Коробка воспоминаний

Щелчок переключателя, и в прихожей вспыхнула старенькая лампа. Одинокая, без люстры она тускло осветила небольшой коридор, изредка мигая. Тихо. Вешалка, рассчитанная на четыре персоны, была сейчас абсолютно пустой. Впрочем, почему именно сейчас? Всегда. И вновь она осталась в прихожей проигнорированной, когда куртка была брошена на ближайший стул, испачканный весь в краске и наверняка использованный во время ремонта. Молния курки ударилась о деревянный стул. Тишина, такая хрупкая, была нарушена. Сразу захотелось уйти. Но уйти сейчас – значит проиграть. Проиграть самому себе. Преодолев желание покинуть квартиру, неохотно делаю шаги вглубь коридора. Темно. Редкие лучи лампы не попадают в конец прихожей. Дверь комнаты находится во тьме. Так близко и так неожиданно. Ручка поддается легко. Дверь открывается без скрипа, будто её и нет. Будто это мираж. Сон? Шторы задернуты. Всё ещё темно. Чёрт! Где же переключатель? Невольно вздрагиваю, когда рука наконец зацепляет его на неровной стене. Такой холодный. Медленно провожу по кнопке выключателя. Медленно. Но от потери равновесия дёргается рука. Раз. И вспыхивает свет. Темнота приобретает очертания. Вздрогнув, обвожу взглядом комнату. Всё так знакомо и привычно, одновременно холодно и пугающе . Небольшой шкаф справа, в котором раньше у меня была своя собственная полка, одиноко опирается на стену. Кровать, всегда аккуратно заправленная, покрыта лишь пылью. Штора, небрежно свисает на небольшой подоконник, немного задевая батарею и рядом стоящие коробки. Неторопливо направляюсь к коробкам. Ноги и руки делаются ватными. Невольно задеваю батарею. Холодно. Пугающая тишина меркнет от шарканья моих ботинок по полу. Резко останавливаюсь и выравниваюсь во весь рост. Не сгибая спины, опускаю голову вниз. Пять картонных коробок стоят башенкой. Самая верхняя чуть приоткрыта. Дрожащей рукой тянусь к этой коробке. Секунда бежит за секундой. А моя рука приблизилась лишь на несколько миллиметров. Нет, я так не могу. Отдергиваю руку и ругаю себя за опрометчивость. Не надо было сюда приходить. Не надо было поддаваться эмоциям. Но сейчас уже поздно. Я здесь. И я не могу уйти ни с чем. Мороз прошел по моей коже. Раньше здесь было тепло. Мы лежали с ней на кровати. Смеялись. Пили чай. Мы проводили время вместе, и нам было хорошо. Романтичные вечера, бессонные от счастья ночи. Утренний завтрак в постель и поцелуи. Как бы банально не звучало, но всё это заставляло меня жить, улыбаться каждое утро. Невольно поворачиваю голову в сторону кровати. Я помню, как мы лежали на ней. Помню, как она закинула свою ногу на меня. Нежно провела ею по моему животу, ласково обвела рукою мой подбородок. Я поддался её чарам, потянулся на встречу. Наши губы слились в поцелуе. В таком страстном и одновременно неуверенном поцелуе. Мне хотелось прочувствовать её всю. Хотелось прощупать каждый миллиметр её кожи, увидеть счастье и безмерное желание в её глазах. Я ощущал её теплое дыхание на своём плече. Она была готова отдаться мне полностью. Я знал это и страстно желал её. Эта была наша первая любовная ночь. Это были наши первые стоны. Сейчас мысли о ней причиняют мне лишь боль. Безумную и отчаянную боль. Мне не верится, что эти воспоминания когда-то были реальностью. Мне не верится, что тогда она впервые призналась мне в любви. Её глазки цвета василька смотрели нам меня так нежно и так ласково, она доверяла мне без остатка. В тот момент от её обычной шаловливости и непослушания не было и следа. Мы лежали так близко друг к другу, насколько это было возможно. Настенные часы тикали вперемешку с нашим урывистым дыханием. Я определенно был счастлив в тот момент. Но сейчас то счастье причиняет мне лишь боль. Безумную и отчаянную боль. Вся эта обстановка: шкаф, в котором хранились мои запасные штаны и зубная щетка, штора, которая скрывала нас утром от слепящих лучей солнца, кровать, на которой мы занимались любовью и, конечно же, её вещи, что сейчас небрежно упакованы в тех коробках – всё напоминало о ней. Я привязался к ней, а она ушла. Она покинула меня, словно вдохновение поэта в дождливый день. Она покинула меня, но вдохновение вернется с приходом солнца – а она нет. Дергаю рукой в сторону шторы, надеясь, что за ней скрывается свет. Но за окном темно. Ни один фонарь не горит на улице. Мрачно. Ощущение, что за пределом окна лишь пустота. Будто нет ни домов, ни людей, ни в принципе мира в целом. Будто есть лишь темнота, эта квартира и мои воспоминания. Всё. Больше ничего нет. Вспомнив, зачем я сюда пришёл, поворачиваю голову обратно к коробкам. Её вещи. Уже совершенно потеряв контроль над своими эмоциями, хватаю первую коробку. Обычные безделушки, украшения со звоном валятся на пол. Бряк… Бряк.. Бряк… Серебряное кольцо, виляя, катится по паркету. Закатившись под кровать, оно также падает со звоном, создавая эхо от ударов об пол. Через несколько секунд опять наступает тишина. Перевожу дыхание. Смотрю на свои руки, они словно чужие. Мороз всё никак не отступает. От батареи исходит лишь холод. Ледяной и пугающий холод. Белые обои на стенах лишь подчеркивают холодность и опустошённость комнаты. Ненавязчиво этот цвет заставляет каждый раз озираться по сторонам, ища хоть где-то малейший признак тепла. Уныло. Осматриваю другие четыре коробки. Одна из них выделяется. Замотанная красной лентой, словно отпугивая от себя, она стоит в самом низу. Ставлю верхнюю коробку, что всё ещё в моих руках, на пол; осторожно беру ту, что с красной лентой. Она тяжелая. И скорее всего не только весом, но и тем, какие воспоминания несёт в себе. За окном каркнула птица. Я вздрогнул от неожиданности. Немного пугающе. Словно призрак, птица взмахнула крыльями и улетела, хотя во тьме я видел лишь её очертания. Будто после наваждения трясу головой. Зябко. Пол натужно скрипит под моим весом, когда я направляюсь к кровати. Пыль взымается с неё вверх, как только я присаживаюсь. Сколько раз я ложился на эту кровать, сколько раз она со звонким смехом плюхалась ко мне. Тогда мы лежали вместе. Она рассказывала мне, как провела день, как списывала на парах и как ходила по магазинам с подругой. Столько живости и энергии было в её словах. Сейчас же я ощущал лишь уныние. Пустоту. Картонная коробка, которую я всё еще держал, была помята и обшаркана. Наверняка её не раз использовали для хранения обыденных вещей. Красная лента не давала коробке раскрыться. Не давала выйти наружу тому, что находиться в ней, словно предупреждая. Возможно, мне не стоит её раскрывать. Но я должен. Я обещал. Обещал самому себе, что не уйду, что не сбегу как всегда. Собираюсь с духом и распаковываю коробку. Первое что я улавливаю - это запах. Аромат её духов. Такой сладкий, нежный и теплый. Самый родной для меня. От боли защемляет сердце. Почему именно она? Почему именно её забрали у меня? Мне не хватает воздуха. Я задыхаюсь. Тону, утопаю, но не могу преодолеть эту потерю. Не могу преодолеть себя. Так происходит каждый раз. Каждый грёбаный раз, когда я вспоминаю о ней. Это несправедливо по отношению ко мне. Не справедливо по отношению к ней. Весь мир – это одна большая несправедливость. Трясущимися руками дальше продолжаю неразборчиво раскрывать коробку. Первое, что попадается мне – это фоторамка. Её фотография. Рыжие кудрявые волосы небрежно спадают на её тонкие плечи; васильковые глаза горят безумным огнём; маленький носик в данный момент смешно поморщен из-за одурманивающего запаха цветов и трав на поляне; она искренно улыбается в объектив камеры, ухватив руками большую охапку ромашек. Такой маленький беззащитный ангелочек. Правда, иногда с характером дьявола. Но это так, временами. Эта фотография была её любимой. Снимок висел на гвоздике в стене, разукрашивая белое уныние обоев, придавая комнате живости. Сейчас здесь ощущается лишь унылость и серость. Будто само одиночество раньше жило в этой квартире. Перед моими глазами всё ещё стоит её образ. Такой родной и привычный для меня образ. Как же сложно осознать, что её настоящей больше нет. Что сейчас она лишь мираж, воспоминание и не более. Отбрасываю фоторамку подальше от себя на кровать. От удара клуб пыли опять поднимается в воздух. Дальше лихорадочно перебираю вещи в коробке: её ежедневник, старенькое зеркальце, помада, маленький брелочек, несколько ярких открыток от друзей, календарик. Где же то, что мне нужно? Вываливаю все вещи из коробки. Сколько различных побрякушек. И все они твои. Все несут воспоминания о тебе, о той, кем ты была. Вот кулон, что я подарил тебе на восьмое марта. Ты тогда поблагодарила меня и чмокнула в щечку. А вот твой зимний шарф, в который ты закутывалась в особенно холодную зиму. И все эти вещи напоминают мне, что я потерял тебя. Лишился самого дорогого. Судорожно хватаю ртом воздух. И вдруг замечаю вдалеке что-то синее. Вот оно моё водительское удостоверение, за чем я пришёл сюда. Быстро дотягиваюсь до своих прав, беру их и неуклюже пытаюсь встать. И тут моя рука натыкается на что-то в пакете. С ужасом понимаю, что я случайно задел. Почему его не выбросили? Зачем оставили? Опять окунаюсь в воспоминания о ней. В тот день она пришла ко мне. Я видел её замешательство, но не придал этому серьезного значения; подумал, что она просто устала на учёбе. Сначала всё было хорошо. Она чмокнула меня в щечку и потрепала по плечу. Мы вместе стали готовить ужин. И в какой-то момент она просто сорвалась из-за сущего пустяка. Начала кричать на меня, обвинять в чём-то. Я пытался её остановить, но у неё уже началась истерика, она хлопнула дверью и убежала на улицу. Я пытался найти её, но она скрылась. Я писал ей, звонил, но всё было безуспешно. Тогда я пошёл к её сумке, подумав что, вдруг она оставила свой телефон… И тут я увидел в её сумке это. То, что повергло меня в шок. Положительный тест на беременность. Её тест. Сначала я растерялся. Стал думать, как же быть. Одна мысль проскакивала за другой. И в какой-то момент меня охватила паника. Я испугался за неё и нашего с ней малыша. Куда она ушла? Вдруг с неё что-то случится. Стал звонить всем её подругам. Отчаянно пытался выяснить хоть что-то. Но никто не знал, где она. Всю ночь я прождал у двери как на иголках. Я звонил в полицию, но моё заявление так и не приняли. И лишь под утро раздался звонок. Звонок, который разрушил мою жизнь. Как в тумане я поехал к указанному адресу. Помню, как увидел её маму, которая безудержно плакала. Её родственников, которые стояли поодаль и тоже плакали. С трудом подошёл к телу, всё еще не веря в происходящее. Я не верил, что она умерла. Но то, что я увидел, повергло меня в шок. Всё её тело было в шрамах и синяках. Левая часть лица полностью разбита. Рыжие волосы спутаны и в грязи. На голове было видно большую рану, возле которой всё запеклось к крови. Я не верил. Нет, этого просто не могло произойти. Я не мог потерять в один день двух близких людей. Но нет… оказалась, что мог. -Авария, - сказали мне, - отказали тормоза. Тогда я возненавидел весь мир: себя, этого ребенка, работников медицинской службы и всех людей, что стояли рядом со мной и в принципе существовали. Я возненавидел весь мир, а её любил. Как же давно это было, а кажется, что вчера. Выйдя из транса прошлых воспоминаний, отбрасываю тест подальше от себя. Он летит под кровать, туда, куда закатилось серебряное кольцо . Обезумев, резко встаю и осматриваюсь вокруг. Всё так знакомо… и так Страшно. Держа в руке права, я выбегаю из комнаты, по пути выключая свет в ней. Там опять становится темно. Но я не обращаю на это внимания, как и на мигающую лампочку в коридоре. Распахиваю входную дверь и выхожу из этой квартиры. Холод подъезда заставляет поежиться. Вспоминаю, что забыл курточку. Но это неважно. Главное, что я ушел оттуда и больше туда никогда не приду. Я не вернусь туда, где валяется эта чёртова коробка воспоминаний. Спускаюсь по лестницам и выхожу из подъезда. А на улице всё также темно.