцесса? Блинчики с мёдом? Может омлет? Кашу? Или глазунью? — спрашивает он и мягко сбрасывает с себя нахально закинутую ногу брата. — Я бы хотел кашу. Овсяную. С орехами и мёдом. И кружку черного кофе, — протянул Сэм мечтательно и перевернулся на другой бок, всем видом показывая, что собирается подремать ещё немного. Вот же сучка. Дин украдкой целует его в макушку и тяжело вздохнув, натягивая на ходу рубашку, плетётся на кухню исполнять пожелание своей принцессы. Заваривая кофе Дин с нежностью думает о Сэме. И помешивая овсяную кашу он снова думает о Сэме, и ещё о том, как красивы его зелёные с крапинкой глаза, обрамлённые густыми ресницами. И даже сосредоточенно отмывая кастрюлю от пригоревшей каши, он не перестает думать о Сэме. Вспоминает какие тонкие у него запястья и длинные музыкальные пальцы. Как горячо становится у него в груди, когда Сэмми улыбается. И как его щеки заливает румянец смущения от очередной пошлой фразочки Дина. То, насколько он изящен и грациозен. А его волосы такие мягкие и шелковистые, что не запустить туда руку будет преступлением. Дин вспоминает, что когда Сэм задумывается над сложным вопросом, взгляд становится расплывчатым, а когда находит ответ на него, то радуется словно ребёнок, угадавший в какой руке конфета. Сэм бесконечно упрям и может отстаивать своё мнение до хрипоты. Он втайне любит клубничное мороженое и ни за что не признается в этом. Сэм обожает запах старых книг и рубашек Дина. Еще он ненавидит морковь, но всё же ест её потому что "Дин, овощи так полезны, когда ты уже поймешь это?!" Сэму нравится смотреть на звёзды. Перед сном он может очень долго ворочаться в постели, а после кошмара его успокаивают только руки Дина. Он каждый год с нетерпением ждет Рождества. Дин знает тысячи фактов о своём Сэме, и он так сильно его любит. Любит всякого, и злого, и грустного, и обиженного, и когда он сучится, и когда болеет, и когда заливисто хохочет. Чёрт, да Дин готов строчить ему стихи о своей любви и рисовать его портреты пока Сэм спит. Он так бесконечно счастлив, когда брат с ним. Дин не мыслит себя без него. Когда Сэм окончательно просыпается и идет на кухню, откуда так вкусно пахнет завтраком, то неожиданно оказывается в стальных объятьях Дина. Тот зажимает его лицо между двумя ладонями и целует, целует так что сердце Сэма сначала сбивается с ритма, а потом несётся галопом и начинает кружиться голова. — Сэмми, ты хоть знаешь, как чертовски хорошо мне с тобой? — хрипло шепчет Дин, смотря прямо ему в глаза. Сэм, не в силах ответить из-за подступивших к горлу слёз, только кивает. " Да, Дин, знаю..."