Кот.

Боль не желала уходить. При каждом шаге она отдавалась острой агонией в каждом уголке тела плавно перетекая из одного места в другое. Я не мог сказать, что болит сильнее всего. Казалось, что мое новое пристанище - это единый ком нервов, который ежесекундно поражает двумя тысячами вольт чистой, не разбавленной, боли. Я продолжаю идти, стараясь не обращать внимание, на поднявшуюся температуру, сухой нос и огромное желание выпить целое озеро. Сглотнув ком подкативший к горлу, я делаю еще несколько шагов вперед. Не успело пройти и нескольких секунд, как за спиной раздался гул автомобиля, прочертивший на асфальте черный след от шины. Захотелось то ли подпрыгнуть на месте от своей невообразимой везучести, то ли смахнуть пот со лба, полностью игнорируя тот факт, что у меня отсутствует парочка человеческих рук. Впрочем, попасть под машину было бы не таким плохим происшествием дня, ибо самое плохое уже случилось и идеально влезло в закрома моей памяти, как самая позорная моя стычка с мерзким демоном. До сих пор чувствую ее стальную хватку длинных наманикюренных ноготков на моей шее. По телу тут же пробежалась крупное стадо мурашек, окончательно выводя меня из себя. Фыркнув, я поплелся дальше, изредка слыша в своей адрес не очень приятные слова проходящих мимо людей. Я не виноват, что лезу вам под ноги, ребята, я просто стараюсь полностью вжиться в свою новую роль. Смотря только лишь себе под ноги и не имея желания изучать местность, я все вышагивал куда-то в неизвестность, краем глаза замечая, что яркие вывески местных забегаловок и баров сменяются немыми жилыми домами. В ноздри ударил резкий запах бедности и банкротства. Серый невзрачный кирпич, уже потрескавшийся от времени, являлся извечным проводником в неблагополучный и жестокий мир. С каждым годом он еще на один миллиметр утопал в почве, и казалось, что еще немного и весь дом погрузится под землю, навсегда поселившись в этом мире. Бельевые веревки, развешанные на маленьких задних двориках, которые были сплошь забросаны бутылками и мусором, вечно мелькали перед глазами. Сейчас они голы, как осенние деревья, но днем, когда солнце достигает пика, можно сразу заметить измученных хозяйством женщин с целым выводком детей, выбегающих во двор и вывешивающих белье под солнечные лучи. Ведь такие, как они, не смогут позволить себе стиральную машину. Такие, как они, не могут позволить себе медицинскую страховку, отдых где-нибудь на жарком острове и вкусный стейк на ужин. Здесь люди обычные, не гениальные и не уникальные. Они не знают про существование ангелов, демонов и всякой другой мерзости. И они счастливы. Что же, это достойное место для бездомного кота, который хочет спокойно умереть где-нибудь под кусточком. - Что это мы тут делаем? – задорный женский голос, раздался откуда-то справа от меня. Тело тут же напряглось, вызывая дополнительную порцию агонии по линии позвоночника. Я поднял взгляд, пытаясь разглядеть в легкой темени вечера чью-то незнакомую фигуру. Разум все еще ждал нападения. После роковой встречи с Мэг, я все еще не мог прийти к спокойствию. Наконец, я нашел ее. Худая незнакомая девчонка сидела на перилах крохотного железного балкончика на втором этаже. В этом доме, как и во множествах других, балконы были соединены стальными лестницами. Поэтому мне не пришлось возмущаться по поводу ее собственной безопасности. Девушка крепко держалась за лестницу, от собственного любопытства даже нагнувшись вперед, высматривая меня своими задорными глазищами. Мне захотелось то ли улыбнуться, то ли растянуть ухмылку на пол лица, но вспомнив, что не могу ни того, ни другого, я просто сделал несколько шагов на встречу. - А ты красивый, да? – она внимательно осмотрела меня с высоты, - Вальяжный такой, прямо король Западной Франции какой-то. Я тут же вздернул голову вверх, смешливо махнув хвостом. Она засмеялась, прикрывая рот двумя руками. Потом она все-таки вспомнила, что осталась без поддержки лестницы, и тут же схватилась за нее снова. Меня опять развеселило ее безумное, искаженное собственной глупостью и страхом, лицо. Она молчала, наверное минуты две, с умилением рассматривая мою тушку, а потом дернулась, словно в ее голову пришла просто грандиозная идея. - Никуда не уходи! – воскликнула она, перекинув ноги через перила, и шмыгнула обратно в свою квартирку. Я уселся на сухую траву, не опуская взгляда от непримечательного балкончика на втором этаже. Уж очень заинтересовала меня сложившаяся ситуация. Прошло минут пять, а она все не появлялась. Я уже подумал, что стоит пойти завалиться спать, где-нибудь за мусорным баком, как на балконной площадке снова появилась ее копна пушистых, торчащих во все стороны, волос. Сосредоточенно высматривая меня в темени, она снова улыбнулась, заметив мой горящий во мраке взгляд. Немного дернув лестницу вниз, она отшатнулась, когда стальная махина рухнула вниз, замирая где-то на пол метрах от земли. Я негодующе мяукнул, разочарованно посмотрев на нее. - Ты прав, кажется, мне ужасно попадет от моей соседки снизу. Поверь мне, эта старушонка может звонок сжечь, имея одно единственное желание поругаться. Я фыркнул, наблюдая, как незнакомка спускается вниз, ловко перебирая ногами. Наконец, она оказалась на твердой почве. Я оставался сидеть на месте, пока загадочная девчонка кралась ко мне, ежесекундно поворачивая голову, и высматривая, видимо, парочку гневных глаз из окон первого этажа. Появилось жуткое желание глупо улыбнуться. - Это тебе, - присев на корточки, она помахала перед глазами бутылкой с молоком и маленькой миской. Она поставила ее на землю, заполняя вкусной белой жидкостью, от которой у меня тут же потекли слюни. Что это со мной? А впрочем, потом разберусь. Я тут же начал жадно глотать, не замечая ничего вокруг. - Хочешь спросить, откуда у меня миска? – она все продолжала болтать. - Когда-то у меня был такой же кот, только черный. Да и вообще на тебя нисколько не похож. Так вот, - ее быстрая, постоянно сбивающая речь, немного раздражала, но и умиляла в равной мере. - Он умер не так давно, съел какую-то пакость на помойке. Я поперхнулся. Она тут же засмеялась. - Извини, думаю, ты не очень доволен моей историей. Ее рука почесала за ушком. Я тут же жалобно мяукнул от боли. Девушка отдернула руку. - Прости, прости. Я не знала, что наш отважный котик только после достойной драки. « - Это как сказать», - подумал я. - Пойдем тебя подлатаем, рыцарь ты наш, - она осторожно подняла меня на руки и пошла в сторону лестницы. - Не обещаю вкусного мяса на ужин. Да и вообще в холодильнике только сельдерей. Ты любишь сельдерей? « - За что»? - Знаешь, я его тоже не люблю. Но зато я заботливая.