Жить со звезданутым. Плюсы и минусы

Аплодисменты, море лиц, обращенных ко мне, улыбающаяся мама, поднятый вверх большой палец лучшей подруги Лизы, и мое бешено колотящееся сердце, готовое выпрыгнуть из груди и станцевать канкан. Божечки, божечки-божечки-божечки, пожалуйста!... - И первое место занимает ученица девятого класса "Б" двадцать седьмой школы Фок Полина... ДА!!! ДА-ДА-ДА-ДА-ДА-ДА!!!! Не в силах сдерживаться, сжимаю руки в кулаки, прикладываю их к груди, зажмуриваюсь и начинаю мелко подпрыгивать на месте. Слышу, как по залу раздается смех. Приоткрываю глаза и вижу лицо ошарашенного профессора, известного в наших кругах под кличкой «Дамблдор» (такая же длинная борода и очки на носу), он держит грамоту - теперь мою грамоту! - и микрофон. — Извините, — деланно смущенно опускаю взгляд в пол, как примерная девочка, но как только профессор отворачивается, вскидываю руку со словами: "Да, детка!". Смех в зале становится громче, присутствующие изо всех сил сдерживают улыбки. Профессор опять оборачивается и видит мой невинный взгляд пай-девочки. Люблю издеваться над людьми. Это весело, серьезно. — Кхм, — профессор пытается сохранить свой величественный вид и уверенно продолжает, — Ко мне обратился мой хороший друг господин Кан из института Конкук. Он очень заинтересовался нашим проектом и пригласил победителя на неделю в Сеул, чтобы тот прочитал... Извините, что? Что-что-что? Или я сошла с ума, или... Замечаю удивленно-вопросительный взгляд Лизы и пожимаю плечами: не помню, чтобы такое говорили, я бы не пропустила. Сеул - это же центр К-попа, моего любимого К-попа, я ж шизанутый К-попер!!! «Дамблдор» поворачивается ко мне, и я первый раз вижу полуулыбку на его лице. — Второго июля у тебя самолёт, всё оплачено, включая проживание и еду. Сказать, что я в абсолютном шоке, значит ничего не сказать. Я сплю, да? Сейчас проснусь и буду страдать целый день... Или это типа «первое апреля, никому не верю»? Открываю рот, как рыба, брошенная на песок, и чуть не падаю от внезапных и сильных объятий Лизы. Она поворачивает меня к себе и начинает изо всех сил трясти за плечи: — Ты! Ты что, не понимаешь?! Ты едешь в Сеул! Сеул, мать моя Джи-Дрэгон, СЕУЛ!!! Ее звонкий голос разрушает оцепенение, и я глубоко вздыхаю. - Я... Я не ожидала этого... Это... Так внезапно... О, БОЖЕ! СЕУЛ!!! — кажется, это было слишком громко - бабуля на третьем ряду схватилась за сердце и огляделась, как бы пытаясь понять, кого убивают. — Мне срочно нужен хороший фотоаппарат и инстаграм, и... И... ТАМ ЖЕ ВЕЗДЕ АЙДОЛЫ!!! О-о-о, я их полностью всех обфотографирую! И да, я постараюсь украсть для тебя Рена! И Кибома! А мне надо будет прихватить мою прелесссть... Резко вздрагиваю, выныривая из воспоминаний, когда чей-то чемоданище проезжает по моим ногам (какой еще идиот, кроме меня, додумается стоять посреди сеульского аэропорта и предаваться воспоминаниям, когда вокруг шастают злобные людишки, готовые отдавить тебе все части тела...?). Отпускаю ручку своего чемодана (он благополучно падает) и хватаюсь сначала за носок одного кеда, потом другого, и, потеряв равновесие, приземляюсь на пол, выпустив из рук паспорт, билет на самолет, карту и плеер. — /Аньон/, Сеул, — пытаюсь пафосно произнести фразу, сдувая прядь волос. Вообще я приготовила ее для другого момента. Ну, там где-нибудь, на мосту при закате, когда весь город будет передо мной... — Welcome, — хмыкает надо мной незнакомый голос, а потом быстро-быстро начинает что-то говорить на корейском. Да, я не знаю корейского. И не собираюсь его учить. И увлечение К-попом в течение года ничего не изменило и не изменит. Я знаю только пару основных слов, и то только их произношение, написанные на корейском они для меня тайна покрытая мраком: "аньон", "саранхэ", "оппа", "камсахамнида", "чугулле?", "йа" и "айщ". Вы что, это же базовый словарь! Представим ситуацию: идете вы по улице, видите биаса, вы ему типа "оппа, саранхэ!", подбегаете, спотыкаетесь, вскрикиваете "айщ" и падаете ему на грудь, он вас ловит, вы ему "аньон", протягиваете бумагу для подписи, он подписывает, но вам не отдает (издевается, что вы маленького роста и не можете отобрать у него драгоценную бумажку), вы ему "йа, чугулле?", он смеется и отдает бумажку, вы говорите "камсахамнида" и уходите. Та-дам! Кхм, кажется меня уже минуты две кто-то зовет "мисс"... Поднимаю голову и вижу симпатичного корейца. Не айдол, но вполне-вполне: блондин, челка на бок, глаза карие, подведены, а сквозь майку отчетливо видны мускулы... В данный момент он смотрит на меня встревоженно, потом внезапно выражение его глаз сменяется на удивленное, вперемешку с облегчением и насмешкой. — Ты Лина? — парень вдруг переходит на английский, подавая мне руку. Откуда он знает мое имя? Вампир, читающий мысли, инопланетянин или фанат? Хм, второе мне нравится больше всего... — Э-э-э... Ну, если Лина сокращенно от Полины, то да, — встаю и поправляю волосы, убирая прядку за ухо. Хотя она все равно выпадет. Мама уговорила (больше никогда не буду слушать маму, честное слово) сделать каскад, так что теперь спереди волосы у меня чуть-чуть не доходят до ключиц, а сзади ниже лопаток. И поэтому они все время вываливаются, лезут в глаза и нос. Вот побреюсь нафиг и все! Тем временем кореец успевает собрать мои бумаги и вещи и вот уже протягивает их мне. — Фок? — уточняет он. — Спасибо, — запихиваю вещи в рюкзак, — Да, я Полина, в смысле Лина Фок. Ты меня знаешь? Парень широко улыбается, и я вижу белоснежные, но слегка кривые зубы. — Я - Кан Джу Бин, сын профессора Кана. Это он... — Организовал это путешествие для победителя, да, я знаю, — с облегчением, но и легкой обидой (не инопланетянин, грустьпечальтоска) киваю головой и разглядываю еще раз нового знакомого (Вывод: симпатичный, умный. Мне нравится!). — Приятно познакомиться. — Мне тоже, — Джу Бин поднимает мой чемодан, фыркает (а что, я люблю зеленый цвет и лягушек, не вижу ничего не смешного в рисунках на чемодане) и кивает головой в сторону выхода, приглашая и идти. — Меня послали тебя встретить. Я-то думал, что приедет какая-нибудь страшная ботаничка и заучка... Я фыркаю. — Ты еще пожалеешь, что приехала я, — стараюсь, чтобы мой голос звучал зловеще, но, кажется, не получается, потому что кореец косо смотрит на меня и сдерживает улыбку. Он молчит, я тоже молчу и рассеяно кручу в руках уже не нужный билет на самолет. Потом выбрасываю его в мусорку и рассматриваю людей. Вот идет девушка с надписью "MBLAQ" на футболке. Скорее всего, если я сейчас подойду и начну петь их песню, она сначала допоет ее вместе со мной, а потом уже спросит, кто я. Ух ты, мальчик, похожий на Лухана... Или это Лухан?! А, нет, у него нос другой. Жаль, а то я бы не отказалась обнять его... А мы уже вышли на улицу и идем куда-то в сторону. Наверное, к остановке автобуса или такси. — У тебя хороший английский, — Джу Бин решил прервать тишину. Ну, как тишину. Разговоры, скрип багажа, плач детей, лай собак... Короче, вы поняли. — У тебя лучше. Серьезно, он так шпарит на английском, что я не всегда успеваю его понимать. — Логично, я же уже институт заканчиваю. Если бы у меня английский был на твоем уровне, то меня бы просто убил бы профессор Ким. Он так измывается над теми, кто не учит, например, над моим лучшим другом. — Угу, у нас в школе тоже так... — В ШКОЛЕ?! Чего он удивляется? — Ну, да, в школе. Я перешла в десятый класс, мне шестнадцать лет... — СЕРЬЕЗНО?! Я остановилась. Или я что-то не понимаю, или он идиот. — Джу Бин, почему ты так удивляешься? — Ну я думал, что тебе лет двадцать, и что ты уже в университете учишься... Странно, обычно мне наоборот дают меньше, чем есть. У меня просто лицо детское, да и рост всего метр пятьдесят девять. Всегда на год-два возраст уменьшают. — Почему ты так решил? — Ну, просто когда отец прочитал твое исследование, то так долго хвалил и восторгался стилем, мыслями и содержанием, что мы все решили, что ты точно уже в университете учишься... — Спасибо, — наверняка я покраснела, во всяком случае щекам стало жарко. — А возраст... Я думал, что ты просто выглядишь младше, на шестнадцать-семнадцать лет где-то... — Знаешь, в России мне тоже давали меньше. — Еще меньше? — Понимаешь, у нас там в шестнадцать лет девушки курят, пьют, ходят на каблуках, тусуются в клубах и вообще тянут лет на двадцать. Не все, конечно, но большая часть. А я таким не занимаюсь, поэтому кажется, что мне вообще четырнадцать лет. — Надо рассказать ребятам, им понравится. Но ты так круто написала...! Пожимаю плечами и выдаю стандартную фразу с абсолютным покерфейсом: — Так я же гений. — Ага, а еще скромная до ужаса. — А тебе сколько лет? — Двадцать четыре недавно исполнилось. Я тебя старше на восемь лет! Кошмар, какой я старый! Джу Бин сворачивает к дороге и останавливается у небольшой машины красного цвета. С водительского сидения выходит мужчина, кланяется нам, берет мой чемодан и запихивает его в багажник. За мной прислали машину? — Джу Бин, эту машина специально для меня прислали? — Почти. Отец попросил у знакомого автомобиль и водителя, так как он не смог сам поехать тебя встретить, а я не вожу. — Почему? — Лень сдавать на права. Идиот. Ему просто лень сдавать. Хотя мне тоже лень, хотя и рано еще. Эх, как я тебя понимаю, бро. Джу Бин открывает дверь в приглашающем жесте, и я, нагибаясь, залезаю в автомобиль. Внутри очень уютно, сидения малиновые, работает кондиционер, а после душной улицы это очень приятно. Кореец залезает с другой стороны и что-то коротко говорит водителю. Машина трогается. Чего -то не хватает... А, музыка! — Джу Бин, можешь попросить его включить радио? — Без проблем, — парень произносит длинную фразу, и водитель наугад включает станцию. Знакомая мелодия... — Ну так что, т... — парень не успевает договорить, так как я закрываю ему рот ладонью и прижимаю палец к своим губам. — Тихо, помолчи. Это...? Это "Lucifer", да? Пожалуй, это одна из немногих песен, где я знаю, как хоть что-то танцевать... О, любимый момент сейчас будет! В машине тесно, но русские девушки не сдаются, они на скаку останавливают избу и без страха входят в горящего коня... Стоп, что? Мне кажется, или я что-то перепутала? Хотя это же русские девушки... Отпускаю корейца и разминаю руки. Geobu hal su eobtneun neoeui maryeokeun LUCIFER …Медленно развожу руки в стороны, подняв вверх указательные пальцы. Geobu hal su eobtneun neoeui mabeobeun LUCIFER …Пытаюсь сделать "электрошокер", но получается что-то среднее между конвульсиями и цыганским потряхиванием грудью. Джу Бин быстро моргает. Кажется, он просто потрясен. Я так хорошо танцую? А дома все жалуются... — М-м-м, Лина, а что ты сейчас делаешь? – он говорит как будто с сумасшедшей. А? Что-то не так? — Вообще-то я танцевала, если что. — Если это был танец, то я африканский бобер. Что? Э-э-э... Бобер? И вообще, чего прицепился? – Раз такой умный, то сам танцуй! — Да пожалуйста! Парень отсчитывает - раз, два, три, четыре - и идеально выполняет движение. Я понимаю, что рот у меня открыт в немом изумлении, и спешно закрываю его. — Вау, это просто потрясающе, как ты так можешь? Это же шикарно, великолепно! — этими глупыми словами не выразить весь мой восторг, но хоть что-то. — Знаю, — Джу Бин отвечает так, как будто слышит слова восхищения каждый день и уже привык к ним. Я приподнимаю бровь и выжидательно смотрю на него. — Чего? - кажется, он слегка смущен. — Где ты так научился? — Я - Шавол, занимаюсь в клубе... — Ух ты! Ва-а-а, я прямо завидую. — Хочешь сходить со мной? Он серьезно?! Круто!!! — Конечно! Я тебя просто обожаю, — какой он милый. Не могу перестать улыбаться. За что мне такой хороший друг попался? — Я... Извини, мне звонят, — Джу Бин достает телефон и начинает что-то говорить в него. Пока он занят, пофотографирую-ка я пока улицу... Достаю фотоаппарат, включаю его и открываю окно. Солнце светит прямо в объектив и мне в глаза, так что ничего не видно. Я щурюсь, потом понимаю, что не помогает, и лезу за темными очками. – Лина? — А? — я оборачиваюсь, вижу лицо Джу Бина совсем близко от моего и инстинктивно дергаюсь назад. — Ой, прости, рефлекс, — я виновато улыбаюсь, понимая, что могла обидеть его. — Ничего. Я хотел сказать, что... Ух ты! У тебя глаза цвет поменяли! — Я знаю. Они сами по себе серые, на солнце серо-голубые, а в тени серо-зеленые. Глаза - моя любимая часть тела. Ну еще и губы. А всем остальным я не очень довольна, мягко говоря. Глаза у меня небольшие, меняют цвет, ресницы темные и длинные. Губы пухлые, причем нижняя сильнее, но из-за того что прикус неправильный, верхняя слегка выдается вперед над нижней. — Классно! А вот у меня всегда карие, даже скучно, - парень вздыхает. — А я люблю карие. Они напоминают то кофе, то чай, то шоколад, то... — Фекалии. — ЙА, ДЖУ БИН, чугулле? Что за гадость ты говоришь! Но парень не слушает меня. Он, весь подавшись вперед, так и уставился мне в глаза. — Ты. Знаешь. Корейский? — в удивлении можно топор повесить. — Джу... — ТАК КАКОГО Я ТУТ С ТОБОЙ НА АНГЛИЙСКОМ БОЛТАЮ?! У меня лето!!! Я сдал экзамены. Мне лень думать! Я... — Воу, воу, воу, полегче, приятель. Я знаю всего пару слов из дорам, так что не мучайся – в ближайшее время тебе придётся разговаривать со мной именно по-английски. Парень потер виски, наморщив лоб. — Все женщины - коварные существа. — А все мужики - козлы. — Бабы - ведьмы! — Мужики - идиоты! — Зато все бабы - истерички!!! — А мужики - придурки!!! — А... — Извините, что прерываю вашу увлекательную беседу, но мы приехали, — голос водителя, чистый, с идеальным произношением английского, звучит настолько внезапно, что мы пару секунд молча смотрим на него. — Вы говорите на английском? — похоже, у Джу Бина сегодня день открытий. — Да. — О. Оу. Э-э-э, спасибо. Да. По моему, для него все это слишком. Мы вылезаем из автомобиля, водитель достает мой чемодан и уезжает, оставив нас перед... домом. Обычным домом. С квартирами. Не отель. — Джу Бин, мы точно на месте?