Заколдуй меня, Снейп!

— А кто такие слизеринцы — большой-большой секрет! И ГарГаррыч продолжал хранить сию тайну, уже столько лет дружа с зелёными существами, которые колдовали (да и продолжают колдовать) различные вещи в его доме. Но вот парню исполнилось семнадцать. И тут началась наша история о развратных слизеринцах, бедных людях, что знают о них, и странных последствиях таких связей... Ночь. Парень мирно спит на своей кровати, обняв левой рукой подушку. Он и не подозревает, что каждый день в это время "зелёненький человечек" наблюдает за ним, и так уже на протяжении двух недель. И с каждой ночью Снейпик заходит всё дальше и дальше. Его развратные планы, действия, которыми тот желает наслаждаться как можно дольше, так как вскоре придётся осуществить самое главное — изнасилование ГарГаррыча. И после этого, скорее всего, человек выгонит слизеринка куда подальше, а ещё дальше пошлёт самыми нецензурными словами, но всё это будет потом. Сейчас же Снейпик ловко забирается на кровать. Облизывается, а потом странно, очень странно улыбается. Слиеринец засиял на мгновение до безумия ярко, а потом, умерив малость свой пыл, двинул в сторону зада парня. Конечно же, пришлось нелегко тут: сперва с помощью длинной бузиной палочки, что он вытащил из тайной комнаты, которую вот уже две недели тайно ворует ночью у родителей, стал медленно стаскивать одеяло с ГарГаррыча. Осуществив это, Снейпик довольно прошептал "Всегда!", сложив пальцы в соответствующем жесте всех слизеринев, и залез по ноге парня, остановившись у него на боку. Затем, недолго раздумывая, ибо не впервые делал это уже, Снейп залез под резинку трусов ГарГаррыча и, приближаясь к заднему проходу, иногда наклонялся к ягодицам парня, дабы оставить мелкий, совсем неощутимый поцелуй на них. Но вот Снейпик приблизился к главному — анусу Гарри. Слизеринчик, словно заколдованный, стал гладить кожу вокруг дырочки, так и не решаясь залезть внутрь, потому что тогда парень уж точно бы проснулся. "Это удовольствие оставим на потом, верно, ГарГаррыч?" — и слизеринчик стал проворачивать то единственное действие, на которое решался пока что, залезая сюда: Снейпик сначала коснулся весьма специфическим способом эмблемы с слизереном, что была у него на груди, затем, увидев небольшой бугорок, что появился в области брюк у него, расстегнул зеленый пояс и сбросил ненужные части одежды прочь, оставив их рядом с собой. Его член слегка зеленоватого цвета легко светился, но был не таким, как у людей, а подобным змее: стержнем с языком, немного разрезанным у окончания. Снейпик залез рукой к своему животу и, словно заколдовывая самого себя, как бы парадоксально это ни звучало, настроился на нужный лад. Его пенис немного увеличился в размерах, при этом оставаясь до чёртиков мелким для того, чтобы нормально оттрахать столь громадный зад. И Снейпик, совсем уже, казалось, выйдя из себя, подошёл вплотную к дырке и засунул свой половой орган внутрь, который немедленно начал пульсировать. Слизеринчик впихивал его, чтобы потом вновь высунуть... Процесс длился долго, примерно полчаса Снейп занимался сим непотребством. Он не уставал, не мог устать, ибо удовольствие стоило того, чтобы так напрягаться. И, что главное, сам ГарГаррыч может и почувствовал бы нечто неладное, если бы был в сознании, но во сне, кажется, даже если бы Снейпик стал орать при этом, так сказать, одностороннем сексе, парень бы не проснулся. "Спит, как убитый" — вот это уж точно про него. Но вот подошло время для того, чтобы кончить. Сладкий, но весьма тихий стон наполнил комнату. Полупрозрачная светлая жидкость зеленовато-черного цвета, мало чем напоминающая человеческую сперму, забрызгала задний проход ГарГаррыча. Снейпик же, удовлетворённо улыбнувшись, взял из кармана брюк заранее подготовленную тряпочку, дабы вытереть свой член, оделся и, выбравшись из-под трусов, немного посидел на ноге парня. Он никогда не вытирал его дырку, ибо ему нравилось смотреть утром на то, как Гарри с удивлением рассматривает странное пятно на его белье сзади. Правда, парень делал так лишь два или три раза, но всё равно это было до жути приятно и до чёртиков возбуждающе. Именно это и подталкивало к тому, чтобы в следующую ночь вновь начать всё это безобразие, о котором пока никто не знал, сначала. — Мне было очень, очень приятно, ГарГаррыч. Как жаль, что ты бы не позволил мне сделать это, не будь сейчас спящим, — на удивление робко произнесло зелененькое существо. И оно же, вмиг переменившись, стало медленно идти к лицу парня, явно намереваясь сделать нечто такое, на что раньше не решалось. Но тут ГарГаррыч стал ворочаться. Обычно, когда спит, тот мало двигается. Сейчас же Снейпику пришлось нелегко, но, к счастью, палочка и тут помогла, так сказать: Снейпик, уже почти свалившись на кровать от того, что парень отпустил подушку и повернулся на спину, вытащил на лету сову и улетел на трусы парня. Слизринчик залез обратно на Гарри, всё же решив совершить то, что собирался. Вот он уже возле губ парня, который, явно инстинктивно, чуть не смахнул рукой Снейпика со своего тела, но тому всё же удалось увернуться. Слизеринчик коснулся нежных губ, затем... лизнул их. Сладкий вкус для такого извращенца, как он. Снейпик пошёл к волосам парня, взял одну небольшую прядь в руки и, облизнувшись, запихнул её к себе в рот. Слизеринец сосал волосы. И хотя это действие было воистину глупым и дико странным, тот знал, что делает. Во время сего процесса Снейпик представлял на месте волос член ГарГаррыча, к которому пока не смел приближаться. Он уж больно хотел оттянуть этот момент, когда пред ним предстанет орудие, которое слизеринчик с удовольствием будет лизать, с которым, с помощью множества заклинаний, станет играть так, как ему только вздумается. Но это, опять же, будет потом. "Хватит, пора отдохнуть, ибо утром нужно будет подготовить ловушку". Слизеринчик, оставив в покое парня, ушёл, дабы тихонько положить на место палочку и заглянуть в соседнюю комнату, в которой Люциус играет подобным образом с матерью ГарГаррыча, даже близко не подозревая, что за ним кто-то наблюдает. Он, как и Снейпик, стал до жути развратным. И ни он, ни он не понимали, почему с ними произошла такая вот перемена. Но ответ был, и они узнают его несколькими днями позже, когда в полной мере насладятся глупыми людьми. А ещё больше удовольствия получит Снейпик, нежели Люциус, ибо он сможет насиловать ГарГаррыча, не скрываясь, ибо он, несчастный парнишка, знает о нём, в отличие от его матери. Снейпик пошёл спать, перед сном сладко улыбнувшись, потому как знал, что это уже завтра. И пускай ему придётся уйти... — Я сделаю это, так и знай, ГарГаррыч.