Преодоление

      Вечера в Облачных Глубинах даже летом прохладные. Издалека слышится слабый шум водопада, в кронах деревьев раздаётся шелест крыльев ночных птиц.       В ханьши все ещё горит свет. Внутри пахнет магнолией и благовониями. На столе лежат книги и свитки, ещё не успевшие покрыться пылью - владелец комнаты перебирал их совсем недавно. От глинянного чайника медленно поднимается тонкая струйка пара.       В комнате очень тихо, слышно только как мужчина за столом перебирает складки своих рукавов. Приглядевшись немного, можно заметить как руки, что он прячет в траурных одеждах мелко дрожат. Спина под несколькими слоями ткани напряжена, заклинатель не замечает, что кто-то вошёл.       Ляньфан-цзуню не в новинку приглушать звук своих шагов, но сейчас он делает это только по привычке - он вовсе не желает скрывать свое присутствие от названного брата. Даже когда Цзинь Гуанъяо подходит вплотную, Лань Сичэнь не двигается с места. Заклинатель в золотых одеждах слышит чужое сбитое дыхание и бережно касается плеча названного брата.       Лань Хуань заметно вздрагивает, но головы в сторону гостя не поворачивает.       "А-Яо?.." - тихо зовёт он, прекрасно зная, что никто другой не стал бы так нагло врываться в личные покои первого Нефрита.       Голос Сичэня чуть слышно дрожит, но он старательно пытается это скрыть, делая вид, что прочищает горло.       Гуанъяо несильно сжимает чужое плечо.       "Давай выпьем чаю, " - отзывается Ляньфан-цзунь и идёт к чайному столику.       Лань Хуань еле заметно улыбается, небрежно вытирая остатки слез со своего лица. Было бы слишком наивно полагать, что от его младшего брата что-то можно скрыть.       Пока Цзэу-цзюнь медленно встаёт из-за стола, Гуанъяо разливает чай по чашкам. Мужчина аккуратно снимает ушамао с головы, откладывая её в сторону, и выжидательно смотрит на первого Нефрита.       Сичэнь не смотрит на главу ордена Цзинь - ему стыдно от мысли, что Гуанъяо увидит его бледное лицо и раскрасневшиеся глаза. Ляньфан-цзунь прекрасно это понимает. Ему немного обидно, но Цзинь Гуанъяо лишь мягко улыбается, наблюдая как названный брат садится за столик напротив него.       Гуанъяо ставит фарфоровую чашку перед главой ордена Лань, а затем отпивает из своей. Кипяток неприятно обжигает губы. Чай слишком горький, хоть и отдаёт чем-то сладко-цветочным. Мужчина еле заметно морщится и, решая повременить с чаем, обращается к названному брату:"Эр-гэ".       Лань Сичэнь нервно перебирает руками, будто пытаясь согреть их, и поднимает наконец взгляд на Гуанъяо. На лице первого Нефрита появляется мягкая улыбка. Если бы Ляньфан-цзунь не знал его так долго, то поверил бы в это лживое спокойствие. Но сейчас он не улыбается в ответ, а внимательно смотрит на Лань Сичэня, чуть прищурившись.       Цзэу-цзюнь снова улыбается, но в этот раз у него выходит совсем плохо, и он виновато опускает взгляд в чашку с чаем перед собой.       Цзинь Гуанъяо еле заметно поджимает губы и в одно движение пересаживается на другую сторону, оказываясь рядом с названным братом. Как бы невзначай он прижимается плечом к Лань Хуаню, сразу же ощущая приятное тепло от чужого тела.       Несколько минут они сидят почти неподвижно, пока Гуанъяо не берет чужую ладонь в свои руки. Пальцы у Лань Сичэня длинные, изящные и холодные. Яо старательно греет их перед тем как начать говорить.       "Дело в Лань Ванцзи?" - тихо спрашивает мужчина, уже и так зная ответ. Не так уж много вещей способны заставить Первого Нефрита плакать.       Прижимаясь грудью к чужому плечу, Цзинь Гуанъяо чувствует, как Лань Сичэнь дрожит.       "Он почти не говорит со мной. Я даже не знаю, слушает ли он меня вообще..." - тихо отвечает Лань Хуань и сжимает чужую ладонь в ответ.       "Эр-гэ, ему нужно время, ты ведь понимаешь? Я уверен, что он ценит твою помощь и твою поддержку. Но у него просто нет сил, чтобы отвечать тебе."       Ляньфан-цзунь смотрит с пониманием и заботой. Лань Сичэнь не может ни замечать теплоты в его взгляде. И он не может ни верить словам названного брата.       "Значит... Мне следует просто оставить его в покое?" - неуверенно спрашивает Первый Нефрит, невольно сильнее сжимая чужую руку.       Цзинь Гуанъяо бережно поглаживает внутреннюю сторону его ладони в попытке успокоить.       "Да, Эр-гэ. Дай ему время принять произошедшее. Больше ты ничего не можешь сделать."       Лань Хуань тихо вздыхает и на время отводит взгляд. Очевидно, ему не нравится такое решение. Но и не признать его верность он не может. Бессилие, неспособность помочь родному брату - уже столько дней они мучают его сердце.       Пока Сичэнь перебирает бесконечные переживания, Гуанъяо подносит его руку ближе и легко целует пальцы.       Лань Хуань вздрагивает - все его мысли тут же растворяются в удивлениии и смущении.       "А-Яо..." - только и произносит мужчина, наблюдая за названным братом. Цзинь Гуанъяо смотрит на него в ответ, в его взгляде читается немой вопрос - "Можно?" На лице Ляньфан-цзуня совсем не отображается то волнение, что он испытывает. Что, если он перешёл черту? Это было неуместно? Вдруг Лань Сичэнь теперь чувствует отвращение? Но Лань Хуань ничего не говорит, его сердце бьётся значительно быстрее, выдавая волнение.       Гуанъяо не решается отступать - он подсаживается ещё ближе и снова покрывает чужую ладонь невесомыми поцелуями. Он старается не смотреть на Цзэу-цзюня - опасается увидеть в его глазах разочарование.       В какой-то момент Лань Сичэнь высвобождает свою ладонь из чужой хватки,но лишь на секунду. Лань Хуань бережно касается чужого лица, заправляя выпавшую прядь за ухо. Гуанъяо дрожит, нервно сглатывает и смотрит наконец на брата. Он видит на чужом лице странное умиротворение и...нежность? Лань Хуань бережно раз за разом проводит по его волосам пальцами, но взгляд у него отсутствующий и слегка растерянный.       "Эр-гэ?.." - тихо зовёт его Ляньфан-цзунь, и Первый Нефрит несколько раз моргает, фокусируя на мужчине свой взгляд.       "Я позволил себе лишнего, " - виновато опуская глаза, произносит Цзинь Гуанъяо, в тайне надеясь на благосклонность старшего названного брата.       Он слышит рядом тихий смешок. Лань Сичэнь наклоняется ближе, аккуратно обхватывает чужое лицо руками, а затем нежно целует мужчину в лоб.       Гуанъяо тихо выдыхает от неожиданности и замирает. Лань Хуань целует его ещё раз в то же место и притягивает к себе для объятий. Несколько секунд Цзинь Гуанъяо растерянно смотрит в сторону, перед тем как в ответ обнять названного брата, укладывая голову на чужое плечо. Он чувствует, как Лань Сичэнь утыкается носом в его макушку и шумно выдыхает, обнимая ещё крепче.       "Спасибо, " - шёпотом произносит Цзэу-цзюнь, поглаживая мужчину по спине.       Гуанъяо радуется тому, что названный брат сейчас не может видеть его лицо.       "Эр-гэ не за что меня благодарить" - все же отвечает мужчина, прикрывая глаза.       "Я буду говорить это столько раз, сколько понадобится. Слишком многих людей я не успел поблагодарить, А-Яо." Чай уже давно остыл. Лампа погасла. В эту ночь впервые за долгое время Лань Сичэнь спит спокойно.