Форма голоса

      Пальцы Изуку забрались в жёсткую шевелюру желтоволосого парня, мягко масируя кожу. А потом ухватился за пряди и чуть потянул голову Кацуки. Разорвал поцелуй, их глаза встретились взглядами. Кадык Бакуго дрогнул, когда Мидория облизнул губы, пересохшие от внезапно объявшего его желания. Его глаза с неким наслаждением смотрели на покрасневшее и чуть смущенное лицо бывшего одноклассника. А потом парень наклонился к Каччану и прошептал чуть охрипшим от возбуждения голосом, — Ты даже не представляешь, насколько мило и сладко выглядишь с таким лицом, — после чего мягко прикусил мочку его уха. Бакуго непроизвольно охнул, краснея ещё сильнее, а пальцы лишь сильнее сжали куртку соулмейта, пытаясь унять возбуждение внизу живота. Его быстро чмокнули в шею под ухом и слишком ловко и неуловимо отстранились. И лишь когда фигура Мидории скрылась, до него дошло, что произошло. Ладони сами закрыли нижнюю часть лица. Таким смущенным он себя ещё никогда не чувствовал. И это бесило. На все это хотелось злиться, но он не мог. В груди и внизу живота было слишком хорошо. Сжав одной рукой футболку в районе сердца, Кацуки чуть сгорбился, пытаясь унять бурю эмоций в груди. Домой он вернулся в эмоциональном раздрае, чем напугал своих родителей.       В не меньшем раздрае был и Изуку, но поддержка друзей и родителей смогли смягчить все. Когда они приехали в родной город, парень извинился перед мамой и поехал к Амону. Он был нужен ему. Зайдя в бар и увидев темно-фиолетовые волосы, парень чуть ли не побежал к мужчине. Оказавшись рядом, без приветствия, притянул Амона за воротник рубахи, а потом поцеловал. Жадно, отчаянно, так, словно он молил о помощи, говорил, что мужчина нужен ему. Амон был удивлён подобным действиям, но ответил, умело перенимая инициативу и смягчая поцелуй. Отдав распоряжения сотрудникам, они поднялись в апартаменты. И стоило двери захлопнуться, Изуку снова притянул Амона к себе, попутно раздеваясь сам и партнёра. Мужчина не сопротивлялся.       Оказавшись у кровати, парень толкнул Амона и залез сверху, вклиниваясь между его ног. А потом снова поцелуй. Амон чуть отстранился, обхватив лицо Изуку ладонями, наконец-то спросил, — Это из-за него? — казалось, что большего и не надо, они и так понимали друг друга. Мидория кивнул, в фиолетовых глазах мелькнула печаль и понимание, а потом мужчина уже сам поцеловал парня, отдавая тому бразды «правления».       Изуку казалось, он сходит с ума. Он смотрел на Амона, а потом как-то само собой поменял образ на Кацуки. От этого хотелось выть. Мидории и вправду хотелось Бакуго, но поддаваться своему обидчику он не хотел. И каждый раз он пытался сконцентрироваться именно на Амоне. Парня всего колотило от раздирающих эмоций и ощущений. Но в какой-то момент Амон страстно поцеловал его, а потом укусил и прошептал в губы, — Не борись с собой, отпусти все… — его шепчущий голос вызывал мурашки, гипнотизировал, заставляя уставший разум подчиниться.       И пускай в такой роли Мидория был впервые, но он знал из личного опыта, что как делать. А учитывая, что перед его взором стоял Бакуго, то Изуку старался сильнее обычного. И Амон с удивлением понимал, что Мидория универсальный партнёр. Он никогда не видел и не чувствовал, что тот может вести, но прямо сейчас он с огромной охотой поддавался ему. А когда Изуку случайно начал применять причуду, то не смог сдерживаться. И кажется, что Мидория только и ждал этого, чтобы полностью завладеть Амоном, и не важно, что перед алыми глазами стоит лик соулмейта.       Проснулся Мидория, лёжа на животе, а рядом лежал Амон, мягко перебирая его пряди. — Всегда удивлялся, что твои кудряшки такие мягкие… Как ты? — Изуку виновато вздохнул, — Извини… — Не стоит, со мной такое тоже случалось. Расскажи мне всё, — Изуку задумался, а потом решился. — Вчера, я встретил Бакуго на фестивале. И когда уходил со сцены, что-то потянуло меня к нему. Я подошёл и поцеловал его, наговорил глупостей и смылся. Извини, я… — Изуку вновь виновато посмотрел на Амона, но тот мотнул головой. — Знаешь, я правда пережил кое-что похожее. Когда я служил, мы несколько раз выполняли задания с ООНовским отрядом. Там я встретил своего соулмейта. Я был молод и очень рад этому. И не задумываясь поцеловал его, когда мы были наедине, но… он оттолкнул меня и посмотрел с таким омерзением. Все сразу стояло ясно. Он был из тех, кто против однополых союзов. Но ладно, если бы это был кто-то посторонний, но это был мой соулмейт. Через какое-то время я чуть ли не с ума сошёл. И в результате переспал с кое-каким парнем, а перед глазами был Соулмейт. После этого мне стало полегче… — Амон наконец перевёл взгляд с окна на Мидорию и вскочил, — Ты… Ты чего?! — Изуку всхлипнул, стирая слезы с щёк и еле сдерживая рыдания, — Это так ужасно, как он мог отказаться от соулмейта! Ты ведь такой классный! — Амон вздохнул, на секунду закрыв глаза. Мидория в своём репертуаре. — Хватить реветь о прошлом, которое не изменить, — а после этого, мягко поцеловал его, — а теперь вставай, а то в школу опоздаем.       Изуку распахнул удивлённо свои глаза, а потом вскочил собираться. Вот теперь это был прежний Изуку, с улыбкой на лице, Амон ушёл готовить завтрак и так же собираться, чтобы подвезти партнёра.