Мальчики не плачут

Если бы не голос директора, кто знает до чего дошел бы Мин. - Ну, почему именно сейчас-то!? - шепотом кричал сонбе. Мини в этот момент благодарил Бога и даже начал в него чуть-чуть верить. Вот только его прервал разъеренный Юн, который взял его за руку и побежал, попутно проверяя кабинеты. Знал бы он, что этим действием заставил бедное, хилое сердечко младшего затрепетать. Чимина сейчас очень интересовали их руки. Чувствовать прикосновение не кулаков в живот, а такое даже слегка, как казалось разыгравшемуся воображению парня, нежное и очень приятное, аж табун мурашек прошиб по коже. Старший крепко сжимал ладонь своего донсэна, но больно не было, будто Мин заботился об этом. Хотя это, пожалуй, невозможно. Блондин помотал головой, вытряхивая из головы любые мысли о Юнги. Оставь он всё также, может и вовсе не закончил думать о предмете своего давнего воздыхания. Есть! Пустой и отрытый! Старший уволок за собой Чима, мостясь под окном, которое открывало прелестный вид на кабинет из коридора, быстро прижимаясь к стенке, опуская его голову вниз, чтобы точно не заметили. Звон телефона от прихода сообщения чуть не выдал этих двоих. - Тебе кто-то пишет? - высокомерно произнес мятноволосый, как бы насмехаясь и кидая на собеседника надменный взгляд. - Думаешь, что у меня не может быть друзей, раз издеваетесь надо мной? - зло ответил Пак, нахмурив брови. - Кроме тебя существуют и нормальные люди. - Ты меня сейчас оскорбил? Ты что-то осмелел. Это после появления этого "дружка"? - хотел было поскандалить Юнги, но младший уже не слушал, открывая сообщения. - Дай посмотреть. - Ты знаешь о существовании личного пространства или личной жизни? - парень отсел подальше, закрываясь от Мина. С появлением в его жизни Чона, Пак и правда стал относится лучше, прежде всего к самому себе. Его новый друг считал, что Чимин слишком плохо о себе думает и совсем себя не ценит, поэтому всеми способами старался это исправить. - Чонгу? - недоумевауще сам себе задал вопрос Чим. "Почему он пишет? Сейчас ведь урок в самом разгаре." - Кто это? - недоверчиво и с откровенной неприязнью задал этот вопрос Мин. - Мой... новый... друг. - Чимин никогда и представить себе не мог, что говорить эти слова так классно. - Мой первый друг... - сказав эти слова, улыбка сама расплылась на лице Пака, заставляя Мина испытывать что-то странное. Чувства были какими-то смешанными? Он не мог оторваться от сияющего лица младшего, ему нравилось смотреть на такого Чимина. Правда его очень раздражало, что Пак никогда не был таким с ним, что он улыбается из-за какого-то там "Чонгу", наверное, позабыв о нем. Юн вообще не любит, когда его игнорируют. Он внимательно читает приходящие ему письма. Так сосредоточен на этом. Бесит. А с чего Паку вообще быть с ним милым, их отношения ограничиваются разборками хулигана и жертвы. Он ведь никогда не приносил маленькому, чудному Мини ничего, кроме любого вида боли, тогда чего он вообще ждет? Подобные мысли вообще не должны были закрадываться к нему в голову. Это все слишком странно. Мин незаметно подбирается ближе, заглядывая в экран. - Кто сказал, что ты свободен после пар? - повелительным тоном прошипел сонбэ. От испуга блондин резко развернулся, застывая. Как он мог не заметить, что старший подобрался так близко. Буквально сидя на нем. Все бы ничего, если бы на этом все заканчивалось, но нет, не так просто. Их лица, которые почти касалась друг друга. Пак смотрел четко в глаза напротив, когда те в свою очередь были устремлены на его губы. Мин изучал их, казалось бы, там и изучать-то нечего, но, кто сказал, что что-то маленькое нельзя изучать долго и по нескольку раз? Губы Чимина - отдельный вид искусства. На них можно смотреть вечно. Только смотря на губы Юн был готов сорваться с катушек и напасть на Пака, но он держался, держался из последних сил. Когда Пак, облизнул чуть обсохшие губы, в зрачках напротив теперь даже, кажется, что-то сверкнуло, потому что это могло стать последней каплей...