Взгляд не-смерти

Лечу во мраке - за бездну света сейчас бы отдал любую мзду, - а в горле плещется выкрик "где ты?!", стучит под ребрами "я иду!" Иду - хоть поздно, давно уж поздно, и встрепенуться бы раньше, но - упущен шанс, и во тьме беззвездной мне остается теперь одно: забыть понятие "невозможно" и твердо помнить, что смею всё. А память нынче - пустые ножны: ни капли пользы не принесет, не припасла для меня решенья надежно-верного, как клинок. Лишь запоздалым горчит прозреньем, словами жгучими: ты же мог. Ты все бы мог повернуть иначе - предупредить, объяснить, сказать. Уснул слепцом, а проснулся зрячим, хоть и не блекли мои глаза, и лихорадочные виденья не мне сплетали обманный путь. Я мчусь на голос крылатой тенью - там обнажается злая суть: циничный вид, равнодушный холод, и в каждом жесте сквозит одно - кого сломало-перемололо, те заслужили, мне все равно. И кто страшнее, не сразу скажешь: голодный зверь в золотых шелках - иль тот, кому ни крови́, ни сажи не разглядеть на своих руках, умытых загодя, не державших... и я б их лично переломал, но много ль спроса с иллюзий, маршал, когда припомнишь оригинал? И все ж не время считать огрехи и помнить каждый неверный шаг. Сегодня - рваться сквозь все помехи, чтоб вместе с дверью слетал косяк, - и зря преград лабиринт наставил: их сдует ветер, сметет гроза. Влететь, как вóрон в ворóнью стаю... Увидеть. И прорычать: назад! не верь треклятым, не верь обоим - в них правды нет и на медный грош! - и в хриплом крике узнав живое, ты, побледневший, ко мне шагнешь. И в этой бешеной круговерти я выход вновь отвоюю нам - с горящим взглядом твоей не-смерти. Не-безразличия. Не отдам.