Жили-были...

Джорно недовольно сопел, склонившись над тетрадью. Задумчиво грыз ручку, писал, зачёркивал, снова писал. Хорошо, что отцов сейчас нет дома, а то Джонатан обязательно бы полез помогать, а Дио бы периодически вбрасывал свои комментарии, которые вызывают приступы смеха и писать становится совсем невозможно. Сейчас же это было совсем не нужно, тем более, что это не обычное сочинение, а задание психолога, которая с какого-то потолка взяла, что бедному Джорно плохо живётся. Мальчик посмотрел на часы: надо спешить. Очень не хочется, чтобы хоть кто-то из родителей увидел, что он написал. Конечно, ничего плохого, но всё же это слишком личное, что Джорно никогда бы не сказал без необходимости. От сочинения отвлёк попавший в стекло камешек, затем ещё один, а вскоре послышался знакомый голос Бруно. — Джорно, выходи. Мальчишка открыл окно и свесился через подоконник: — Не могу, мне надо уроки сделать, — не стал уточнять он. — Жаль, — промычал друг, — там Наранча квадрокоптер принес, хотели с него водные бомбочки позапускать. Водные бомбочки и квадрокоптер любого мальчишку не оставят равнодушным, вот и Джорно, поджав губы, решил, что ничего страшного не случится, если дописать позднее. — Я сейчас. Подожди минуту. Вернувшись в комнату, Джорно подхватил тетрадку, осмотрелся и сунул ее под подушку. Ну, теперь точно можно идти.

***

— Джорно! Мы дома! — громко объявил Джонатан, переступив порог, но ответа не последовало. — Опять где-то носится, — вздохнул он. — Вот и наслаждайся моментом, — фыркнул Дио, проходя прямо в обуви в комнату и плюхаясь в кресло. — Господи, как я устал. — протянул он, закрывая глаза и вытягивая вперёд свои длинные ноги. Бросив короткий осуждающий взгляд на Дио, Джонатан сдержал готовое вырваться на свободу замечание. Лучше не надо. Очередная словестная перепалка, грозящая перерасти в драку, никому не нужна. Вздохнув, он решил подняться в комнату сына, наверняка опять полно исправлений в тетради и есть замечания в дневнике. В комнате как всегда был беспорядок. Джонатан сел на стул у письменного стола и осмотрелся: разбросанные вещи, торчащие из-под кровати комиксы, недоеденный бутерброд на учебнике, тетрадка под подушкой… Что она там делает? Любопытство взяло верх, Джонатан взял тетрадь, открыл и, прочитав название, уже не мог остановиться.

«Как мне живётся без мамы»

«Я не знаю, как живётся с мамой. Я часто вижу других мальчишек и девчонок с мамами, они их целуют, обнимают, гладят по голове. У всех моих друзей есть мамы, пусть даже некоторые не живут с ними, но они есть. У меня мамы нет. Точнее, она есть где-то, не может же быть человек без матери, но я её не помню. Иногда я думаю, как это: жить с мамой. Но если честно, я не чувствую себя обделённым или каким-то неправильным. У меня есть папы. Папа Джонатан всегда старается ответить на мои вопросы, даже если сам не знает ответа. Иногда он врёт, точнее, не хочет говорить правду. Наверное, думает, что я ещё маленький. Он всегда готов со мной играть, даже если очень устал, а ещё он читает мне книжки вслух. Некоторые очень скучные, но он считает, что мне надо знать, что в них написано. А ещё он очень добрый и справедливый. Всегда открывает дверь перед женщинами, помогает, если кто попросит, а ещё он всегда покупает кофе и бургер для бомжа, что вечно сидит у супермаркета. Папа Дио совсем не такой, он знает, что бомж выкидывает гамбургер и выливает кофе, а в стаканчик наливает дешевый виски, как только Джонатан скрывается из вида. Дио бывает грубым, даже со мной, но я не обижаюсь, я знаю, что он часто бывает прав. Он умеет добиваться всего, по крайней мере, я не помню того, чтобы у него не получалось. Он тоже часто врёт. Врёт папе Джонатону, что ненавидит его, врёт мне, что совершенно не волнуется, когда я прихожу с подбитым глазом, врёт себе, что хочет быть один». Дочитав, Джонатан сглотнул подступивший к горлу ком, взял тетрадь и спустился вниз, молча протянул тетрадку Дио. Тот небрежно открыл первую страницу, быстро прочитал написанное и с невозмутимым видом вернул Джонатану. — Положи, где взял, — сказал он, никак не показывая своих эмоций. — Просто положить? Тебе не кажется, что нам надо поговорить с Джорно? — Не кажется. — Но… Одного взгляда Дио хватило, чтобы понять — спорить бесполезно.