Театр одного актёра

      — Я клянусь, ещё пара дней таких съёмок, и я уволюсь! — Лили рвала и метала, уже не сдерживая себя, и её даже можно было понять. Она ещё простила съёмки на реке — хоть они и умудрились тогда разделиться, заблудиться и чуть не погибнуть всей съёмочной командой — но болота оказались выше её сил. Нет, Гуано тоже дело говорил — создать нужную атмосферу на студии у них бы не получилось, а съёмки на местности — отличный способ развеяться и укрепить командный дух, но работа длилась уже второй день, комары умудрились прокусить даже мех Гуано, не говоря уже о нежной коже всех остальных, оператор Ёси подхватил простуду из-за местной дрянной погоды, а Майки, оставаясь в своём репертуаре, утопил одну из дорогущих камер в трясине. «Ну, по крайней мере, никого из нас пока не украли каппы» — ни то шутил, ни то сам себя успокаивал Гуано, но по нему было видно, что он сам своей идее больше не рад — а уж его коллеги и подавно.       Лили прихлопнула очередного комара у себя на плече с ненавистью уставилась на Гонарда, будто это он был во всём виноват.       — Вот что ты за мной таскаешься, а?! Я одна побыть хочу, между прочим!       — Но, Гуано ведь сказал, чтобы мы поодиночке из лагеря не уходили… — попытался оправдаться Гонард, выставив перед собой руки в защитном жесте. Он сам не был уверен, чьего гнева больше боится — Гуано или Лили, и хотел бы угодить обоим, будь у него на это хоть мизерный шанс. Лили фыркнула и лишь ускорила шаг.       — Тогда послал бы за мной, что ли, Мицуки! Ты понимаешь, что о нас могут подумать, когда заметят, что мы вместе куда-то ушли?!       Гонард неуверенно пожал плечами — об этом он, признаться, не подумал, но теперь ему и самому стало как-то неловко. Девушка шла впереди него и даже не оборачивалась, так что заметить, как покраснели его щёки, не могла — да ей и дело до этого особо не было.       — Мицуки занята, её сейчас как раз снимают крупным планом… — начал было Гонард, но Лили его даже не слушала, продолжая бормотать себе под нос ругательства.       — Ещё одной такой статьи я не переживу, со стыда сгорю, под землю провалюсь… — голос девушки внезапно оборвался, а через секунду затхлый болотный воздух пронзил её звонкий крик. Гонард инстинктивно ринулся вперёд — и успел подхватить оступившуюся коллегу за секунду до того, как она всем телом шмякнулась бы в трясину. Одним резким рывком Гонард поставил её на ноги — правая нога успела уйти в вязкую жижу почти по колено, и походные брюки были, похоже, безнадёжно испорчены, но сама девушка была жива и здорова, хоть и изрядно напугана.       — Ты как, не ушиблась? — заботливо спросил Гонард, всё ещё придерживая Лили за плечи. Та смотрела на него со смесью обескураженности, раздражения и благодарности.       — Понесла моральный ущерб на сорок тысяч йен, не меньше, — буркнула Лили в ответ. — А тебе советую меня отпустить. Трогать меня разрешается только во время съёмок и только до команды «Снято!», усёк?       Гонард послушно убрал руки — Лили немного потряхивало, но, в целом, на ногах она и сама держалась неплохо. Идти дальше в болото у неё, однако, желание отпало.       — Ладно, возвращаемся, без меня там всё равно каши не сварят, — Лили обошла Гонарда и уверенно двинулась по тропе назад, но всё же обернулась к нему всего через пару шагов. — А от тебя бывает и польза, Гонард. Не так уж ты и плох, когда стараешься. Спасибо.       Гонард так и замер, опешив, с поднятой в шаге ногой. Второй раз в жизни он слышал от Лили похвалу — и вновь она заставляла его краснеть. Впрочем, и это у них с Лили опять оказалось взаимно.