Я обрёл покой...

*** - Александр — парень обернулся, — ты уверен, что это единственный выход? - Уверен ли я? — усмехнувшись, он притормозил возле огромного дома, — На самом деле у меня нет выхода, каттен. Вся эта дурацкая ситуация с этими рыжими придурками или как их там, не даёт мне полной уверенности, что ты в порядке. Я и Рэйч работаем, Сэм вечно куда-то ездит и ты чаще всего одна. Александр один из тех людей, который любит ставить всё по полочкам. Он всегда хочет, чтобы ситуация была под его контролем и не в коем случае ничего не вышло за рамки. Когда он узнал, что Агата прогуливалась с этим, так называемым, Кристофером Кодоганом, у него в голове завёлся пожар. Как вообще этот придурок осмелился забрать его девочку, без его ведома и развозить её по Стокгольму? Кто он такой? "его девочку..." Странно, что Агата вообще пошла с ним куда либо. Алекс всегда считал её умной, здравомыслящей девушкой, но видимо сейчас она немного ошиблась. Чтобы обеспечить ей безопасность, особо много не нужно, но помощь Оливии всё таки пригодилась. Рэйчел сейчас была в разъездах по городу и искала квартиру, в котором Агату найти не должны, пока Сэм отправился обратно в Англию, чтобы попытаться вернуться на работу и откопать хоть какую-то информацию про близнецов Кодоганов. Вот ребята уже подъехали в довольно таки большому дому. Он вовсе не изменился. Александр запомнил его именно таким, хотя прошло не особо много времени с его "побега", но чувство настольгии всё же вылезло наружу. Нильсен помог девушке выйти из машины, а после та, изящной походкой, направилась к входной двери. Далее остановилась и беспомощно посмотрела на парня. - Может ещё раз объяснишь, почему за помощью мы приехали к твоей маме от которой ты, попрошу заметить, сбежал из страны? - Агата, — это был наверное единственный за всю неделю раз, когда он назвал её по имени, — она моя мать и в помощи не откажет. И ты должна была уже запомнить. Я хотел попросить её сделать тебе продленные документы и назначить охрану. Сейчас тебе очень опасно самой разъезжать по совершенно чужому городу. Как бы Александр не хотел показывать это, но он очень переживал. Оливия женщина не из тех матерей, которые кинутся обнимать с порога и задавать такие вопросы как например: ой, а что это ты за девочку ко мне привёл? Неужели это твоя невеста? Поэтому Алекс был готов разговаривать серьёзно, хлоднокровно. Он соскучился по маме, но понимал, что если не будет держаться, то проявит некую слабину, которую Агате видеть пока необязательно. Постучав дверь, парень заметил напряжение Харрис. Поэтому не теряя ни минуты взял её за руку и выдохнул: - Не переживай, всё будет хорошо. Дверь открылась и на пороге показалась пожилая женщина в костюме горничной. Она странно покосилась на Агату, потом на Александра который, по всей видимости, тоже видел её впервые. Он нахмурился и покрутил лицо, якобы показывая себя этой даме. Видимо это сработало, ведь почти в ту же секунду она отошла, пропуская пару в дом. Пока они шли по коридору, парень слышал нервное дыхание девушки. Конечно она нервничает, Нильсен. Ты ведёшь её буквально ко одной из самых строгих людей, которых только можно представить. И вот когда они зашли в гостиную, то оба замерли. Оливия сидела на диванчике возле камина, попивая вино. Агата увидела в ней пафос, любовь к себе. Видимо характер у неё будет по хлеще, чем у её сыночка. Женщина обернулась и они встретились взглядами. Эта стервозность, холод в голубых глазах. - Александр, — раздался красивый и в то же время грубый голос, — рада, что ты соизволил вернуться. Только вот кто это с тобой? Я помню только Рэйчел из твоих... Подруг. - Привет, мама. — странно было это сравнивать, но их голоса были чем-то похожи. Тот же тембр, хрипотца, — Видимо, плохо ты меня знаешь. У меня помимо Рэйчел ещё есть друзья. Далее он посмотрел на Агату. Как же её представить? Подруга? Нет, Оливия вряд-ли поверит, что Алекс дружит с такой... красотой. Знакомая? Ещё более глупо. Девушка? Вполне возможно, что маленькой мисс Харрис это не понравится. Хотя когда это сам Александр Нильсен стал таким правильным? С тех пор как влюбился Агата стала ему дорога как человек. - Это моя девушка, — как он и ожидал, блондинка незаметно закатила глаза, — и мы познакомились... Недавно. - Недавно? — выгнула свою идеальную бровь Оливия. - Мы общались в интернете, миссис Нильсен, — наконец-то подала голос Агата, — а потом Алекс приехал в Англию и мы начали встречаться. Конечно, швед был рад такому спасению, но было всего несколько "но". Во-первых, неужели Агата всё это время знала шведский? Во-вторых, почему она умнее самого Александра Нильсена? И в-третьих, не вовремя она забыла правила этикета... - Мисс, — строго произнесла Оливия, — а знаете ли вы, что когда человек, особенно который старше вас, говорит с кем-то, то вы не имеете права обращать на себя внимание, пока я сама этого не захочу. - В правилах этикета такого не написано, — сложила руки на груди девушка. Самоубийца, ей богу... Нильсен-старшая усмехнулась, а после перевела взгляд на сына. - Странных ты себе девушек выбераешь, Александр. — она с нескрываемым отвращением осмотрела Харрис, — Неухоженная такая, невоспитанная. Как зовут хоть? - Агата... — уверенно произнесла девушка. - Что же, Агата, твои родители не научили тебя этикету? В этот момент в блондинке будто бы всё оборвалось. Маска уверенности в себе спала с её лица и она неосознанно прижалась к Александру, который уже начинал закипать. - Ясно всё с тобой. — хмыкнула женщина, — Ты выбераешь не тех, кто тебя достоин, Александр. Прямо как твой отец в школьные годы. - Я попрошу проявить хоть каплю уважения к моей спутнице, мама. И вспоминать отца сейчас не время. - Ох, вы только посмотрите, что я вижу. Мягкотелость, трусость, а главное, ужасный вкус в женщинах. Всё от него. Агата почувствовала, как её руку сжали. Сильно. Ей даже показалось, что она сейчас хрустнет. - Как ты назвала его? — процедил сквозь зубы Алекс. - Ты прекрасно всё слышал, милый. - Никогда. — прошипел он, — Слышишь? Никогда. — далее последовал крик. Нет, скорее это было похоже на рёв. — НЕ СМЕЙ РАСКРЫВАТЬ ПАСТЬ НА МОЕГО ОТЦА! Парень развернулся и чуть ли не выбежал из дома. Внутри Агаты всё скртилось. Завязался узел. - Видишь, — усмехнулась Оливия, — это всё из-за тебя. Конечно, Харрис воспитывалась в семье британцев и по натуре настоящая английская леди, но сейчас ей вдруг резко стало на это всё равно. - Знаете, — она уже начала уходить, — вы правы, у мистера Нильсена был ужасный вкус на женщин. Раз уж он выбрал такую как вы. Девушка, не дожидаясь ответа, выбежала на улицу и увидела его. Сейчас он был не таким как всегда. Он... Плакал? Неужели это возможно? Александр Нильсен плачет? От его вида стало ещё больнее. Она подошла к нему, обнимая сзади, но парень резко развернул её к себе и поцеловал. Так, как никогда. В этот поцелуй он вкладывал всего себя, всю свою боль. Сейчас он был другим. Он был собой... Агата даже не задумывалась и ответила. Поцелуй набирал обороты и они почувствовали, что вряд-ли смогут оторваться друг от друга. По их лица стекали его и её слёзы, от чего у девушки размазалась тушь. Она никогда не видела его таким... Ранимым? Разгорячённым? Потрёпанным? Они отстранились друг от друга и Агата поняла, что поменялось. Он снял свою маску. Маску клоуна. Маску саркастичного придурка, который делает вид, что его тошнит абсолютно от всех. Маску человека, который скрывает боль за шутками. Александр обнял её, опираясь подбородком о светлую макушку. - Тебе чем-то помочь? — тихо произнесла она. - Просто... Будь со мной. Сейчас. Завтра. Всегда. Пожалуйста. Агата тихо рассмеялась и обняла его в ответ, оставляя поцелуй на крепкой груди через белую футболку. - Эй, — встрепенулся парень, — ты мне одежду запачкала. Они посмотрели друг на друга с серьёзными лицами, а после вдвоём захихикал как маленькие дети и снова обнялись, прижимаясь друг к другу. - Люблю тебя... — прошептал Нильсен и увидев шокированное выражение лица девушки, буквально заткнул её нежным, полным любви, поцелуем. Своим ответом, она ясно дала ему понять. Я тебя тоже... ***