Прыгун

Мы стали встречаться с Ней каждый день. Она молча наблюдала за моими бессмысленными попытками встрять в свою жизнь. Смотрела и ничего не делала. Зачем вообще Ей тратить свое время на ходячего мертвеца? Иногда Она просила показать Ей мое прошлое. Будущее Ее почему-то мало беспокоило. Но и там Она безмолвно бродила между моими призраками. Сегодня, когда мне остался 121 час, Она снова предложила прогуляться назад. Раньше я бы сильно разозлился: до дня Х остается всего ничего. Но Она действует на меня успокаивающе, поэтому я не возражаю. Какое-то время мы сидим неподвижно, боясь вторгнуться в чужую реальность; наблюдаем, как я «помоложе» готовится к выпускным экзаменам во дворе университета. – Не против, если я отскачу на пару минут, – спрашиваю я зачем-то. Она безразлично пожимает плечами, но затем добродушно улыбается вслед. От частых прыжков организм стал меня подводить и желудок крутило сильнее обычного. Я отдышался и вот уже собираюсь вернуться, как вдруг она на полной скорости влетает в меня на повороте из-за угла. От неожиданного столкновения вскрикивает и теряет равновесие. Неудачно приземлившись на землю, она издает протяжный стон, и я вижу, как по ее ноге бежит багровая дорожка. – Куда ж ты ломанулась, глупая, – в кармане отрыл платок и приложил к ее рассеченной о торчащий из асфальта штырь коленке. – Эх, теперь точно шрам останется, – с досадой цокает и спешит подняться. – Давай возвращаться что ли... Она смотрит на меня как на умалишенного и убегает, оставляя стоять в недоумении. А потом я вижу Ее, ошарашенную, в нескольких шагах от меня. Оказывается, мы когда-то могли пересекаться! Стоп. Это что – шрам? Тот самый? После нашего «первого столкновения»? – Шрам как шрам. Чего вылупился? – Она спешит прикрыть колено. – Но у тебя его не было, когда мы встретились в настоящем! Не было! – я уверен в своих словах. Уверен. Она шумно выдыхает, хватает меня за плечи, и мы прыгаем вперед.

***

Правило №3: На жизнь «прыгуна» может повлиять другой «прыгун» Я уже не знаю, что надо сделать или сказать, чтобы Она согласилась. Упертая. На кону моя жизнь, чтоб ее! Но нет: принципы, видите ли... – Ты пока не понимаешь... – И, видимо, уже никогда не пойму, – кажется, я сказал это очень громко и напугал Ее. – Мое вмешательство может привести к жутким последствиям в твоей жизни! – и вот кричит уже Она. Я разразился истерическим смехом. Она правда не понимает, что говорит? Но Ее взгляд снова холодный. – Мой брат и я были путешественниками во времени. Однажды мы застали его в больничной палате – последние дни жизни. Диагноз поставили слишком поздно. Я вернулась в его прошлое одна – до того, как мы узнали о способностях. И настояла на врачах и регулярной диагностике. Болезнь удалось распознать на ранних этапах. Но затем его унес несчастный случай, которого до этого не было в нашей истории. Он прожил меньше, чем если бы я не вмешивалась... Я продолжаю возвращаться назад. Смотрю на него. Застряла в прошлом, как ты зациклился на будущем. Разве не видишь? Мы могли хоть что-то изменить, сделать что-то полезное людям, если бы поднапряглись, если бы проявили чуть больше сочувствия к миру, а не к себе. Но как же это оказалось сложно: все о чем мы думаем – как получить выгоду. После этого Она спокойно достала с полки первую попавшуюся книгу, села в кресло и читала около часа первую строчку.

***

Всю ночь я гулял по городу, вспоминая наш с Ней недавний диалог: – Что мне делать? – в голосе моем слились ирония с отчаянием. – Если бы я только знал кого-то, кто дал бы мне ответ. – Мне однажды помог Льюис Кэрролл, хотя я с ним и не знакома, – отшучивалась Она. – Но зато знакома с чеширский котом. Он провёл на моих полках все детство, но тогда казался мне чудаком и страшно пугал. А сейчас он тот, кто помог выбраться из западни: «Если не знаешь, куда идти, любая дорога подойдёт». – Любая говоришь? В день Х я выбрал дорогу. Проснулся и четко понял, что пойду к Ней. И окажусь под колесами чертовой машины. Но я пойду. Выскочил из дома. Добежал до судьбоносного перекрестка. Стою один. Горит зеленый человечек. Начинаю идти. Слышу громкие протяжные гудки, мигающие фары, свет которых разбивает утренний туман. Зажмуриваюсь, но не останавливаюсь (вдруг повезет?). Звук резкого торможения. Визг колес по еще мокрому асфальту. Глухой стук и женский крик. Капли пота по спине. Стук сердца и бегущих каблуков. Шум собирающейся неподалеку толпы. Медленно, в страхе, открываю глаза. Вижу – Она. И багровая липкая лужа, вытекающая из под ее обездвиженного тела.

***

«Все может измениться в одну секунду, и вот ты уже не бродишь во тьме, стучась о воображаемые стены, а идёшь на воле сердца прямо, с верой в лучшее. Этой секундой озарения может стать другой человек, твой поступок или слова, высеченные на бумаге». Ее последние слова. Больше я никогда не прыгал.