Что-то...

«Сейчас, целясь из «S12K» или, проще говоря, «сайги» в голову «лучшего» друга, он думал о том, как оказался в этой ситуации, и о словах Витька в самолёте перед высадкой…» *** — Чё у тебя рожа такая «постная»? — С искренним непониманием поинтересовался товарищ. — Как всегда, о хуйне какой-то паришься, а? — Самодовольно красовался двадцати трёхлетний Виктор в образе «умудрённого сединами ветерана». — Да не то, чтобы… — Протянул его друг Владислав. — Просто, думаю, как же мы до смешного похожи на героев полувекового бестселлера Сьюзен Коллинз «Голодные… — Холодные, Ёпта! — Не церемонясь, Виктор перебил единственного друга из детства в своём нежелании выслушивать очередные псевдоморальные загоны товарища. — Ты бы во время подготовки на базе лучше бы в тире или в рукопашке так упражнялся вместо своих злоебучих книжек! — Как можно было заметить, друг Влада не отличался ни манерами, ни своей речью… — Да, блять, лучше бы суку какую попялил после отбоя! Перед смертью всяко больше пользы было бы!.. — Завершив свою наставительную тираду, Витёк, казалось, вполне искренне напряжённо и устало вздохнул. — Ладно, не ссы, со мной не пропадёшь! — Закончил он, уверенный в себе больше, чем какой-нибудь былинный герой или же звезда приключенческого боевика. — Окей… А дальше что, Вить? — «Не ссав», спросил его боевой товарищ и друг. — Что-то же должно быть в жизни человека? — И вправду, пытаясь донести до своего товарища, также у Влада «горели», казалось, не только глаза, но и душа… Впрочем, видно было, что это «что-то» было столь эфемерным, что сам сказитель лишь пытался «это» ухватить за «хвост»… — Нечто большее, чем всё это? Нечто большее, чем мы сами?.. — Вот, блять! Ты всё не уймёшься? — Не только резок был в своих словах друг Влада, так же резко подскочил с нездоровым блеском в глазах. Казалось, если бы не прочные авиационные ремни, он готов был наброситься на единственного в самолёте, кто был на его стороне, как дикий зверь… Но, так как этот животный порыв был остановлен ремнями, Витёк немного «смягчился». — Ну, да хуй с тобой! Что «после» говоришь? Жратва, бухло получше, «кокос», послушные сучки и факт, что сегодня ты не подох! Годится? — Он развернулся, насколько позволяло его положение, и посмотрел прямо в глаза другу детства. Не услышав ничего в ответ, он всё же кое-что прочёл в этих глазах. Своё малое «что-то»… — Но раз ты возомнил себя «мозгоправом», то я тебе вот ещё что скажу: чувство, с которым ты вдыхаешь первый «глоток» воздуха после того, как очухаешься утром… Ценность этого момента и понимание вместе с ним, что ты жив, а следовательно, уже победил!.. — В сердцах закончив свою речь, Виктор на несколько секунд замолчал. Казалось, что он уже не в этом затхлом от сотни людей военном самолёте… Но, когда его зрачки вновь расширились, он вновь вернулся на грешную зем… на грешное небо, добавил. — Ты понял, на-а? — Сейчас самоуверенный убийца был пуст, как если бы его искололи пиками или метательными копьями, и не осталось в нём и капли крови… — Но… — Говно! Хорош, остров показался! Скоро высадка…