Слишком мило, хен

Быстренько прошмыгнув в кофейню, Хосок дает себе расслабиться. Он садится за один из столиков и расстегивает куртку, шурша тканью. На улице довольно прохладно, но Чон спешил сюда не за этим. Его впервые позвали на свидание. Не кто-то, а тот парень, который ему понравился. Правда, Хосок опоздал чуть-чуть из-за того, насколько сильно хотел понравиться ему и короче засобирался, не смотря на время. Вот и опоздал. Осмотрев кафе, он пришел к выводу, что тот тоже опаздывает и засел в телефон. После того, как он закончил листать ленту и смотреть новости Тэ и Гука — его друзей, в простонародье влюбленных долбоебов, Чон недовольно весь сжался, становясь в его большом свитере еще меньше. Ну конечно. Спустя десять минут до него доходит, что на него, скорее всего, просто поспорили. Кто захочет приглашать такого, как он, на свидание? Чон всем видом казался солнышком, но на самом деле его неуверенность в себе росла в геометрической прогрессии в течении всего дня, а потом Чимин и Юнги откачивали его соджу, напоминая, как тот важен для них. Это вроде бы помогало, но так и спиться недалеко. Хосок посидел еще и грустно улыбнулся. — И на что я надеялся? — От внезапно поселившийся в душе обиды в уголках глаз выступили слезы. Хосок протер глаза и грустно вздохнул, понимая, что он, похоже, снова никому не нужен. Чон собирается посидеть несколько минут, чтобы успокоиться и не разреветься прямо по пути в общагу, но внезапно он слышит шуршание и тихий голос. — Простите, можно у вас спросить? — Он удивленно вскидывает голову и видит парня. Он стоит перед ним со смущенной широкой улыбкой, и он невольно подвисает, рассматривая красивое лицо. Тот показывает ямочки и после Хосок кивает. — Да.Вам что-то подсказать? — Что? Ох, нет, я просто… — Он сжимает в руках пакет с эмблемой кафе. — Вы сейчас свободны? Похоже, ваш спутник не пришел… — Да, я, видимо, был жертвой спора. Ничего, я привык уже. — Пожимает плечами Хосок и опускает голову достаточно, чтобы не было видно его исказившегося лица. — Ох, как же так? — Тот хмурится и потом садится напротив. — Я, на самом деле, не должен этого говорить, но я рад, что так вышло… — Что ты имеешь ввиду? — Хосок не понимает. Над ним только что постебались? — Я…просто я хотел подойти к тебе еще в универе, но побоялся. Ты же такой общительный. Вокруг тебя всегда так много людей. — Парень улетает куда-то в себя и потом произносит. — Я Ким Намджун, с экономического, второй курс. — Я тоже второй… Чон Хосок. Хореографический. — Я знаю. Так, у меня есть шансы сходить с тобой куда-нибудь? — Хосок, не думая, кивает. Все равно ничего он уже не потеряет. — Только я возьму с собой кофе. — Тыквенный латте? — Намджун краснеет и потом прячет голову в пакете для вида, что проверяет, в порядке ли содержимое. Хосок на это смеется и потом улыбается. Гуляют они хорошо. Пьют кофе и много-много разговаривают. Спрашивают о местных слухах и, в принципе, просто отдыхают. Все эти недели и бесконечная учеба невероятно выматывают. За время их диалогов Хосок понял, что Нам очень умный и разносторонний. Он пишет песни, любит чупа-чупсы с яблоком и капучино. А еще любит пончики, тут они с Хосоком похожи абсолютно. Они кричат и смеются на всю улицу, а потом усаживаются на скамейку возле здания какой-то старшей школы и продолжают обсуждать дела университетские. За их прогулку Намджун узнает, что Хосок очень заразительно смеется, пьет тыквенный латте только в октябре, а еще не уверен в себе и находится в вечном стрессе из-за учебы. Намджун поджимает губы и садится ближе, когда чувствует, что Хосоку становится холодно. Точнее, он замечает трясущиеся плечи. Он подсаживается ближе и спрашивает осторожно, коснувшись плеча. — Может, тебе уже пора? Ты мерзнешь. — Я не хочу уходить. — Хосок поднимает глаза и после тянет к нему руки. Намджун этого не ожидал, но обнял его тоже. — А еще я очень люблю обниматься. — Это я тоже знаю. — улыбается Намджун. — А чего ты не знаешь? — Спрашивает Хосок, впервые установив прямой зрительный контракт. — Тебя лично не знаю. Я могу только наблюдать, но не могу быть частью. — Теперь можешь. — Шепчет Хосок, скрепив их пальцы и поднимаясь. — Ты тоже в общаге живешь? — Угу. — Кивает Намджун и после поправляет свою длинную куртку и смешную шапку, из-за которой не видно его цвет волос. Хосоковы темные кудри же, наоборот так и приманивают, их хочется трогать и ощущать, с ними играется ветер, путая их сильнее, чем до этого. Хо пропадает на минуту в своих мыслях, пока они бредут до общаги. Но после выдает: — Намджуни, какого цвета у тебя волосы? — Его кудри легко поднимал встречный ветер, дав ему расслабиться — У меня волосы? — Переспрашивает Намджун и от этого удивления Хосок смеется, пропадая из поля зрения Кима. — Я блондин. — Смущенно выдает он, когда снова видит уже переставшего смеяться Чона — Прости. Джун, ты милый. — Пожимает он плечами, резко перехватив его руку. Ким слегка краснеет — да он вообще сейчас в лужу превратится, Хосок, пожалей бедного Намджуни! Намджун протягивает ему пакет с еще двумя пончиками, отчего тот снова широко улыбается. Когда они уже стоят в общежитии, Ким прощается с ним, повернувшись. Он поднимает рук в жесте прощания, но Хосок опережает его, поднявшись на носочки и обняв, он чмокает его в щеку и уже после кидает веселое «Пока!» Мы сейчас узрели, как начинается нечто прекрасное. Только зарождается, подобно корням от маленького листика, которое со временем врастет в огромное дерево. Сокджин, переписывающийся с кем-то, вопросительно смотрит на пищащего Хосока, который в пакете с пончиками обнаруживает свернутый номер телефона. «Намджуни было слишком мило, хен.»